Падение

Сознание возвращалось к нему медленно и урывками. Чужие слова доносились словно сквозь толщу воды. — Теперь самое время подрезать их и сказать, что так и было, — слышался хриплый голос кого-то из Пожирателей. — Я не понимаю, чего нам ждать, раз уж лорд сам... — Заткнись, — это уже низкий тихий голос Северуса. — Их и так изрешетили проклятиями, так что о полете речь не... — Ты и в прошлый раз говорил так, и что? Может, ты и теперь ошибся? Чертова птица тянула силы из домов, мы все тут чуть не подохли! — Это именно вейла подняла переполох и не дала напасть на нас исподтишка, если ты не забыл, Антонин. — С какой стати ты ее защищаешь? Послышался шум борьбы, Снейп прошипел, что вызовет Лорда, и все утихло. Вейла сделала попытку открыть глаза и вынырнуть из забытья, но не смогла. Иногда ей казалось, что к нему подходил кто-то хорошо знакомый и желанный, и он делал попытку подтянуться к нему. Волдеморт — а это был он — гладил ее по голове и просил не вставать. Ещё он просил, чтобы вейла выжила, и часто обнимал её. А когда Люциус пришел в себя окончательно, то увидел вокруг... клетку. Он вскочил, внутри поднялась тревога, заставляя дрожать. Слабость не давала схватиться за нее, и даже крылья за спиной висели безжизненные, не подчиняясь. По попытке раскрыть их спину пронзало болью. Из глаз вейлы потекли слезы. Обманут и посажен в клетку! И это после того, как он защищал их? Вдоль клетки метнулась черная тень — полы мантии Снейпа развевались вслед за ним. — Какого черта ты встал? - напустился он на Люциуса. — Кто тебя просил, тебе надо было лежать, и лучше всего на животе, чтобы крылья заживали как следует. Я накладывал повязки, а ты их сбил. Глупая птица! Тут он увидел на глазах вейлы слезы. — Что случилось? Кто-то из остолопов тебя дёргал? Дверца клетки растворилась. — Ах, это. Клетка для твоей же безопасности. Волдеморт зачаровал ее так, чтобы внутрь могли проникнуть только я и он. Думаю, он отблагодарит тебя за спасение, — Снейп усмехнулся. — А теперь покажи крылья. Он временами безжалостно дёргал их, видимо, справляя суставы и бинтуя покрепче, потом отпустил. — Не знаю, что выйдет. Чем на дольше ты бросишь свои попытки летать, тем лучше. Смирись с участью домашней птички, — усмехнулся он. — И во имя всего святого, не пытайся сделать какую-нибудь глупость прямо сейчас! Вейла чувствовала, как внутри поднимается волна гнева и боли. Снейп, перевязав и смазав раны, вышел. И он снова был в клетке. Волдеморт появился очень поздно — Люциус уже дремал на краю постели, но стоило показаться знакомому силуэту, вскочил. Клетка растворилась. Они обнялись. — Как же я боялся, что ты не оправишься, — Волдеморт подхватил на руки птичье тело. — Как обычно, Северус ругал меня всем, чем мог. Кажется, тебя ненавидят абсолютно все, потому я и сделал клетку. Он не говорил пустых слов благодарности, но, подхватив свою драгоценную ношу на руки, делился с ней своей силой, заставляя вейлу нежиться, впитывая магию. Они вдвоем оказались в постели, где вейла по старой памяти собирала покрывало и простыни вокруг себя в гнездо. Они только-только устроились поудобнее — вейла прильнула к нему и тихо клекотала что-то нежное на своем птичьем языке. Сложившуюся идиллию прервал Снейп, довольно бесцеремонно ворвавшийся в кабинет. — Если вы собрались предаться любви в ее плотском понимании, то разочарую — сейчас этого делать нельзя. Молчу о том, что я вообще не позволял поднимать вейлу с кровати. Влюбленные делаются донельзя глупы, мой лорд, — поклонился он. — Помню, как вы мне это говорили. — Заткнись и пошел вон. — С вашего позволения. Просто мне показалось до крайности забавным, что все это — и годы борьбы, и величие магии — было лишь для того, чтобы потерять голову от чар вейлы. Вейлы — самца. Кстати, Люциус, тебе удивляюсь не меньше. Мог бы взять от него все, — он кивнул на Волдеморта, — а потом отправиться к себе, туда, где такие, как ты, обитают, и свить уютное гнездышко. — Не злобствуй. — О, я всецело предан. Даже, как видите, не отхватил этой глупой птице ее крылья под корень. Оба проследили, как Снейп вышел, но настроение и впрямь улетучилось. — Снейп идиот… Я уже свил свое гнездо... Тут. Люциус прикрыл глаза, уткнувшись в грудь Лорда, наслаждаясь его запахом. Поднял голову, обводя пальцем