Ты и сделал меня геем, Антон Шастун.

Сильные руки тянут, отрывают и оттаскивают худое тело как можно дальше от бортика. Как можно дальше от непоправимого. Шаст не видит ничего. Человек хватает Антона за плечи, рывком сажает его перед собой, начиная трясти изо всех сил и кричать: - Антон! Антон ты слышишь?!-человек плачет, - Тоша! Шаст приоткрывает глаза. Картинка плывет, но в очертаниях угадывается силуэт. Мужчина. От мужчины пахнет кофе и дорогим парфюмом. Постепенно Шастун приходит в себя. А мужчина превращается в Попова. Попов плачет. Нет, рыдает. Перед его глазами еще стоит картина, как прегнувшийся через бортик Антон в миллиметре от падения. Прибеги Арс секундой позже, и Антона было бы уже не спасти. Что было бы потом, без Шастуна? Арсений об этом думать отказывается. Он моментально забывает всю ту боль, что накопилась в нем за последние дни, она превращается в страх. Самый жуткий страх. Потерять его. Мужчина замечает, что Антон открывает глаза и жмурится от света. - Антоша, ты как?! Шаст потирает переносицу. Он не отвечает, он лишь сильнее прижимается к Попову. - Тоша, с тобой все хорошо? Как ты себя чувствуешь? Вместо ответа Антон лишь заходится в кашле, при попытке сказать хоть что-то. - Антон! Жалкое зрелище. Рыдающий мужчина. На его руках- худое тело, в которое вцепился Арс, боясь, что если он ослабит хватку хоть на секунду - тут же потеряет Антона. Они замерли в этом положении на пять минут. Десять минут. Пятнадцать. Точное время сказать нельзя, но прошло не меньше получаса. - Арс.., - звук, который издал Шаст, лишь отдаленно напоминал речь, и походил, скорее, на какой-то болезненный, прерывистый вздох. От это тихого звука Арс дергается, как от оглушительного грохота. Он вздрагивает, и вместе с ним вздрагивает тело на его руках. - Шаст? Как ты себя чувствуешь? - Я... люблю тебя, Арс... Арсений глубоко вдыхает. На выдохе его лицо освещается слабой, измученной, болезненной, но такой искренней улыбкой.  - Я тебя тоже, Тоша... Я тебя тоже. Оставшийся день Антон приходил в себя после произошедшего. Ни он, ни Арс все еще не до конца поверили, что это произошло. Что после всего того ужаса их счастье - вот оно. Шаст отменяет аренду квартиры. Он остается. Не на неделю, не на месяц. Он останется жить с Арсением насовсем. Ближе к вечеру, когда они пили чай вдвоем на слабоосвещенной кухне, Антон все же решается поговорить на волнующую его тему. - Арсюш, можно вопрос? - Конечно, Тош. Что такое? - А как же... Дима? И Сережа? Им же нужно сказать. - Что ты имеешь ввиду? - Ну, что мы... Что мы с тобой... - Встречаемся? Да, ты прав, сказать нужно. И вообще, что-то мы их давненько не видели. Давай-как позовем их завтра к нам, а? Посидим, поболтаем, и заодно расскажем. - А ты уверен, что они воспримут это хорошо? Что они, ну... Не отвернутся от нас, что ли?.. - Насчет Димы я уверен. А вот Сережа... Да-а-а, с Сержем тут не угадаешь. Ну, во всяком случае, если не попробуем - то не попробуем. И не узнаем. Согласен? - Да, Арсюш. Позвонишь им? Или мне позвонить? - Не волнуйся, я наберу. А ты иди спать. Вот прям сейчас же, понял? Тебе силы нужно восстанавливать после всего этого, - сказано это было мягко, но тоном, действительно не терпящим возражений. Но Антон все же решил попытать удачу. - Можно я почитаю? Ну хоть чуть-чуть? - Нет, - отрезал Попов, - Антон, ты слышишь, что я говорю? Шастун со вздохом встает из-за стола. - Ла-адно. - Давай, а я пока приберусь. Спокойной ночи, Тош. Антон только собирается выйти с кухни, как Арс его останавливает. Происходит то, ради чего они действительно готовы пережить весь тот кошмар еще раз. То, чего этот кошмар действительно стоил. Арсений касается губ Антона. Еле ощутимо, но так нежно, с таким чувством, с такой любовью, что по их телам будто проходятся электрическим током.  Сквозь поцелуй Шаст тихо-тихо шепчет о любви. Арс отпускает Антона только тогда, когда в легких заканчивается воздух. Он мягко треплет его кудряшки. - Давай, иди спать, - улыбается Попов. -Спокойной ночи. - Спокойной, Тош, - это Арсений говорит уже в спину скрывшегося за углом Антона. Дима и Сережа, заинтригованные фразой Арса по типу "У нас с Шастом новость для вас есть, подтягивайтесь завтра после работы", без раздумий соглашаются приехать. Поз подъедет сам, Сержа подвезет Арсений, так как в театре они работали вместе. Антон уже почти спал, когда Попов проходил мимо гостиной к себе в спальню. Шастун, хоть и диван был большой, все равно со своим ростом помещался на нем не очень. Он поднял голову, когда услышал шаги. Арс с умилением посмотрел на парня, который свернулся комочком, укутавшись в одеяле. - Тош? - М? - Что ж ты не говорил, что тебе неудобно тут? Пошли со мной. - Что? Куда?, - не понял Шаст. - В спальню ко мне пошли, там ты точно поместишься. Антон приподнялся на локтях, подмяв под себя подушку. - То есть, мы будем спать вместе?.. - Да, котенок. Давай, пошли. Шастун робко заходит