catalogo di Mandela

       — Молодой человек, можно вас на секунду?        У Арсения в этот день складывалось такое чувство, будто в кафе работал только он один. К нему обращались каждые пять минут даже те люди, которые сидели не за его столиками. Каждому что-то нужно было, каждому надо что-то принести, от каждого что-то передать баристе, каждому что-то подсказать. Под конец смены подросток уже даже начал задумываться над тем, чтобы пойти к Павлу Алексеевичу и выпросить премию за всё это. Конечно же, это желание позже пропало, но зато появилось желание хоть кому-нибудь скрутить шею. Чтобы жизнь мёдом не казалась.        — Да, конечно, - Арс натянул приветливую улыбку и подошёл к довольно симпатичной девушке, сидящей за тем столиком, где ещё утром была Ира. - Чем я могу помочь?        — Тут такое дело, - обладательница очаровательных голубых глаз виновато улыбнулась. - Я к вам очень часто хожу, всегда заказываю чай и всегда прошу не добавлять имбирь. И мне, почему-то, абсолютно всегда его добавляют.        — Я могу лично проследить, чтобы в ваш напиток не добавляли даже сушеного и измельченного имбиря, - Попов бросил быстрый взгляд на Матвиенко, который стоял за барной стойкой и, судя по губами, нашептывал себе под нос не совсем культурные слова. Кажется, бариста снова решил удалиться куда-то без чужого ведома. Так даже лучше. - Какой чай вам приглянулся?        — Зелёный с саусепом, - девушка благодарно кивнула.        — Превосходный выбор, - Арсений склонил голову в качестве одобрения, после чего поспешил на помощь бедному Сергею, который так и не смог разобраться с не менее бедной кофемашиной. - Ну и чего ты здесь застрял?        — Мне сказали приготовить капучино без пенки, - фыркнул Серый. - У этой хрени нет такой функции.        — Дай сюда, - младший забрал у коллеги чашку с капучино, которую тот уже занёс над раковиной, и присел, чтобы за барной стойкой его не было видно. Арс молча взял ложку и принялся убирать пенку с напитка под непонимающий взгляд кареглазого. - Я даже затылком чувствую твой взгляд.        — Ты просто слишком странный для этой работы, - Матвиенко пожал плечами, принимая из чужих рук чашку.        — Это не я странный, если ты до этого сам не додумался, - Попов хмыкнул и повернулся к коробкам с чаем, пытаясь найти нужный.        Пока Арсений занимался этим делом, он невольно задумался о том, что раньше никогда не любил такие чаи, как этот с саусепом - они слишком горькие для парня, который любит сладкое. Но сейчас, когда он каждое утро давится горьким чёрным кофе, становится даже интересно. Нужно будет обязательно остаться после смены и выпить этого чая. Вдохновившись этой мыслью, Арс взял чашку приятно пахнущего напитка и направился к столику, где сидела та самая улыбающаяся брюнетка.        — Спасибо большое.. Арсений, - чуть помедлив, присматриваясь к бейджику подростка, поблагодарила девушка.        — Не за что, м-м.. - Попов хотел также подсмотреть имя, но в последний момент понял, что не получится. Из них двоих официант только один. - Простите, можно узнать ваше имя?        — Давайте на «ты»? - голубоглазая махнула рукой и отпила немного своего чая, с наслаждением прикрывая глаза. - Я Оксана Фролова. Если сложно будет говорить полное имя, то можно и Окс, и Окси. Всегда всё по-разному.        — Со мной идентично. Арсений Попов, но чаще всего просто Арс, - старший оглянулся, взглядом осматривая свои столики. Никого нового ещё не наблюдалось, а старые ещё не сидят с набитыми ртами, чтобы подходить и спрашивать, всё ли у них хорошо, как это делают все официанты. Значит, ничего плохого не случится, если он немного поболтает с этой девушкой.        — Приятно познакомиться, - Окс улыбнулась шире и протянула руку, пожимая ладонь парня. - И спасибо за вкусный чай. Я теперь буду только к тебе ходить.        — Мне приятно такое слышать, - Арс еле заметно поклонился, чтобы хоть немного соответствовать своему вечному образу настоящего джентльмена, и улыбнулся своим мыслям. Может, если ему удастся стать любимчиком у посетителей, то его будет ждать ещё и премия? Ха, размечтался. Уже в который раз за день.        — Извини, что привязалась, но когда у тебя смена заканчивается? - внезапно спросила Фролова, поглядывая на часы. То же самое сделал Попов.        — Через двадцать минут, а что? - брюнет снова посмотрел на собеседницу, при этом в уме складывая всё в кучу. Кажется, он понял, что от него хотят. - Хочешь, чтобы я проводил тебя домой?        — Хочу, - моментально ответила Оксана. - Я живу в доме напротив, так что это не составит труда.        Арсений сначала кивнул, сказал что-то вроде «до встречи», отошёл от столика, и только после этого бросил взгляд на окно, что выходило на оживленную улицу. А ведь напротив кофейни был его дом, вообще-то.        Арс улыбался, когда собирал вещи в раздевалке. В его голове роились мысли о новой знакомой и о том, что он даже на секунду не задумался насчёт того, может ли она быть альтернативом. Это может быть связано либо с тем, что Попов благодаря чему-то (или кому-то?) начал больше доверять людям, либо с тем, что он на подсознательном уровне не чувствовал опасности от Фроловой. Последний вариант был сомнительным, на самом деле, ведь тогда почему парень чувствовал опасность от некоторых других, если на самом деле с ними всё в порядке? Может, его разум предупреждает об опасности от хороших людей, а доверяет плохим? Да нет. Бред. Оксана не выглядит, как тот человек, который может навредить ему. Да и, если быть честными, то не только ему, а вообще кому-либо в этом мире. Скорее всего, Арсений совершает большую ошибку, судя человека по внешности, но уже как-то ему всё равно. Его неплохо так вдохновила мысль о том, что у него появится ещё хоть один друг, кроме Иры и Серёжи. Пора бы уже становится более общительным, в конце концов.        — Идём? - подойдя к девушке, Арс протянул ей ладонь.        — Конечно, - Окс улыбнулась и взяла брюнета за руку, после чего поднялась и потащила его к выходу. Счёт она уже оплатила, можно не задерживаться. - Видишь тот подъезд на углу дома? Нам туда.        — Знаешь что? - Попов хмыкнул, осматривая дома. - Я живу в том же доме. Соседний подъезд.        — Правда? Значит, я буду звать тебя к себе очень часто, если ты не будешь против. Родители и так вечно на работе, - Фролова, будто так и должно быть, всё ещё не отпускала руку старшего, ведя его к своему дому.        Арсений прикусил губу. А если он захочет позвать эту девушку к себе, то что он скажет? Что живёт с почти незнакомым человеком, который любит каждую ночь трахаться? Звучит не очень-то хорошо. Но Оксане он об этом пока что точно говорить не будет. Когда-нибудь он достаточно созреет для того, чтобы признаться во всём хотя бы Ирине, а потом уже он будет думать о других.        — Я не буду против, - наконец-то ответил Арс, когда они уже переходили дорогу.        — Ну мне главное уточнить. Мне многие говорят, что я странная. Вдруг ты тоже так считаешь, - Окс оглянулась на всякий случай, будто бы боялась, что её собьют в тот момент, когда на светофоре для машин горел красный свет. Доверяй, но проверяй, как говорится.        — Пока что я ничего странного не вижу. Может быть, позже всё вскроется, но сейчас ты мне более чем нравишься, - Попов, увидев перед собой нужный подъезд, остановился и отпустил руку младшей. Почему-то его не покидало чувство, будто кто-то прожигает его взглядом со спины, но он быстро отмахнулся от этой мысли, решив скинуть всё на своего злоумышленника. Странно, что парень не начал паниковать от этого. Нет, ну в конце концов, у него тут девушка, ему не до этого.        — Поверь, я ещё себя покажу, - Фролова улыбнулась, после чего как-то странно замялась. - Извини, но можно тебя обнять?        Арсений решил не давать устный ответ. Вместо этого он молча обнял Оксану за талию. Интересно, можно ли считать то, что она заботится о чужом личном пространстве, своеобразной странностью? Сейчас тяжело встретить таких людей.        — Спасибо, что провёл. Я в твоём кафе теперь буду очень часто, сразу говорю, - голубоглазая довольно прижала старшего к себе и отпрянула, подходя к подъезду. - До встречи?        — До встречи.        Казалось бы, ничего сейчас не предвещало беды. Всё было более чем безобидно. Но если бы Арс прямо сейчас повернулся в сторону своего подъезда и если бы он был обладателем хотя бы нормального зрения (не говоря уже про отличное), он бы смог увидеть отдаляющуюся спину Антона, который почему-то несколько минут наблюдал за тем, как его сожитель идёт за руку с какой-то девушкой. Шастун наблюдал за этим и не мог избавиться от непонятного ему самому чувства, что скребло его изнутри. Но как только он понял, что Попов собирается домой, так сразу же зеленоглазый развернулся и направился в сторону ближайшего бара. Сегодня он будет очень много пить.

