Speed of blood

Скорость. Будучи еще ребенком, скорость прокрутки педалей моего велосипеда превышала максимально возможную для трехколесного. В отрочестве принявший спортивную форму, а далее, на накопленные за многие годы деньги, приобрелся мопед. Он сиял своей новостью и не обкатанностью возле батиного гаража и будоражил что-то внутри. Что-то совсем иное, нежели спорт или академический рисунок. Мопед быстро разбился, всего через несколько месяцев превратился в ржавеющую груду металла. Поломанные кости срослись, слезы матери высохли, а путешествие к поиску себя продолжалось. В университете, совершенно случайно, моя мазня попала на сайт с другой такой же мазней, что принято называть «современным искусством». Какой-то полоумный купил картину за бешеные деньги. Так и началась «золотая» жизнь кошелька. Одна за другой, картины, на которые я трачу не более двух часов с подготовкой материалов, разлетаются как бабусины пирожки в большой семье. Вопрос состоял в одном. Какой? Обязательно черный, обтекаемый, ревущий на мили вокруг, чтобы уши закладывало. Настолько плавный в ощущении асфальта под собой, что укачивает и ломает чувство пространства. Чтобы скорость и дождь, чтобы плечи выдергивало от ветра, атакующего, умоляющего остановиться. Задумавшись о том, как я стала собой, перед стендом с пивом, не сразу заметила, как о мой шлем стукнулся чужой, и рука щелкнула пальцами, спрятанными в кожаных перчатках: -Малышка, давно не виделись, — Чи, мой близкий друг из университета, улыбнулся своей чудесной, солнечной улыбкой, откинул пряди волос с лица и еще раз стукнулся шлемами. Словив непонимающий с моей стороны взгляд, продолжил: -Как по мне, этот эль, — тянется к бутылке с надписью: «Черный вепрь», — тебе понравится. Насколько помню, ты любила такое забористое пойло, — протягивает мне. -Да, действительно. Не ожидала тебя увидеть в полночь тут, — обвожу рукой небольшое помещение круглосуточного магазинчика на окраине города, — какими судьбами? -Сегодня гонки, очередное столкновение за звание «короля бала», — смеется, — ты разве не туда? — не видел тебя в этой тусне ни разу, как и в любой другой. -Я хотела выпить пива на горе и встретить рассвет, — сердце что-то екнуло, когда услышала любимое «гонки». Ночные, незаконные гонки. Еще и Короля выбирают. Кровь к голове прилила. Будучи в очках, линзы позорно могли покрыться испариной, — ты же знаешь, я одиночка. -С недавних пор. И сейчас ходят легенды о Катане, что была всегда при ночных на спорткарах, — Чимин улыбается и заглядывает в лицо исподлобья, брови поднимает, — короче, — шлепает в ладоши, заставляя меня дернуться от экспрессии этого малыша, — го со мной? «Вепря» выпьем, посмотрим на этот цирк, побазарим. М? — улыбается. Победил. -Погнали, я плачу, — хватаю с полок еще несколько бутылок знаменитого «Вепря», надеваю шлем на выходе, закидываю в рюкзак друга эль и газую. Смех сам собой рождается и вырывается из груди, когда притормаживаю на светофоре и вижу жестикуляцию Чи в зеркале заднего вида. Хорошо, подожду, не ругайся. Чимин погнал вперед, показывая мне дорогу. Через какое-то время мы выехали за город, видимо, сегодня действительно важная ночь и собрались все. В голове произошел только «пиздец», когда я увидела количество людей, снующих туда-сюда, мотоциклов, от горячести которых, словно пар шел. -Кей, мы чуть не опоздали, сейчас будет старт, — друг переносит вес на одну ногу и ставит подножку, снимая шлем, — нет, ты куда намылилась, а как же эль