Позволь узнать тебя получше

Он наблюдает и не может оторваться. Столько жертв, столько людишек может попасться в его ловушку и не выбраться оттуда. Столько маленьких, сопливых студентов здесь учатся. Такое чувство, что только прикоснёшься — и они сломаются, словно соломинка. Сопляки, но красивые. Их красивые мордочки словно преследуют его и его сознание. А тела — эталон. Видя, как девчонки или парни переодеваются на физкультуру он с трудом подавляет желание наброситься на кого-то из них. Избить, покалечить их тела и милое личико, которое после сильных побоев превратится в кровавое месиво. А потом изнасиловать. Вбиваться со всей дури в податливое тело, слышать их стоны и мольбы прекратить и отпустить. И после всего этого — убить. Он не боится убивать. Ему это даже нравится, словно это его предназначение. Никак не заботят чувства родственников убитых, не заботит то, что его будут искать. И не найдут. Если удалось избежать наказания один раз — получится и другой. Он сможет противостоять недоумкам в полиции и совершить идеальные преступления, не оставляя следов, и его никогда не смогут отыскать. Это просто идеально. Мужчина с маниакальным огоньком в глазах пробегается по фотографиям будущих жертв, представляя, как будет их убивать, а они — молить о пощаде. Все эти мысли заставляют сердце бешено стучать, чуть ли не пробивая грудную клетку. Низ живота приятно тянет, а душу переполняет гордость и радость. Предвкушения скорого веселья с наивными ребятами… *** Десять лет назад. Он только пришёл предподавать. Молодой, красивый аспирант толком ничего не знает. Пары проходят, дни тоже. Жизнь предподавателя не так разбавлена интересными событиями и мероприятиями. Радует только конец семестра. Тогда-то и начинается самое веселье. В голову приходит сумасшедшая идея, которая заставит нормального человека вздрогнуть от ужаса. Но она такая заманчивая и дарит адреналин в крови, сладкое чувство быть арестованным, но при этом заставляет биться в судорогах некого счастья. Молодой предподаватель знает, как разбавить скучные будни этого маленького городка… Экзамены — страшная вещь и многие студенты готовы на всё лишь бы получить тройку и со спокойной душой отправиться на заслуженный отдых. Особенно девушки - красивые и наивные. Таких легко одурачить. На всё готовы ради зачёта. Даже переспать с предподавателем. Хотя ему это даже на руку. Эти милые девушки не догадываются, что идут прямо к нему в руки, в его ловушку, сотканную из липкой паутины. Её нельзя разорвать. Увы. Молоденькие студенты ничего не понимают и идут в лапы смерти. Конечно, мальчики привлекают его больше. Именно потому что они более строптивые. Пытаются дать отпор и некоторые попытки даже не остаются тщетными. Девушки же очень хрупкие создания, которых можно легко разрушить, словно хрустальную статуэтку. Лишь стереотип. Очень глупый стереотип. Проверено на собственной шкуре. Некоторые студентки такого маху давали, что потом неделю всё заживало. А как они пытались спасти свои жалкие жизни! Нет лучше лекарства от скуки, чем убийства. Но другие с охотой шли к своей судьбе. Отличная игрушка. Но, к сожалению, этих миловидных мальчиков и девочек, прекрасных игрушек, приходится убивать. Это его распаляет. Ему приятно слышать их крики о пощаде, чувствовать отчаянные попытки сопротивления, пока их горло сжимает его локтевой сустав. Вскоре, жертва бьётся в предсмертных судорогах и навсегда замирает. Азартный, нехороший огонёк в глазах загорается сильнее. Сердце бешено стучит, эмоции переполняет тело. Наружу рвётся истерический смех. Всё те же эмоции, чувства, что при первом опыте. Он любит вспоминать своё первое дело, постоянно прокручивая этот одурманивающий момент в его скучной жизни. Это был восемнадцатилетний студент с факультета экономики. Этот парень ничего не знал и всему верил. Вера — вот, что убивает людей. Никому нельзя доверять. Даже самым близким людям. На этом он и попался. Он помнит всё: острые ногти, сильные руки, гибкое тело, изгибающиеся под руками своего убийцы. Помнит, как задушил после того, как наигрался со студентом. Не дав отойти тому от произошедшего. А потом… После смерти жертвы он достаёт нож и выводит на спине несчастных, погибших студентов пяти конечную звезду. И выбрасывает тело там, где легко найти. Конечно, это очень опрометчиво — идти в руки полиции, как все жертвы к нему. Но он ничего не может поделать. Полицейские — тупые, как пробки. Не могут раскрыть дело, лежащее на поверхности. Их он не боится. Только один человек заставляет его бояться быть пойманным - L. Лучший детектив столетия, раскрывает самые запутанные