в комнату к Арсению. Тут теплее, просторнее. Да и уютнее, что ли. Арс сдергивает покрывало, приглашая на кровать. Антон аккуратно опускается на ее край. Как тут Попов берет его за плечи, мягко улыбаясь и укладывая рядом с собой, тут же укутывая в одеяло, как в кокон. И нежно этот кокон обнимает. - Я люблю тебя, котенок, - выдыхает Арс, сильнее прижимая к себе Шастуна. Антон молчит. И не потому, что не знает что ответить. Не потому, что не хочет или не может. Он просто уверен, что Арсений точно знает ответ. Шаст просто хочет побыть в тишине с этим человеком. Человеком, который подарил ему любовь, заботу. Счастье. Арс подарил ему счастье. Ночь прошла довольно спокойно. Антон просыпается один, ведь Арс ушел на работу. На прикроватной тумбочке, возле телефона  Шаста, лежит записка, написанная от руки. Идеальные буквы, красивый, ровный почерк. Приедем с пацанами к семи. Котенок, не скучай!                                                 Люблю тебя! Записки, написанные собственноручно... Сразу видно, Попов. Это в его духе. Листок Антон аккуратно складывает, кладя в задний карман своего рюкзака. Приедут к семи. Ведь только двенадцать, так много ждать... День тянется невыносимо, просто ужасно долго. Шаст просто места себе не находит, каждую секунду посматривая на часы. А стрелки будто прилипли к циферблату, не желая двигаться и приближать момент, который Антон так ждет. Но, даже не смотря на все мучения и издевательства времени над Шастуном, моменту все же было суждено наступить. Как только в замке заскрежетал замок, Антон подпрыгнул, как ошпаренный. Он сломя голову несется навстречу Арсу и гостям. Вылетая в прихожую, он видит знакомые лица. - О, Шаст, здорово, - успев пожать всем руки и переглянуться с Арсением, Антон спешит на кухню для того, чтобы чайник поставить. - Пацаны, что будете? Чай, кофе?, - кричит он. - Шаст, ебанулся, что ли? Какие чай-кофе после рабочего дня? С ума сошел, мы пиво принесли, - смеется Поз, первым заходя на кухню. Вслед за ним потихоньку подтягиваются и Арс с Сережей. Спустя минут десять, когда все наконец уселись за небольшим круглым столом, гости засыпают вопросами Антона и Арсения. - Ну, ну? Что за новость? - Шаст квартиру нашел, да? - Да блять, хули вы молчите? - Так, стоп!, - взмахивая руками над столом, прерывает расспросы Попов, - Все гораздо интереснее. -Б лять, Арс!, - уже реально злятся друзья. - Да ладно, че разорались-то? Не заметно, под столом, Арсений находит руку Антона и сжимает ее. - Блять, короче. Тут дело такое... Интересное. Пожили мы с Арсом вместе.., - начал было Шаст - Мы встречаемся, - резко, без всяких предисловий перебивает Попов. Наступает звенящая тишина. Дима с Сережей переводят взгляды с Арса на Антона, с Антона на Арса. Было не то что волнительно, было даже страшно. Да, Позов гомофобностью не отличался, но его реакцию предугадать было все равно невозможно. Что уж там говорить о Матвиенко, который довольно агрессивно относился ко всему этому делу. - Погоди, что блять?, - первым отмирает Поз, - Вы, вы серьезно сейчас? - Да, абсолютно серьезно. Вы первые, кто об этом узнает, и мы очень надеемся на ваши понимание и поддержку. - Ох, блять.., - Позов закрывает руками лицо, потирая глаза, - Вы не подумайте, все хорошо, встречаетесь и встречаетесь, что я сделаю? Просто неожиданно. - Сереж?, - Антон выжидающе смотрит на друга. А у Сережи глаза огромные. Он просто взял и ахуел. - Так, блять... Ну, я не знаю... Бляяя. - Серж? Мы поймем, если... - Ебать копать, конечно.., - перебивает Матвиенко, - Ну знаете что? Я думаю, что  останусь как-то нейтрален к этому. Ну блять, вы же знаете, как я к такому отношусь. - Мы знаем, и от этого вдвойне приятно, что хотя бы для нас ты сделал исключение, - улыбается Арсений. - Ага... Ребята постарались соскочить с этой темы как можно быстрее. Сначала разговор был каким-то натянутым, неловким. Но потом, слава богу, была найдена тема, в которую они углубились и разговаривали весь вечер. Дима с Сережей уезжают через пару часов. Они до сих пор, конечно, в шоке, но у каждого из них есть время переварить ту информацию, которую они получили от Арса. А он тем временем убирается после визита гостей. Антон заходит на кухню и видит снующего туда-сюда по кухне. Он улыбается при виде хлопочущего Арсения. Он бесцеремонно хватает его со спины, прижимаясь к нему изо всех сил. - Тош, ну задушишь же,-смеется Арс. - Это я от большой любви так, держу в курсе. - Но я бы все равно попросил бы меня не душить, ладно? Антон ослабляет хватку, но из объятий не выпускает. Он обдает горячим дыханием шею Арсения. - Котенок, мне убираться нужно... - Подождет, - видимо, отпускать Попова Шаст не собирался.

***

С этой кухни. С этих объятий. С этих двух самых счастливых людей. С этого начинается новая жизнь. В которой будет чай по утрам. В которой будут нежные поцелуи на ночь. В которой будут и Антон, и Арсений. В которой они будут вдвоем.