и я, стой! — Чи безуспешно пробежал пару шагов и улыбнулся, — ты как всегда, Фурия вернулась. -Кто там у тебя вернулся? Вечно брошенный малыш Чиминни, — вместе с толчком в плечо проходит Мидо, вытирая грязные руки об тряпку. -Ты когда-нибудь моешься? От тебя воняет, — Чи морщит нос, зажимая ладонью. -Это запах сущности твоего байка, мудила, у Стали движок барахлит, возродила его детку, теперь дальше может занимать свое законное десятое место с конца. -Ты такая мегера. Вот увидишь, она всех сейчас натянет на свой огромный, — Чимин хватает Ми за локоть и ведет к линии старта, где расположились самые смелые, — вот она, тотал блэк. Катана и ночная Фурия четырехколесных, помнишь такую? Будь она в нашей тусовке, Чонгук бы всегда смотрел только в спину, а не ему. Мидо поперхнулась от такого заявления, вывернула локоть из захвата и возмущенно открыла рот, — да ты ебу дал, юродивый. Чон годами нарабатывал свой скилл и статус, а я годами его мотор до совершенства доводила! -У него новый байк, — смеется парень. -Не важно! Но побеждал он на обласканном мной! А ты мне сейчас говоришь, что какая-то пизда с ушами на… — Ми взглянула на модель мото, — на мопеде как у меня… Так, стоп. -Спорим, она его раком поставит? — Чимин тянет руку для закрепления спора, совсем забыв о том, что руки его собеседницы по локоть в масле и движковых испражнениях. -А потом он ее, — смеется та, — гарантирую. *** Старт. Самое волнующее. Подъехав к ряду, хотелось схватиться за сердце и заставить его делать меньше ударов. Мешает. Я не участвовала в гонках более двух лет. Урчание мотора моего черного — успокаивало, вдох-выдох, закрыть — открыть глаза. Все верно. Мне не обязательно побеждать. Мне нужно доехать до финиша. Самой себе доказать, что сноровку не потеряла, что также могу, как в свои лучшие сезоны. Не замечала волнение окружающих зевак, участников заезда, нервное подергивание шлемов в мою сторону. Концентрация на прямой. Если сейчас рвану и не буду тормозить на первом повороте, проеду боком — высок шанс вырваться в первую десятку, а то и тройку. Проектируя возможные ситуативные решения, чуть не пропустила взмах. Все красуются, разминают пальцы на руле, щелкают суставами и, в целом, на количестве тестостерона можно вешать тот самый любимый топор. Старт. Время проверить свои нервы и погрузиться с головой в снос. Рев каждого мотора, что соединился в боевой крик Тора, гогот поддерживающих, красивая блондинка в шортах роняет платок. По первому касанию ткани о асфальт, выжимаю максимум, не слыша вслед «он сумасшедший!», «разобьется, псих!», «это не Фурия?», «это девушка?». Ветер бьет по защите, не замечаю, как вырываюсь вперед, обгоняя одного за другим, подрезая, некоторые теряются, падают, разбивают байки друг об друга, свои тела. Слабакам здесь не место. Негласное правило незаконного. На периферии замечаю черную пулю, что проносится мимо, задействует магию, не иначе. Увеличив скорость перед поворотом, режу нахала, и, словно, слышу телом его гнев. Само слово «гнев» будто на ребрах вырезано. Заезд казался недолгим, но к концу уже светало. Когда я финишировала первая, родилась тишина. Гробовая тишина, словно фото сделали и показывают в вакууме. Когда подбежал Чи, когда по плечам бил, кричал что-то про сто баксов, что он меня должен напоить на выигрыш, я протрезвела от эмоций. Сняла шлем под визг шин второго места, вытерла тыльной стороной руки потный лоб и шею, убрала волосы в низкий пучок. Друг протягивает «Вепря» и в этот