дела в мире. А появился в свете этот самый детектив два года назад. Это был январь тысяча девятьсот девяносто шестого года, никто и никогда не видел его лица. Но всем ясно, что он — гений. Ошибок не должно быть. Попасться L — обрести себя на верную смерть. Нужно действовать аккуратно. Одна ошибка и ему конец… Он чуть не попался! Жертва выжила! Дыхание сбито. Он её собственными руками задушил, а потом вырезал звезду! Как эта девушка смогла выжить и не выдать себя. Хорошо, что она не видела его лица и не знает кто он. Но полиция может выйти на его след. Этого допустить нельзя! Нужно срочно сворачивать свои дела и сматываться отсюда поскорее куда-нибудь в другое место. Где позже он сможет продолжать свои деяния спустя некоторое время. Токио… *** Настоящее время: Лайт буквально влетает в свою комнату, небрежно бросив всю свою одежду на пол, что несвойственно его перфекционистской натуре. Он подбегает к компьютеру и включает его. Чёрт, слишком долго! Ягами сидит весь на иголках, то и дело поглядывая на свои наручные часы и экран монитора компьютера, ожидая полную загрузку и готовность найти все запросы своего обладателя. Виолетта. Рьюзаки. Два имени крутятся в его голове и занимают все мысли, которые мешают сосредоточиться на учёбе. Черт... Они не дают ему покой. В голове мелькает образ Эл и Виолетты. Пытается проанализировать их внешность, приходя к неутешительному выводу: они слишком похожи. И эта мысль не может нормально дать жить парню, подкидывая всё больше и больше новых теорий по поводу связи этой иностранки и детектива, к сожалению, он больше не может употребить в речи «его детектива». Всё кончено. Боже мой. Лайт теперь полностью понимает и ту же Мису, и других девушек, когда, наигравшись с ними и потеряв весь интерес к их персоне, Лайт бросал их, как ненужные вещи. И даже потом не интересовался их жизнью, чувствами. Перенесли ли они разрыв? Нашли новую пару и теперь у них совершенно новая жизнь, и даже не вспоминают Ягами Лайта? А живы ли вообще? Нет. Ничем этим он не интересовался. Да и не любил их вовсе. Просто временное развлечение. Не более. Ничего серьёзного. А сейчас всё кардинально изменилось. Он встретил того, кого по-настоящему полюбил. Путь это парень, пусть это его соперник и он подозревал его в массовых убийствах, пусть проверял его на прочность, мучая бедную душу Лайта. Но он полюбил. И это было взаимно. Да, ссоры были, но они были счастливы. А теперь всё это закончилось. И Лайт пытается выбросить этого лохматого детектива из головы и забыть его навсегда. Но что-то не получается. Это трудно, почти непостяжимо. И от этого ещё хуже. Хуже от понимания, что уже зависим от этого человека и постоянно хочешь вернуться, забыть старые обиды. И жить дальше, несмотря ни на что. Но гордость не позволяет этого сделать. Будет он ещё унижаться. Лайт даже не замечает, что ушёл в свои мысли и компьютер уже загрузился. Парня выходит из своих размышлений благодаря звуку компьютера, извещающего о начале работы. — Посмотрим, Рьюзаки, что ты от меня скрываешь, — Ягами хрустит пальцами, разминает шею, готовясь к кропотливой и долгой работе. А она займёт очень много времени. Открывает сайт университета и находит список студентов. Виолетту было нетрудно найти. Не очень много ребят с русским именем и английской фамилией. Находит её страничку и читает стандартную информацию, которую обычно заполняют студенты: возраст, группу, факультет, дату рождения и цитаты. Например, чтобы найти счастье — нужно обрести себя. И ещё много подобной херни. Только про любовь. Раздражает. Он пролистывает это, стараясь не обращать никакого внимания на эти бессмысленные цитаты. И вот наконец-то Лайт находит страничку Виолетты. «Виолетта Лоулайт, восемнадцать лет, студентка из России с факультета юриспруденции». И всё. Больше нет никаких сведений о ней. Ни о родителях, ни о чём. Ягами этого недостаточно. С лёгкостью взламывает её профиль. Информации о ней, которая находится в закрытом доступе, намного больше, чем той, которая в открытом. Он читает её досье и не может поверить тому, что читает. Он знал, он знал! Губы искажаются в усмешке. Виолетта — воспитанница Вамми. *** Виолетта уже около трёх недель обучается в Тоодае. Будни проходили бы скучно, если бы преподы, как она сама выражается, жалуясь брату на нагрузку в университете, не заваливали бы их работой! К концу первой недели девушка была выжата, как лимон, каждый день она приходила и просто падала на пол, пытаясь отдышаться от сегодняшних пар и мысленно приготовиться к следующему адскому дню. Сил еле-еле хватает на домашнюю работу. Да что за образовательная