Певчие цикады

Солнце первыми лучами расплывалось по столице, окрашивая небо в бирюзовый. Летний, но уже прохладный ветер легко поднимал зеленые листья деревьев, заставляя их издавать характерный звук, дополняя неумолимое пение цикад. Казалось, весь город полностью вымер — ни единого человеческого звука. Только медленные повороты ключа в замке на последнем этаже. Парень старался тихо проникнуть в свою квартиру, не разбудив мать поздним возвращением. Она не любила, когда он гулял до утра. По началу пыталась наказывать, то назначая домашний арест, то изымая ключи от байка. Все оказывалось бестолку и сын все равно ускользал из-под ее чуткого надзора. Смирившись, она просила просто предупреждать, когда он будет задерживаться допоздна. Не молода уже. — Блять… — выронил парень, споткнувшись об обувь, стоящую при входе. Хотел же как можно тише. Быстро прошмыгнув в комнату, скидывая с себя вещи по пути в постель, Баджи рухнул в не застеленную кровать. Запах свежего хлопка моментально ударил в нос, прохладная ткань заволокла разгоряченное тело. Парень взглянул на настенные часы. Четыре двадцать. В семь мать встает собираться на работу. Хорошо, что он успел до этого времени. Усталость от последних суток грузом свалилась на Кейске, и тот, не меняя положения провалился в мутный сон. В такие дни сон — абсолютная пропасть, куда проваливается человек. Однако, кое-кто все же мог достать его хоть из бездны: — Баджи… Парень что-то промычал, не разлепляя глаза. Над его кроватью стояла женская фигура, теребя его за плечо. — Ну чего, мам?.. — обижено промямлил брюнет, переворачиваясь на левый бок. Все-таки она заметила его позднее возвращение. Каждый раз, как замечала, назло будила перед выходом. — Ты не забыл, что мы сегодня идем в ресторан? Внятного ответа не последовало. Разум парня уже покинул его. — Кейске! — Да помню! Утро же, хватит, а. Женщина тяжело вздохнула и направилась к выходу из спальни. — Ладно, я ушла. И приберись здесь — пройти же невозможно! Через несколько минут женщина покинула квартиру. Баджи прекрасно помнил, по какому поводу они сегодня идут в ресторан. Мистер Окада. Как только планы стали известны, брюнет начал активно наседать на уши Чифую. Ладно мать, она взрослая тетка — пусть, что хочет, то и делает. Но он-то там на кой черт? Баджи особо ничего не знал о мамином ухажере, виделись несколько раз. Когда мать приглашала его к себе, парень быстро ретировался к Чифую, не хотелось лишний раз маячить перед глазами. Да и выслушивать за свое отвратительное поведение тоже. Пару лет назад подобная встреча на независимой территории уже имела место быть. Как оказалось, целью было познакомить его с дочерью мистера Окада — Син… Саку… Да и хер бы с ней. Все, что он помнил — невероятно длинные волосы девицы. Баджи один раз дернул прядку, проверить настоящие ли они, как девчонка тотчас же разревелась и весь оставшийся вечер не отлипала от своего дорогого папаши. Следуя за мимолетными мыслями, Баджи снова заснул. Проспав весь день, Кейске спохватился. На часах полпятого. Еще есть время до приезда матери. Парень неохотно встал с кровати, разминая затекшую шею. По привычке глянул на подоконник — миска пуста, значит кто-то из котов приходил. Или же у Чифу проснулся аппетит к кошачьей жрачке. Усмехнувшись, Баджи пошел в ванну. — Выглядишь ты, конечно, для ресторана хреново. — А сам-то? Если бы мог — спал дальше, — хмуря пышные брови ответил Баджи, закидывая в рот ложку риса. — Зачем ты ешь, вы ведь сейчас уже поедете, — недоумевающе покосился Чифую. — Че раскудахтался? Я тебя позвал, чтоб ты помог вообще-то. — Да не ной, сейчас подберем все. — Чифую по-хозяйски распахнул шкаф Баджи и принялся рыться в тамошних завалах, в поисках приличной одежды. — Может все-таки не париться и пойти в форме Тосвы? — Это будет последний раз, когда ты вообще куда-то выйдешь. — Не