Хëн

- Ну сломал и сломал, что теперь, плакать сидеть чтоли? - Сказал Чимин. . Чимина кладут в больницу на неопределенный срок. А Хосок где седлает Юна, который даже не подозревает о случившемся. (Мне стыдно хахаха) . - Я съезжу домой, привезу тебе одежду и еду. - Сказал Джин, выходя из палаты. Чимин уже был переодет в больничную пижаму и лежал на кровати, глядя в потолок. Он думал. Слишком много мыслей у него было в голове. Простить Юнги? Забыть Юнги? Юнги вообще извинится? Юнги думал о последствиях? На что расчитывает Юнги после измены? Юнги его не любит? Или же все таки любит? Какая будет реакция Юнги на перелом? Он будет приходить к нему в больницу? Это Чимин виноват? Он был недостаточно хорош? Так. Слишком много Юнги. Не выдержав, Чимин снова заплакал. Слезы одна за другой скатывались по щекам, стягивая кожу. Зачем ему теперь жить, если истинный начал изменять. И! И при том Хосок - Хосок же альфа! Да как он мог? На самом деле у Чимина вязка с Юнги, при том у них не было этого самого. Такое бывает, когда ты сильно привязываешься к человеку. По настоящему любишь. До потери пульса. Напор мыслей прервал запыхавшийся Джин. - Вот, тут одежда, тут еда. - Выкладывал на стол контейнеры с едой из своего ресторана, одежда видимо тоже Джина. Стиль не сходится с стилем Чимина. - Спасибо. - Сказал Пак, вытирая слезы, шмыгая носом. - Ээй, булка, не расстраивайся! Все будет хорошо! - Сел напротив кровати Чимина. - Что будет? Где хорошо? Ты понимаешь, что мне истинный изменил? Круто, да? На этот раз Джину и нечего ответить. Он знал, что Чимина нельзя оставлять одного, что тот будет винить себя. Чим отпустил Сокджина, но тот не пошел домой. Он прошёл в комнату ожидания, и задремал. Тем временем Пак вышел из палаты, быстрым шагом дошёл до операционной. Его даже не остановили крики типа «Вы куда? Вам нельзя выходить! Туда вход запрещен! Эй! » Чимина это не волновало. Он запер дверь и подошел к кушетке, над которой висела большая лампа. В сторонке стоял столик с инструментами помощника. Ножницы, щипцы, пинцет, вата.. Скальпель... Взяв именно последний предмет омега устроился поудобнее на кушетке, и заплывшими от слез глазами, начал вырисовывать узоры на руке. Глазами. Картинка перед лицом плыла и тогда пришлось вытрать слезы об рукав кофты. Шмыгнув носом, первый порез возле сгиба.. Пак вел лезвием медленно, глубоко. Терпя боль. После того, как по руке вниз до самой кисти скатилась капелька алого цвета, лезвие вновь задело кожу, но ниже. В дверь тем временем тарабанили, были слышны голоса мед сестер, Джина, врачей. Омега лег на кушетку. Так хоть слезы не мешают. Пятый порез был вдоль руки, вертикально, от локтя до ладони. Чимину это показалось мало, его взгляд упал на живот. Не медля он задернул край больничной кофты, и не думая сделал несколько глубоких порезов. В этот момент глаза сами по себе закрылись, ещё пару секунд слышал, как помещение наполняется голосом людей, а после - ничего.