система у них здесь! МВГУ кажется раем по сравнению с Тоодаем. Да и Эл не очень-то поддерживает. Мол, сама захотела, ко мне вообще не должно быть никаких претензий. Ещё начинает говорить, что она — наследница его титула и должна уметь справляться с различными уровнями нагрузки. Как и умственной, так и физической. Никаких поблажек. Только учёба, учёба и учёба. Поддержка на высшем уровне! Брат, называется. И кроме проблем в универе ей не даёт покоя Лайт. Кто он? Почему следит за ней? Почему он заинтересовался её персоной, но на прямую не подходит даже на метр? Да-да, она всё поняла. Её профиль на сайте был взломан в тот же день, когда они первый раз встретились. Проследить кто и как вообще было невозможно. Но Мэтт по старой дружбе всё-таки помог Виолетточке разобраться со страшной проблемой. Так и выяснилось, что Ягами — примерный сын и студент, сталкерит новенькую. Очень странно. Что же могло его так заинтересовать? Риторический вопрос, на который уже давно есть ответ. Подозрения усилились ещё больше. «пять процентов» Лайт прав. Виолетта точно как-то связана с Рьюзаки. Причём родственными связями. Девушка тоже росла в приюте Вамми. Попала туда в десять лет, в двух тысячном году. Эл тоже из Вамми. Совпадение? Уже нет. Плюс Лоулайт из России, а в тот год, когда она попала в приют произошёл теракт в Москве, над которым работал Рьюзаки. Подозрительно всё это. Ягами уже полностью удостоверился в своих догадках. Нужно только понаблюдать за ней, познакомиться ближе насколько это возможно. Он должен извлечь выгоду из данной ситуации. «Что ж, Виолетта Лоулайт, пришло время раскрыть все карты» «десять процентов» *** Начинается новая неделя, новый круг ада. Как ей всё это надоело! А ведь ещё три года учиться. Виолетта не знает, как всё это протянет. Сумка очень тяжёлая, плечо ноет, спина тоже. А до аудитории ещё топать и топать. Ноги уже подкашиваются. Столько всего на неё свалилось, что просто и не передать словами её моральную истощённость. — Как мне это всё надоело! — она кидает сумку на пол и облокачивается на стенку, пряча лицо в коленях. Нет, слёз нет, плакать не хочется. Её просто уже всё достало. Брат со своим Кирой, Лайт, университет. Да её собственные одногруппницы! «Виолетта-тян, идём в кафе на выходных? Виолетта-чан, сходим вместе на обед? Ветта-Ветта, вы замечаете, как на вас смотрит Ягами! Вот же, конечно, красавчика отхватили» Будто она сама ничего не замечает. И взгляды, и действия. Всё она знает! Только вот Лайта интересует совершенно не она, а Эл! Лайт является Кирой и бывшим брата. А, может, и не бывшим. Кто знает, что будет дальше. Сойдутся, гарантия — сто процентов. Виолетта знает, что они снова будут состоять в отношениях. Конечно, глупо верить интуиции. Она ведь даже не на сто процентов уверена, что Ягами Лайт — Кира. Но излишняя заинтересованность этого парня к ней уже подталкивает на какие-то подозрения. Она всё ещё сидит, уткнувшись носом в колени. Вставать совершенно не хочется. Тишина. Девушка просидела бы так ещё долго, если бы не персона, нагло вторгшаяся в личное пространство Виолетты. Не поднимая головы, Виолетта грозным голосом обращается к незнакомцу с желанием высказать всё, что думает о нём. Именно о нём, парфюм, исходящий от неизвестного, явно мужской. — Слышь, что сюда припёрся? Иди куда шёл, иначе бошку оторву. — Видимо, ты не в духе, — лёгкий смех и знакомый голос разносятся по пустым коридорам, отскакивая от белоснежных стен. «Этот голос.» — девушка тут же отрывает голову от колен и смотрит в упор на Ягами Лайта. Он смотрит на неё в упор, но не улыбается. Его взгляд полон серьёзности, как никогда. Что ему надо? Зачем пришёл? Слова Виолетты застревают в горле, а глаза становятся размером по пять копеек. — Виолетта-сан, я хочу с вами поговорить… — Пожалуйста, зови меня просто «Виолетта» и обращайся ко мне на «ты». А то вся эта вежливость в кишках сидит. — Хорошо, Виолетта, — он поправляет галстук, думая, как продолжить разговор. — Ты же слышала про убийства студентов? Хотя даже спрашивать не надо, конечно, знаешь и даже расследуешь. Что можно ожидать от сестры великого человека, — лицо озаряет хищная улыбка, которая так и говорит: я всё знаю. Я знаю твою тайну. Но Виолетта не придаёт значения смутному внутреннему беспокойству. Ибо шестое чувство у неё притуплено. — Ну, конечно, брат работает в Интерполе… — Ты можешь врать кому угодно! — Лайт неожиданно срывается на крик, глаза пылают яростью. Он хватает девушку за грудки рубашки и поднимает её на ноги, встряхивая. — Но не мне! Я знаю ВСЁ про тебя! Я знаю, что твоя мать — переводчик, отец — врач-нефролог. Я знаю, что ты попала в Вамми в двухтысячном году после смерти родителей в теракте, я знаю, что ты росла в России в Москве, бабушка и дедушка по маминой линии — переводчики, по папиной линии у тебя только бабушка — терапевт, второго дедушки нет. Я знаю, что ты — сестра L, и он взял над тобой опеку после того, как узнал о тебе. Ври всем, но не мне, — он заканчивает свою пламенную речь. С каждым словом голос становился тише. А когда речь зашла об Эл так вообще сник. И ту до Виолетты начало доходить всё происходящие. Если Лайт признал в ней близкую родственницу Эл, то явно парень видел его в реальной жизни, а не литеру на мониторе, или по слухам. А насколько девушка знает, брат кому попало не раскрывает личность. А это означает только одно… — Кира, — шепчет она. — Бывший подозреваемый без доказательств, — поправляет её Лайт, потихоньку отпуская девушку. — Я думаю, нет смысла скрывать друг от друга своё положение по отношению к нашему общему знакомому, — Виолетта смотрит в упор на Ягами. Она будто не обращает внимания на речь парня. А тот распинается, пытаясь что-то вкратце объяснить ей про расследование дела об убийстве студентов. Но она не слушает. Эти слова так и вертятся на языке, желая в любую секунду вырваться в свободный полёт. — Ясно теперь чего ты такой хмурый всё время ходишь, — она заливается смехом. Слова всё-таки начинают сотрясать воздух и изматывать нервы Лайта. Он не понимает причину смеха Виолетты и хочет поскорее её узнать, буравя строгим взглядом, а-ля сейчас прибью. — Почему смеёшься? — из её глаз брызгают слёзы. Она еле успокаивается, но в глазах ещё играют смешинки. — Да у тебя недотрах, Ягами! Или мне лучше называть тебя «Кира»? Брат и сестра — одна Сатана. Лайт уже пожалел о своих действиях. Но тут же отгоняет от себя эти мысли. Без Виолетты он не сможет раскрыть эти убийства. У неё должен быть доступ к компьютеру Эл. Лучше потерпеть и не обращать внимания. — Я промолчу. — Ты вообще меня шлюхой назвал. Молчи поэтому. — Я с тобой не ругаться пришёл! Наоборот, у меня к тебе есть деловое предложение о котором я тебе сейчас рассказал. Но ты, видимо, меня не слушала, — он замолкает на несколько минут. Откуда она знает? Если только… — Ты, видимо, в курсе наших отношений, — голос немного отдаёт хрипотой. Истерика, словно ураган, подступает к горлу. И Ягами отходит от девушки, скрестив руки на груди. Виолетта горько улыбнулась. Она знает каково это, когда ты долгое время встречался с хорошим человеком. А потом тебя предают. Хотя у Лайта немного другая ситуация. Она резко уменьшает расстояние, смотря прямо в карамельные глаза. — Конечно, знаю! Ты так моего брата разукрасил! Я была в шоке! — кладёт мягко руку на плечо парня, будто успокаивая. — Слушай, я тебя понимаю. Конечно, ты переступил черту. За это я тебя осуждаю. Но черт! Ты его любишь, и он тебя. Помиритесь уже! Хватит мучить себя и строить драму! — она даёт ему звонкую пощёчину. — Не волнуйся, Эл достанется ещё больше, чем тебе. А теперь, — она берёт шокированного парня за руку и тянет на себя, срываясь на бег. — Бежим, ничего не будет, если прогуляем одну-две пары. Хочу обговорить твоё предложение, — девушка передразнивает голос Лайта. По его мнению очень бездарно. — У меня не такой голос! — Боже мой, не ной, — ребята бегут, что есть сил, не желая останавливаться ни на секунду и попадаться кому-то на глаза. А то вопросов потом куча будет. И, естественно, слухи. То, что они находятся вместе — повод для слухов и сплетен. Ягами еле успевает за девчонкой, прибавляя шаг. Хорошо, что он не бросил спорт, а продолжил им заниматься. А то немного стыдно признавать то, что бежишь медленнее девочки. Незаметно проскальзывают мимо кабинета ректора, благодаря Лайту. Он знает всякие обходные пути в университете, способы беспалевно сбежать с пар. Естественно, от друзей. Ему это делать не доводилось. До этого момента. Конечно, потом, когда увидят пропажу учеников обязательно позвонят родителям и сделают выговор, наказывая исправительными работами. Например, предподаванием у первокурсников. Или уборка. Какие ещё есть наказания? Виолетта не знает. Но скоро узнает. Ох, и попадёт же ей от Эл. Но брату несвойственно ругаться вообще. Эл почти никогда не повышал на неё голос, а наказание — максимум день без компьютера. И со временем ничего не изменилось. Так что Виолетте можно в какой-то степени расслабиться. А Лайт не уверен, что отец оставит это просто так. Проведёт строгую беседу, увеличит надзор за сынком вдвое, если не втрое. Для Ягами Соитиро это будет огромное потрясение. Конечно, не каждый день сын, лучший школьник