Пятьдесят оттенков Алисы

      Казалось бы, всё в жизни Петрова начало налаживаться. За последние несколько дней мальчишка нашёл себе нескольких приятелей. Мама Антона смягчилась, а сестра перестала посреди ночи будить весь дом, с воплями выбегая из своей комнаты. И даже странная секта, что водилась в местном лесу — не трогала мальчишку. Всё шло своим чередом, акклиматизация подошла к концу, а теперь можно было вкусить пусть и не самой желанной, но точно разнообразной и интересной жизни.       Но Антон был не из тех, кто наслаждается положительными моментами. Петров привык нагружать себя мрачными мыслями, внутренними переживаниями и конфликтами с самим собой. Эта черта была крайне негативной, мешающей мальчишке вести социальный образ жизни.       «Зато я готов к плохому исходу любой ситуации!» — Всегда твердил себе юноша, когда вновь начинал мыслить объективно. Петров понимал, что ему нужно научиться поддерживать более позитивный настрой. Не такой позитивный, какой есть у его причудливой подруги, расхаживающей в своей странной маске, намекающей на её связь со странной группой разодетых людей из Тайги. — «А подруга-ли Алиса? Ну, пожалуй, она не враг, но и понятия «друг» и «дружба», ей явно чужды.»       «Что ей движет? Может, желание позабавиться? Каким образом? По всей видимости — наблюдая за страданиями и переживаниями простых людей. А возможно, она просто хочет самоутвердиться, учитывая, как часто лиса подшучивает и открыто надо мной смеётся…» — Антон буквально ничего не знал о своей эксцентричной знакомой, что немало настораживало мальчишку. — «Тем не менее, Алиса умеет поддержать, пусть и весьма странными способами…»       Одну вещь Петров знал наверняка, Алиса — самая интересная персона в его жизни. Не было понятно, таков-ли её образ и есть-ли за ним вообще кто-нибудь настоящий. Не было ясно и чего хочет от Антона эта странная девчушка. Но это не волновало мальчишку. Не волновала его и связь странной знакомой с непонятными культистами, и её слишком частые шутки, затрагивающие тему смерти, и даже резкие перепады настроения лисы. — «Умна, обаятельна, хитра, проворна, изворотлива, подчас эгоистична, любительница по-злому проучить — идеальная плутовка, сошедшая прямиком со страниц древних сказок.»       «Кстати о «по-злому проучить», а не она ли в ответе за пропажу Семёна? Ведь у неё могли быть, по её собственному мнению достаточные мотивы для наказания…» — Мысль грянула неожиданно, хоть и была логичной. Антон начал приводить все «за» и «против». — «Бабурин унижал меня, это первое. Во-вторых, он пнул Жульку! Сам по себе являлся жалким парнем, под стать объектам глумления Алисы, несомненно — третий довод. Ну и наконец, всё произошло явно ночью, так что она вполне могла свершить месть.»       «А что мы имеем против этих аргументов? Лиса вполне могла быть ранее знакома с Семёном, ведь живёт тут явно больше моего. Неясно, может-ли она убить человека, ведь трудно поверить в подобное. Ну как обычная, хрупкая девчонка смогла бы совладать с настолько тучным Бабуриным? А очки?! Кто, кроме неё мог их вернуть, пусть и через посредника?» — Антон вспомнил про появление Совы, следы птичьих лап на снежном покрове подоконника и перья, разбросанные вокруг его окуляров. Было ещё два варианта людей, возможно причастных к исчезновению толстого одноклассника Петрова. — «Ну кто ещё заставил бы Бабурина «исчезнуть»? Вообще, конечно, это могли быть Рома с Бяшей… А может и самый настоящий маньяк! Ведь в подобной глуши тёмные делишки проворачивать куда легче, чем в живом и тесном городе.»       Тем не менее, не смотря на противоречия, Антон ставил именно на Алису, как на единственно верную причину пропажи очередного школьника. Гадать можно было вечно, но был и более простой путь… А из-за того, что Петров чувствовал, как что-то упускает, у мальчишки появлялась ещё одна проблема.       «Странные провалы в памяти, раньше не отличался ведь забывчивостью… Но я не помню момента моего, как мне сказали «бегства» в лесную чащу! Ещё и эти странные видения …» — Мальчишка вспоминал, как перед глазами уже пятый раз за день предстала странная картина, которая не могла быть реальной. — «Сяду, задумаюсь, прикрою глаза, а тут резко облик улыбающейся Алисы, на фоне ночного леса. Ну она, конечно, всегда улыбается, но здесь это выглядит так жутко и… устрашающе? А ведь есть в этом всём ещё какая-то деталь, которая всё время ускользает от моего восприятия…»       Заветный звон донёсся до ушей мальчишки, оборвав его на половине мысли. Это был звонок с урока, пророчивший свободу от тесных и серых стен, ужасно душного и скучного заведения, именуемого школой. Сейчас Петров будет допытывать одну свою интересную знакомую, встреча с которой снова была назначена «у повешенного». И скорее всего, Антона встретят очередной шуткой, но какой — мальчишка не знал. Однако, ему было интересно, что на этот раз выдумает его чудная подруга.