***

       Арсений всегда считал, что в его жизни не может случиться чего-то такого, после чего он станет материться как сапожник. Он мог сказать одно плохое слово в месяц, и то это был максимум. Но, кажется, он конкретно так пропустил тот момент, когда его утро начиналось не с кофе, а с громкого и протяжного «су-ука!». Возможно, он начал взрослеть слишком резко. Но это не точно.        — Блять, Шастун, да какого.. - прошипел Попов, пытаясь закрыть уши при помощи своей подушки. Кажется, это первый раз, когда он назвал этого человека не по имени и отчеству. Возможно, даже последний.        На часах сейчас примерно пять утра. Арсу удалось уснуть только четыре часа назад, так как он всё надеялся, что сможет дождаться Антона. Хоть у них отношения довольно напряжённые, но младший всё равно переживает. Но сейчас, когда это длинное нечто так бессовестно выламывает входную дверь и нарушает сон Арсения, последнему становится уже всё равно на то, где старший шлялся. Его сейчас волнует только то, как можно скрутить шею хозяину квартиры.        — Да иду я, иду! - всё-таки крикнул Попов, выпутываясь из одеяла и выходя из своего убежища, чтобы открыть дверь настойчивому мужчине. И вообще, почему последний сам не зайдёт? У него ведь ключи должны быть с собой.        Порой Арс удивляется таким людям, которые каким-то образом могут спать, не смотря ни на что. Что бы вокруг них не происходило - они спят так же крепко, как и до этого. Сам парень не мог похвастаться даже чем-то похожим. Мало того, что если что-то случится днём, то ночью брюнету не суждено провалиться в царство Морфея, так ещё и спит он настолько чутко, что любым шорохом можно разбудить. Так было и раньше, но в последние полгода стало ещё хуже. Вплоть до того, что Арсений может проснуться из-за звука трения собственных ног. Так вот, это всё к чему? Как их соседи вообще могут спать спокойно, пока и Антон, и живущий с ним подросток разрешают себе «разговаривать» достаточно громко, а старший ещё и стучит в дверь так, что проснётся даже мёртвый? Этого голубоглазый совсем не понимал. Как и того, как вообще можно настолько сильно напиваться, как Шастун сейчас.        — Антон Андреевич, извините меня, конечно, но какого хуя? - переходя на раздраженный шепот, задал интересующий его вопрос Попов, после чего отошёл и пропустил пьяного сожителя в квартиру. Такое чувство, будто младший решил внезапно сыграть роль заботливой невесты, которая допоздна ждала жениха с мальчишника.        — И тебе привет, птичка, - губы Шаста расстянулись в довольной улыбке, а он сам легонько щёлкнул младшего по носу и прошёл внутрь.        Пока Арс закрывал дверь на ключ, его брови были нахмурены настолько сильно, что становилось страшно. И непонятно, из-за чего - то ли из-за того, что он чувствовал чужой пронзительный взгляд на себе, то ли из-за этого странного обращения. «Птичка». Антон никогда так не называл его. «Арсений», «volpe», и даже «идиот». Но не «птичка». Что вообще пришло ему в голову?        — Ты типо спал? - Шастун облокотился спиной на стену, будто бы дожидаясь момента, когда парень обернётся к нему. И старший даже не чувствовал стыда за то, что он бессовестно рассматривает своего соседа. В конце концов, последний сейчас находится в одной только футболке. И не важно, что та настолько огромная, что закрывает большую часть бёдер подростка. Мужчина залип и ему за это не стыдно.        — С чего вы взяли? Как я могу спать в пять утра? - Попов развернулся, уже готовясь врезать человеку, нарушающему его сон. К счастью, или к сожалению, он никогда не относился к тем, кто при первой возможности лезет в драку. Но в данном случае ему следовало быть таким.        