catalogo di Mandela

       Арсений понял, что ему нравится Антон в тот момент, когда он вышел из его квартиры.        Нравится примерно так, как тот самый дядя, который приезжает к племянникам раз в десять лет, дарит кучу подарков, становится любимчиком всех детей и уезжает обратно.        Арс действительно видел в этом мужчине какого-то давно забытого, но заботливого родственника. Но не более.        Но Попову нравится Шастун. И это факт.        Возможно, парень и смог бы обдумать тщательнее то, что происходит в его голове и что связано с Шастом, если бы не гость, которого он встретил возле своей квартиры.        — Привет, - Арсений слабо улыбнулся, подходя к Дмитрию, который облокотился на входную дверь.        — Здравствуй, - старший взял голубоглазого за руку и притянул к себе, обнимая его за талию. - Ты не сказал мне свой новый адрес и я выпросил его у Иры.        Арс виновато опустил взгляд, всё равно прижимаясь к своему парню. Он и правда не сообщил Диме свой адрес, так как… А причины толком и не было. Просто младший ещё в феврале понял, что будет отдаляться от Масленникова в связи с сложившимися обстоятельствами. В конце концов, Попову всё ещё стыдно смотреть старшему в глаза. И он всё ещё не рассказал о случившемся. Потому что стыдно. Потому что страшно.        — Зайдёшь на кофе? - Арсений потянулся к ручке двери, чтобы пройти в квартиру.        — Ты же знаешь, что я не люблю кофе, - Дмитрий усмехнулся, но отошёл от двери.        — Да, прости. Я забыл, - Арс смущённо прикусил губу и зашёл в квартиру, быстро снимая свои кеды и сразу же направляясь на кухню.        Почему-то подростку стало уж очень неловко от этого разговора. Он уже привык к тому, что он обожает кофе больше всего на свете и что в любом непонятном случае можно приготовить кофе. Он привык к тому, что когда к нему приходит Ира он готовит ей кофе, потому что она тоже его любит. Он.. Он пол часа назад пил кофе на кухне у Антона. Причём последний даже не спрашивал у Попова, хочет ли он кофе. А тут человек, который не любит этот напиток. Это очень странно. И очень неловко.        — Может, не будем тратить времени на чай? - Масленников сел за стол и поманил младшего к себе пальцем.        — Ты пугаешь меня такими фразами, - Арсений нахмурился, но подошёл ближе. Не успел он возразить, как старший уже усадил его к себе на колени.        — Я просто по тебе соскучился, - Дмитрий безобидно пожал плечами и прильнул к губам голубоглазого, почти сразу же проталкивая внутрь чужого рта свой язык. Младшему же не оставалось ничего, кроме как ответить на поцелуй спустя какое-то время.        Дима целовал настойчиво. И даже слишком. Он грубо сжимал чужую талию, прижимая Арса к себе вплотную. В конце концов, когда рука старшего уже пробралась под толстовку голубоглазого, последний издал протестующий стон и кое-как отстранился.        — Что ты делаешь? - тихо спросил Попов, пытаясь убрать чужую руку со своего живота.        — Мы встречаемся уже год, Арс. Пора уже, - Масленников закатил глаза и прикусил зубами шею подростка, оставляя там красное пятно и тем самым заставляя младшего вздрогнуть.        — Прекрати, пожалуйста, - Арсений поджал губы и чуть оттолкнул Дмитрия, чтобы иметь возможность встать.        — Чего ты ломаешься, как девственница? - почти возмущённо прошипел Дима, после чего ухмыльнулся. - Хотя, почему как? Ты и есть самая настоящая девственница.        Арс от некой обиды, что заскребла у него на душе, закусил губу. Ну вот и как сказать своему парню, что девственности он лишился ещё полгода назад, вот только не с ним?        