***

      Идя к намеченному углу серого, как и всё окружение здания, с не менее пессимистичным изображением на нём, Петров был напряжён. Он ожидал засаду или «удар» из-подтишка. И долго ждать не пришлось…       — Зайчишку придушу — шкурку портить не хочу, хи-хи! — Самая ожидаемая для юноши рука, обвилась вокруг его шеи, когда Петров уже собирался обернуться. А развернуться Антон хотел, потому что его нутро подало сигнал об «опасности» сзади, и как оказалось — не зря.       Порядком растерявшийся мальчишка, пытался собраться с мыслями. Подкрепляла его смятение и сила, с которой держали бедного Антона. Он даже подумал, что его сейчас действительно задушат. Да не абы кто, а именно плутовка, образ которой мальчишка уже успешно демонизировал у себя в голове. Но то было лишь в сознании Петрова, а на деле всё было куда интереснее.       — И-и тебе привет, Алиса… — Мальчишка сглотнул, хотя и знал, что опасность ему не грозит. По крайней мере — сейчас… — Будь добра, о-отпусти меня, мне дышать нечем!       — Хи-хи! Всегда теряешься, как в первый раз! Ну раз уж ты просишь… — Рука исполнила самое заветное, в этот момент, желание мальчишки. Петров наконец-то смог вдохнуть полные лёгкие морозного воздуха.       Освободившись от стальной хватки, Антон развернулся к собеседнице. Мальчишка отметил и не в меру сильный хват его хрупкой на вид знакомой. А за размышлениями, юноша совсем не заметил, как засмотрелся на Алису. Что не осталось без её внимания.       — Ау-у, Земля вызывает Тошу, как слышно? — Перед глазами мелькала правая рука лисы, активно щёлкавшей пальцами. От взгляда Петрова не ускользнуло кольцо-печатка, разместившееся на среднем пальце шутницы. Юный мечтатель никак не мог вспомнить, где уже видел это украшение.       — Слышно чётко, приём! — Резко выдернутый из размышлений мальчишка, ответил первое, что пришло на ум.       — Не хорошо, так нагло рассматривать девушек! Нечего смущать бедных лисичек! — Алиса резко толкнула сбитого с толка Антона, из-за чего последний полетел в близлежащий сугроб.       Из-за такой быстрой череды внезапных событий, Петров просидел в куче снега явно дольше, чем должен был. А лисе этого было мало — рыжая бестия уже во всю бежала от мальчишки и здания школы, прямиком в лесную чащу.       — Если хочешь знать ответы — догони меня, хи-хи-хи! — Удаляющийся голос отрезвил Антона, заставив того вскочить с мягкого ледяного покрова. Мальчишка бросился в погоню.       — Нечестно! У тебя фора! — Выкрикнул юноша, отчаянно пытаясь догнать любительницу розыгрышей.       — Ну значит я тебе ничего не расскажу, хи-хи!       «Вот же хитрюга! И на что она мне отвечать собралась? Я ведь ещё не начал задавать ей свои «глупые» вопросы!» — На бегу юноше думалось явно хуже, чем в статичном положении. — «Стоп, а кольцо! Не Семёну ли оно принадлежало?»       Погоня была долгой и неравной. У наглой лисы было явно больше опыта в бегстве. Ещё и знание как минимум этой части леса, не оставляло, как казалось мальчишке, никаких шансов догнать плутовку. И тем не менее, Антон догонял, подозревая подвох.