Не успел Арс ничего даже сказать или съязвить, как его резко потянули куда-то, не давая возможности вырваться.        — Эй, какого чёрта? - Арсений дёрнулся в попытке отойти от мужчины, но всё безуспешно. В следующий миг они оба оказались в спальне за закрытой дверью. - Что вы делаете?        — Тихо, - шикнул на него Антон и сжал чужие руки чуть ниже запястья, прижимая их к двери и внезапно припадая губами к шее голубоглазого. Последний в свою очередь просто завис, так как не мог понять, что сейчас происходит. Но зато до него дошло, когда Шаст втянул нежную кожу, прикусывая её зубами и оставляя там след.        Стоп, какого хуя вообще происходит? И какого хуя ты стоишь и ничего не делаешь? Очнись!        — Антон Андреевич! - уж слишком громко вскрикнул Попов, отталкивая предполагаемого врага от себя и разворачиваясь к двери, чтобы открыть её и сбежать. Даже этого ему не дали сделать.        — А что Антон Андреевич? Антон Андреевич просто хочет.. Хочет, - Шастун рывком опрокинул брюнета на кровать, шёпотом объясняя ситуацию. Его руки вцепились в запястья подростка, из-за чего на бледной коже точно останутся синяки, и прижал их к кровати. - Давай потрахаемся.        — Что? - подросток вновь начал брыкаться в попытке скинуть с себя нежеланного гостя, но всё бесполезно. - Уйдите!        — А что? Тебе не нравится? - Шаст улыбнулся почти что хищной улыбкой, поднимая голову и смотря на младшего своими карими глазами. Стоп, чего?        — Нет, мне не нравится, - Арс поднял голову, наблюдая за тем, как шатен перемещает обе ладони парня в одну свою. Интересно, зачем он это делает?        Ответ не заставил себя долго ждать, ведь в следующий момент голубоглазый почувствовал, как его футболку приподняли, а чужая ладонь проскользнула по его обнажённому бедру, разводя тонкие ноги в стороны.        — Какого хуя вы творите? - Арсений внезапно глухо простонал скорее от отчаяния, чем от удовольствия, после чего сорвался на громкий крик. Вдруг ему сейчас поможет хоть кто-то? Не смотря на то, что он сам закрыл входную дверь на ключ, он всё равно надеялся на помощь. Надежда ведь умирает последней. По крайней мере, так хотелось думать.        — Заткнись, - шикнул Антон, прижимая руки подростка к его же рту и смотря на него настолько злым взглядом, что у младшего внутри всё покрылось мурашками. - После таких выходок я не буду с тобой нежничать. Даже не надейся.        Попов в ответ на это только всхлипнул, закрывая глаза с надеждой на то, что когда он их откроет, то всё это исчезнет. И именно сейчас из его глаз начали течь слёзы от того насколько он беспомощный.        Какой же он всё-таки идиот. Сколько раз мама в детстве говорила, что нельзя доверять незнакомцам? Сколько раз жизнь давала понять, что если довериться кому-то слишком быстро, то случиться что-то плохое? Сколько раз он себе сам говорил, что не позволит никому тронуть себя? Ну и где эта осторожность теперь?        Арс сжал руки в кулаки, всё же открывая глаза. Ну уж нет. На этот раз он этого не позволит. С ним не случится этого снова.        В следующий миг Арсений резко ударил коленом в пах Антона, так как ноги его не были никак «обезврежены». Старший прошипел от боли и ухватился за пострадавшее место, что стало его ошибкой, ведь в тот же момент голубоглазый поменял их местами, усаживаясь сверху на чужие колени.        — Не смейте поступать так со мной, Антон Андреевич, - сквозь собственные всхлипы прошептал Попов, вытягивая из джинсов Шастуна его ремень. Просто это первое, что пришло в голову. Но когда руки старшего коснулись всё ещё обнажённых бёдер брюнета, тот мигом дотянулся до тумбочки и достал из неё канцелярский нож. - Не трогайте меня, блять! Не трогайте!        