Открыть что-то новое в давно забытом старом

В чём смысл подселения к хладнокровному магу и как выжить в экстремальных условиях, будучи на грани удара камнем о голову в любую секунду? Об этом и не только в повседневных буднях Сокки у семейства Бейфонг. На самом деле, всё было не так плохо, как казалось. Спать на полу не совсем удобно, но мягкая кровать Тоф изредка манила мужчину. Лин по утрам была непривычно энергичной, что не скажешь о её матери. Старшая Бейфонг ни слова не произносила за весь период собираний дочери в детскую академию, хотя сама была близка к взрыву. — А потом учитель Тэнг сказал, что камни на то и камни, что совсем каменные и живыми быть не могут. Но они же движутся благодаря магии. В чём смысл? — Без понятия. - буркала Тоф на очередную историю дочери, наблюдая, как та обувается. — Мне нужно сказать ему, что камни могут быть живими и потому что каменные. Ну потому что каменность не признак неживучести. Да, мам? — Да-да. А теперь тебе пора. — Ты не отведёшь меня? — У меня сегодня вторая смена, дай маме немного поспать, Лин. — Хорошо. - девочка лучезарно улыбнулась. - Пока, дядя Сокка! — Удачного дня, Лин! - Сокка лежал на полу с закрытыми глазами, хотя давно уже проснулся. После хлопка входной двери послышались шаги. Тоф направлялась к нему. Она встала близко к его голове, и Сокка невольно начал опасаться за сохранность собственной жизни. Жить с магом земли — не знать, когда именно в тебя прилетит камень. — Тебе не пора на совет? — Вторая смена, шеф. Дай советнику немного поспать. Та лишь цокнула и вернулась в свою комнату. * * * Сокка поздно осознал, что у шефов полиции вторых смен не бывает. В момент, когда его озарило, советник Огненной Нации рассказывал о поставках угля в город, поэтому перебить его было неуместным. Потом южанину предстояло сходить на почту и арендовать ястреба на пару недель, чтобы написать письмо на родину. И вот уже вечер. Войдя в квартиру, Сокка испытал непривычную усталость. Не то чтобы он не испытывал этого раньше, просто обычно его расписание включает в себя намного больше дел, и для усталости не остаётся времени. Но в последнее время произошло много всего неожиданного, так что и это не удивительно. Сокка буквально упал на своё спальное место, но стоило ему закрыть глаза, как входная дверь отворилась. Скрежет металла, глубокий вздох, грубые шаги. — Ты так и провалялся тут весь день? — Работа, работа и ещё раз работа. Как без задних ног. - пробормотал Сокка. Тоф направилась на кухню. — Как вторая смена, шеф? Преступников сегодня завезли позже? Она остановилась. На секунду Сокке показалось, что она готовится обрушить на него стену. Тоф повернулась обратно и пристально уставилась на мужчину. Он всегда был умнее большинства, оставаясь при этом самым глупым. И именно это качество делало его лидером. Негласным лидером везде, куда бы он не приходил. «Но только не в моём доме,» — подумала Бейфонг. — Я постелю тебе на диване. Она скрылась в своей комнате. «Можешь отмазываться сколько хочешь. Но чем-то ты себя в первую смену всё же занимаешь,» — подумал Сокка, проваливаясь в сон. * * * Прошёл всего месяц и Тоф снова заявила дочери, что собирается отоспаться. — Пока, дядя Сокка! — Удачи, Лин! Девочка улыбнулась и обняла маму на прощание прежде чем покинуть квартиру. Тоф поспешила в свою комнату. И через несколько минут Сокка услышал, как входная дверь снова хлопнула. Никакой второй смены. Тогда что? Сокка был намерен узнать, куда пропадает подруга и почему врёт дочери. "Всё ради справедливости," - повторял он себе, наблюдая за тем, как Тоф направлялась... на работу? Серьёзно? И зачем тогда говорить о загадочной второй смене, не провожая дочь в академию? Чтобы в конечном итоге прийти на работу ранним утром? Южанин разочарованно вздохнул и направился к зданию Совета. Работа есть работа. * * * — И тогда завод на границе сможет работать с большей производительностью. — Но маги воды всё также будут в приоритете? — Без них никак. - ответил мужчина. - Без