квартира на одиннадцатом этаже.

ран бегал по квартире в поисках чего-то, а риндо спокойно наблюдал за ним и периодически спрашивал о том, что же старший все-таки придумал. не отвечая ни на что, ран вручил младшему форму, состоящую из длинного плаща на застежке, штанов и черных сапогов, и улыбнулся. тут риндо все понял. — я собираюсь самостоятельно ее найти. ты мне в этом поможешь. собирайся, выезжаем через пару минут. у нас каждая секунда на счету. действительно, через несколько минут братья уже спускались вниз. ран сказал риндо адрес, куда нужно будет ехать, сел на свой байк и помахал младшему, зазывая за собой. волнение охватывало старшего хайтани все больше и больше, ведь он не мог представить, что из-за него может пострадать совершенно невинная девушка. в мыслях он проговаривал «все будет хорошо, звездочка» и повышал скорость. *** — что же нам с тобой сделать, дорогая хоши? как добыть информацию о твоих ненаглядных друзьях, а может и даже более чем друзьях, которые зовутся братьями хайтани? — постукивая по спинке железного стула проговаривал незнакомый человек, стоявший сзади. непонимание ситуации заставляло сердце биться чаще. «зачем я только ввязалась в общение с этими хайтани?» спрашивала сама у себя хоши. в горле было сухо и звуки не вылетали из него. попытавшись что-то сказать, мацумото лишь закашляла и ощутила боль. хриплым голосом она произнесла: — я..ничего не знаю. только то, что их положение высоко в роппонги. больше мне нечего вам сказать. — ясно. не хочешь говорить просто так, значит придется заставить, — незнакомый голос из-за спины стал каким-то злым, — симидзу, передай, пожалуйста, пистолет. хоши замерла. с-симидзу? ей не послышалось? верить в это не хотелось совершенно. кацу не может быть тем вторым человеком, стоящим за спиной где-то там, в темноте. он не может сейчас передавать человеку пистолет, который при нажатии на курок убьет девушку. — да, господин, секунду. — ответил, по всей видимости, ассистент. сейчас сомнений уже не оставалось. — к-кацу? это ты? — дрожащим голосом спросила девушка. — ха, догадалась все же. медленные шаги приближались к хоши, холодная рука упала на плечо. перед ней на корточках присел он. кацу симидзу. — каково ощущение осознания? весело получилось, не так ли? а я мог убить тебя сразу, как только ты рассказала мне все, ещё два месяца назад. но нет, я решил растянуть удовольствие. а сейчас ты связалась с хайтани и доставишь мне и господину харучиё ценнейшую информацию. ну а позже.. — можешь не продолжать, — сквозь слезы прошептала мацумото, — я сама понимаю что вы от меня хотите. объясни только одно: зачем ты вселил в меня желание жить, если сейчас ты отберешь у меня всё? парень засмеялся. скорее, залился смехом. из глаз девушки текли соленые слезы, которые смачивали щеки и падали на колени. голова разрывалась от смеха симидзу и понимания того, что тот человек, в котором она нашла опору и поддержку оказался жалким притворщиком. у хоши не было ничего. сейчас она потеряла единственную причину жить. — ха-ха-ха, как же это уморительно. жить? ты когда-то хотела жить в этом мире? мне не послышалось? а почему тогда каждый раз, когда речь заходила о смысле жизни, ты твердила «в этом нет никакой прелести и я предпочитаю умереть»? ты — жалкая наивная девочка доверилась мне, практически меня не понимая. все, что ты обо мне знаешь — подделка. и весь этот год я лишь изучал тебя, выпытывая информацию, чтобы когда-нибудь застрелить где-то в переулке. тем временем мужчина сзади подошел к кацу и сказал что-то очень тихо, так, что хоши не услышала. да слышать и не хотелось. все, что она прожила за эти пол года оказалось лишь иллюзией. тот, кто был с ней рядом на самом деле использовал ее, а наигравшись — выбросил бы. «лучше бы никто мне не помог и еще тогда, год назад, я бы использовала тот нож и сейчас все было бы спокойно» — про себя твердила мацумото, захлебываясь в слезах. — хватит плакать, лучше скажи, где хайтани держат свои основные силы, — начал мужчина в темно-розовом костюме с пистолетом в руке, — это все, что от тебя требуется сейчас. быть может, мы тебя даже отпустим. — я ничего не знаю. только сегодня я вообще узнала о деятельности хайтани, а буквально через пару минут меня кто-то ударил по голове. — зачем ты врешь, дорогая хоши? от этого лучше не станет, только хуже, — проговорил незнакомец и достал маленький нож из кармана, — раз уж ты отказываешься отвечать просто так, начнем действовать. он провел острым лезвием по руке мацумото. девушка почувствовала резкую боль, от которой хотелось кричать. кровь закапала на пол, на рану упала пара соленых слезинок и от этого немного жгло. симидзу из-за спины господина в костюме лишь усмехался, а сам незнакомец вытер нож и спросил ещё раз: — где находится штаб хайтани? — я.. я не знаю. ч-честно. прошу, отпустите меня, я ничего не знаю, клянусь.. после этих слов последовал смешок господина. тот взял девушку за волосы и поднял лицом к себе. в уголках его рта находились вертикальные шрамы, уши были проколоты много раз, а волосы покрашены в розовый. — я — харучиё санзу. известен тем, что всегда добиваюсь от людей того, что мне нужно. любой ценой. и ты, мелкая притворщица, ещё смеешь в этом сомневаться? если ты думаешь, что я просто так отпущу тебя, то ты глубоко ошибаешься, мацумото, — а далее господин харучиё обратился к кацу, — симидзу, передай таблетку. тот отошел в сторону и вернулся с небольшим футляром, в котором блестела небольшая бело-розовая капсула. санзу взял ее двумя пальцами, улыбнулся, покрутил пару раз и отправил в рот. сглотнув, начал неистово смеяться. — умри, умри, мацумото, умри! ха-ха, какая же ты жалкая тварь.. харучиё оставил ещё несколько глубоких порезов на запястье девушки. тело разрывалось от боли, голова кружилась, хотелось кричать и плакать. было страшно получить такую мучительную смерть. конечно, выхода из этой ситуации нет. «за что, за что, за что?» — проносилось в голове хоши. вдруг дверь в конце комнаты распахнулась и появился высокий силуэт. на лбу девушка ощутила холодный ствол пистолета. послышались крики. в этот момент хоши потеряла сознание.