Ветер гадает на юной листве

      С каждым днём коронация приближалась, а нервозность будущей Хозяйки огня становилась всё более явной. Особенно это стало заметно после известия о том, что аватар жив. Азула стала почти всё время проводить в замке и заставила туда переехать и Мей. Все стали больше копошиться, готовясь к коронации, но возле входа в комнату, где спали девушки всегда стояло два охранника. А когда Азула уходила, то рядом обязательно стояло ещё двое. Мейфенг выходила только в крайних случаях.       До дня «Х» осталось всего ничего. Мей так скучала в покоях, что начала по-тихому сбегать через окно. В этом ей невероятно помогла магия. Все звенящие украшения она оставляла в комнате, чтобы не выдать себя; а волосы собирала в косу наперёд, что никто их случайно не заметил, если её надо будет быстро где-нибудь скрыться. Вот и сейчас Мейфенг шла по очень узкому карнизу, стараясь не смотреть в низ. До окна в коридор осталось ещё пару метров. Вдруг из окна над Мей послышался знакомый голос. Карниз был слишком высоко и очень узкий, чтобы залезть на него. Попробовать можно, но только если с магией. Досчитав до десяти и зажмурившись, она стала медленно, со всей осторожностью, подниматься. Открыть глаза вышло только после приложения множества усилий, было невероятно страшно посмотреть под ноги и не увидеть там опоры. Подул сильный ветер, до дрожи в коленях перепугав Мейфенг. Пересилив себя, она подняла голову и взглянула сколько ей осталось. И, как оказалось, окно уже было перед носом. Как можно быстрее оказавшись в помещении, Мей стала вслушиваться. — Не претворяйся, что гордишься, — непонятно кому сказала Азула. Мей выглянула из своего укрытия и заметила только принцессу стоящую перед зеркалом с ножницами в руках. У её ног валялись пряди волос, а чёлка резко укоротилась. Что произошло долго думать не пришлось, но побудило её к таким действиям. — Я знаю, что ты обо мне думаешь, — Азула повернула голову так, что Мей ощутила будто это её говорят и уже хотела ответить, — Ты думаешь, что я монстр. Душащая тишина длилась словно вечность. — Разве у меня был выбор?! — резко крикнула в пустоту будущая Хозяйка огня, — Доверие для дураков! Страх — единственный надёжный способ! Даже ты боишься меня. Мейфенг молча, будто под гипнозом, продолжала наблюдать за разворачивающейся перед ней сценой. Азула на повышенных тонах говорила с кем-то воображаемым. И скорее всего это был кто-то близкий ей. Её лицо было наполненным злобой, но Мей чётко видела боль, с которой принцесса произносила все эти слова. Только маг воздуха подумала об этом, как по заказу, по чужим щекам потекли слёз. Послышались всхлипы. Мейфенг, не раздумывая ни секунды, вышла из укрытия и побежала к Азуле, чтобы успокоить и утешить её, а ещё, желательно, узнать с кем она разговаривала. Но вдруг она схватила расчёску и со всей силы швырнула её в зеркало. Именно с этот момент Мей со спины сжала её в крепких объятиях, не видя, как их отражение, разбившись на десятки осколков полетело на пол. — Что ты здесь делаешь?! — зло спросила принцесса. — Как ты посмела ослушаться и выйти?! Как ты здесь вообще оказалась? В ней смешались, кажется, все негативные эмоции. Слёзы продолжали капать со щёк, но брови нахмурилась, выражая всё её недовольство. — Залезла через окно, — тихо ответила на последний вопрос Мейфенг. Азулу стало потряхивать: ноги мелко дрожали, а руки дёргались каждую секунду. Мейфенг было всё равно, что она с ней сделает; пусть лучше злиться, чем плачем. Но вместо всего того, что маг успела нафантазировать, принцесса крепко схватила её за плечи и, приблизившись к лицу, смотря ровно глаза в глаза, нарастающим шёпотом начала говорить: — А если бы что-нибудь случилось? Сперва она меня оставила, теперь и ты этого хочешь?! Почему вы бросаете меня?! Мей не нашла, что ответить и просто обняла её, чувствуя, как одежда на плече постепенно стала намокать, а вместо слов послышались всхлипы.       Церемония коронации началась. На самом деле Мейфенг совершенно не так представляла её себе. Но, совершенно не зная чужой страны, её обычаи и традиций, удивляться разрушенным ожиданиям было странно. На этой церемонии присутствовали лишь виновница торжества хранители храма Аватара и Мей. Больше ни единой души. И то, чтобы Мейфенг взяли, пришлось долго-долго уговаривать Азулу. Вокруг только пустые улицы и, словно нежилые, дома. Маги огня стояли у лестничного спуска из храма , а Мей — чуть поодаль с боку, наблюдая за действом. — По приказу короля Феникса, Озая, я короную тебя Хозяином огня, — торжественно произнёс мужчина и вдруг замер, смотря куда-то в небо. Мейфенг наклонила голову в бок и вопросительно подняла бровь. — Арх! Ну и чего же ты ждёшь?! — начиная терять терпение, спросила Азула. Что могло произойти, что пришлось прервать такую, по идее, важную церемонию. А событие это действительно шокирующее. Огромный белый бизон. Летающий. — Аппа… — прошептала Мейфенг, продолжая удивлённо смотреть на него. И только бизон опустился на твёрдую землю с него спрыгнул Зуко. Мей даже не слышала о чём они говорили. Всё её внимание переключилось на собственные мысли и эмоции. А они были невероятно противоречивыми. И вроде бы она рада, но неприятный осадок