магов обработка руды займёт больше времени. Мы также планируем подключить туда и выпускников Академии Металла Бейфонг. Заседание, казалось, длилось целую вечность. Один завод на окраине города, а сколько вопросов надо было решить... Советники разошлись по домам, когда луна уже стояла высоко в небе. Сокка неосознанно вспомнил о Хаме. Старушка тогда изрядно напугала их подростковую команду, использовав магию крови. От воспоминаний о невозможности контролировать своё тело становилось тошно. И слегка жутко. Лишь слегка. Катара поклялась тогда, что никогда в жизни не будет применять магию крови снова, а Кайя, пожалуй, даже не знает об этом подвиде. Тем лучше для всех. Сокка побрёл по улице в сторону дома, но на мгновение задержался, разглядывая вывеску над баром. Освежиться и расслабиться явно не мешало. Слишком уж напряжённо прошли последние месяца. В баре царила атмсофера безмятежности. Горожане отдыхали за кружкой алкоголя; путники, опустив рюкзаки, рассказывали друг-другу о дальних краях; официанты разносили напитки и закуски. Обычный вечер в обычном городе. Мужчина направился за одиночный столик. — Бокал светлого вина! Человек за стойкой кивнул ему и скрылся под столом, ища нужную бутылку. За кружкой некрепкого алкоголя можно подумать о многом. Отец недавно опробовал ходьбу на костылях. Сам говорил, что это стыдно и крайне неудобно, но лекарши настояли. Писал, что в жизни больше не обопрётся ни о что, так как из-за этого и потерял ногу. Тензин подаёт надежду в магии воздуха. Аанг упомянул, что, возможно, сын освоит все уровни магии быстрее него самого. Приятно видеть, как нация возраждается из руин. Буми проявляет интерес ко флоту и всевозмодным суднам. Катара надеется, что он не сбежит в открытое плаванье на хлипкой лодке, в то время как Кайя думает, что это отличная идея «для прокачки его внутреннего мага воды». Только вот непонятно, что делать с внутренним магом воздуха. Хотя падать Буми умеет мастерски. Иногда кажется, что гравитация откровенно плюёт на его существование. — Ты хочешь сразиться, а? Хочешь?! - неожиданно появившийся мужчина хватает стакан Сокки и разбивает его о свою голову. — Да тебя даже свинья одолеет, болван! На шум сбежались другие посетители. Громила перед южанином тяжело дышал, глядя на соперника и был готов кинуть в того стол. — Ты кого болваном назвала, дрянь?! «Так это он женщине?» Сокка встал. Мужчина перед ним хоть и был массивным, но ростом приходился ниже. А напротив него, в нескольких метрах стояла... — Тоф? — Кого надо, того и назвала. Чтобы руки свои больше не распускал! — Да как ты смеешь?! Мужчина схватил стул и бросился на неё. Он замахнулся деревянным предметом в воздухе, но его руки так там и остались, не в силах опуститься. Мужчина дёргался, пытаясь опустить руки, пока, усмехнувшись, не посмотрел на Тоф. — Маг металла, значит. А на кулаках умеешь? — Поверьте мне, на вашем языке она разговаривает прекрасно. - Сокка положил ладонь на плечо мужчины. - Тоф. - и посмотрел на женщину. — Не мешай мне, Снузлс. Этот тупоголовый должен получить по заслугам. — Уверен, он непременно получит. - он подошёл к подруге. На ней не было рабочей формы, поэтому неудивительно, что её никто не узнал. - Когда шеф вступит на службу. Тоф закрыла глаза и вздохнула. Резко дёрнула кистями рук, и браслеты на руках мужчины оказались врезаны в пол. — В следующий раз там окажется твоя голова. Сокка открыл входную дверь и вышел вслед за подругой на свежий воздух. Тоф нервно пыхтела и шептала что-то себе под нос, пока они шли вдоль торговой улицы. Южанин даже подумал, не обиделась ли она на него за то, что он прервал её драку. Да, Тоф всегда была не прочь подраться, но сейчас-то она шеф полиции. Не солидно. — А тот здоровяк, он... знакомый? — По твоему я даю право знакомым лапать меня? — Нет! Я просто подумал, что ну... Не с пустого же места он полез к тебе. Что произошло? — Обычный бугай. - Тоф закатила глаза. - Я пришла, села за стойку, выпила пару бокалов, потом он сел рядом и