Японии, образец для подражания прогуливает пары с иностранкой. Но Соитиро-то не знает, что эта иностранка — сестра L. И они будут продумывать план по ликвидации опасного маньяка. Да и не объяснишь. Ему нужны будут доказательства повесомей, чем схожесть во внешности или характере. Но вряд ли Эл, который держит свою личность в строгом секрете будет говорить всем налево и направо, что у него есть сестра по имени Виолетта. Студенты бегут настолько быстро насколько могут. Дыхание уже сбилось, сердце сейчас вообще остановится. Они быстро одолевают огромный двор при университете и выбегают за пределы территории, направляясь в парк. Как только Лайт и Виолетта входят в большой парк, немного сбавляют шаг и пытаются перевести дыхание. Лёгкие и, наверное, вся дыхательная система горят огнём. А во рту — пустыня Сахара. — Я так последний раз бегала, когда нормативы по физ-ре сдавала, — Виолетта, согнутая идеально пополам, пытается тщетно отдышаться. Лайт, хоть и подготовленный спортсмен, тоже еле жив. — Я не пойму — зачем мы бежали? — дыхание уже более-мене приходит в норму и Ягами может относительно нормально говорить, а не бормотать что-то неразборчиво, глотая половину слов вместе с воздухом. Виолетта, кажется, усмехается, но голову не поворачивает. — В университете был Ватари, а если бы он нас заметил — то обязательно доложил бы Эл. А я не очень хочу видеться с братом. — Почему? — парень удивлён. Видимо, Рьюзаки не только с ним отношения испортил. — Да поругались. Ладно, плевать на него. Короче. У меня нет доступа к его компьютеру. И тебя не удивило, что в универе был Ватари? Лайт замирает. Да, его это немного удивило, ибо с Эл они разорвали все связи. А если он перестал общаться с Эл, то и с Ватари. Конечно, если бы Лайт не знал о том, что у Рьюзаки есть сестра, то он бы подумал, что этот придурок за ним следит. А потом припёрся бы в штаб и хорошенько отмутузил этого недоумка, окончательно дав понять, что тот идёт нахуй. И не важно на чей. Хотя Эл предпочитает больше активную роль, чем пассивную. Лайт это давным-давно понял. — Да, немного удивило. Но, может быть, Рьюзаки следит за тобой. — За мной? Да не смеши МВГУ. Чтобы этот следил за мной? Пф. После того, как я устроила скандал по поводу слежки — он убрал все камеры и всех сталкеров. А потом ещё около трёх месяцев он исполнял все мои желания, — она легко улыбнулась, — когда помиритесь — обидься на что-нибудь. Тогда он несколько недель будет бегать за тобой и стараться во всём угодить. — Виолетта подмигивает, намекая на то, как действовать. Лайт удивлённо смотрит на неё. — Чтобы Рьюзаки несколько недель исполнял все желания? Да не может быть, — он закатывает глаза. Да, Эл почти всегда извиняется первым, но никогда не пытается угодить, настаивая на своём. Конечно, тему, из-за которой они поссорились — не поднимает. Но на такие уступки, про которые рассказывает Виолетта — не идёт. Это вообще не про него. — У нас такого с ним не было. — Ты серьёзно? Не похоже на него. Значит, выделывается, — студенты проходят в глубь парка и садятся на крайнюю скамейку. Люди встречаются крайне редко. Сейчас же разгар рабочего дня. — Господи! Наконец-то сели! — девушка довольно вытягивает ноги. — Лайт, как я уже сказала — у меня нет доступа к компу брата. Но есть один знакомый айтишник. Взломает так, что отследить невозможно! Но у него есть очень вредный друг, который может его сдать. Поэтому связаться с ним будет проблематично. Плюс все звонки, где находится мой знакомый — прослеживаются. — Виолетта, подожди. На данный момент это всё пока что не надо. У меня есть улики, но этого недостаточно. Пока что, — Лайт достаёт всякие бумажки, диаграммы, заключения экспертов. Виолетта с интересом перебирает каждую бумажку, вчитываясь в каждое слово, всматриваясь в каждую картинку. Она пытается понять мотив убийцы. Почему он так поступает? С чего вдруг решил убивать студентов? Это очень странно. — Мотив убийцы неизвестен, Виолетта, понять его нельзя. Даже я не могу, — горько усмехается Лайт, закидывая руки за голову. Это промах. Если он учится на детектива — значит, должен максимально быстро определять мотив убийцы. И, естественно, обращать внимание на каждую мелочь: позу трупа, различные гематомы на теле, на вещи, которые валяются рядом. И сейчас он работает над первым своим делом. Без помощи Эл. И всё пошло наперекосяк! Он не может определить мотив убийцы. Стыдно. Лайт привык во всём быть первым и лучшим. Он с лёгкостью может определить ложь от правды, легко прочитать человека только по его привычкам и речи. Легко может решить самую трудную задачу над которой ломают