понял. — Тебя мать в детдом сдаст. — Чифую вынул школьную форму, — У тебя кроме растянутых грязных футболок ни черта нет. Ты вообще вещи стираешь? — Завались, а… — Баджи поставил миску на стол и выдернул вещи из рук друга. Тот, удовлетворенный подколом, уселся в кресло напротив письменного стола. — Тебя ждать сегодня? — Мацуно бегал глазами по заваленной поверхности. — Не знаю, надеюсь смогу улизнуть. Не выдержу этот цирк дольше двадцати минут. — говорил Баджи, застегивая пуговицы рубашки. — Если успеешь до девяти… О, — блондин взял в руки мангу, которую выцепил взглядом в груде тетрадок, — а я думал потерял ее. Раздался звонок в дверь. — Ладно, я пошел, — Чифую перекинул ноги через подоконник, — удачи там не сдохнуть. — Смотри сам не ебнись. — слегка прикрывая окно за другом, ответил Баджи. — Собрался? — мать окинула сына пристальным взглядом. Женщина тонкими пальцами заправила выбившиеся пряди сына за уши, отдернула рубашку, отчаянно надеясь, что ее ребенок станет выглядеть хоть каплю опрятнее, — А в комнате убрался? — Не успел. Ма, перестань, — уклонился молодой человек от рук женщины. — А что ты весь день делал? — Спал. — пожимая плечами ответил Баджи, — Каникулы же. — Это последнии недели. Все, никаких поздних прогулок, выравнивай режим! — Пошли уже! — не в силах впитывать нравоучения, брюнет первым вышел из квартиры. Мать Кейске всю дорогу до места назначения рассказывала о своем рабочем дне, пыталась выпытать у сына, чем он занимается с друзьями во время своих загулов. Спрашивала, как дела у Чифую, как поживает дед Сано. Баджи, подперев ладонью щеку, молча наблюдал за вечерним Токио. Красиво, конечно, но когда видишь эти огни с байка, разгоняясь до той степени, что весь окружающий мир сливается, преобразуется в единую субстанцую, что никогда не догонит его — вот тогда красивее. Баджи лениво почесал затылок, на котором в хвост были собраны длинные темные волосы. Надо было взять с собой мангу, чтоб хоть чем-то занять себя, пока голубки будут ворковать. — Приехали, мадам. — откидываясь на кресло, сказал таксист. Уже у входа в помещение они встретили мистера Окада. Высокий мужчина выкинул недокуренную сигарету и расставил руки: — Здравствуй, милая. — он положил свои большие ладони на плечи женщины и приветственно коснулся губами ее напудренной щеки. После протянул руку в сторону парня, — Баджи. — Драсте. — брюнет без энтузиазма пожал протянутую ему руку. Запах крепкого табака ударил в нос. — Голодные? Я пока еще ничего не заказывал. — мистер Окада, придерживая мать Кейске за лопатки, повел прибывших в помещение. — Сора внутри. — Она тоже здесь? — мгновенно выпалил Баджи, отрывая взгляд от пола и направляя его на спину мистера Окада. Тот спокойно повернул свою массивную шею к нему. — Да, ждет нас. Убранство заведения выглядело солидным. В такие они с пацанами не ходят. Как бы Баджи хотел оказаться в родной лапшичной через два квартала. Оставив верхнюю одежду, они шли через большой зал с приглушенным светом, маневрируя между полупустыми столами. Контингент данного заведения — самая нелюбимая прослойка общества Баджи. Все-таки жаль, что он не заявился сюда в форме Свастонов — хоть какое-то развлечение, в виде возмущенно косящихся на него пижонов. Мистер Окада привел их к столику, практически в центре зала. Обладательница темно-русой макушки оторвалась от разложенного меню. — Добрый вечер! — вставая со своего места, с улыбкой сказала девушка. — Здравствуй, Сора, — ответила мать Кейске, усаживаясь на стул, который любезно отодвинул ей мистер Окада, — Баджи, не стой, ответь что-то. Он мгновенно отмер и поспешно вытащил руки из карманов брюк. — Здарова… — ответил парень, занимая свободное место рядом с девушкой. Родители устроились напротив. — Привет. — Не убирая улыбки с лица, сказала Сора, вновь переводя внимание на меню. — Ты уже выбрала что-нибудь? — поинтересовался