***

      Снежок. Именно кинутый в лицо поверившего в себя мальчишки, ком снега и стал тем самым подвохом. Петров приблизился к своей цели, находясь на расстоянии пяти метров, активно сокращая дистанцию. Но Алиса показала свою хитрую натуру, создав ещё одно препятствие на пути к правде.       Тем не менее, мальчишка не растерялся, он был готов ко всему. А в это «всё» входили и подобные отвлекающие манёвры. Не сбавляя темпа, Антон смахнул снег со своего замерзающего лица.       Видимость стала явно хуже, виной тому были очки. Однако Петров заметил, как его «добыча» замедляется. Он даже подумал в тот момент, что Алиса наконец-таки выбилась из сил. Тогда мальчишка приложил все оставшиеся силы, дабы совершить рывок, перерастающий в прыжок. Прыжок типа: «Земля — Алиса».       И в тот момент, когда Петров был уверен, что заключит в победоносные объятья свою проблему — та снова переиграла самоуверенного юношу. Плутовка резко, словно чуя спиной приближение несносного мальчишки, остановилась и отпрыгнула влево. Результатом столь ловкого и грациозного движения стал мальчишка, пойманный в «ловушку» из снега. Это очередной сугроб — уже второй за день, принявший в свои объятья несчастного юношу.       — Хи-хи! Хорошо, будем считать, что ты победил! — Весёлый голос донёсся до ушей «преданного» Петрова. Юноша был опустошён. Сил не осталось, а Антону не хотелось покидать своё новое пристанище, в виде кучи снега.       — Эй, ты там уснул что ли? Совсем не хочешь получить свой подарок? — Алиса изображала беспокойство, явно переигрывая. — Ну — как знаешь!       — Чт… Нет, хочу конечно! — Откуда у Петрова вмиг взялись силы, чтобы встать и отряхнуться буквально за пару мгновений, не знал и сам мальчишка. — Победитель жаждет награды!       — Ха, горе-победитель! Ладно, ты заслужил — задавай вопросы!       — Ради чего такие сложности? — Мальчишка намекал на всю эту нечестную погоню.       — Я должна была увериться в том, что ты хочешь знать правду, хи-хи! — Обыденно ответила лиса. — А теперь давай к сути, что тебя мучает?       — Э-э, ну… Колечко твоё! — На первый взгляд, вопрос звучал нелепо. Однако у него имелось второе дно. — Где ты его раздобыла?       — Красивое, правда? А где я его раздобыла, ты итак знаешь. — Алиса ответила так, будто ей задали самый глупый вопрос из «сборника глупых вопросов». — Ты же всё сам видел, хи-хи!       — Н-не знаю, вообще-то… Я только помню, точно такое же было у Семёна! — Антон думал, что смог подловить лису. Но застать врасплох хитрейшее из созданий, что водятся на Земле — очень туманная перспектива.       — Ого-о! Правда что ли? — Плутовка состроила удивлённую мордашку. Но внимание Антона привлекло не внезапное проявление мимики на маске из папье-маше. Сегодня одна деталь в этом атрибуте была новой — шрам. «Проходит через прорезь для глаза, но уж больно натурально выглядит…» — поймал себя на мысли, в тот момент, Петров. — Что очевидное ещё отметишь?       — Н-ну мои очки… Это ведь твоих рук дело? — Мальчишка резко впал в неверие, хотя факты начали говорить вполне очевидную истину. Но выражение «морды» собеседницы, сподвигло юношу на очередной вопрос. — Я… я чего-то не помню?       — У-ух, всё действительно очень запущенно! Где же ты успел заработать анмезию?       — Амнезию. — Неожиданно поправил свою, казалось бы, всезнающую знакомую Антон. — И не знаю я этого! Вот нет у меня понимания!       — Хорошо, я могу тебе с этим помочь… Только попроси! — Явно призадумалась плутовка. А потом уже менее весёлым голосом добавила. — Но ты ведь понимаешь, что всему есть своя цена?       — Ну, я очень надеюсь, что платой не станет моя жизнь! — Попытался пошутить Петров, но увидев реакцию его спутницы понял, что юмор — не его стезя. — Ч-что, неужели, у-убьёшь меня?       — Хи! Что ты! Вовсе нет! — Алиса резко повеселела, явно считая это предположение наивным. — Но неведение порой, бывает лучше знания…       — Ой, да неважно! Я не могу жить, понимая, что у меня из памяти выпали какие-то моменты! А если там было что-то важное и хорошее?! — Эдаким образом дал положительный ответ на предложенную помощь мальчишка.       — Как знаешь, хи-хи! Важное — да, хорошее — вряд ли!       Мозг Антона не успел обработать последнюю реплику загадочной девушки. Лиса подошла к нему вплотную и обхватила голову мальчишки руками — в районе висков. Петров почувствовал тепло в месте прикосновений и провалился в странную дрёму.

