I can't breathe without you

Николай вернулся в квартиру. Все было как-то пусто и холодно, на столе стояла пара кружек чая недельной давности. Он бросил чемодан на пороге и побежал в комнату. Как и ожидалось, его дорогой сидел, скрутившись в комочек, снова закрывая свои уши. Николай подбежал к нему и крепко обнял. Сигма раскрыл глаза от удивления, ведь не ожидал его приезда ещё дня три. — Т-ты… Ты приехал… — шептал Сигма. — Да. Приехал. Прости, я не должен был оставлять тебя на столь долгий срок. И даже позвонить нормально не мог, прости. — говорил Николай, все крепче обнимая Сигму. *** — Коля, может ты уже расскажешь, к какой «принцессе» ты так торопишься? — спросил Дазай, когда Николай покупал билет на несколько дней раньше. — Моя принцесса, когда захочу, тогда и расскажу. Может поиграете в карты, когда я уеду. — Николай ехидно улыбнулся и Дазай вышел из комнаты, громко захлопывая дверь. Признанное поражение. Дазай сидел на балконе и курил, Федор, заметивший выражение лица Дазая, накинул на плечи пальто и зашёл на балкон. — Чего мина такая кислая? — спросил он. — Я пытаюсь понять, что за принцесса у Коли. Ты же наверняка знаешь, расскажи! — чуть ли не крикнул Дазай. Конечно же Федор знал, он был первым, кто узнал об их отношениях, ведь является лучшим другом Николая. Дазаю нужно было ещё немного подумать и он бы догадался, поэтому Федор ответил: — Думай, я не буду раскрывать личности его принцессы. — Ну, я с ней знаком хотя бы? — спросил Дазай. — Во-первых, это он, во-вторых, да, знаком. — ответил Федор, усаживаясь напротив Дазая. — Хм… Он, и я с ним знаком… — прошло несколько секунд и Дазай крикнул: — Сигма?! Федор закрыл ему рот руками и сказал: — Сигма, Сигма, только не кричи. — Подожди… Он же недавно имел девушку, что за ерунда? — не мог понять Дазай. — Ты вспомни себя в наш первый год «отношений». — ответил Федор, чем заставил Дазая почувствовать стыд. — Э… Ну… Ну было пара девушек. — ответил Дазай. — Пара? То есть, шестнадцать любовниц и пять любовников, это для тебя пара девушек? — пытаясь не улыбаться, спросил Федор. — Ну не пара, и не только девушки. — ответил Дазай. — Ну вот и не гуди, докуривай быстрее, здесь холоднее, чем в Японии, заболеешь ещё этим проклятым коронавирусом. — сказал Федор, выходя с балкона. *** — Прости, я решил сделать сюрприз и взял билеты чуть раньше, не думал встретить тебя в таком состоянии. — говорил Николай, разбирая вещи. — Ну, в каком мне быть состоянии, когда я снова получил на почту эти фото? — спросил Сигма, кидая на кровать фото, где Николай хорошо проводит время с очередным смазливым мальчиком. — Подожди, а причем здесь это? — спросил Николай, искренне не понимая претензии. — Причем?! Серьезно?! Ты издеваешься?! Я готов был вытерпеть женщин, но мужчин… — кричал Сигма. — Я тебе объяснял сто раз, у того, кто помянет старое, всегда отнимают глаз. — ответил Николай, продолжая разбирать вещи. — Снова твои русские поговорки, я давал тебе свободу, которую ты желал, но это переходит все границы! — Сигма был искренне оскорблен таким поведением и абсолютным безразличием Николая, который даже не имел чести взглянуть ему в глаза. — Твои домыслы надоели… Твои подозрения душат! — Николай сорвался на крик. — А что?! Мне вечно молчать и терпеть?! — спросил Сигма, ожидая очередных оправданий. — Просто дай мне все объяснить. Ну почему ты не хочешь слушать? У нас с ним ничего не было. — ублажал Николай. — Ничего не было? — сдерживая слезы и пытаясь насмехаться над ситуацией, спросил Сигма. Он отвернулся к большому окну, дабы не видеть противного лица парня. — Лёгкий петтинг… — пошутил Николай, подходя к Сигме. Он положил руки на его талию и продолжил: — Ты сам прекрасно знаешь, ты у меня возглавляешь рейтинг… Слезы текли по лицу, но Сигма, также насмехаясь сказал: — Среди женщин?.. — Ну прости, я больше не буду! Хочешь я тебе почитаю вслух? — Николай положил голову на плечо Сигмы, вымаливая прощения. Сигма убрал руки Николая, он ворвался на кухню и схватился за кружку, подаренную Николаем. — Ты только не бей посуду! — крикнул Николай, пытаясь успокоить любимого. С громким звуком кружка разбилась о кафельный пол. — Ты, законченная мразь! Платоническая любовь бла-бла! Я готов был вытерпеть что угодно! Но это переходит все возможные границы! Я устал, мы в отношениях только полгода, а я столько слез не лил за всю жизнь! Коля, не начнёшь хоть немного ценить то, что у тебя есть, я уйду, к чертовой матери. — кричал Сигма, к концу речи немного смягчая тон, тяжело дыша. Николай состроил каменное лицо и ответил: — Уходи. Сигма