Нас осталось 17...

— Дай мне! Я тоже хочу петь! Ты уже третью песню подряд поёшь, а я ещё не одну не спела! — пыталась перекричать музыку негодующая Лера. Девочка не высокого роста, с карими глазами и волосами чуть ниже плеч. Полноватой фигурой, всегда весёлой и заводной. — Я только начал! Отстань! — крикнул в микрофон Данил. Парень со светло-коричневыми волосами, такого же не высокого роста, с чёлкой. Довольно приятная внешность и спокойный характер. — Три песни — это только начал?! — выкрикнула Вика с набитым ртом. Высокая стройная девушка, с черными волосами и большими черными глазами. Самый адекватный человек во всей этой компании. — Бро, дай бабам попеть! — сказал Ата, своим, опять обкуренным, голосом. Высокий парень с тёмными волосами, с чёлкой и с не очень приятным характером. Внешность приятная, а также очень упрямый, и умеет отстаивать свои границы. -А можно как-нибудь по вежливей, Холоп! — сказала с усмешкой его сестра Настя. Стройная девушка, совсем не похожа на своего брата, симпатичная, но со своеобразным характером, не каждый поймёт. Очень ранимая. — Очень смешно, — ответил ей тот самый «холоп». -Люди харе орать, музыку не слышно! Дань, серьезно, хватит! У меня уши вянут! — вставила, вторая Лера, но все её называли Юдиной. Худенькая девушка среднего роста, с золотыми волосами и карими глазами. Своё она никому не отдаст просто так, а если надо, то будет бороться до последнего.А Юдиной её называли, потому что это ее фамилия. — Ой, а ты поёшь прям как Витас! — произнёс Даня с издёвкой в голосе. — Клянусь, Дима поёт намного лучше! — сказала уже уставшая Наиля. Девушка не высокого роста, с тёмными волосами и шикарной фигурой.Оптимистка по жизни, и как говорят: «В жопе детство играет». — О, кстати да, включите Инстасамку! — сказал Дима, у которого уже горел азарт в глазах. Парень низкого роста, светлые волосы и челка которая ему не идёт. С высокой самооценкой. Аразик уже начал искать песню, как в это время Мамед упал на провод караоке, от чего оно вырубилось. — Вы что, офигели?! Я даже не успел начать! — произнёс Дима, потерявший надежду. — Да это не я! Я не виноват, что этот придурок всегда лезет туда, куда не надо! — с горечью ответил Аразик. Высокий парень, с тёмными волосами и глазами. Найдёт ответ на любой вопрос. Характер спокойный. — А что сразу я?! Ты ноутбук у меня взял, а музыку мою включать не хочешь.- пытался оправдаться Мамед. Маленький мальчик, который старше всех из общества, но рост тому не аргумент. Тёмная чёлка и тёмные глаза. Влезает везде куда надо и не надо. — Ой, ну брось, я тебя уверяю, никто не хочет слушать твоего blago white, — парировала я. Я не очень высокого роста, с золотыми волосами. Всё меня называют Американкой. Всегда безбашеная, но при этом пессимистка. А, кстати, меня Алина зовут. — А я тебя и не спрашивал, хочешь ты его слушать, или же нет! — грубо ответил Мамед. — Долбаёб, не ори я с ней соглашусь, ты уже заебал всех своей музыкой, — сказал Атагельды, дабы хоть как-то утихомирить друга.И у него вполне получилось, ведь после его слов, Мамед замолчал. Атагельды высокого роста, почти на голову выше меня. С тёмными волосами и узкими глазами. Часто грубит, но при этом все понимают и привыкли к такому характеру. — Так, люди, а нельзя просто вставить шнур обратно? — спросила Аля. Девушка, красивого телосложения, с осветлёнными концами. Всегда за любой движ. — Вот именно! — сказал Дима, которому не терпелось начать петь. — Я не могу, он провод порвал.- парировал Аразик, показывая оторванный шнур. — Бля-я-я…- грустно произнёс Дима. Вдруг у Аразика зазвонил телефон. Все притихли, дабы не мешать ему. — Алло, да?.. Гуляю с друзьями… Что, с чего ты взял?!. Ладно, хорошо… Зачем?.. Окей сейчас…- он беседовал с кем-то по телефону. — Ребят, мне позвонил брат. Он знает что мы в школе… — Всё, тусовка закончилась! — не успел Аразик договорить, какой Ата его перебил. В классе все печально вздохнули. — Эй, дайте договорить. Родители не в курсе. Уходить не надо. Он сказал зайти в сеть, включить новости, там прямой эфир. Сказал, что посмотреть должны все, — продолжал Аразик. — Ну давай, включай, — сказал Рияд, садясь на свободное место.