голову другие, не самые умные, по мнению самого Лайта, люди. И парень не привык быть вторым, что уж говорить о последнем. Исключительно первые места, занятые на разных конкурсах, олимпиадах говорят сами за себя. К тому же, он — староста группы. И не сменяется второй год. Естественно, для него это огромный удар по гордости и самолюбию. Виолетта же с неким сочувствием смотрит на Лайта. Его излишняя мания быть во всём первым немного пугает. Она никогда не встречала таких людей, как он — хотеть быть первым и оказываться на самой верхушке крыши. Ягами её пугает. Даже сейчас. Глаза сверкают странным пламенем, а губы дрожат, уголки губ постоянно ползут вверх, но тут же падают вниз. Виолетте это кажется очень странным. Его спокойствие, которое он показывает всем — очередная маска, скрывающая истинные эмоции парня. Ей искренне его жаль. Ребёнок с покалеченной психикой. Эл придурок, раз допускал такое отношение со своей стороны. В этот момент девушка презирает брата. — Лайт, спокойно, — она кладёт руку на его плечо, — давай не будем на этом заострять внимание. Позже узнаем, что и как. Сейчас главное найти связь между жертвами. — Я с тобой согласен, Виолетта, — его лицо снова приобретает спокойный и рассудительный вид. Будто не он сейчас был в предистеричном состоянии. «Лайт явно неуравновешенный, но, зараза, умный и красивый. Не удивляюсь, что Эл выбрал именно его» — она смотрит на него: ухоженные волосы, идеально сидящий костюм на теле парня. Умный, красивый, старается быть во всём первым. Она вздыхает. — «Тяжело, наверное, соответствовать идеалам общества». Ягами Лайт является примером человека с навязанным мнением общества. Он него требуют слишком много. Он должен быть идеальным. Виолетта уверена, что всё это ему привили ещё в детстве. Когда Лайт был маленьким мальчиком, ничего не знающим о внешнем мире взрослых. Когда он был ещё того возраста, когда запросто навязать «правильное» мнение, перенастроить сознание человека, полностью перевернуть его внутренний мир, взгляды и изменить жизненные ценности. Сейчас Виолета размышляет, как какой-то философ. А она ненавидит философию наряду с психологией. — Нужно сначала выявить закономерность жертв, их схожесть и отличие. Пока что я выявил только одну схожесть… — продолжает он, смотря в одну точку. Виолетта переворачивает лист, список жертв. Глаза округляются. Такого не может быть! Она пробегается глазами по списку имён. Удивление и шок растёт с каждой секундой в геометрической прогрессии. Шок сменяется страхом. — Все жертвы были студентами Тоодая! — они хором произносят эту фразу. В голове Виолетты зашевелились шестерёнки, словно кто-то их завёл специальным ключом. — Это значит… — её перебивают, не давая закончить мысль. — Мы тоже можем стать жертвами этого маньяка. — Я уже поняла! Что делать? Ягами, а ты больше ничего не искал? Может, уже были такие убийства. Но не в Токио, а в другом городе. — Виолетта, как раз-таки искал. Но интернет мало что дал. Информации ноль и в базе полиции то же самое. — Блин, это же глухарь, однозначно. Если мы не постараемся и не отыщем его, то погибнут многие. — Я это же давно понял. Но каков мотив? И почему жертвы именно студенты? — Может, у него что-то с мозгами не в порядке. — Или скука, например. Я знаю, что говорю. Может быть, этому маньяку стало скучно и он решил убивать, дабы разбавить повседневную рутину. — Лайт! Да ты гений! Но это могут быть ошибочные суждения. Нужно искать и отрабатывать как можно больше версий. Но версия про скуку мне нравится. Хоть и не очень логичная. Тогда нужно искать закономерность смертей студентов. И искать подозреваемых. Как ты думаешь, кто может быть подозреваемым? — Лайт немного задумался, немного ссутулившись. — Думаю, это может быть кто-то из предподавательского состава. Искать убийцу среди студентов глупо, так как за десять лет убийца давно уже успел бы выпуститься, а чтобы следить за новыми студентами, их расписанием и прочим нужны "друзья" среди преподов. В любом случае, нужно искать убийцу именно в Тоодае. — Ооо, Эл всё-таки прав. Ты и правда умеешь логически мыслить. Да, мне тоже так кажется. Кто бы ни был этот маньяк, но он явно имеет отношения к Тоодаю, — она делает паузу. Думает: говорить или нет. Вздыхает. — Как бы не прискорбно это говорить, но когда всем заправлял Кира — количество преступлений значительно снизилось. Не то что бы я его сторонник. И убийство — не выход. Но всё-таки мир немного очистился, когда появился этот псевдобог. После этих слов Лайт переводит на неё взгляд. Такой, которого она не видела в его глазах за всё общение с ним. Будто что-то