мистер Окада. — В принципе, да. — Протянула его дочь и передвинула книжку соседу. — А тут есть лапша?.. — Принимая тонкий оборот, поинтересовался брюнет. — Выбери что-то нормальное, ты и так каждый день ее ешь! — мгновенно запротестовала мать Кейске. Баджи уловил смешок со стороны. После того, как каждый совершил заказ, за столом несколько минут царило неловкое молчание. Родители так же, как и дети находились в смятении. — Чем сейчас занимаешься, Баджи? — мистер Окада решил нарушить тишину, начав разговор. — Да так… Ничем… — парню не хотелось распространяться о своем досуге при матери. Он завалился на спинку стула и отвел взгляд. — Что-то вы застеснялись. Из-за того, что давно не виделись? — несвойственное поведение сына не скрылось от от глаз женщины. — Кстати, Сора, я все никак не могу привыкнуть к твоему новому образу. Но тебе точно идет. — Благодарю. А Вам очень идет это платье! Баджи вновь посмотрел на соседку. Ее волосы едва прикрывали линию подбородка, длинная чёлка то и дело падала на правый глаз. Она сидела, облокотившись на ручку стула. Темно-зеленая длинная юбка скрывала скрещенные под столом ноги. За эти годы она сильно изменилась — буквально стала олицетворением дружелюбия. Нахальный взгляд папиной дочурки пропал, позволяя светлым глазам пронзительно смотреть глубоко в основание человека. Мистер Окада увлек мать Кейске в разговор о работе. Сора повернула голову в сторону Баджи: — Ты действительно ничем не занимался все каникулы? А как же ваша банда, про которую ты так восторженно рассказывал в прошлый раз. Распалась? — Конечно же нет, — поспешил возразить парень, но не зная, как продолжить, перевел взгляд на свои ноги. Не расскажешь же ей, что они больше не группа детей, а полноценная, хоть и молодая банда. Сора начала рассматривать интерьер ресторана. — Почему ты отрезала свои волосы? — М? — девушка удивленно посмотрела на Баджи. — Зачем отрезала? — головой кивнул он, — было очень необычно. — Чтобы ты их больше не дергал, — Сора добродушно улыбнулась. Пару лет назад она бы надула щеки и показательно отвернулась от него. Действительно ли человек способен настолько измениться? Баджи вспомнил, как мать успокаивала его, поглаживая голову и приговаривая, что это просто возраст, все девочки сначала вредные. — Теперь я буду дразнить тебя. Она завела руку за его голову и легко дернула темную прядь. Парень недоумевающе покосился на собеседницу. — Ты все еще обижаешься?.. — Нет, это даже забавно. Ему хотелось спросить что-нибудь еще: он странным магнетизмом ощущал ее присутствие. Сора же вела себя достаточно уверенно, улыбка не спадала с ее лица даже во время молчания. Мать Кейске осмотрела подростков напротив и мягко начала: — Вы, наверное, задумывались, с чего мы решили вас собрать, — две пары глаз вопросительно посмотрели на женщину, — В общем… — В общем, мы собираемся жить вместе. — поддержал ее мистер Окада, сцепив ладони на столе и подавшись вперед. Баджи и Сора одновременно замерли, каждый пронзая своего родителя шокированным взглядом. — Да… Вы будете совсем как брат и сестра! — мать Кейске волнительно заглядывала всем присутствующим в глаза, ожидая реакции. Она знала вспыльчивый характер сына: не раз ей звонили из отдела работы несовершеннолетних по той или иной причине (но, если опустить детали, причина всегда одна — ее безбашенный сын). Первая пришла в чувства Сора. Она прикрыла глаза и вновь натянула свою улыбку. — Теперь мне называть Вас миссис Окада? — Нет-нет, мы пока решили просто попробовать жить вместе. — женщина положила свои руки на ладони отца Харуки. Баджи заметил, как девушка сжала кулаки. — Значит, решили? — протянул Кейске, не сводя желтых глаз со своей матери. — Да, Баджи, решили. — строго ответила его мать, делая акцент на последнем слове. — А нас вы решили не спрашивать… — Баджи. — Лишь поставили перед