***

      Ночь, лес, поляна. Место событий выглядело довольно знакомым для Антона. Но пара элементов выбивалась из общей картины, не давая мальчишке испытать сильное чувство дежавю.       На поляне их было трое. Сам Антон, Алиса и… «Семён Бабурин?!» — Присутствие последнего сразу напрягло Петрова. Мальчишка уже понял, что ничем хорошим это видение не закончится.       Толстый одноклассник Антона — стоял заплаканный и растерянный. Он с ужасом таращился на приближающуюся к нему лису. Сама плутовка выглядела достаточно зловеще, создавая вид, что является порождением тьмы и хаоса. И самое жуткое — она смеялась.       А дальше Антон увидел причину предупреждений, изрекаемых Алисой, перед «восстановлением памяти». Юноша очень хотел бы выкинуть эти события из своей головы, вычеркнуть из списка его приключений, стереть самым лучшим ластиком в мире. Но такое забыть, увы — не получится.       Лиса подошла к объекту предстоящего веселья. Она схватила Семёна за грудки и с легкостью приподняла того над землёй. А после этого, с грацией истинного хищника, швырнула мальчишку, весившего, наверное, центнер! Перед своим «полётом», Бабурин успел ударить лису прямо по маске, за что и поплатился.       Получилось так, что заревевший вновь Бабурин, буквально перелетел через бок Алисы, оказавшись за её спиной и прямо напротив Антона. Бестия не стала этим ограничиваться, она развернулась и вновь сократила дистанцию, отделявшую её от объекта мести.       Ещё когда безумная девчонка развернулась, Петров заметил как она улыбается. Наполовину улыбка, наполовину оскал — звериный. Отражалось наслаждение, которое ей приносила реакция возопившего Семёна. Антон сразу вспомнил эту улыбку — именно такую он видел на знакомой морде, являвшейся ему в странных наваждениях.       — Плохой мальчишка, ни к животным сострадания нет, ни к людям! — За этой репликой плутовки, от последней последовала сильная пощёчина, адресованная тучному подростку.       — По-помо…       — Теперь и к тебе не проявят сочувствия, хи-хи! — Алиса заткнула своего оппонента резким ударом кулака, прямо по зубам.       Когда Семен понял, что лишился передних жевательных приспособлений, он начал держаться за место последнего удара. Рёв Бабурина в этот момент, казалось, достиг максимума в плане громкости. Алиса же продолжала улыбаться, теперь ещё шире.       Следующими действиями плутовка доказала, что всё предыдущее было разогревом. Она вцепилась руками в волосы несчастного толстяка и потащила того к ближайшему дереву.       — Ты же понимаешь, что не выйдешь уже из этого леса? — Дотащив здоровяка до места назначения, плутовка присела, установив зрительный контакт со своей жертвой. Она говорила очень добрым и ласковым голосом, что лишь нагоняло пущей жути. После своего изречения, плутовка рассмеялась.       А дальше продолжилось насилие. Алиса начала прикладывать лицо Семёна о дерево с такой силой, что было слышно чавканье.       — Раз, два — прилети сова! — Удар, явно ломающий нос страдальцу, отражается улыбкой бестии.       — Три, четыре, пять — время поиграть! — Снова удар, снова улыбка настоящего садиста.       — Шесть, да шесть — дыбом волчья шерсть! — На морду плутовки брызнула кровь, ничуть не смутившая злодейку.       — Семь, да семь — съем тебя, съем! — Этот удар оказался последним. Психопатка улыбалась жаждущей большей крови улыбкой. Её расстроило, что игрушка сломалась так быстро.       — Ох, даже повеселить толком не можешь! — Сказав это, Алиса схватила то, что осталось от лица уже не двигающегося тучного тела. Покрепче обхватив подбородок и макушку Семёна, лиса развела руки в стороны, ломая шею её подопечного.       — Ну что, Тоша — теперь этот злюка не будет тебя обижать, он обещает, хи-хи! — Последней махинацией с телом жертвы «правосудия», стал процесс извлечения очков Антона из кармана ныне покойного Семёна. Плутовка резко потеряла интерес к мёртвому Бабурину. Она встала в полный рост и направилась к Петрову.       Вид Алисы — окровавленной, улыбающейся, будто по-настоящему весёлой, стал отличным сигналом для юноши. Антон резко рванул прочь от сумасшедшей. В сторону дома, да хоть куда, главное — подальше от поехавшей!       На этом вся сцена и закончилась, оставив нынешнего Петрова в состоянии ужаса. Теперь ему нужно было понять, как реагировать на всё увиденное. И времени на раздумья — критически не хватало.