момент меня обливают несколькими бутылками шампанского, врубая буферы с какой-то хитовской, видимо, очень модной музыкой, поздравляя и хлопая по всем частям тела, целуя фары мото. Но мой взгляд был направлен на одного. На того, кто в полминуты обогнал и, возможно, финишировал первым, будь мы знакомы или пару раз откатывали. Этот человек поставил мотоцикл на ножку, агрессивно стянул с себя шлем и кинул его, словно мяч, в асфальт, направляясь ко мне, не теряя зрительный контакт. Я расстегнула защиту, потому что мокро, липко и воздуха не хватает от количества эмоций, людей и его энергетики. Где-то далеко слышны те, кто проиграл. И мне, и ему проиграли. Они не важны. На данный момент важен только этот мужчина, что волосы мокрые за уши убирает, защиту расстегивает и перчатки снимает. Красивый очень в своей агрессии, черных от адреналина глазах, влажности и мощности бедер, что обрамляют кожаные штаны с наколенниками. Захотелось увидеть без. -Это бывший Король, будь с ним нежна, ты задела его эго, — хрюкает Чимин и берет из моих рук шлем, перчатки, пихает вторую бутылку «Вепря», мол, найди контакт, утешь. -А я и не против. Утешить. И контакт найти не против. Желательно телесный, — не сразу поняла, что последнюю фразу услышали, как минимум два десятка ушей, активно следящих за сим действием. И сам бывший Король. А бывший ли? -Кто такая? — стоит, сверху нависает горой, бесится, меня пытается тоже выбесить, — откуда? И как девка смогла меня так натянуть? -Эта девка тебя еще на трехколесном могла натянуть, Чонгук, — Чи пихает друга в плечо, расслабляя, -Кей, это Чон, Чон, это Кей, как ключ типа. Будьте знакомы и счастливы, выпьем же за коронацию! — последнюю фразу выкрикнул, поднимая бутылку эля над головой и тряся так, что пойло частично плескалось на все подряд. Народ подхватил, тряс стеклом и улюлюкал, чокаясь, выкрикивая пожелания новой «Королеве». Хуеве, думалось мне. -На, — протягиваю градус, — посади печень ради своей Королевы, — искренне смеюсь, показывая, что, собственно, мне по барабану, происходящее здесь. Этот человек моргает как глупый, словно не понимает где он, что вообще происходит и как объяснить его существование. -Кто такая? — тон смягчился, пальцы коснулись моих и чуть провели по костяшкам, когда Чонгук брал «Вепря». -Кей. -Ты знаешь, о чем я. Это правда? -Что именно? — поднимаю бровь и улыбаюсь в горлышко бутылки. Голос оказался еще более сексуальным, чем мясо в кожаных штанах. Особенно ярко выраженный Пусанский диалект, как у универского друга. Всегда была слаба к пусанцам. -Фурия? — перехватывает флирт и чуть поворачивая голову, чтобы показать свой красивый профиль и кадык, который ходит при глотке. -Для кого Фурия. Для кого Катана. Теперь еще и Королева, — улыбаюсь ехидно, облокотившись на сидение своего мотоцикла, — а что, задело? Могу раздеть. -Задело. Но коль ты ночная Фурия, это даже честь, — склоняется в поклоне и делает пару неловких пируэтов, — я твой фанат с детства. Слушал вместе с национальным гимном. Шутка дедовская. -Да ты угораешь, черт, — смеюсь и автоматически шлепаю по оголенной груди Чона. Вкусно, — вкусно. -Что вкусно? — перехватывает мою кисть и проводит ей чуть глубже, где горячо, потно, мокро и действительно вкусно. -"Черный Вепрь» вкусный, Чи был прав, — севшим голосом. -М. -Мгм. -Мне тоже вкусно, — указательный палец с косточки кисти пробирается под манжеты моей кожаной куртки, нащупывает жар, который вспыхнул уже красными щеками. И пот, что каплями