сверкнуло. Какие-то искорки. Но в то же время в глазах наблюдается какой-то смутный страх. — Так ты поддерживаешь политику Киры? — неожиданный вопрос. Конечно, раз Виолетта сестра L, то должна презирать Киру и поддерживаться мнения своего брата и в конце концов отправить Киру на эшафот. Но девушка сама не определилась на чьей она стороне. Конечно, убийства — это плохо. Но этот Кира убивал преступников и тех, кто ему мешал. — Я не знаю, — честно признаётся Виолетта. Смысла врать нет. — Я если честно тоже не знаю. Вроде бы, Кира поступает плохо, но в то же время хорошо, убивая преступников. Мир станет только чище без них. Грубо говоря, палка с двумя концами. Но, думаю, я поступал бы так же, попади мне в руки тетрадь смерти. — Лайт, это серьёзное заявление. Будь на моём месте Эл, он тут же бы что-то заподозрил. Он такой человек, обращает внимание на каждую мелочь. Лучше при общении с ним следить за языком. — Я знаю какой он человек не хуже тебя и знаю, как он относится к Кире. Но скажу, что он тоже не подарок. — Естественно. После они сидят молча. Каждый углубился в свои мысли. Тишина обволакивает их. Её прерывает только шуршание листьев и небольшие порывы ветра. Вот так незаметно для них они стали немного ближе друг другу. Молчание прерывает писклявый голосок, который исходит откуда-то из начала парка. Студенты синхронно поворачивают голову в сторону звука, стараясь понять кто кричит. Но ясно, что это девушка. — Ла-а-айт! — к ним подбегает белокурая девушка, значительно ниже Лайта, одетая достаточно вызывающе. Она бежит к Лайту и Виолетте, а потом чуть ли не душит парня в объятьях, говоря, как она по нему скучала. — Миса, задушишь, — кряхтит Ягами, пытаясь отлепить от себя приставучую девушку. Она всё-таки отлипает от него, смеясь. — Ха-ха-ха, прости, Лайт, просто мы с тобой давно не виделись. Месяцев пять точно. Я уезжала и, к сожалению, не могла с тобой гулять и видеться. А это кто с тобой? — Миса наконец-то замечает, что с Лайтом есть кто-то ещё. Виолетта смотрит на девушку. В её голове крутится имя блондинки, заставляя сердце трепетать от какой-то детской наивности. Миса. Красивая девушка. Сердце её неистово стучит, а кровь стынет в жилах. Миловидная Миса покоряет сердце Виолетты за каких-то пять минут. Да, она знает, что это за чувство. Она влюбилась. Виолетта даже сама не может во всё это поверить. Не может поверить в то, что снова наступает на те же грабли и снова влюбляется по-серьёзному. Даже после того, что она пережила. — А, это моя… — Лайт начинает, не договаривает. Его прерывают вопли Мисы, заглушающие все звуки вокруг. — Любовница?! Ты изменяешь Рьюзаки?! Дура-а-ак! — она начинает колотить Лайта своими кулачками. — Девушка! Миса! Да никто никому не изменяет! — она хватает Мису за руки и разворачивает к себе лицом. Виолетта рассматривает поближе её лицо: приоткрытые пухлые губы, выразительные карие глаза и светлая кожа. Просто прекрасная девушка. Похоже, это любовь с первого взгляда. Миса в ответ разглядывает лицо Виолетты. В этот момент она жалеет, что не обладает даром телепатии. Она хотела бы прочитать то, о чём сейчас думает Миса. — Девушки, может быть вы отвлечётесь от разглядывания друг друга? — громкий голос Ягами выводит девушек из транса, пытаясь обратить их внимание на себя. Они нехотя отрываются друг от друга. Миса снова улыбается, а вторая не может понять, что и как, снова уходя в глубокие раздумья. Ягами уже догадался о чём она думает. «Миса, молодец, сдала себя» — глаз нервно дёргается. Теперь Виолетта знает личность двух подозреваемых, а это в его планы не входило. «Рьюзаки… Стоп. Если Миса знает, что Лайт встречался с парнем. Но она назвала его Рьюзаки. А Лайт встречался с Эл. Значит, Рьюзаки — очередной псевдоним брата. А если Миса знает моего брата, то является вторым кирой» — её осенило. Она знала, что подозреваемых двое, но Эл говорил, что главный только один, а другой, скорее, пешка на этой шахматной доске. Все молчат. Тишина становится напряжённой. Никто не знает, что можно добавить в данной ситуации. — Как вас зовут? — Миса разрушает молчание, обращаясь к Виолетте. Та немного смутилась и слова застряли в горле. Но всё-таки находит в себе силы ответить на вопрос девушки. — Виолетта или Ветта. — Аааааа! Какое красивое имя! Ветта-чан. Неплохо звучит! А я — Аманэ Миса. Но можно просто Миса. — Хах, приятно познакомиться, Миса. — Лайт наблюдает за этой сценой. За Виолеттой. Она неловко улыбается, неловко протягивает руку, слова на время застревают где-то в горле, но потом выходят наружу быстрым потоком. Всё это очень странно и нелогично. Виолетта с появлением