***

      — Ну что, Тоша? Разве я не предупреждала тебя, что некоторые вещи лучше забыть? — Алиса выглядела достаточно обеспокоенной, она трясла мальчишку изо всех сил. — Это ведь я постаралась вывести столь неприятные воспоминания из твоей головушки!       Очнувшись и окончательно вернувшись в реальность, Антон резко оттолкнул свою жуткую знакомую. Он хотел убежать, но по неведомой причине решил остаться на месте. Возможно мальчишка боялся, что спровоцирует лису своим резким бегством. А может и не хотел убегать вновь, чтобы не выглядеть совсем жалким.       — Т-ты… с-садистка? М-меня… ж-ждёт такая же уч-часть? — Петров и заикался и запинался одновременно, его совершенно выбила из колеи столь страшная истина.       — Фу, дурачок! Не собираюсь я тебе вред причинять! — Алиса словно обиделась на слова напуганного Петрова. — Кто тебе давал обещание, что в лесу тебя не тронут? И кто мстил за тебя же?!       — А-а насколько т-тебе теперь можно… верить? — Задал мальчишка вопрос, адресованный скорее ему самому.       — То есть, ты меня врунишкой называешь?! — Лиса совсем обиделась и была очень хмурой.       — Н-нет! Просто… не знал об этих твоих наклонностях… — Наконец-то речь юноши пришла в какую-никакую норму. — Неужели тебе настолько приятны чужие страдания?       — Ох, ну если тебя так пугают мои причуды, так и быть — убеги снова, как тогда сбежал! — Плутовка дала иллюзию выбора. Ведь теперь Антон мог согласиться с ней и броситься в бегство, доказав свою трусость. А мог остаться, чувствуя, что лиса не врёт насчёт безвредности её деяний для Петрова. А затем лукавое создание добило все сомнения мальчишки, своим лестным изречением. — Но знай, с тобой мне намного веселее проводить время!       — Л-ладно, продолжу своё существование в качестве объекта твоих издёвок… — Не смотря на укор в голосе, лицо наивного мальчишки залилось краской. — Но прошу, не устраивай больше передо мной подобных зрелищ!       — Конечно! Я буду добренькой лисичкой! — Восторжествовала юная манипуляторша. — Пока твоей жизни никто не будет угрожать, разумеется…

***

      Антон не знал, почему продолжил водиться с этим жестоким созданием. Он не знал и почему его подруга — такая садистка. И почему она не трогала его. И почему не стала исчадием ада в глазах Петрова. Эти вопросы несомненно волновали мальчишку. Ответ был один — очень странный и нелогичный.       «Почему я готов принять её, со всеми негативными чертами? Втюрился? В это?»