от этой встречи есть, и ещё какой. Зачем они вообще здесь? Мейфенг о происходящем за пределами страны огня, да даже вне дворца, знала мало. Она не особо интересовалась, а Азула и рада ничего не рассказывать. — … Агни кай! Когда летающая в облаках маг воздуха опомнилась, Азула и Зуко уже начали бой. Это было ужасно завораживающее зрелище. И Мей бы посмотрела его, вот только это настоящий бой. Не на жизнь, а на смерть. Родственники смотрели друг на друга не скрывая ненависти. Они готовы просто-напросто разорвать друг друга. Пламя красного и синего цветов мелькало то тут, то там. Мейфенг даже почувствовала его жар. Несколько близстоящих домов воспламенились. Два человека, одна стихия. Мей словно окаменела, она не могла сдвинуться с места, восхищение вперемешку со страхом сковали её мощными цепями. А маги огня всё продолжали сражение.       Бой продолжался и даже не думал заканчиваться. И Зуко и Азула начали уставать. Но принцесса по неясно причине выглядела более выдохшейся, либо принц просто очень хорошо скрывает это. — Что сегодня без молний? Боишься, что я их перенаправлю? — спросил Зуко. Азула, ещё больше разозлилась от слов брата. — Сейчас я тебе покажу молнию! Понадобилось всего ничего времени, чтобы яркая, источающая опасность, голубая молния направилась прямиком в сторону Катары. Мей пронзило жуткое стремление защитить девушку если не смерти, то серьёзных ран точно. Но страх и какая-то фантомная боль остановили её, не позволив сдвинуться с места. Ещё чуть-чуть оставалось до трагедии, но перед Катарой встал Зуко, которой смог отразить молнию. Мей только начала радоваться, но, вскоре поняла, что теперь под ударом Азула. И тут весь здравый смысл покинул её, даже не попрощавшись. Она, не сводя взгляд с единственным волнующий её объектов, кинулась к принцессе огня. Мей решила не тратить время на лестницу и просто спрыгнула на землю, тут же побежав на Азула. Она успела в последний момент, когда казалось бы, вот и должно всё кончится. Ужасная, жгучая боль прошибла всё её тело. Это было гораздо хуже огня, оставляющего после себя жуткие ожоги. Мышцы непроизвольно сокращались, от чего руки, ноги и другие части тела сильно дёргались. Глаза закатились. Всю её прошибло ранее невиданной болью. В каких-то местах даже одежда воспламенилась. Что уж говорить о волосах? Всё тело ломило и словно выворачивало наизнанку. Единственное, о чём Мейфенг могла думать — спасение от этой ужасной участи Азулы. Сейчас она уверена, что готова вытерпеть всё ради неё и её безопасности. После, казалось, вечности мучений, Мей почувствовала облегчение, вся боль ушла, оставив лишь воспоминания. Она расслаблено улыбнулась. Тело полностью расслабилось и безжизненно рухнуло на твёрдую землю. Все присутствующие застыли на месте от шока. В данный момент никто ничего не понимал. — Мей… Это Мей? — еле слышно произнесла Катара. У Азулы в этот момент, кажется, вся жизнь пронеслась перед глазами. Все остальные воспоминания побледнели и размылись на фоне моментов с Мейфенг. Только вчера Мей обнимала её со всей нежностью и любовью, говорила слова поддержки, ласково гладила по голове; а уже сегодня, прямо сейчас тело человека, ставшего самым родным, валяется на земле, не подавая признаков жизни. Ноги подкосились. — Нет… Нет! Упав на колени перед Мейфенг, принцесса взяла её руки в свои. Она попыталась прощупать пульс на запястьях, а когда не обнаружила его там, и на шее. Ничего. Ноль реакции. Только сейчас она обратила внимание на глаза. Глаза, что ранее блестели жизнью и с любовью смотрели на неё всеми оттенками серого, теперь потускнели и глядели куда-то в пустоту сквозь Азулу, облака и небо. Принцесса положила её голову себе на колени и обхватила щёки руками, вспоминая как вытирала с них слёзы и как нежно целовала. Веки больше не шевелились, они навсегда остались бы открыты, показывая мир мёртвым глазам, если бы не Азула. Она дрожащей рукой опустила их и закрыла свои глаза, не сдержав слёз. Казалось, весь мир замер. Принцесса наклонилась и прижала к себе Мей, словно надеясь, что она как и раньше обнимет её и тихо с улыбкой на губах спросит: «Что случилось?» Но Мейфенг больше никогда не произнесёт ни слова и Азула больше никогда не услышит её чудный голос.       Она была с головой погружена в омут боли страданий и даже не заметила, как руки оказались связаны, а рядом очутился Зуко. Над Мейфенг склонилась Катара, изо всех сил пытающаяся вернуть жизнь в бездыханное тело. Но как не воротиться в прошлое, так и не оживить мёртвых. Даже находясь за решёткой, Азула видела перед глазами только Мей, лежащую на земле.       Солнце заходило за горизонт. С деревьев опадали последние листья. Все растения вновь приобрели дикий вид и расползлись по всему саду. Под сакурой сидела недавно сбежавшая Азула, ловя своим телом розовые лепестки. Она отрешенно смотрела на небо. Перед глазами пролетел очередной листок. Вдруг среди множества звуков послышался до боли в сердце знакомый голос. Азула боязливо обернулась в его сторону. Из хижины спокойно шла ей навстречу Мей. Счастливая, улыбающаяся, живая. Глаза Азулы в миг расширились от увиденного. А Мейфенг всё шла и тихо напевала: — Слышу знакомую речь, вижу облик твой Ну почему это только во сне…