Персональное проклятие

Спустя 4 месяца Солнце светило во всю мощь. Огромной волной тепла оно проникало в комнату, заставляя ещё не до конца проснувшегося Ала задыхаться и морщиться. Но вот когда он проснулся… – ЖЕНЯ!!! Альфа вздрогнул, чуть не уронив очередной блинчик на стол мимо тарелки. Всё-таки уроки Артёма не прошли даром, и Женя научился делать отличные блины с вишнями. Только что-то подсказывало, что сегодня его омега эти труды не оценит… – Чёртов альфа, ты видел, который час?! – голос со стремительной скоростью переместился из спальни в ванную. Женя закатил глаза и вздохнул. Он знал, что Ал сегодня должен был пойти на практику в ветеринарную клинику, но будить сладко спящего омегу, так трогательно сложившего во сне руки на едва заметном животике… Это было выше его сил. Поэтому альфа заранее приготовился ощутить на себе всю силу порядком испортившегося за время беременности характера омеги. Который вскоре появился на кухне, источая гнев и безумно пленительный аромат. После того, как они узнали о беременности, запах омеги словно посвежел, сладость перемешалась с нотками ландыша и фиалок. Поэтому в последние недели Женя словно с цепи сорвался: каждую ночь он нежно и в тоже время ненасытно брал своего омегу, словно никак не мог поверить, что тот принадлежит только ему. Проснувшаяся сущность альфы заставляла Женю безумно ревновать, когда во время прогулки свободные альфы пожирали глазами его похорошевшего мужа. Несмотря на метку и кольцо на пальце, Женя всё ещё боялся, что однажды Ал скажет ему, что они совершили ошибку и поторопились, связав себя узами брака в конце первого курса. Теперь ещё и ребёнок… Что, если Ал обвинит его в том, что он не дал омеге спокойно доучиться? Даже сейчас, несмотря на недовольство родных и беспокойство Жени, омега упрямо ходил на практику от университета в городскую ветеринарную клинику. Ал считал, что раз уж он возьмёт академический отпуск, то хотя бы должен окончить первый курс и написать отчёт по практике. – Тебе разве не нужно на работу? – проворчал омега, глядя, как альфа наполняет блины начинкой. – Сегодня у мужа моего начальника с утра начались схватки, и он уехал с ним в больницу. После завтрака я поеду вместо него на совещание с партнёрами, – Женя, переведясь на заочное обучение, работал помощником начальника рекламного отдела в частной фирме. – Почему меня не разбудил? – выдохнул омега, садясь за стол и наливая сначала альфе, а потом себе чай из заварочного чайника. – Никуда твоя практика не денется! – впервые за последнее время Женя позволил скопившемуся раздражению вырваться наружу. Причиной был руководитель практики Ала: красивый, богатый и свободный, заместитель главного врача клиники не раз и не два оказывал Алу знаки внимания. Омега не придавал этому большого значения, но заведённый не на шутку Женя ненавидел альфу всей душой. – Опять? – устало заметил Ал. – Жень, я же говорил тебе, Сергей Сергеевич просто так общается. Он… – Общается? – тарелка с вишнями звонко стукнулась о поверхность стола. – Дарит тебе шоколад и цветы, предлагает подвезти до дома, не даёт проходу – это он так общается? Даже звонит сюда! С каких пор наличие мужа перестало играть роль в ваших отношениях? Я вам ещё не мешаю? Женя замолк, увидев выражение лица Ала. Омега смотрел на него с болью и горечью. Рука Ала инстинктивно закрывала живот, словно он хотел защитить малыша от гневных слов его альфы. – Малыш… – Женя опустился перед ним, пытаясь заглянуть в глаза и целуя напряжённую руку. – Прости меня. – Знаешь, твоё к нему отношение я ещё могу понять… Но почему ты не доверяешь мне? Разве я когда-нибудь давал тебе повод усомниться в моей верности? Разве не ты единственный альфа, которому я позволил овладеть собой? Женя замер. Раздражительный в последнее время омега скупился на признания и редко говорил Жене о своих чувствах. Мнительный альфа, связав это с наличием приставучего поклонника, чуть было не поверил, что Алу надоели их отношения… – Ты такой дурак! – словно прочитав его мысли, воскликнул Ал. – Честное слово! Я на четвёртом месяце, а кажется, что на восьмом – постоянно тошнит и кружится голова, хочется всего и сразу, ещё и этот дурацкий альфа, который достал меня со своими цветами, на которые у меня аллергия! Я не могу его прямо послать, потому что тогда все мои усилия пойдут псу под хвост! Ему ведь ничего не стоит написать на меня отрицательную характеристику, и тогда ни одна клиника не захочет иметь со мной дело. А обращаться за помощью к твоим или моим родителям я не хочу, потому что мы теперь семья, понимаешь, семья! И если мы сами не можем справиться, то зачем тогда вообще всё это? Альфа сжимал уже почти рыдающего омегу в объятиях, проклиная свою ревность и слепоту. Его солнышко так переживает, а он позволяет себе такое фантазировать… Омега, тихо всхлипывающий в плечо альфы, неслышно усмехнулся. Ох, и отыграется он на нём за глупые подозрения, дайте только срок… А с тупым альфой с практики, смеющимся над запахом его альфы, он ещё разберётся…