давай заливать: "Кох меня покарает, если не угощу такую женщину! Откуда такой цветок прекрасной лилии родом?" А я не отвечала потому что не хотела. Он руку мне на поясницу, я его через спину и на пол лицом. Потому что злая ещё из-за Канто сегодня. Сокка остановился. Тоф тоже. — Ну я имею в виду... — Ты виделась с Канто? Она молчит. — Тоф, ты ходила к Канто? Молчит. — Ты поэтому Лин про "вторые смены" говоришь? Хотя сама к нему ходишь? — И не смей меня обвинять в чём-то, понял?! - она развернулась к нему лицом. - Это был первый раз за последние два года! Я почти вычеркнула его из своей жизни, но вот эту история снова вытащили на поверхность, и я... — Решила поговорить с ним? — Спросить его зачем. Хотя миллион раз до этого спрашивала, но он никогда не отвечал ничего адекватного! Какой нормальный человек вообще будет задумываться о геноциде магов, хотя сам женат на маге? — Никакой нормальный не задумается. У нормального и мысль о таком не пробежит, тем более он не будет организовывать всякие подпольные группировки и покушаться на мир. — Но я же... Я не могла и подумать, что он такой. Он никогда не врал мне, всегда был добр и приветлив с Аангом. Почему вообще... А теперь Лин. - Тоф закрыла лицо руками. Только сейчас Сокка заметил, что она плачет. Её плечи подрагивали, а тело сжалось. Он положил руку ей на плечо. — Я не могу судить тебя за её воспитание, но ты поступаешь правильно. Тоф вздохнула. — Ты правда большая молодец. Не каждый способен растить ребёнка в одиночестве. И ты воспитала её отлично. Она очень смышлёная и непривычно умная для своего возраста. Серьёзно, я даже немного задумался о бренности бытия после её монолога о каменных камнях. Тоф усмехнулась. — Ты всегда была сильной и остаёшься ей до сих пор, Арбузный Лорд. - улыбнулся Сокка. - И я просто боюсь представить, насколько тебе было тяжело все эти года. И я... — Как последний урод. — Как последний урод засел в своих ледниках и даже не задумался о том, что там происходит с тобой. Ты так думаешь. Веришь в это. "А я все эти годы только и думал, что о тебе. Как ты? Счастлива ли? Любишь?" — Но даже последний урод может тебе точно сказать, что раз уж до Канто ты была самой сильной, и сейчас остаёшься ей же, то... Зачем думать о нём? Зачем задаваться вопросами, ответы на которые пугают тебя? И зачем навещать человека из прошлого, если в будущем тебя ждут родные тебе люди? Которые искренне любят тебя за одно твоё существование и готовы открутить руки любому уроду, который распускает их. — Это ты себя сейчас так возвысил? — Простите, шеф, замечтался немного. Возвращаюсь на своё законное место. - Сокка улыбнулся. Тоф подняла на него глаза. Они были красивее всех вод морей, цветов закатов, видов растений и оттенков коры. Они напоминали безграничное пространство, в котором можно утонуть. В котором можно кричать и смеяться, плакать и злиться. И всё будет ощущаться по родному тепло. Тоф почти никогда не удавалось посмотреть кому-то прямо в глаза. Но в такие редкие моменты как сейчас, её пристальный и глубокий взгляд был самым отрезвляющим из всех пощёчин. И ударом не только по лицу, но и по сердцу для Сокки стало то, что Тоф обняла его за талию и уткнулась носом в грудь. — Спасибо, Снузлс. Иногда ты бываешь таким хорошим. И Сокке захотелось остаться в этом мгновении навечно. Но магии времени не существует. А жаль. * * * Сокка старается не думать о том, что они делали после этого разговора. Не то чтобы произошло что-то из ряда вон выходящее, но... — Не хочешь поспать на кровати? — Я бы рад, но сейчас все мастерские закрыты, да и места для неё попросту нет... — На моей кровати. Со мной. Она сказала это, опустив голову вниз, чтобы он не смог прочитать её мысли по взгляду. И Сокка просто тихо кивнул, стараясь игнорировать бешено стучащееся сердце. Тоф, похоже, сделала также, потому что ничего больше не спросила и не сказала. Ночь прошла без звука. Бейфонг на одной половине кровати мирно посапывала, в то время как мужчина всеми силами пытался