губы партнера, чуть улыбнувшись самыми кончиками губ и выдохнул. — Он такая ехидина, все настроение испортил. Обними меня, мой Лорд. Тот притянул его к себе ближе, и Люциус провалился в очередную дрему. Кажется, теперь Лорд разбирался со всеми вспыхнувшими восстаниями, благо удалось подавить самое главное и спастись самому. По крайней мере, домой он приходил только спать и Люциус уже извелся в своей клетке, каждый раз дожидаясь даже Снейпа с облегчением — так он хотя бы понимал, что он не один. Дни были унылы и однообразный, Снейп все также мерзок и отвратителен. — Хватит, Снейп. Почему в комнате нет ни одного зеркала, я хочу видеть. Покажи мне их. Люциус морщился, наклонив голову, пока зельевар что-то бубнил, а в воздухе пахло отвратительными зельями и притирками, так что ужасно хотелось чихнуть. — Приказ Лорда. Чтобы ты не натворил глупостей. Вейла закатил глаза. — Это мои крылья! И мои глупости. Снейп отвел глаза, будто бы решаясь, и бросая на него странные взгляды. — Пожалуйста, Северус… Я прошу тебя. Пришлось добавить в голос немного обаяния и очарования, чтобы мужчина немного вздрогнул и вдруг посмотрел на него иначе. Минута молчания — и Северус наколдовал зеркало, почти в рост Люциуса. Вейла с содроганием смотрел на кусок крыла, видный из-за плеча. Обугленные подкрылки, съежившаяся кожа, куски бинтов. Несколько торчавших костей.. — Что я словил? Кажется, он снова плакал, не отводя взгляд от своего отражения. — Давай, я уберу… — Не трожь! Люциус отбил его руку, когда он хотел убрать зеркало, и задышал чаще, убирая с глаз прядь волос. — Адский огонь. Кажется еще колющее, судя по повреждениям, и отбил аваду, ну или она прошла через тебя, сквозь крыло, я не успел увидеть. Сам понимаешь, там было не до этого. — Иди. Люциус сгорбился, сев перед зеркалом, глядя на себя. Снейп сначала хотел отбрить, сказать нечто ядовитое, но в последний момент просто тихо закрыл дверь и ушел. А вейла смотрела. И думала. О том, что больше никогда не поднимется в воздух, и на этот раз это точно было последний раз. От Адского огня никто не мог спастись, и если он его хотя бы пережил, это уже везение. То-то спина так болела, это был ожог... Люциус выпрямил крылья. Расправил полностью, чувствуя как слетают повязки, и кажется течет кровь из новых разрывов только подживших корочек. Опустил глаза, понимая, что если после прошлого раза он мог планировать, то после такого от крыльев останется только остов. Поднялся, утирая слезы. Клетку лорд убрал совсем недавно. Поставил оповещающее на дверь, если кто-то зайдет — а то Люциус без него днями и выйти из клетки не мог. Так что когда вейла вышел из дверей, ему даже не воспрепятствовали. Он шел на кухню, спускался, уже зная, что скажет Снейпу. На кухне были Пожиратели. Только Снейпа среди них не было. — О, наша птичка… Что такое, решил прогуляться? — Кто-то ехидно ухмыльнулся, поднимаясь. Люциус только улыбнулся. Страшно. Зло. Мрачно. Пожиратели сглотнули и как-то поумерили пыл. — Снейп где? — А он тебе зачем? Или Лорда тебе вдруг оказалось мало? Так мы поможем. Даже забесплатно… Да, парни? Антонин оказался самым глупым. И просто шагнул к вейле, не ожидая, что она раскроет окровавленные опаленные крылья и шагнет к ним. — Нравится? Вы ведь так часто говорили, как хотели бы их отрезать, не правда ли? Рука с когтями легли на плечи Пожирателя. Вейла внутри клекотала от гнева, а Люциус не хотел ее сдерживать. Пахнуло феромонами, и все замерли, пытаясь побороть себя. — А ты знаешь, что вейлы — хищники, Антонин? Ооо, это незабываемо, рвать еще теплого кролика, вонзая в него когти и клюв… Люциус наклонился, ведя носом вдоль шеи замершего мужчины. Кто-то рванул на помощь, сумев-таки через себя переступить. Широкий остов крыла его просто отшвырнул, сбив по пути парочку стульев, а Люциус прижал Антонина к стене, хватая со стола нож, морщась от боли в крыле — то немедленно заныло от такого обращения.. — Говорят, в горах Шотландии, часто пропадают путники. И их не всегда находят, там же много зверей… и птиц. Его зрачки сжались до состояния узких щелок, а рука, удерживающая Пожирателя за горло, вдруг начала сжиматься. — Так что ты ходи по коридорам аккуратнее, а то вдруг я проголодаюсь и перепутаю тебя с кроликом? Мне и перья не нужны, чтобы убить