фактом… — Баджи! Возмущение кипятком разливалось по его венам, затуманивая разум и высвобождая внутреннего зверя, которого обычно Кейске даже не пытался контролировать. Ярое желание перехватить одного из (а может даже всех) здешних хлыщей и подправить надменное ебало бурлило внутри брюнета. Он, словно тоже добиваясь поддержки, оглянулся на Сору: но девушка даже не смотрела на него. Эта чертова улыбка. Теперь он все понял. — На этой неделе мы завезем необходимую мебель. Сора, я уже подал документы о твоём переводе в другую школу. Казалось, что девушка никак не отреагировала на слова мужчины. Она смотрела куда-то за спину своего отца. Легкая улыбка не исчезала с ее губ. Сора еле-заметно вздохнула: — Хорошо, завтра предупрежу свою подругу. Баджи резко подорвался с места, кинув скудное «сейчас вернусь», направился в сторону уборной. Открыв кран с ледяной водой, Кейске ополаскивал лицо. Уперевшись ладонями в раковину, он посмотрел на себя в зеркало: от его беспечности не осталось и следа. Он не понимал к чему этот лишний пафос, эта манерность семейки Окада. Холодная вода помогла убавить пыл, и парень направился обратно к столику. К его приходу заказанные блюда уже были на своих местах. Вновь повисла вязкая тишина за столом. Лишь отдаленные звуки с соседних столиков: неразборчивые разговоры, лязг соприкосновения приборов с посудой, ненавязчивая музыка. Баджи заметил, что Сора почти ничего не съела. Когда вечер двигался к своему завершению, мать Кейске и мистер Окада стояли на улице поодаль, о чем-то переговаривая. Баджи и Сора стояли почти у входа в закрывающиеся заведение, смотря на своих родителей. — Тебе ведь тоже не по душе эта новость. Давила лыбу, чтобы не расстроить папочку? — его бесила спокойная реакция девушки. Она не стала сразу отвечать. Ни одна мышца ее лица не дрогнула от его слов, сказанных, вызвать в ней агрессию. — Может и так. Но ты перестарался с реакцией обиженного малолетнего придурка. Баджи открыл рот, чтобы мгновенно вылить свое недовольство, но Сора не позволила ему начать: — Да, я не в восторге, но уже ничего не поделаешь. Тебе стоит повзрослеть, Баджи. — Вообще-то, я старше тебя! — Разве? — она посмотрела на него, как ему показалось, самым ужасным взглядом. Мистер Окада махнул им рукой в знак, чтоб подростки подошли. Заметив это, Кейске пошел в его сторону: — Твой дорогой папочка зовет тебя, беги скорее. — Садитесь в машину. Подвезем вас. — сказал он, обращаясь к матери Кейске. Та довольно просияла и села на пассажирское кресло возле водителя. — Надеюсь вам все понравилось. — открывая перед женщиной дверь, сказал мистер Окада. Это были первые и последние слова за всю поездку. — Очень. — саркастично ответил ему Баджи. — Конечно, спасибо за вечер, — мать Кейске прильнула к губам мистера Окада, — до связи. Пока, Сора. — До свидания. — ответила девушка из машины. Брюнет показательно ушел первее матери. Время час. К девяти не успел, но и вызванивать Чифую он не собирался. Повесив рубашку в шкаф, парень распахнул окно. Прохладный ветер тотчас поднял его уже распущенные темные волосы. Баджи любил этот дом; любил этот вид на район — отсюда было видно место, где они с Чифом стали друзьями. Здесь уже сложился свой порядок и появление сожителей неизбежно вело к перестройке. Вдохнув, парень лег на кровать. Однажды, после очередного занятия у деда Сано, видя, как некоторых ребят забирают отцы, Баджи впервые задался вопросом. А где его папа? — Он уехал. Так бывает. Все, что ответила его мать. Не то, чтобы Баджи сильно переживал на этот счет — у Майки, например, нет даже мамы. Но у Майки есть сестра и, видя, как они сдружились, Баджи тоже захотелось стать старшим братом. Однако, нынешние обстоятельства не похожи на мечты шестилетнего мальчика. Его будущая сестра — не милая Эмма. Честно говоря, он мало понимал вообще, какая она. — Хотел сестренку — получай. Эдо.