уснуть. С того дня кровать стала общей и о каменной полу пришлось позабыть. Не то чтобы Сокке хотелось вернуться на предыдущее место, но спать в одной постели с Тоф... напоминает испытание на выносливость. Которое пока проходит весьма успешно. За исключением одного. Бессонницы. — Ты в последнее время всё больше заставляешь меня вспоминать наши с Аангом приключения. - сказала Тоф, встретив южанина рано утром на кухне. — Почему? — Тот момент, когда Азула со своими подружками гналась за нами по пятам на своём... что это вообще было? Не важно. Аппа линял, поэтому нас легко находили. — Я напоминаю тебе Аппу? - Сокка посмотрел себе под ноги в поисках упавших волос. — Нет, нас. Знаешь, ночью ты также безостановочно поправляешь одеяло. Будто боишься, что Азула вот-вот тебя догонит. Всё же она всё чувствовала. — Бессонница? — Что-то вроде того. — Кровать твёрдая или... — Нет, нет, кровать чудесная! Просто, знаешь... Тоф наклонила голову на бок, ожидая ответа. Момент был похож на ловушку. Нет, он им и являлся. Пытаться солгать ходячему детектору лжи - себе дороже. Сказать правду... Такой вариант даже не рассматривался. Просто так сообщить Тоф, что он влюблён в неё? А дальше что? Кинуться в ноги и умолять оставить в живых, обещать быть послушным, носить её на руках, стать для Лин отцом, готовить блинчики по утрам... — Всё ясно, Снузлс. Ты со своим этим недосыпом уже в облаках витаешь. - она качнула плечом и скрылась за поворотом. — Мам! Сегодня родительское собрание, помнишь? И рутина продолжилась. Будто мысли в голове Сокки никак не повлияли на его сердцебиение. Будто Тоф не уловила этого. * * * — Ты точно уверен, что хочешь этого? — Можешь пойти сама, если дела не так уж и важны. Проведёшь время в кругу матерей, разговорах о драках, кто какие штаны предпочитает и от какой пыли чихает. — Ты так замечательно рассказываешь, что мне уже нужно бежать. - Тоф улыбнулась. - Тогда удачи. — Спасибо, шеф. И, развернувшись, девушка отправилась обратно в полицейский участок. А Сокка остался стоять перед школой Магии Земли в одиночестве. И кто дёрнул его за язык вызваться добровольцем на родительское собрание? — Дядя Сокка! — Лин! - он подбежал к девочке как можно быстрей. Она была единственным знающим местность. — Мама разрешила тебе пойти? — А могла не? — Обычно она просто не идёт. - малышка горько улыбнулась, наклонив голову. Было ясно, что ей грустно от факта того, что Тоф участвует не во всех областях её жизни. Детям всегда хочется больше внимания, а учитывая активность Лин, для неё это имело большее значение, чем для её сверстников. И, как заметил Сокка, Лин любовалась мамой в полицейской форме, пока они обе были дома. Возможно, привести её на собрание было шансом похвастаться. И Сокка понимает Лин. Потому что Тоф именно та, которой хочется хвастаться каждую секунду своей жизни. — Покажешь, где все собираются? — А, да. Там, в кабинете учителя Тэнга. — Тогда вперёд. - и Сокка протянул ей свою ладонь. Она взглянула на неё слегка с осторожностью, а потом вопросительно посмотрела на мужчину. Он в ответ широко улыбнулся. И Лин сделала тоже самое. Она схватила ладонь мужчины и понеслась по коридору. Сокке даже на секунду пришла мысль, что ещё один резкий поворот и бумеранг вместе с чехлом слетит с его набедренной повязки. Если честно, то собрание проходило почти в точности, как он и представлял его перед Тоф. За исключением одного - это не было похоже на рассуждение. Это был один большой поток советов для "папы Тоф". Для Сокки. Не для Канто. — Мы все безумно рады, что наконец смогли увидеть отца Лин. Шефа Бейфонг мы не видели несколько лет, а вот её муж здесь впервые. Муж? — Нет! Простите, я не... Вышло недоразумение. Дело в том, что я не муж Тоф Бейфонг. И не отец Лин! Я просто... — Вспомнил! - второй и единственный после Сокки мужчина на собрании вскочил из-за стола. - Это же воин Южного Племени Воды. — Он ещё и иностранец, какая прелесть. - ухмыльнулась одна из мам. — Нет, вы не понимаете. Он же брат мастера