Нет, ну а чего ты хотел? Нужно было сразу всё рассказать, а не тянуть кота за его причинные места. Ты сам виноват в случившемся. Сам виноват в том, что приходится ему отказывать. Ты сам во всём виноват.        — Я не готов к этому. Прости.        — Ты никогда не готов, - парень вздохнул, всё-таки отпуская младшего и позволяя ему отойти. - Это уже бесит.        — Серьёзно? - Арсений возмущённо вскинул руками, после чего поправил толстовку и пошёл к выходу из кухни. - Если ты пришёл чтобы переспать со мной, то уйди, прошу тебя.        — Как скажешь. Но ты не сможешь вечно меня динамить, - старший пошёл вслед за своим парнем и, быстро обувшись, обернулся обратно к младшему.        — Дим, прости, но я не хочу, чтобы меня торопили. Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь, - Попов устало облокотился спиной на стену и закрыл лицо руками. - Давай разойдёмся мирно, пока не стало хуже.        Толкового ответа голубоглазый так и не услышал. До его ушей донеслось только угрюмое «угу» и звук открытия двери. Странно, но не было слышно, как она закрылась.        Арсений устало поднял голову и убрал руки с глаз. Дмитрий действительно не удосужился даже закрыть входную дверь. Он просто пулей выскочил из чужой квартиры, оставляя хозяина в подвешенном состоянии.        Арс мог бы стоять так напротив открытой двери вечно, если бы вход в его квартиру не находился прямо напротив той лестничной клетки, где как раз сейчас курил Антон. Поэтому младший тяжело вздохнул, закрыл дверь и сел на пол.        Ну вот. Он потерял одного из единственных людей, которые оставались рядом с ним до сих пор. А всё потому что он почему-то не может просто с этим человеком переспать.        Ну ты и придурок, Попов. Ничего же страшного не случилось бы, если бы вы.. Занялись постельным спортом. Ничего такого в этом нет. Тобой и так кроме Димы никто больше не заинтересуется. Ты грязный. Ты испорченный. Ты никому не нужен.        — Прекрати разговаривать сам с собой, придурок, - тихо прошептал сам себе Арсений, руками сжимая собственную голову и таким образом пытаясь прийти в себя.        Те мысли, которые посещали тебя вчера. Ты ведь знаешь, что они были правдивы? Ты должен убить себя.

***

       Антон понял, что ему нравится Арсений, не сразу.        Конечно же, он ему нравился как.. Ребёнок. Как маленький ребёнок, о котором хочется заботиться всегда.        Понял Шастун это только когда Попов исчез с поля зрения, а у старшего было слишком много работы, чтобы забежать в квартиру сверху.        В тот момент на душе Шаста творилось что-то страшное. И ладно ещё если бы пропал кто-то другой, кто живёт в его подъезде, ведь мужчина уже давно привык, что соседи съезжают без предупреждения чаще, чем люди в мире умирают. Но зеленоглазого пугало то, что во время их последней встречи оказалось, что Арс стал меченым. И если с первой попытки злоумышленник почти довёл этого подростка до самоубийства, то страшно представить, что же может случиться с ним за несколько дней одиночества.        Шёл четвёртый день с момента последней встречи Антона с Арсением. И сегодня старший окончательно понял, что не стоит слишком сильно волноваться насчёт этого. Странный итог, правда?        Шастун прекрасно понимал, что сейчас ему важнее всего заняться работой, ведь в Санкт-Петербурге творится полный ужас в связи с увеличением количества альтернативов. В каждом полицейском участке всё ещё есть лишь по одной группе, специализированной для обезвреживания всех этих существ. И в каждой группе максимум по десять людей. Это слишком мало для того количества пораженных и меченых, которые требуют помощи.        В конце концов, после всех этих размышлений Антон пришёл к выводу, что Арсений взрослый парень и сможет справиться сам. С этой мыслью старший и смирился.        — Тох, тут начальство привезло новую пачку, - в кабинет без стука зашёл невысокий парень в очках и махнул папкой в своих руках, после чего положил её на стол Шастуна.        Дмитрий Позов - единственный человек, с которым зеленоглазый общался хорошо на работе. Не сказать, что они лучшие друзья, но всё-таки проще работать, когда есть хоть кто-то рядом.        — Мне только одно? Или ты как обычно будешь таскать мне понемногу? - Антон усмехнулся и пододвинул папку ближе к себе. Надпись на первой странице его уже пугала, но стоило подождать, пока коллега выйдет из его кабинета.        — На этот раз только одно, - Дима пожал плечами. - Ты в последнее время совсем измотан, так что остальное я сам переберу. А ты отдохни хоть немного.        — Поз, не надо так за меня волноваться. Я в полном порядке, - Шастун отвёл глаза, смотря куда-то в окно. - Но всё равно спасибо.        — Я вот только спросить хотел. Твоё состояние как-то связано с Лёшей? - пытаясь проследить за взглядом чужих зелёных глаз, спросил Позов. В ответ на этот вопрос младший отрицательно покачал головой.        — Он тут ни при чём. Не будем об этом, пожалуйста.        — Я понял, прости. Заканчивай с работой поскорее и иди проспись, - Дмитрий напоследок коротко улыбнулся и покинул кабинет шатена, оставляя его наедине с собой.        Антон тяжело вздохнул и всё-таки взял в руки папку, где хранилась информация об очередной жертве злоумышленника. Эти информационные доклады были основной частью работы Шастуна - каждый рабочий день ему и остальным сотрудникам приносили новые дела, а они должны были искать хоть какие-то зацепки, указывающие на способы борьбы с альтернативными существами. Иногда Шаст цеплялся даже за такие, казалось бы, мелочи, как таблетки, которые могла принимать жертва перед тем, как покончить с собой. А всё потому что не всегда после самоубийства злоумышленники становятся альтернативами. Что-то им мешает это сделать. Антон был намерен выяснить, что же именно не нравится этим инопланетным идиотам. И, кстати, сегодняшняя жертва так же не стала оболочкой для альтернатива. Она смогла обрести покой.        На первом листке бумаги красовалась фотография улыбающегося юноши, который казался самым обычным подростком. И когда взглядом Шастун скользнул ниже, он вновь возненавидел свою работу. В графе «возраст» было указано, что этому парню было всего пятнадцать лет. А ещё чуть ниже, напротив надписи «причина смерти», указывалось, что мальчик покончил с собой с помощью галстука, который являлся частью его школьной форму. Этому парню было пятнадцать и он повесился, потому что не выдержал испытаний злоумышленника.        Антон до боли прикусил губу, стараясь прийти в себя. В голове всё крутились мысли об Арсении. Ведь последний мог оказаться на месте этого подростка. А может, он уже оказался. Именно в тот момент мужчина понял, что именно сегодня он зайдёт к своему соседу, не смотря ни на что. Вот, как раз Дима говорил пойти домой пораньше. Он и пойдёт.        И нет, Шастун не был одним из тех озабоченных дяденек, которые увидели цель и буду строить из себя каких-то заботливых папиков. Он просто хочет помочь. Это его работа - помогать. В конце концов, он чувствует, что с Поповым что-то не то. Если бы всё было в порядке, они бы пересекались как минимум раз в день. Ну, или на крайний случай, голубоглазый бы заходил к нему. Вряд-ли, конечно, он этого хочет, но.. Шаст ведь просил давать о себе знать. Этот парень не похож на тех, кто наобещает чего-то и забудет. Если так вдуматься, то он ничего и не обещал. Это просто старший уже себе чего-то выдумал. Полезно иногда развивать фантазию, правда не такими способами.