тебя. Помнишь, что случилось с Руди и Беллой? Думаешь, мне что-то будет за то, что я убью хоть кого-то из вас? Хоть что-нибудь? Антонин захрипел, поднял руку, пытаясь ударить вейлу, но вонзившийся нож пригвоздил его ладонь ровно к какой-то доске, висевшей на стене. Люциус отступил, тяжело дыша. — В этом Мэноре бояться стоит не только Лорда. Я решил вам напомнить об этом, раз уж вы решили забыть о том, что я Малфой. Он обвел взглядом притихших Пожирателей, не ожидавших такого и тем внезапнее было появление Снейпа. — Какого черта ты тут творишь, Люциус? Ради бога, я попрошу Лорда вернуть клетку! Вейла взглянул на него холодно и в упор, кажется копируя взгляд Лорда. Снейп поежился. — Люциус? — иди за мной. Вейла вышел из кухоньки, направляясь в общие залы. Он закрывал крылья, заставляя Пожирателей расступиться, а Снейпа знаками показать им, чтобы они убрали стонущего Антонина и что он разберется с ними чуть позже. Когда поймет, что творит эта сумасшедшая вейла и как ее успокоить. И вообще, какого черта он смотрит так, что мурашки по коже? Люциус шел в подземелья. В малую камеру, где места было не так много, но она явно была обжита. — Что происходит? Какого черта ты вообще ходишь, крылья.. — Отрежь их. Снейп подавился воздухом. Ошарашенно взглянул на опустившую голову вейлу. Перевел взгляд на капающую с крыльев кровь и снова сбитые бинты. — Зачем? Вдруг все будет лучше, чем ты думаешь! — Я мог только планировать в прошлый раз. А теперь я вряд ли поднимусь в воздух, даже если все заживет. И какой толк в крыльях, если они не смогут нести меня в воздухе? Вейла усмехалась. — Я не хочу… Я боюсь, что видя их каждый раз за своей спиной, я пожалею. Пожалею о том выборе, что сделал в той комнате в тот момент. И когда это случится, я возненавижу Лорда всем сердцем. Я не хочу потерять разум, Северус. Только не так. Да и потом, честно говоря, ты ведь не против, да? Он подошел к нему вплотную, зная ответ и не требуя его вслух. — Что мне надо сделать? Он сидел на стуле, глядя, как Снейп готовит все для этого момента. Кажется, снова батарея зелий. Розье и Нотт спустились вниз, вызванные им и опасливо поглядывая на сгорбившегося Люциуса. Один принес с собой кандалы, старые, антимагические. — Ты не передумал? Северус протягивал склянку с зельем. Люциус криво улыбнулся — куда уж отступать. Пока Лорда нет, он сделает этот выбор за них двоих. Зелье было просто отвратительным. — Что ты там намешал, это даже мерзее, чем обычно? Он закашлялся, чувствуя, как разум вдруг становится ватным. — Поднимайте его, быстрее давайте. Оно недолго действует. Розье помог ему подняться, подводя к кандалам, и заковывая руки и ноги так, чтобы он не мог дергаться. Нотт сглотнул, впервые видя так близко чужие крылья и то, что с ними случилось. — Что вы стоите, остолопы, отводите их назад. Только не тяните, мне нужен только сустав в доступе. Северус вдруг взглянул на Люциуса с жалостью. Ему подумалось, что это тоже самое, как самому отрезать себе руку или ногу. Он осторожно вложил ему в зубы кусочек деревяшки, обернутый тряпкой с зельем — уменьшающим боль. — Я буду быстрым. Обещаю. Вейла только тоскливо взглянула на него, утыкаясь головой в стену. Короткий миг — и Снейп указывает четко на сустав в спине вейлы. Огненная полоса проходит, прорубая хрящ, и заставляя Люциуса забиться, захрипеть, а Пожирателям едва ли удержать в руках отрубленные по самую спину крылья. — Тяжелые, зараза… — Бросайте, помогите мне. Люциусу кажется, что он погружается, тонет в этой пучине боли, и она не только снаружи, но и внутри. Что он захлебывается ею, уже не чувствуя как Снейп командует, мажет, заживляет, как вливает в него пузырьки, как бинты окутываются грудь и обожженную повторно спину. Он не чувствует, как пропадают кандалы, как хрипло втягивает воздух, как даже рыдать не может от боли. — Лорд будет в ярости, — Розье бормочет, глядя на лежащего на полу вейлу, без сознания и бледного, словно сама смерть. — Он пришел сам. И это его выбор. А теперь закрой рот и помоги мне. Они отнесли его наверх, уложив в подушки. Снейп оставил на столике рядом нужные заживляющие. Ему так только проще, не придется больше подлезать и латать, до куда достанет. Но вот вечером… Да, Лорд будет в ярости, когда увидит. Или не будет, но разговора ему не избежать.