Ветер гадает на юной листве

      Вновь одинокие дни. Мей снова сидела под медленно опадающей сакурой. В последнее время на Азулу упало очень много государственных дел, о которых она ничего не рассказывала. Возвращалась принцесса очень усталая и частенько расстроенная. Прошлый опыт её ничему не научил, и она вновь умалчивала свои проблемы. Иногда она могла отсутствовать по несколько дней подряд, а иногда — неделями. И при первой возможности Азула шла к Мей, обнимала её и чуть ли не падала без сил. Мейфенг с лёгкой улыбкой, ничего не говоря, покорно стояла опорой для неё.       Розового цвета лепестки словно по очереди медленно падали на мягкую зелёную траву. Солнце, постепенно приближаясь к линии горизонта, ярко светило и грело всё всё вокруг. Это, пожалуй один из самых жарких дней. Мейфенг сидела в прохладной тени сакуры и уже несколько часов просто наблюдала за падающими листьями. Ей очень хотелось, чтобы один из них упал на неё, но, как назло, все мимо. Она могла бы помочь магией, но было слишком лень. И всё же не честно, он должен сам. Мей насчитала уже шестьдесят девять упавших листьев. Она так увлеклась процессом, что совершенно не заметила посторонних звуков, а после — шуршания рядом. Вдруг на ногах почувствовалась приятная тяжесть. Мейфенг проследила за лепестком летящим промо перед ней. «…три, четыре, пять.» И он приземляется на чьи-то густые чёрные волосы. Кто их владелец долго гадать не пришлось. Улыбка незамедлительно засветилась на лице Мей. Жутко хотелось обнять Азулу после долгой разлуки, но казалось, она уже заснула. Поэтому Мейфенг лишь сидела неподвижно и смотрела ласковым взглядом на неё. Листья продолжали, словно кружась в медленном танце, опадать с сакуры, рассыпаясь розовым ковром вокруг девушек. Не удержавшись, Мей запустила руку в мягкие шелковистые волосы и стала из перебирать, ещё сильнее растрепав. «Лишь бы это не было сном.»       На столике остывал чай, от которого ещё шёл горячий пар. Рядом стояла вазочка с выпечкой. На пол укатилось одно из спелых красных яблок. Но за накрытым столом никто не сидел. По комнате раздавались тихие всхлипы и два голоса. Мейфенг и Азула сидели на софе укрывшись лёгким пледом. — Он разочарован во мне. Я провалилась. Как можно было не выполнить какое простое поручение? Я недостойна быть принцессой огня, — уже продолжительное время повторяла Азула. Мей успокаивающе поглаживала её по спине и расплетённым волосам, иногда вытирая слёзы с мягких щёк. — Тсш… Ты достойна этого как никто другой. Всё будет хорошо. Это всего лишь одна неудача среди тысяч твоих заслуг, — чуть сильнее прижав к себе принцессу, произнесла Мей. — Но он так не думает, — вновь послышался всхлип. — Неважно, что он думает. Для меня ты самая лучшая на свете. Тебе ведь важно моё мнение? В ответ последовал неуверенный кивок и новых всхлип. Стадии гнева, отрицания и торга уже позади, до принятия осталось лишь принять пройти депрессию. Мей хотела устроить небольшой сюрприз для Азулы: заварила вкуснейший чай; собрала яблок; не без посторонней помощи, испекла булочек и печенье. Однако приятного чаепития не вышло. Принцесса чуть ли не ворвалась в дом. Дверь так сильно стукнулась о стену, что яблоко, спокойно лежащее на столе, скатилось с него. Сердце Мейфенг в ту секунду забилось с невероятной скоростью, готовое выпрыгнуть из груди и спрятаться где-нибудь подальше. Всё произошло быстро и сумбурно, и вот она стоит и смотрит на плачущую Азулу, сидящую на софе. Мей схватила висящий на стуле плед и, сев рядом, накрыла их обеих. — Всё будет хорошо, — тихо прошептала Мейфенг на самое ухо принцессе, после чего легонько поцеловала её в висок. — Всё будет хорошо.       Сегодня был, пожалуй, самый жаркий день из тех, что она провела здесь. Солнце пекло гораздо сильнее обычного, грея абсолютно всё вокруг. Однако, несмотря на это, дул сильный тёплый ветер. Мей находилась почти с самого утра в саду. Он был очень красив, но всё же нуждался в уходе. Поэтому она уже направлялась к прекрасным цветам с лейкой в руке. Растениям сейчас как никогда необходима живительная влага. Из-за жары девушке пришлось сменить одежду на более лёгкую, а так же надеть соломенную шляпу, чтобы не напекло голову. Завязки шляпки пришлось расслабить для удобства. Лёгкая юбка до колен развевалась, тонкая майка колыхалась. Ветер смёл все опавшие листья, поднимая их и крутя в красивых водоворотах. Яркие бутоны клонились, словно готовы оторваться и составить компанию лепесткам. Ветер решил поиграть с магом воздуха. Невзирая на завязки, он поднял шляпу с черноволосой головы и начал уносить её. — Хей! — возмутилась Мей, пытаясь поймать её. Вода в лейке стала беспокоиться, расплёскиваясь во все стороны. Мейфенг могла легче лёгкого вернуть её с помощью магии, но это было слишком просто и неинтересно. Бегать было не слишком удобно, но это даже приносило какое-то мазохистское наслаждение. Воды в лейке почти не осталось, вся она уже ушла в недра земли. А Мей всё бегала. В конце-концов она выдохлась, поэтому просто вернула шляпу магией. — Так вот как ты бережёшь мои подарки, — знакомый голос прозвучал совсем близко. — Что? Нет, конечно же. У меня всё было под контролем, — стала оправдываться Мейфенг. Азула ухмыльнулась. Для Мей эта ухмылка стала милее самых добрых и ласковых улыбок. — Ты так провозишься вечность, — сказала принцесса, забирая лейку и идя вновь наполнять её водой.       