Маски/Худи: Пара моментов из жизни маньяков

В мрачном, вечносухом лесу было тихо. Тёмные стволы деревьев, ссохшаяся, будто выжженная трава и мёртвые осыпающаяся ветки — вот и весь колорит. Изредка только случайная птица подаст голос, чтобы не получить ответа, и сразу замолчит. Маски такая атмосфера нравилась. Даже очень. Парень шёл домой после очередной вылазки в город, двигаясь в сторону старого здания, безошибочно ориентируясь среди однотипного пейзажа. Любой другой давно бы заблудился, бесконечно плутая между деревьями, крича в пустоту. Но никто не придёт. А если и придёт, то лес станет последним местом, где побывает тот несчастный, которому не повезло там оказаться. Жители старого дома не любят непрошенных гостей и весьма кровожадны в этом плане. Тим вдохнул полной грудью, загоняя в лёгкие свежий воздух. В карманах тёмно-желтой потускневшей от времени кофте покоился пополненный запас сигарет. Ближайшие пару недель можно было спокойно жить. Если эта фраза, конечно, может быть применима к его образу жизни и месту, в котором он существовал. Но сейчас значение имела лишь обволакивающая тишина, приятно окружившая парня с потерянной душой. Среди этой пустоты он был своим, разделяя с лесом неживое умиротворение. Как же хорошо… — Слепая зона! Сильный толчок в спину заставил Тима потерять равновесие — как физическое, так и душевное — и повалиться вперёд, пропахав носом сухую землю. Колючая трава больно врезалась в ладони и кожу лица, оставляя мелкие царапины и ссадины. Удар выбил из Маски те крохи хрупкого спокойствия, которое парень так ценил за их редкость. На смену пришло раздражение и жгучее желание размазать придурка, рискнувшего потревожить его покой, о ближайшее дерево. Тим рывком перевернулся, отплёвываясь от травы, и смаргивая попавшую в глаза пыль с земли. Придурок нашёлся тут же — Брайан, мать его, Томас в своей неизменной жёлтой толстовке насмешливо наблюдал за попытками Маски восстановить зрение. — Ты! — выплюнул Тим, едва глаза сфокусировались на ненавистном напарнике. Чувство злости мгновенно перескочило на отметку «критическое». — Какого дьявола ты творишь?! — Ты так беспечно шёл, и я подумал, ты будешь рад видеть своего сожителя, — Худи нахально улыбнулся, но благоразумно отошёл на пару шагов назад, зная, что к Тиму лучше близко не подходить. Особенно, когда он злой. Особенно, если ты Брайан Томас. — Думать у тебя получается крайне паршиво! Я буду рад видеть своего сожителя исключительно в неживом состоянии, — Тим поднялся, стряхивая с рук остатки травы. Кожу ладоней неприятно саднило, как и всю правую часть лица, которой парень проехался по земле. — У тебя появились лишние зубы? — Ты просто очень смешно выглядишь, когда падаешь, — рассмеялся Брайан. Паршивца нисколько не напрягал вид крайне обозлённого Маски. Заливистый смех только сильнее подогрел нарастающую в Тиме злость. Кажется, ситуация и впрямь веселила парня. Тим почувствовал непреодолимое желание стереть с рожи соседа по комнате эту улыбку. Желательно так, чтобы тот больше никогда не вспомнил, как улыбаться. Поэтому, видя, как улыбка соскочила с лица Брайана, когда он рванул в его сторону, Маски злобно ухмыльнулся. Пипец парнишке. Худи бросился бежать, огибая сухие деревья, но жёлтое пятно его толстовки, как сигнальный огонёк мелькающее среди стволов, безошибочно подсказывало Тиму местонахождение напарника. Привязанность к этому элементу одежды снова сыграла с Худи злую шутку. И на этом неприятности не собирались заканчиваться. Брайан бегал быстро, но в этот раз он выбрал неправильного соперника, забыв о том, что Маски старше и опытнее. В погонях за жертвами — особенно. — Стой, падла! — рыкнул Тим, прибавляя скорость и не обращая внимания на низкорастущие ветки, задевающие лицо. Он почти чувствовал страх улепётывающего мальчишки, снова связавшегося не с тем, с кем стоило бы. — Когда же ты запомнишь, что меня лучше не трогать?! Брайан останавливаться не собирался. Ровно также, как и Маски, через пару метров сокративший расстояние между ними до