Катары. — Катары? — Жены Аватара! И зал взорвался от новых воплей восхищения. Сокка мысленно ударил себя по голове. Возвращаясь домой уже почти ночью, мужчина с опаской поглядывал на Лин, которая тихо шла в стороне. Девочка держала лямки своего рюкзака обеими руками и неотрывно смотрела себе под ноги. Стоит извиниться. Хотя бы за то, что украл личность её настоящего отца. — Лин... Не хочешь ягодного льда? Я знаю лавку неподалёку, там моя землячка делает просто... — Нет. — Хорошо, а... Тогда зайдём за жареными каштанами? Перед сном - самое то! — Не хочу. Девочка даже не смотрела на него, продолжая идти. Казалось, что её точно терзает что-то, потому что она не столько смотрела под ноги и считала камни на дороге, сколько, задумавшись, глядела вниз. Непривычно было видеть её столь молчаливой. Обычно Лин шла если не в припрыжку, то уж точно говорила без умолку. Обо всём: только что пролетевшая красивая бабочка, уроки учителя Тэнга, вкусный чай на завтрак, игры с Буми. Сейчас же она будто пережёвывала настолько огромную булочку, что даже звёзды на небе не стоили восхищения. И её настроение было виной Сокки. Он полностью испортил весь смысл родительского собрания. А Лин ведь так хотела, чтобы кто-то послушал об её успехах и был горд ей. — Лин, послушай. - Сокка остановился. Остановилась и она. - Мне нужно извиниться перед тобой. - сел на корточки. Девочка развернулась к нему, но голову не подняла. — Мне правда жаль, что я повёл себя так. Я должен был сосредоточиться на твоей учёбе, но вместо этого стал центром внимания. Мне очень грустно от того, что я не смог сказать правду всем им. Лин, прости, что примерил на себя роль твоего отца. Знаю, ты бы с удовольствием увидела бы родного папу... — Дядя Сокка, ты извиняешься за то, что стал моим отцом? — Что? Я... Нет, конечно нет! Лин посмотрела на него. Её щёки покрылись мелкими дорожками слёз. — Лин! - он притянул её к себе. - Я... прости. Я не могу ничего сделать с тем, что не являюсь твоим отцом. Потому что у тебя есть настоящий папа, который точно тебя любит. Я не могу быть на его месте. — Почему папа не приходит ко мне? Почему он не пишет? Почему он не гуляет со мной? — Он не может это сделать. Поверь, я уверен, что он очень хочет, но не может. — А я хочу, чтобы у меня был папа! Я могу это получить, папа Сокка? — Конечно, ты... Стоп, что? - Сокка отодвинул девочку от себя и взглянул на неё. Маленькая Лин всхлипывала, глотала собственные слёзы и крепко сжимала рубашку мужчины своими руками. Она смотрела на него, и этот взгляд означал полное доверие. Тот взгляд, который буквально говорит: "Я хочу чтобы ты был рядом со мной. Не уходи." Сокке не хотелось уходить. За прошедшие месяцы он осознал, что никогда не найдёт в себе силы покинуть квартиру Бейфонгов. Оставить Лин, больше никогда не слышать её смех от щекотки и покинуть Тоф, которая бережно расправляет кровать перед сном, казалось преступлением. За которое следовало бы жестоко наказывать. И один такой нарушитель уже получил своё. — Лин, послушай меня. - он начал вытирать лицо девочки. - Я не твой папа. — Но ты делаешь всё то, что должны папы. У моих друзей они смешные, всегда забирают из школы, покупают вкусную еду и хлопают по голове. Всё это делаешь ты. Почему ты не можешь быть моим папой? Это всё, чего я хочу. И это то, чего безумно желает Сокка. И когда перед ним стоит самая дорогая ему девочка и буквально умоляет стать её отцом... — Я безумно люблю тебя, Лин. Как и твой родной папа. Ты должна увидеть его и понять, действительно ли он способен делать всё, что делаю я. И только после этого ты поймёшь, кто же для тебя является настоящим отцом. — А мама? Мама разрешит? Сокка прижал её к себе и взял на руки. Он направляется домой на руках с Лин, которую после истерики начало клонить в сон. Он держит её как самое дорогое сокровище в мире. Он не намерен потерять её. Может ли он стать её отцом? Это решать только семейству Бейфонг. — Разрешит. - и Сокка был в этом уверен. * * * Уже целую неделю Тоф