Instant

      Ники оборвал видеозвонок, глубоко вздохнул, пытаясь отогнать накатившую тоску, и сглотнул ком в горле. Это так тяжело — столько времени не видеться с Эриком, смотря на него только через экран телефона или компьютера. Ники знал, что сейчас это — единственное, что они могут позволить себе, потому что у Эрика работа, а у Ники срок действия контракта ещё действует, но убрать тяжесть с сердца это не помогало от слова совсем. Ники просто чертовски скучал по нему.       Хэммик знал, что сейчас его тут в принципе ничто и не держит: серьёзных игр, где им нужен весь старый состав (новички оказались не настолько плохими ребятами, и часто многие из «старичков» просто отсиживались на скамейке запасных, пока Ваймак или Кевин не принимали решение пустить в ход «тяжёлую артиллерию»), не планируется, тренировок не будет ещё неделю как минимум, потому что все порядком устали, а Кевину, у которого там что-то мутиться с Аароном, вообще не до них.       Так что, да, Ники тут не держит ничего. Только свой мозг, который каждый день твердил о том, что Хэммик должен оставаться тут ради Эндрю и Аарона. И Ники просто убивало то, что он не знал, что лучше. Это просто очень тяжело.

***

— Итак, Ники, как у тебя дела? — Бетси пододвинула чашку с чаем поближе к Ники, который сидел напротив неё, держа руки в замке. — У меня всё хорошо, Би, — Ники улыбнулся, расцепляя руки и заправляя прядь волос, которая упала ему на лицо и теперь закрывала обзор, за ухо. — Как у тебя прошла неделя? — Замечательно, спасибо, что спросил. Бетси улыбнулась в ответ, смотря на мальчика. Она была бы очень плохим психологом, если бы верила в то, что говорит ей Ники. Да и и любой бы любой из «Лисов». А Бетси считает себя достаточно хорошим психологом, поэтому она спрашивает ещё раз: — Скажешь правду, Ники?       Плечи мальчика слегка опускаются, но тот тут же выпрямляется и снова натягивает эту свою максимально солнечную улыбку, в которую верят все. Он уже привык к этому. — У меня правда всё в норме, Би. — Я не буду давить на тебя, но я просто могу перечислить тебе несколько причин, по котором ты не в норме сейчас. И это те причины, которые я увидела только за эти десять минут. — Ники дрожащими руками поднял чашку и отпил немного чая, подумав о том, что он невероятно вкусный. У Би всегда был какой-то офигительный успокаивающий чай, который, казалось, обожали все, кроме Эндрю, и только потому, что тот заядлый кофеман. — Расскажешь, что с тобой происходит сейчас, Ники? Мы можем поговорить о чём-нибудь другом, если ты хочешь. Или я могу принести печенье, чтобы ты нормально покушал. — Нет, спасибо, Би. Чай нереальный, где ты его покупала? — В Walmart, думаю, что там ещё много коробок завалялось. — Понимала ли Бетси, что мальчик просто отходит от темы? Конечно. Но работа психолога заключается в том, чтобы пациент чувствовал себя комфортно рядом с ним, поэтому она не собиралась препятствовать Ники. — Тебе купить парочку, когда я поеду за продуктами? — Было бы здорово. Ники глубоко вздохнул. Тяжело поверить в то, что тебе могут помочь и тебя могут выслушать, когда на протяжении очень долгого времени все твои проблемы просто игнорировались. — Я устал, — парень снова сцепил руки в замок, прохрустев пальцами перед этим. Би терпеливо ждала продолжения. — Я просто загнал себя куда-то — в какую-то пропасть, в которую с каждым днём падаю всё глубже и глубже, — и просто не знаю как выбраться из неё. — Ники поднял глаза, в которых стояли слезы, на Би. — Я знаю, что я не имею права жаловаться, но я просто так чертовски устал. — Хэммик даже не пытался уже сдерживать рыдания. — Я хочу закончить всё это нахрен и свалить к Эрику в Германию, потому что скучаю по нему, потому что хочу, чтобы он обнял меня, потому что это просто Эрик, но я твержу себе каждый день, что я нужен здесь. — Голос Ники дрожал. Би просто хотелось обнять мальчика, потому что сейчас он выглядел просто, как потерянный котёнок. — И я знаю, что Эндрю и Аарон уже большие мальчики, которые могут сами о себе позаботься, которые нашли людей, способных позаботиться о них, но я должен оставаться здесь, потому что я обещал. Я не справляюсь ни с чем.       Последнии слова Ники просто прошептал, не найдя в себе силы сделать голос громче. У него не осталось сил уже ни на что. Хотелось просто наглотаться таблеток и уснуть так, чтобы больше не просыпаться. — Ты полностью прав, когда говоришь о том, что твои братья уже взрослые. Ники, они знают, что могут обратиться к тебе в случае чего. Знают, что ты рядом. У тебя есть такой человек? — Би подлила ещё чая в кружку Ники, потому что тот мальчик выпил чуть ли не за один глоток, пытаясь смочить горло после слёз. — Эрик. — Я знаю, что у вас сейчас нет на носу особо важных игр, так что, я не думаю, что для тебя будет особо критично пропустить неделю-две. Я поговорю с Дэвидом об этом, а он, в свою очередь, с Кевином. — Ты присмотришь за ними? — Конечно. В этом и заключается моя работа — присматривать за вами и помогать вам, когда вам тяжёло. Есть ещё то, о чём ты хотел бы поговорить со мной? — Бетси ободряюще улыбнулась мальчику. Она знает его столько лет, и ей грустно наблюдать за тем, как он угасает. — Ты можешь выписать мне какие-нибудь таблетки для сна, пожалуйста?