***

       Домой Антон возвращался в более чем хорошем настроении, что было редкостью для него, так как на его работе не было чему радоваться. Но сегодня мужчина думал, что ему есть чем гордиться. В папке, которую дал ему Дмитрий, было указано, что тот пятнадцатилетний мальчик перед смертью длительное время пил какие-то лекарства, которые могли повлиять на невозможность злоумышленника стать полноценным альтернативом. А значит, у Шастуна есть возможность хотя бы немного продвинуться.        Да, Шаст определённо был в хорошем настроении. И в честь этого он хотел зайти в бар и напиться, так как это было фактически единственное, что парень делал в любом непонятном и понятном случае. На работе всё плохо? Иди в бар! На работе всё шикарно? Иди в бар! В отношениях всё ужасно? Иди в бар! Да и тем более, в этих заведениях всегда можно было встретить кого-то, кто не против уединиться с ним на одну ночь. В конце концов, серьёзные отношения ему сейчас не нужны, а переспать с кем-то и забыть о нём - это лучше, чем ничего.        Антон действительно думал, что сегодняшний вечер и ночь он проведёт в компании выпивки и, возможно, кого-то ещё. Но в последний момент он вспомнил, что сегодня ему нужно зайти к Арсению, причём обязательно. А если прийти к подростку в пьяном состоянии, то вряд-ли Арс будет рад. Поэтому лучше зайти сейчас, а завтра уже делать всё, что захочется. Возможно, всё будет настолько плохо, что он уже ничего не будет хотеть. Так, а откуда такие мысли вообще? Всё же будет хорошо.        Наверное.        В любом случае, в голове Шастуна проскочила мысль о том, что если Попов ему сейчас не откроет дверь, то старший покончит с собой и без всяких злоумышленников. Звучит странно, да? Определённо. Просто не сможет Шаст простить себе, если он не сможет спасти очередного человека. Тем более, если этот человек ещё совсем ребёнок. Да, возможно, у шатена в голове прочно засел факт того, что он должен спасти Арса. И всё равно, что последний об этом не просил. Антон же видел тот страх в глазах цвета океана, когда Арсений слушал об альтернативах. Парень боится их, и это факт. А зеленоглазый чувствует, что он может помочь. Он хочет этого. Если ему удастся спасти хотя бы одну жизнь, ему уже будет легче жить.        Когда Шастун стоял напротив входа в квартиру Попова и настойчиво стучал, он уже даже не надеялся на то, что ему откроют. Но он ведь парень целеустремлённый - это он понял ещё очень и очень давно. Именно поэтому, подождав около пяти минут, мужчина попытался открыть дверь и пройти самостоятельно. На его удивление, там было не заперто. Странно, ведь голубоглазый сейчас должен заботиться о своей безопасности так, как никогда ранее.        — Арсений? - позвал парня Антон, закрывая за собой дверь и осматриваясь. Такое чувство, будто в квартире никого не было около недели, что настораживало.        Первое, куда решил пойти зеленоглазый - это спальня. А всё потому что в случае опасности Шаст сам бы спрятался именно туда. Вряд-ли, конечно, Попов такой же трус, как и он, но это мы упустим.        Удивительно, но Антон угадал. Арсений обнаружился сидящим на полу возле кровати, смотрящим куда-то в стену и царапающим свои предплечья ногтями. От такого зрелища старший нахмурился. Кажется, о чём-то подобном он уже слышал.        — Злоумышленник всегда пытается сделать всё возможное, чтобы ограничить движения меченого, - Шеминов окинул строгим взглядом своих рабочих, которые всё никак не могли отойти от того, что только что услышали от начальника. - Так как физически влиять на жертву они не могут, они будут действовать иначе. Страшно представить, за какие ниточки в подсознании пришлось подёргать злоумышленнику для того, чтобы заставить человека впасть в ступор от страха и паники. Если увидите человека в таком состоянии, немедленно сделайте всё, чтобы он очнулся от этого. Помогите ему.        — Блять, Арсений, - тихо шикнул Шастун, падая на колени рядом с парнем и пытаясь растрясти его за плечо. - Посмотри на меня.        Попов, отвлекаясь от рассматривания кровати, нахмурился и медленно повернул голову к своему собеседнику. Чего чего, а видеть кого-либо сейчас он точно не хотел. И без того тошно на душе.        — Ты что-то видишь? - шёпотом спросил Антон, после чего аккуратно взял чужую голову в свои руки, чтобы заглянуть в глаза Арса. Последний ничего не ответил, только отвёл взгляд на кровать, где он отчётливо видел самого себя. - Арсений, не смотри туда, посмотри на меня.        — Антон Андреевич, уйдите, - хриплым от долгого молчания голосом попросил Арсений, смотря почти что злым взглядом на старшего.        — Блять, ты слышал злоумышленника, - скорее как факт, а не как вопрос, сказал Шастун. Где-то внутри него начала накапливаться дичайшая злость из-за всего этого. - Я же говорил, что надо глаза и уши закрывать, какого чёрта ты этого не сделал?        — Потому что не слышал я никого, - Попов убрал чужую руку со своего плеча и отвернулся от мужчины, вновь взглядом утыкаясь в кровать.        — Поверь мне, я знаю, как выглядят люди, которые видят или слышат то, что творит злоумышленник, - фыркнул Шаст и, поднявшись с колен, потянул младшего на себя. - Хватит туда смотреть, прошу.        — Я хочу побыть один. Уйдите, - Арс поднял взгляд на старшего, кусая нижнюю губу от какой-то непонятной обиды на всё, что существует вокруг него.        Да, Арсений действительно видел кое-что, но он не мог связать это с злоумышленником совсем никак. А всё потому что это случалось и раньше. Он ведь и раньше смотрел на кровать, где видел себя и того человека, который испортил ему жизнь. Возможно, это и не нормально, но он успокаивал себя тем, что это может быть последствием моральной травмы. Это ведь не галлюцинации. Это просто слишком яркие воспоминания. Тем более, у Попова умерли родители, а его мама была одной из единственных людей, которые поддерживали его после случившегося. Так что теперь ему придётся вспоминать о той роковой ночи до того момента, как удастся отпустить маму.        — Я не могу тебя оставить, - Шастун сжал чужие предплечья. - Ты сейчас в опасности, volpe.        — Да хватит уже! - рыкнул Арсений, после чего толкнул старшего к выходу. - Я не ребёнок, я могу сам позаботиться о себе! Уйдите отсюда!        Антон удивлённо поднял брови, но спорить не стал. Он попятился спиной к входной двери, стараясь не сводить взгляда с злого Арса. Странно было видеть столько холода в голубых глазах парня.        — Я уйду. Но возьми это, - Шаст закатил глаза, достал из кармана визитку и всучил её младшему, сразу же идя к выходу. - Звони, если что. И закрой эту ёбаную дверь на ключ, altrimenti ti picchierò e non mi accorgerò nemmeno che per me sei come una volpe innocente, Ars.*¹        С этими словами Шастун покинул квартиру, с грохотом захлопывая за собой дверь. Попов лишь поджал губы и решил всё-таки послушать старшего, так как говорил тот более чем угрожающе. Тем более, что голубоглазый отчётливо услышал сокращение своего имени в речи Антона. Значит, там точно что-то важное. С этой мыслью Арсений опустил взгляд на чёрную визитку, где маленькими зелёными буквами была выведена надпись:        Шастун Антон Андреевич Специалист по заражению «M.A.D.»        После этого следовал его номер, но внимание Арса привлекло именно то, где было указано, что его сосед специалист. Не ожидал он такого.        Попов тихо усмехнулся от своих собственных мыслей и, достав телефон из кармана, записал номер Шастуна так, чтобы он был первый в списке. Это так, на всякий случай. А теперь ему нужно срочно лечь спать. Он слишком устал.

когда я от тебя подальше, то я счастлив, как никогда раньше. вот бы я мог объяснить всё это получше, вот бы эта ложь растворилась в луже.