вела себя подозрительно. Перед завтраком спрашивала у Сокки что он хочет, исправно провожала дочь в академию, иногда заглядывала в Здание Совета чтобы вместе с южанином пойти домой. Не то чтобы такой поворот в серых буднях не радовал, только вот видеть Тоф настолько жизнерадостной было... слегка непривычно. И у Сокки, помимо очевидного восхищения, в голове всё это время зрел вопрос: "Что случилось?". Когда он вырос до невероятных размеров, то не задать его стало приравниваться к бездействию. И мужчина решился. — Что-то... произошло? — Что? Тоф стояла около столешницы и потягивала пиво. Они оба пришли после работы, а Лин осталась ночевать у подруги. — Ты просто... такая непривычно радостная в последнее время. — Как показывает опыт, женщину красит три вещи. Способность оплатить счёт, ношение штанов и документы о разводе. Что? — Разводе? Так ты... — Да. - она улыбнулась и с грохотом поставила кружку на столешницу. - Теперь я официально свободная женщина. — Когда успела? — Когда ты ходил с Лин в академию. У меня была забронировала встреча с Канто, где в итоге я высказалась ему. — Всё прошло хорошо? — Он... - она вздохнула. - Я дрожала очевиднее листа во время урагана. Сокка хлопнул на стул рядом с собой и Тоф, будто повинуясь приказу, села туда. — Он был удивлён, когда увидел меня. Знаешь, такое неожиданное появление человека, которого видишь второй раз за много лет. Подозреваю, что он не думал, что я вернусь. Ухмылялся так. - она улыбнулась. - Иногда складывается ощущение, что слепой именно он, потому что его волосы... он поправлял их миллиард раз, словно там был сплошной беспорядок. Намеревался даже пошутить что-то про "неожиданную встречу", но я положила перед ним документы и ручку. — Так прямо? — Мне нужно было тянуть грёбанного лемура за хвост? Если бы можно было развестись без личной встречи, то я уже сделала бы это. Лишь бы не ощущать его присутствие. - она сжала пальцы в замок и опустила голову. Прямо как Лин. Сокке хотелось обнять её. Прижать к себе, погладить по голове и сказать, что дальше будет только лучше. Она избавилась от лишнего груза в своей и так не простой жизни и теперь способна жить на полную. Однако в голове вертелось лишь огромное количество вопросов. Как он отреагировал? О чём вы говорили? Он хотель увидеть Лин? Как быстро он всё подписал? Но вместо этого, уместным уточнением было только одно: — Ты чувствуешь себя легче? — Я чувствую, что наконец отвязала себя от родства с почти убийцей. А ведь он даже и не спросил о Лин. Он не считает себя её отцом. Какой я была глупой. - она закрыла ладонями лицо. Глубоко вздохнула. Хотелось самому назначить встречу с Канто. Высказать ему за все те страдания, что он причинил Тоф и Лин. Сказать то, насколько отвратительно он ведёт себя в сложившейся ситуации. И прописать пару ударов в челюсть в целях профилактики. Приток такой агрессии Сокка не чувствовал давно. Пожалуй, последний раз это было спустя неделю после расставания с Суюки. Когда осознание только начало подкатывать, Сокке хотелось задушить себя. Прикончить за то, как именно он поступил с ней. Как неуважительно отнёсся к её многолетним чувствам из-за собственного страха стать "семьёй". — Надо же... Твоя семья развалилась, не успев начаться, а моя не успела сформировалась по моей же вине. - он усмехнулся. - Иногда кажется, что мы с тобой слишком разные чтобы быть похожими. И каждый раз я ошибаюсь. — Хочешь сказать, что мы похожи? — Нет. Вообще ни капли. Сколько себя помню, ты была именно тем человеком, о котором никогда не скажешь в контексте жены или матери. О себе я думал, что точно заведу семью. Знаешь, всегда хотелось, чтобы кто-то считал меня отцом. Чтобы люди с гордостью смотрели не на меня, а на маленького человека, который доверяет мне настолько, что иногда становится страшно. — А мне не страшно. - Тоф повернула голову на Сокку. В цветах заходящего солнца её лицо, казалось, горело. - Наоборот, я с облегчением вздохнула, когда услышала от Лин "папа" в твою