Шаст явно не понимал, что происходит и почему этот парень так агрессивно реагирует на предложение переспать. И тем более он не понимал, что делать с ножом, направленным на его горло, поэтому решил просто поднять руки вверх.        — Не трогаю.        Арсений кивнул сам себе, всё-таки отложил нож и вновь взял ремень. Парень каким-то образом обмотал его вокруг поднятых запястий Антона, привязывая их к изголовью кровати. Старший даже не пытался что-то возразить - он лишь молча наблюдал за плачущим подростком, позволяя себя привязать.        Когда Арс закончил со своим делом, у него не было сил даже на то, чтобы слезть с мужчины, не то что сбежать из квартиры. Именно поэтому голубоглазый закрыл глаза руками и закусил от досады губу.        — Вы меня для этого к себе забрали? - в перерывах между громкими всхлипами спросил Попов. Его плач уже был больше похож на истерический припадок, из-за которого парень дрожал ужасно сильно, не мог даже сделать глоток свежего воздуха и не контролировал ручейки, льющиеся из его глаз. - Я ничего вам не сделал. За что это?        Если честно, то подросток уже совершенно не понимал, говорит ли он это лежащему под ним Шастуну, или тому человеку, что испортил его жизнь полгода назад. Брюнет просто хотел уже выговорить то, что не смог сказать, когда его насильник выходил из комнаты. Хоть Арс не раз уже говорил сам себе, что он научился жить с этим, воспоминания всё равно иногда накатывают мощной волной, от которой отбиться невозможно. И тем более невозможно держать себя в руках.        Когда Арсений убрал руки от лица, он наконец-то увидел обеспокоенный взгляд уже зелёных глаз. Антон смотрел и не понимал, почему подросток на нём так горько плачет. Может, это и к лучшему. Не нужно ему этого знать.        — Простите, - шмыгнув носом, прошептал младший и всё-таки слез с Шаста, садясь на кровать рядом.        Разум подростка осознавал, что нужно бежать отсюда как можно скорее, но тело этого не хотело. Попов хотел просто лечь и уснуть, забыв случившееся, как страшный сон. И даже лежащий рядом Шастун ему не помешает. У него ведь руки связаны.        У Арса не было сил буквально ни на что. Он был истощён как морально, так и физически. Единственное, что он смог сделать - так это встать, надеть свои домашние штаны и упасть обратно на кровать, ложась спиной к сожителю. После всего этого он достал салфетки из тумбочки (странно, что у него там есть буквально всё) и стёр с лица мокрые дорожки так, чтобы не привлекать внимание всё ещё находящегося рядом Шаста. К сожалению, последний всё равно спустя несколько минут напомнил о себе:        — Volpe, ты же не изверг. Обними меня хотя бы.        Арсений в недоумении приподнялся на локтях, смотря грустным взглядом на Антона. На лице последнего больше не было ноток злости, похоти или чего-то в этом роде. Он смотрел скорее обеспокоено. И.. Ох уж это «volpe». От этого слова стало хоть немного спокойнее.        Нет, ну слушай.. Он выглядит так, будто расскаивается. И, скорее всего, это единственная возможность обнять его. Может, хрен с ним? Ну хотел изнасиловать ну и ладно, тебе не в первой. А ему, наверное, холодно будет. Будь человеком.        Возможно, Арс совершил ошибку, когда поддался этой минутной доброте, но он решил «пощадить» шатена - он аккуратно придвинулся ближе, обнял его за талию и укрыл их двоих одеялом. У Шастуна и так руки связаны. Он ничего не сделает. А Попова мучают кошмары, а тёплый человек рядом поможет. И у него нож совсем рядом. Он много чего может сделать.