***

      Стоя с рюкзаком за спиной, в который раз хваля себя за то, что он не собрал не так много вещей, в зале ожидания аэропорта Штутгарта, Ники чувствовал себя чуть легче, свободнее и, самое главное, счастливее. Особенно, когда он заметил сквозь толпу, через которую сам Хэммик и пробирался, блондинистую макушку. Храни Господь высокий рост Эрика за то, что его везде видно. — Я так соскучился, — Ники, сняв рюкзак и поставив его на пол рядом с собой, просто уткнулся носом в грудь своего парня, вдыхая такой знакомый и успокаивающий аромат, исходящий от Эрика. — Ты умница, детка, — Клозе положил руки на спину Ники, слегка водя ими по лопаткам мальчика, и поцеловал его в макушку. Волосы Хэммика пахли какими-то апельсинами, и Эрик соврёт, если скажет, что это не самый потрясающий запах в его жизни. — Я готов обниматься с тобой вечно, но, может быть, продолжим дома? — Тебе придётся нести меня, потому что я не собираюсь отлипать от тебя, — Эрик по-доброму усмехнулся, слушая это тихое, такое любимое бормотание. — Хорошо, котёнок, как скажешь.       Клозе, остранившись от Ники, на что тот недовольно хныкнул, дотянулся до рюкзака Хэммика, закинув его на плечо, и прижал Ники обратно к себе. Оставив одну руку на спине мальчика, а второй рукой подхватив его под задницу и приподняв над полом, Эрик прижал Ники к себе, теперь позволяя ему утыкаться в свою шею, чего до этого Ники не мог сделать из-за своего роста. — Ты такой лёгкий, жесть. Зауэрбратен* по тебе скучал.       Ники рассмеялся в шею Эрика, опаляя её своим горячим дыханием, из-за чего у последнего побежали мурашки по коже. — Я знаю, что ты ненавидишь традиции. — Ради тебя я изменю своим принципам, — Эрик легонько коснулся губами виска мальчика, аккуратно пронося его сквозь автоматическую крутящуюся дверь. — Мы уже вышли? — Ники чуть приподнял голову с плеча Эрика, когда услышал звуки улицы. — А ты быстрый. — С тобой и не таким станешь, детка. — Эрик поднял руку, которая так потрясающе лежала на талии Ники, отчего тот готов был пищать, как восторженная фанатка, положив её на макушку мальчика, заставляя его улечься обратно на плечо. — Тебе нужно отдохнуть после перелёта, а не смотреть по сторонам.       Ники готов признаться, что у него просто текут слюнки на такого Эрика. Вообще, Хэммик обожает, хочет, любит и ещё миллионы глаголов любого Клозе, но когда тот включает этот свой режим «папочки», Ники натурально уплывает. — Мы домой? — Ники подавил зевок. Он действительно устал. — Да, я на машине. Отвезу тебя в башню и не буду выпускать тебя из неё. — Я не против, красавчик. Включишь мне Chase Atlantic, пока мы будем ехать? — Конечно, котёнок.       Закрыв глаза и положив голову на чужое крепкое плечо, чувствуя лёгкие поглаживания сильной ладони по своей спине, Ники, в первые за долгое время, чувствовал, что он счастлив. — Я люблю тебя, — Ники, устав бороться со сном, вырубился, зная, что Эрик удержит его в любом состоянии. И это не только в физическом смысле. — Я знаю, детка. Я тоже тебя люблю, — Эрик, зная, что Ники вряд ли это уже услышит, прошептал ему это куда-то в волосы, пытаясь вспомнить, куда он дел ключи от машины, и размышляя над тем, как ему поудобнее перехватить Ники, чтобы не разбудить своего мальчика. Прим.  *Зауэрбратен — традиционное жаркое из маринованного мяса.