сторону. — Что? — Мы с ней похожи не только фамилиями и генами, знаешь. Похоже, мы готовы подпустить к себе самого неожиданного человека, а потом захотеть стать с ним единым целым. Одной семьёй. — О... о чём ты? Тоф улыбнулась. В лучах закатного солнца лицо Сокки готово было взорваться от услышанного. Она взяла лицо мужчины в свои руки. Повела большими пальцами по щекам, носу и достигла губ. Она почти перестала дышать на следующие пять минут, глубоко задумавшись над чем-то. Потом сглотнула и медленно посмотрела Сокке прямо в глаза. — Сокка. Он вздрогнул. — Я хочу, чтобы ты остался со мной. Хочу видеть тебя в своей кровати утрами и вечерами. Хочу ощущать тяжесть твои рук на своей спине. Хочу слышать твой искренний смех после работы. Хочу делиться с тобой переживаниями. Хочу считать тебя своим самым любимым человеком. Хочу видеть тебя как отца Лин. И хочу... Он готов был умереть прямо на месте. Если бы магия времени существовала, то сейчас был бы идеальный момент, чтобы остаться в этом фрагменте навечно. Тоф, в майке и с распущенными волосами, которая гладит его по лицу и сидит непозволительно близко. Жар солнца, что пробивает правую сторону тела теплом. Деревянным стол в простенькой кухне. Хочется остаться жить в том моменте, когда любимая женщина говорит о том, что нуждается в тебе. Что хочет воспитывать ребёнка вместе. И... — Хочу любить тебя вечно. Так сильно, чтобы даже чёртова Катара посинела от зависти. - и улыбнулась. Он не смог не сломаться от секретного оружия Бейфонг-старшей. — Она даже позеленеет. В следующее мгновение он целует её. Губы ощущаются мягкими, со вкусом недавно выпитого пива. Она выдыхает в поцелуй и Сокка не осознаёт, что делает то же самое. Сколько он ждал этого? Последние месяцы? Шесть лет? Всю жизнь? Время потеряло всякую значимость, потому что именно в этот момент Сокка чувствует, что оказывается прижатым спиной к каменной стене. Тоф улыбается, завершая поцелуй, и кладёт руки ему на плечи. Она улыбается... Действительно улыбается. Сокка обнимает её за талию и прижимает к себе, утыкаясь носом в основание шеи. Медленно вдыхает её запах. Чай. Родной имбирный чай. — Ты не представляешь, как долго я хотел этого. — Если честно, то представляю. У тебя же всё на лице написано. Сокка даже не успевает возмутиться от абсурдности замечания и удачной шутки, как в следующий момент встаёт, а Тоф, смеясь, обхватывает ногами его торс. — Любишь мучить бедных воинов, да? — Только тебя. И совсем немного. Она целует его. На этот раз недолго, ведь оба понимают, что впереди ещё целая ночь. — Ты позволишь мне остаться? — У тебя нет права на выход, Снузлс. Любые поездки к ледникам строго под моим контролем. Чтобы не сбежал. — Я не сбегу. Не теперь. Она ловит его взгляд. И они оба вздрагивают. Сокка наклоняется, чтобы столкнуться носами. — Словно бизоны. Ты моя одна любовь на всю жизнь. — Я люблю тебя больше, чем Аппа сено. Закат по прежнему красный. Мир в безопасности. Они любят друг друга. Словно бизоны. Возможно Сокка действительно увидится с Канто. Тот скривится, узнав, что Лин называет папой его, а не биологического отца. А Сокка поймёт, что это того действительно не стоило. Вероятно, Тоф столкнётся с Суюки. Увидит, как она с младенцем на руках гуляет с каким-то мужчиной и смеётся каждый раз, когда он оставляет поцелуй на её виске. Скорее всего Катара действительно посинеет, но только от шока, Аанг с Зуко многозначительно переглянутся, а Мэй шепнёт: "Наконец-то". Настанет момент, когда Сокка и Тоф поделят не только квартиру, кровать и любовь к Лин. Но ещё и общего ребёнка. — Это девочка. - скажет Катара. Сокка посмотрит на этого маленького человека как на целый мир. А Тоф станет целой вселенной. Маленькая галактика Лин будет кружить вокруг и спрашивать имя своей сестры. — Пусть её будут звать Суинь. — Моя малышка Су. Сокка вложит в её руку маленький бинт, из которого она будет делать повязку всю оставшуюся жизнь. И пока они просто любят друг друга. Так сильно, что и представить даже трудно.