***

       Утро Арса началось с того, что сразу же после пробуждения он вспомнил о случившемся ночью, а затем снова чуть не расплакался, но на этот раз что-то явно мешало ему это сделать. Возможно, это из-за того, что он выплакал уже всё, что можно было. Или это как-то связано с тем, что он всё ещё крепко прижимался к груди мирно спящего Антона, что очень сильно смутило младшего. Именно поэтому последний решил, что сейчас ему нужно сбежать из комнаты, а затем делать вид, что ничего не случилось. Но ведь.. Чтобы спокойно притворяться, что всё хорошо, нужно сначала развязать старшего, да?        После того, как Арсений сел на кровати, он с неким сомнением посмотрел на тихо посапывающего мужчину. У того, скорее всего, ужасно затекли руки. Наверное, он будет злиться. Голубоглазый прекрасно помнил, что этого человека лучше не злить, так как даже на грани срыва он может вытворить что-то плохое. А что, если вчера ночью он тоже был зол на кого-то? В таком случае.. Может и не стоит снимать ремень, а лучше подождать, пока Шаст успокоится? После этой мысли Попов лишь встряхнул головой и потянулся к рукам Шастуна. Нужно его освободить. Есть большая вероятность того, что он вообще ничего не помнит о вчерашнем происшествии, в то время как младший тут убивается.        И действительно, Антон бы даже не пытался вспомнить, как попал вчера домой и как оказался в своей, уже бывшей, кровати, если бы после того, как он проснулся, его взгляд не наткнулся на канцелярский нож, который Арс забыл спрятать. И тогда у Шастуна события этой ночи пронеслись перед глазами так, будто бы он должен был сейчас умереть. Было ли ему стыдно? Ужасно. Хотел ли он творить всё то что собиралось его тело? Ни в коему случае. Хотел ли он извиниться перед Поповым? Безусловно. Решил ли он бросить пить после этого происшествия? Ещё как! Конечно же, пить он не бросит, но точно пойдёт извиняться. Прямо сейчас.        Когда Шаст встал с кровати, он с неким удивлением отметил, что на руках не осталось отчётливых синяков, только еле заметные посинения. Такое чувство, будто голубоглазый даже в этой ситуации хотел позаботиться об этом человеке. Антон непременно бы почувствовал тепло на душе из-за того, насколько же добрый этот мальчик, если бы не помнил обо всей ситуации. То есть, Арсению грозила реальная опасность, а он вместо того чтобы избить человека и сбежать решил бережно привязать его, а потом уснуть с ним в обнимку? Он слишком бессмертный. Нужно будет насчёт этого провести с ним воспитательную беседу. Но это потом. Сначала извинения.        На кухне Шаста уже ждал и Арс, и завтрак, от чего старший невольно нахмурился. Ну вот почему этот ребёнок такой добрый? Если бы он не был таким, то Шастун бы сейчас не чувствовал себя настолько виноватым.        — Доброе утро, Антон Андреевич, - Попов приветливо улыбнулся, хоть и было заметно, что это было сделано через силу. - Как спалось?        В этот момент зеленоглазый захотел выскочить в открытое окно от тех воспоминаний, что проскочили перед глазами.        У брюнета безумно сильно покраснели глаза, благодаря чему Антон уже более чётко смог вспомнить, как этот самый Арсений горько плакал ночью из-за того, что пытался сделать старший. От этого больнее. Но ещё больнее станет далеко не сейчас, а спустя минуту после начала этой неловкой тишины, когда Арс поднимет руку, чтобы поправить лезущие в глаза волосы. Шаст после этого нервно сглотнул, подходя ближе к сожителю.        Последний отличался среди других тем, что у него просто до ужаса светлая кожа. Она ведь почти по-аристократически бледная. И за счёт этого на запястьях Попова, которыми тот «светил» из-за закатанных рукавов рубашки, красовались тёмные синяки. Причём эти следы чётко повторяли форму чьих-то чужих рук. Не трудно было догадаться, чьих именно.        — Арсений.. - Шастун сел рядом с подростком и аккуратно коснулся его руки.        — Просто Арс, - младший нахмурился и быстро опустил рукава, так как не хотел привлекать к синякам ещё больше внимания, но это не сильно помогло. Антон почти сразу же вновь убрал ткань с передплечий Арсения.        