нескольких шагов. Выжимая максимум из своих ног, Тим в два-три прыжка догнал Худи и точным ударом между лопаток отправил того на землю. Жаль, что не на тот свет. Худи успел выставить вперёд руки, но, увы, это не спасло его от Тима, рывком поднявшего его за капюшон толстовки. Парень сделал попытку вырваться, однако цепкая хватка Маски, с которой Брайан уже неоднократно имел возможность познакомиться, не дала ему это сделать. Тим встряхнул Худи, будто намереваясь вытрясти из него душу, а потом с наслаждением впечатал того в дерево, памятуя о недавнем желании. — Ну, и где же наша самоуверенность? — прошипел парню в лицо Маски, для верности попинывая наглеца по длинным ногам. — Выронил по дороге? Брайан рвано выдохнул, переводя дыхание после бега. Лёгкие горели, а нависающий над ним прокси не оставлял никаких шансов на счастливый конец этой истории. — Зато взбодрились, — нашёл в себе силы Худи на шутку. — Можно считать за утреннюю пробежку. — Спортом будешь подальше от меня заниматься, — отпарировал Тим, выдёргивая руки Худи из рукавов толстовки. Та оказалась на удивление эластичной, и Маски связал рукава за деревом, затягивая самый крепкий из известных ему узлов. — И любыми другими делами тоже. — А ты, я смотрю, любишь поинтереснее, — не переставал издеваться Брайан, за что получил под дых. — И пожёстче… — Ты даже не представляешь, насколько, — вложив в тон как можно больше маниакальных ноток, Тим вытащил из чехла на поясе нож, с характерным щелчком открывая оружие. — Поменяемся ролями? Под ногами валялась старая бело-красная лента, оставшаяся здесь невесть с каких времён. Лента запылилась, местами краска стёрлась, но Маски показалось, что она вполне подходит для таких, как Худи. Он трижды обмотал её вокруг дерева, намертво привязывая Брайана к шероховатому стволу. Проверив прочность узлов, парень остался доволен проделанной работой и снова оказался перед лицом Худи. Паршивец с интересом наблюдал за его действиями, словно происходящее было для него очередной игрой, в которой, несмотря на положение, лидирующую роль занимал он. Тим так не думал. — Как думаешь, через сколько дней тебя хватятся? — спросил он, придирчиво оглядывая напарника. — Надеюсь, что никогда, а для пущей радости… Не твоей, разумеется… Я позову сюда Джеффа. Он любит делать людей «красивыми». Худи вскинул голову, так и не сумев подавить в глазах нахлынувшую панику. Своеобразно подкорректированное лицо Джеффа не оставило его равнодушным. Да и понятия о человеческой красоте у них явно различались. Брайан задёргался, в полной мере осознав положение, в котором он оказался. — Ма-а-аски, — протянул он, пытаясь изобразить недоверчивую улыбку. Получилось плохо. — Это же была шутка. — У меня нет чувства юмора. — Ты серьёзно оставишь меня тут? — голос парня перескочил на пару нот выше, выдавая его истинное состояние. — А ты сомневаешься? — Тим поднёс нож к лицу Брайана и почти неощутимо провел лезвием по его щекам, рисуя широкую улыбку. — Ты уж извини, но я не могу лишить Джеффа возможности улучшить этот мир. Даже если я с его улучшениями не всегда согласен. Он подправит тебе портрет. Худи задёргался сильнее, но лента, оказавшаяся довольно прочной для своего состояния, достойно выдержала его попытки. Тим почти слышал, как колотится сердце парня. Подарив Брайану ещё одну совершенно дьявольскую улыбку, Тим зашагал к дому. — Тим! — услышал он позади себя крик, в котором, к собственному удовольствию, уловил нотки паники. — Ладно, на этот раз ты победил, я понял! — Я знаю, — усмехнулся самому себе Маски и, не оборачиваясь, продолжил путь. Худи ещё что-то кричал вслед его удаляющейся фигуре, но Тим уже не вслушивался, улавливая где-то в глубине души, так отчаянно стремящейся к покою, отголоски потерянного равновесия. Лес всё ещё был таким же спокойным в своей неживой красоте, прохладный воздух чистым, а совершенно спонтанно начавшееся утро — очаровательным. Маски не был из тех людей, что радуются каждому дню, но не мог не признать, что этот день можно считать вполне удачным.