спустился, держится. -Вкусно им, комнату снимите, — Чи шлепает по нашим рукам, что собирали на кончиках пальцев влагу этой ночи, — пейте давайте. -Ты плохой друг, — Чон, нарочито сильно дует нижнюю губу, которую хотелось прокусить и опробовать железо крови. -И вообще хуевый человек, все знаю. Вас сейчас все заинтересованные сожрут, а потом закопают в обнимку, — хихикает и икает. -Кто-то сегодня не сам домой поедет, — толкаю друга, который почти падает на руль моего мотоцикла. -Ну-ка не смей трогать это произведение искусства, — появляется из толпы Ми, наперевес с гаечным ключом. -Да я, вроде, не настолько пиздатая, — делаю крупный глоток горечи «Вепря» и ловлю улыбку той самой Пули, что на минуту меня обошла в гонке. Сушу десна в ответ. Получается смущенно. Бешусь. -Я не про тебя, Королева. Ты тоже ничего, но только посмотри на эту детку, — Мидо обнимает руль, словно самое чудесное существо этого мира, — я была слишком в тебе уверена, хрен ты эдакий, — зло зыркает в сторону Чона, — сотку проиграла. Ставила на победу. Но, как эта леди сливается, словно в сексе, с движком… я удивлена что ты вообще пришел к финишу. -Да зачем так жестко, малышка, он все равно тебя на первом повороте натянет, — Чи закидывает руку на плечо Мидо, дышит хмельно в ухо. -Да. Но и тебя на первых пяти метрах он тоже посадит на свою шишку, — зло смотрит, — я не за этим в мото. Мне состав, душа важна. А не эти ваши «писю на капот» и кто победил, тот молодец. -Это уже гомо, получается, — смеется Чимин. -Получается, гомо. -Когда реванш? -Не будет его. -Это типа потому что один раз ты победила, теперь боишься, что проиграешь, и я буду шутить над тобой, да? — Чи жмурится и пытается стоять ровно. -Это потому что мне нахер не надо опускаться до уровня кулебяки. -А мне нравится кулебяка. -Вы давно встречаетесь? — я буквально недоумевала от манеры общения парочки. Но если фетиш такой, то что поделаешь. -ДА ЧТОБ МЫ? С ЭТОЙ КРЕВЕТКОЙ? — Чи обиженно посмотрел на Мидо, тыкая пальцем в щеку. -Я не креветка, это ты креветка! -Нет, ты! -Так, детский сад «Василек», смотрим сюда, — Чон щелкает пальцами, чтобы привлечь внимание, — Ми, ты не пила? Этот черт на тебе будет. -Да почему всегда на мне? Каждый раз тебе бабы красивые, а мне этот гремлин. -Я креветка! -Нет, гремлин! -Креветка! — Мидо повела Чимина в сторону своего зеленого «лягушонка». Не настолько он был пьян, чтобы такси вызывать. -Итак, бабы красивые каждый раз, значит? Ты у нас ловелас? — улыбаюсь и делаю пару глотков. -Это смотря как посмотреееть, — чешет затылок, — в современном обществе называют полигамностью? -Или ты просто блядун, — смеюсь в голос, когда вновь вижу растерянное лицо. -Прокатимся? -Я на тебе, или ты на мне? -Что? -Что? -Это, ну… -На твоем поедем, или на моем? -А, ой. -Пися думает? -Фантазия яркая. -И что ты ярко представил в эту секунду? Чон делает пару шагов, придавливая меня к мотоциклу. -Судя по всему, твоя фантазия не менее ярка, — на ухо, — ночная Фурия, — проводит носом по влажному виску, — ммм, лучший запах. -Какой же? -Адреналин, кожа, дорога, ветер. Свобода. Ты пахнешь свободой. -И пивасом. -И пивасом, — смеется в ухо. -На всех прокатывало? — поворачиваю голову, оказываясь на одной высоте с его лицом, — ты опытный соблазнитель. -Наверное, на всех бы работало. Но они пахли духами и дешевым пойлом, — ведет носом по щеке. -"Черный Вепрь» тоже не высококлассный алкоголь, бывший Король. -Но вкусный? Королева, — смотрит в глаза. -Вкусный, — держу взгляд.