поднял ошарашенный взгляд, не понимая, искренние это слова или очередная маска Николая. Он не мог понять, ведь никогда не видел безразличия на лице Николая. В их отношениях изначально были поставлены рамки, что Николай может изменять, ведь только в этом случае он сможет чувствовать себя свободным. Сигма же любил Николая и согласился на эти условия, переоценив свои возможности. — Неделя, через неделю тебя здесь быть не должно. Хотя, месяц, давай месяц, ты найдешь квартиру, спокойно соберёшь вещи и уйдешь. — сказал Николай, собираясь уходить. Сигма не собирался за ним бежать или просить остаться, может, так и вправду будет лучше. Прошло три дня. *** Николай позвонил в звонок, дверь распахнул Федор. Николай сразу упал ему в плечо, желая ощутить спокойствие, которого ему так не хватало. — Тише, чего ты, пойдем, пойдем. — говорил Федор, уводя Николая в комнату и закрываясь на замок. Николай осел на кровать рядом с Фёдором. Его тело не было в состоянии сидеть ровно и сдерживать слезы, поэтому он положил голову на колени Федора и сказал: — Мы решили расстаться… Ну как, он пригрозил, а я решил. — Это из-за Джи Хо? — спросил Федор. — Да, это из-за Джи Хо. Немой вопрос, кто такой Джи Хо? Коллега по работе, который искренне желал получить вакансию Николая, поэтому поставил условие, либо он увольняется, либо информация о том, что он встречается с мужчиной разлетится по школе. Николай отказался увольняться, но как оказалось, у Джи Хо был вовсе другой план, ведь он понимал, что увольнение от этого ему не светит, поэтому решил просто разрушить его жизнь. Федор гладил Николая по волосам, распуская его косу. — Ты уверен, что это было не на эмоциях? — спросил он. — Это было на эмоциях, но ему было больно, но и я не могу потерять то, что только приобрёл, свобода от пустых ожиданий и желание признания… Я только освободился от этого, я не хочу это терять, но и его терять я не хочу. —сказал Николай. — Ты слезы при мне хотя бы не сдерживай, плачь, если плачется, а ежели не плачется, то покричи что ли, а то смотреть на твою мину, которая так сильно сдерживает эмоции трудно. Самому плакать хочется. Николай свёл брови и уткнулся лицом в ноги Федора. — Про приоритеты спрашивать бессмысленно? — спросил Федор. — Понимаешь, он принял то, что я могу изменять с женщинами, но с мужчинами для него это была грань. Он почти принял это, но я снова все сломал, может, я просто не создан для того, чтобы быть с людьми, и они никогда не поймут меня? И я никогда не пойму их глупости и желания загнать самих себя в клетку? — Тише, тише… Ты понимаешь людей, но не принимаешь. Коль, оставайся у нас эту ночь, я лягу сегодня с тобой, ты успокоишься и примешь правильное решение, Сигма примет тебя, потому что он искренне желает подарить тебе спокойствие, ведь спокойствие ему даришь ты. — сказал Федор, поднимая лицо Николая, вытирая слезы. — Федя, я не понимаю, почему, когда Дазай тебе в первый год изменял буквально ежедневно, ты лишь смеялся? Тебе правда было все равно? — Нет, не все равно, но я не испытываю к Дазаю таких пылких чувств, как ты к Сигме, также и Дазай не испытывает ко мне таких пылких чувств, как Сигма к тебе. Мы просто не любим друг друга, это меньше, чем любовь. Поэтому наши отношения сравнивать бесполезно. Давай, пойдем, я налью тебе чай, достану твой любимый торт или поплакать ещё хочешь? — Не хочу, торт хочу. — сказал Николай, вытирая слезы. Федор еле улыбнулся уголками губ и повел Николая на кухню, где сидел Дазай. — Ой, да ладно, не делай лицо, будто ты ничегошеньки не слышал. — сказал Николай, немного посмеиваясь. — Что? О чем ты? — хорошо играл Дазай. — Иногда мне кажется, что он неправильно выбрал профессию, ему бы в актеры. — сказал Николай. Федор посмеялся, включая чайник. — Чего?! Я правда ничего не подслушивал! — возмущённо кричал Дазай. — Отвечай, не задумываясь. — сказал Николай. — Кот или собака? — Кот. — Какого цвета апельсин? — Оранжевый. — Как зовут президента России? — Владимир Путин. — Кто такой Джи Хо?! — Твой коллега… — Дазай ударил себя по лицу, а Николай же громко засмеялся, а за ним и Федор. — Ну все, все, подловили, хватит ржать. *** Сигма дрожащими руками собрал осколки, искренне не понимая, вернётся ли Николай. Он искренне желал, чтобы он вернулся. Сигме было трудно принять Николая, но он почти это сделал и вот, снова эмоции взяли вверх. Он попросил заместителя подменить его на следующую неделю, именно этот срок он дал Николаю, чтобы тот вернулся, а сам снова заварил себе чай и сел на кухне, покорно ожидая Николая, в надежде, что тот всё-таки вернётся.