Попов прикусил губу. Что вообще происходит? Да, конечно, он сам сказал себе, что будет до последнего привторяться, будто ничего не случилось, но.. Сейчас что-то явно не так. Такое чувство, будто Арсу вовсе и не хочется вести себя иначе. В конце концов, он сам виноват. Не надо было разгуливать в одной футболке по квартире. Во всяком случае, он так считал. Ну и понятное дело, что винить тут старшего было абсолютно бесполезно. И брюнет действительно не винил. Сейчас ему было намного легче и намного спокойнее. Тем более если учитывать, что его сожитель действительно выглядит так, будто ему безумно стыдно.        — Давай я сейчас объясню всё, а ты просто выслушаешь? Прошу, - Шаст поднялся с дивана, достал из тумбочки аптечку, выудил оттуда какую-то мазь и снова сел рядом с брюнетом. Зеленоглазый, не дожидаясь какого-либо разрешения, начал бережно наносить субстанцию на повреждённую кожу, пока Попов внимательно наблюдал за этим и ждала момента, когда можно будет сбежать. - Я не знаю, что на меня нашло. Клянусь, volpe, я не мог контролировать то, что делал. И, наверное, дело даже не в алкоголе. У меня просто будто бы тело начало жить отдельно от мозга. Мне очень и очень стыдно за это. Прости, пожалуйста. Прости. Я больше не буду пить и больше не трону тебя. Извини.        — Антон Андреевич.. - Арс тихо вздохнул, убирая свои руки и молясь, чтобы старший не решил проделать всё то же самое и с шеей подростка, где красовался тёмный засос. - Забейте. И забудьте. Всё хорошо, я не злюсь.        — Точно? - подняв голову и перестав рассматривать чужие ладони, спросил Антон. Его обеспокоенный взгляд бегал по лицу Арсения настолько быстро, что последний невольно начал переживать за глазные яблоки мужчины - вдруг выпадут?        — Точно. Я в порядке.        Шастун прищурил глаза, всматриваясь в голубые радужки напротив. Конечно же, он не поверил парню, но раз тот хочет врать, то пусть.        — Тогда можно кое-что спросить? - Шаст наклонил голову, словно наивный ребёнок, который застукал маму с сигаретой. Попов коротко кивнул, и после этого старший всё-таки задал волнующий его вопрос. - Я понимаю, что такое любого испугает, но мне показалось, что ты запаниковал намного больше, чем кто-либо другой. Почему?        Сразу же после того, как мужчина договорил, Арс поднялся с дивана и отошёл к столешнице, забирая оттуда какие-то письма и бросая их на стол.        — Тут пришли счета за прошлый месяц. Я подсмотрел, сколько вы платите и посчитал, сколько мне нужно будет заплатить, - Арсений скрестил руки на груди, опираясь поясницей на столешницу. - В конце месяца я отдам свою долю..        Арсюш, прелесть ты моя, а ты до конца месяца доживёшь вообще? Я знаю, мы пообещали не злиться на Антона Андреевича, но ты уверен, что он тебя не убьёт за этот месяц? Если, конечно же, злоумышленник не сделает этого раньше.        — В конце месяца я отдам свою долю. Я мог бы отдать наперёд, но у меня сейчас денег еле хватит на еду, извините, - голубоглазый виновато опустил взгляд.        — Забей. И забудь, - будто бы передразнил младшего Шастун. - Лучше отложи деньги с работы на что-то действительно важное. Я хочу иметь возможность позаботиться о тебе, раз уж ты живёшь со мной.        Попов бросил быстрый взгляд на собеседника, после чего еле слышно посмеялся и направился к выходу из кухни.        — Спасибо, но я сам о себе позабочусь, - брюнет слабо улыбнулся и кивнул на тарелку с завтраком. - Ешьте, пока не остыло. До вечера.        Антон решил не спорить с подростком, особенно после довольно тяжёлой для него ночи, поэтому молча приступил к еде, шепнув тихое «спасибо», которое Арс и так не услышит.        Старший уже тогда знал, что вечером обязательно спросит о случившемся снова, потому что этот вопрос его действительно волнует. И после этого его главной задачей будет сделать перебывание Арсения здесь максимально комфортным, чтобы тот хотя бы на время преследования злоумышленником мог почувствовать себя лучше. А если уж ему будет спокойно на душе даже в такой непростой момент своей жизни, то он сможет быть счастливым и в остальные. По крайней мере, Антон на это действительно надеялся.

восходом ярким через край ты растекаешься. как переполненная раковина ты разливаешься. порезов на тебе не счесть, но ты всё ещё шедевр. а образ твой чернилами просочился внутрь.