Тёмная комната, наполненная лишь мраком и тихими стонами боли. Всё тело онемело. По рукам и ногам стекала густая жидкость тёмно-алого цвета. Чем она является понятно, но думать об этом совершенно не хотелось. По виску стекла холодная капля то ли пота, то ли крови. Кисти даже в неподвижном состоянии сильно ныли, а при малейшем вздрагивании отдавали резкой болью, пробирающей до самых костей. Дышать было невероятно тяжело. Язык уже не чувствовал ничего кроме металла. Кровь перекрывала доступ кислороду, а любые попытки от неё избавиться вызывали только ещё большее кровотечение, сопровождаемое болями. Веки ни в какую не хотели открываться, ощущения, словно их сшили. Приложив много усилий, наконец-таки, удалось увидеть хоть каплю света.       Когда Азула вернулась, нашла Мейфенг спящей под той самой сакурой. Она почти полностью спустилась на землю, лишь голова и плечи ещё опирались на ствол дерева. Прямо на макушке красовался маленький розовый лепесток, который неожиданно подувший ветер перенёс к ней ровно в руку. Поначалу принцесса даже подумала, что это проделки Мей, но та крепко спала. Хотя может… — Не такой встречи я ожидала. В ответ лишь тишина, значит точно спит. И только сейчас Азула заметила нечто ещё более необычное. Мей учащённо и прерывисто дышала, глаза бегали из стороны в сторону, пальцы чуть-чуть подрагивали, иногда издавала звуки боли: постанывала, мычала, скулила. Раньше за ней подобного замечено не было, так что поначалу это вызвало лёгкий ступор. «Ей снится кошмар? Интересно какой» Принцесса села рядом с Мейфенг, наблюдая за тем, как меняется её лицо под влиянием кошмара. Учитывая, что оно осталось практически таким же, сон не блистал разнообразием событий. Азула коснулась сначала чужого плеча, чуть тряхнув его; реакцией было только то, что выражение лица стало более болезненным. Постом — переместила руку к щеке, немного погладив. — Просыпайся, — спокойно произнесла Азула почти на ухо Мейфенг. Вновь не сработало. Терпение начинало сдавать. Она похлопала по пухленькой щеке, недовольно надув свои. А после проделанных махинаций взяла голову Мей в свои руки и стала качать её из стороны в сторону. — Хе-е-ей! Открывай уже глаза! Мы и так давно не виделись. И лишь спустя долгие секунды ожидания, маг воздуха показала свои серые очи. В них читался жуткий страх и ужасающая боль. Слёз не было, но это совершенно не означало отсутствие неприятных эмоций. Она, недолго думая, кинулась обнимать Азулу. Мей сжала её так сильно, как только могла, совершенно не заботясь о том, что это могло той не понравиться. — Что такого плохого ты видела? — Я ничего не видела, только ощущала. Это было ужасно. Будущая Хозяйка огня смотрела ровно в глаза Мей. Ничего больше не говоря, она притянула её к себе и нежно коснулась лба губами. Недалеко щебетали птицы, шелестела листва. Но две девушки слышали только биение двух сердец. Больше ничего и не надо.       Сегодня в хижину Азула вернулась с улыбкой на устах. Она пришла уставшая, но жутко довольная. Мейфенг в это время не было в дома, от чего казалось, что в нём как-то слишком уж тихо. Принцесса легла на кровать и почти сразу заснула. Уже приближался глубокий вечер, солнце пряталось за густым лесом, облака красиво окрасились в жёлто-розовый цвет, а живые существа возвращались в свои жилища, готовясь ко сну. Вот и Мей только что вернулась из сада. Весь день она провела в нём, то ухаживая за растениями, то просто наблюдая за природой. — Оу, ты спишь? — тихо спросила Мейфенг, когда увидела принцессу. Поняв, что ответа не получит, она пошла умыться от грязи, хотя и хотелось поскорее обнять Азулу и заснуть. — Ну наконец-то, — с облегчением выдохнула Мей, устроившись под боком принцессы. Из окна светили последние лучи заходящего солнца, согревая их перед прохладной ночью. Вдруг, как оказалось, проснувшаяся Азула обняла Мейфенг и легонько дёрнула её, уложив на себя. Хитрая улыбка, прищур медных глаз, слегка усталый взгляд: всё такое родное. — Так ты не спала? — Только недавно проснулась. И молчание. Они смотрели друг другу в глаза, не переставая улыбаться. Руки принцессы всё время лежали на чужой тонкой талии, прижимая к её к себе. Мейфенг положила голову на грудь Азулы вслушиваясь в сердечный ритм и медленное глубокое дыхание. — Ты сегодня в хорошем настроении. — Я так редко радуюсь, что тебя это удивляет? — недоумённо спросила принцесса. — Вовсе нет, — резко подняв голову сказала Мей, — просто сегодня это особенно заметно. Случилось что-то? Несколько секунд посмотрев на небо в окне, после вернув взгляд на неё, Азула ответила, не скрывая довольства и гордости в голосе: — Совсем скоро я перестану быть принцессой. Мей непонимающе наклонила голову в сторону. — Что? Почему? — Дослушай до конца. Скоро я перестану быть принцессой огня и стану Хозяйкой огня. После она наблюдала за тем, как расширились в удивлении глаза напротив. Вскоре от счастья Мей обняла будущую Хозяйку огня за шею и поцеловала в самые губы. — Я уже говорила, что ты самая лучшая? — Мейфенг задала риторический вопрос.