***

Спустя месяц – И как зовут этого смертника? Женя вздрогнул и обернулся на омегу, стоящего в дверях прихожей. Животик Ала ещё больше стал выпирать из-под домашней футболки, и альфа с нежностью устремил на него взгляд, забыв про гневные нотки в голосе омеги. С тех пор как практика закончилась и Ал взял академический отпуск, омега практически всё время проводил дома, уничтожая стратегические запасы в холодильнике. С каждым днём его фантазии относительно еды приобретали всё более причудливый характер. – Женя-я-я, ты на вопрос отвечать собира-а-аешься? – нараспев поинтересовался Ал, сверля взглядом усталого мужа. – Да, любимый? – прикинулся ничего не понимающим идиотом альфа. Вдруг прокатит… – Эта будущая жертва убийства снова заявилась к вам в отдел? – Ты про того омегу, из юридического? – сдался Женя. – Да. – Ал, я же говорил, он просто заходит к нам поболтать… – Да ну? – угрожающе прорычал Ал. – А когда он болтает, то имеет привычку обтираться обо всех, кто находится рядом? – Нет, он просто пролил кофе мне на рубашку и сам застирал её под краном. Он извинялся… – Точно извинялся? – хмыкнув, поинтересовался Ал. – А то меня это очень волнует. – Ал… Пожалуйста… – Две недели без секса. Женя застонал, выпустив портфель из рук. После всей той истории с альфой Ал перестал подпускать его к себе. Правда, того руководителя практики почему-то выгнали с работы. Насколько Женя знал, это было как-то связано с взяткой и беременностью какого-то неизвестно откуда взявшегося омеги, обвинившего альфу в изнасиловании… Правда, сейчас Жене было плевать на того альфу. Потому что его любимый омега, ни на секунду не сжалившись, повернулся к нему спиной, потому что не верил ни одному его слову. А ведь тот омега действительно ничего такого даже не думал! Он же вроде влюблён в маркетолога… … – Жень, ты купил апельсины? – А?... Что?... – еле продравший глаза альфа глянул на часы. Два ночи. – Я говорю, ты апельсины купил? – Да… – Тащи. И соль с хреном не забудь. … – Жень! – А! – только уснувший альфа снова глянул на часы. Три с половиной. – Я сливки хочу. А жареная картошка у нас осталась? … – Жень! – … – альфа молча смотрел на него, даже не делая попыток посмотреть на часы. – Кажется, у нас в холодильнике лампочка перегорела. Я так жить не смогу! … – Ал… – робко спросил как-то вечером, спустя неделю, альфа, присаживаясь на краю кровати и нерешительно глядя на читающего книгу омегу. – Может быть, мы… – Я же говорил – две недели, – не отрываясь, сказал омега. Женя вздохнул. Здравствуй, холодный душ… … – Ал… Альфа стоял в дверях спальни и смотрел, как раскрасневшийся и тяжело дышащий омега лежит на спине, глядя в потолок. Прошёл ещё месяц, а Ал всё не подпускал Женю к себе, наказывая за мелкие провинности. Но чем больше приближалось время родов, тем сильнее сам омега хотел секса. Но он упорно отгонял от себя возбуждённого альфу, рыча и царапаясь. – Ал, так больше не может продолжаться… Ты можешь пострадать. Омега упрямо молчал. Альфа бесстрашно приблизился к кровати. Синяки и порезы ещё не зажили до конца, но он готов был и не к такому, лишь бы его любимый не мучился. – Котёнок мой, я понимаю… Но у нас правда ничего с тем омегой не было… Прости меня, если я заставил тебя так думать… Но на самом деле я не сделал ничего, из-за чего ты мог перестать доверять мне… Омега пристально глянул на него: – Да неужели? Альфа побледнел, вспоминая. – Неужели… из-за этого… – Дошло наконец? – поинтересовался Ал, садясь на кровати и глядя на распахнувшего глаза Женю. – То есть… Ты из-за моей ревности так долго… – Я хотел, чтобы оказавшись на моём месте, ты понял, что я тогда чувствовал… – прошептал омега. – Но, возможно, переборщил… – Малыш мой… – Женя мигом оказался на кровати, прижимая к себе ослабевшего от сопротивления природе омегу. – Я понял… Когда любимый человек тебе не верит – это очень больно. Прости меня. Я тебя очень люблю. И всегда смотрел только на тебя… – Я тоже тебя люблю… – прошептал Ал, позволяя альфе вовлечь себя в головокружительный, долгожданный поцелуй. – А сейчас… Может быть… Мы… Ал рассмеялся, глядя на смущённого альфу: – Ну-ка, ну-ка! Стоило начать тебе чуть-чуть отказывать, как ты сразу растерял всю свою смелость? Где же мой ненасытный альфа, который буквально не выпускал меня из постели? Альфа рыкнул и бережно опустил омегу, словно боясь покалечить своё сокровище. Приложив голову к животу, он некоторое время слушал их малыша. Когда маленькая ножка пнула его в ухо, он счастливо рассмеялся, а Ал притянул его наверх и поцеловал. – Тебе больше не нужно спрашивать разрешение, – прошептал он в губы альфе, – я давно твой.

***

Ночью, спустя четыре месяца – Жень! – А! Что? Клубника, горчица, рыбка? Что принести? – Дурачок! Простыни, машина, больница. Рожаю я. … – ААААА!!! – Доктор, это нормально? – Молодой человек, не задавайте лишних вопросов. Мы делаем всё, что в наших силах. – ЖЕНЯ!!! – Да, любимый! – МОЖЕТ, ТЫ ВСЁ-ТАКИ ОМЕГА? – Нет… – А МНЕ БЕЗ РАЗНИЦЫ! В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ РОЖАЕШЬ ТЫ!!! … – Поздравляю. У вас омега. – Дорогой… – Да?.. – Спасибо тебе. Я люблю тебя. – Ладно. Можешь не рожать.