Мисы стала вести себя по-другому. Словно влюблённая дурочка. «Влюблённая» — сравнение, промелькнувшее на секудну в голове у Ягами, заставляет его задуматься. Если так судить, то Виолетта влюбилась в Мису. Типа любовь с первого взгляда. Выходит, что его подруга — лесбиянка? Очень неожиданно. Он не думал, что она лесбиянка. Но всякое в жизни бывает. Лайт, например, тоже не думал, что его вообще привлекают парни, пока не встретил Рьюзаки. Так что он не тот, кто в праве судить человека за его выбор и мнение. Он продолжает наблюдать за этой парочкой. «М-да, уж. Не думал, что буду общаться с лесбиянкой. Но мне это даже на руку.» — неожиданно Миса смотрит на часы. — Ой, рябятушки, опаздываю. Давайте завтра встретимся в кафе? Лайт, адрес я тебе скину смс-кой. Пока-пока! — она целует обоих в щёчки и убегает, оставляя Виолетту растекаться лужей, а Лайта пытаться собрать это опять в человека… *** Эл сидит перед монитором компьютера и просматривает и так сто раз просмотренные файлы. Но сейчас у него сложное дело, которое требует всё внимание к себе. Детектив не спит уже неделю и живёт на одном сахаре, который помогает ему не спать. И вроде бы его ничто не отвлекает… Но его раздражает всё, буквально: звуки, люди. Особенно Мацуда. Тот случайно из-за того, что руки не из того места растут, уронит папки с бумагами. А потом их лет сто собирал, а пока собирал — измял. И псу под хвост работа других детективов. Эл это раздражает. Сильно раздражает. Один раз он не сдержался и наорал на Мацуду, что тот свернулся в комочек и в любой момент был готов сорваться с места и спрятаться куда подальше. А другие члены группы старались держаться подальше от разъярённого детектива и как можно меньше косячить. Ибо, их всех ждёт расстрел. От Эл так и веет мрачная аура. Соитиро, который всегда помогал детективу после того, как сын ушёл из группы, не смел подходить в такие моменты к нему. Не хочет попадать под горячую руку Эл. А детектив срывается всё чаще и чаще. И на всех. Не важно виноват он или нет. Эл пытался что-то сделать с неконтролируемым гневом, и даже разговаривал насчёт этого с Виолеттой. А та только смеялась, и приставала со своим недотрахом: «Эл, тебе нужно просто выпустить пар и всё. Сними какую-нибудь шлюху. И твой гнев тут же пройдёт» Но он не может. Уже прошёл месяц с тех пор, как они с Лайтом перестали состоять в романтических отношениях. Но даже до сих пор Эл считает изменой, если тот с кем-то переспит. И постоянно хочет обратиться к Лайту, который должен сидеть за соседним столом и работать тоже над сложным делом. Но Лайта нет. Пора привыкнуть к этому. Он вздыхает и продолжает работать в полном одиночестве. Эл предпочёл работать в их бывшей с Лайтом комнате, чем в общей с остальными полицейскими и отыгрываться на них. В комнате стоит тишина, прерываемая стуком клавиш компьютера. Детектив далеко ушёл в работу, дабы не надоедали всякие мысли. Но его работу прерывает стук в дверь. Он знает, что это Ватари и поэтому бросает короткое «Входи» и дальше утыкается в файлы. Старик не заходит дальше порога и смотрит молча на Эл. Думает, как сказать то, что он разузнал. — Ватари, говори, что стряслось. Мне сейчас совершенно не до этого, — раздражение снова нарастает. Но Эл даже стыдно срываться на Ватари, который приходится ему буквально отцом. — Эл, Виолетта была замечена с Ягами Лайтом, — стук клавиш прекращается на нескоько секунд. Эл в своём привычном жесте закусывает большой палец. — Ну, конечно, они же учатся в одной группе. — Нет. Ты же слышал про маньяка, который убивает студентов? Они собираются его выслеживать. Нужно что-то сделать, пока не поздно. Услышав знакомые имена, его сердце словно остановилось. Что они хотят? Эл даже поверить с это не может. Виолетта и Лайт собираются ловить опасного маньяка. Сумасшедшие. Как им эта идея только в голову пришла? Он не понимает. Так приключений на задницу захотелось? «Они с ума сошли?!» — коленки предательски затряслись. Да он боится за них! Они даже не знают, что ждёт их при встречи с маньяком. «Идиоты. Им что на месте не сидится?!» — он делает несколько глубоких вдохов, дабы успокоиться. Тревога постепенно уходит и разум чистится. С одной стороны, они могут погибнуть, так и не став детективами, что очень глупо. А если посмотреть с другой стороны, с другого ракурса на всю эту абсурдную ситуацию, то выходит всё разворачивается не так уж и плохо. У Виолетты и Лайта появится бесценный опыт и в следующий раз они будут действовать более аккуратно и профессионально. Хотят поиграть в детективов? Их дело. «Ладно, если они так хотят смерти — будет им смерть» — Ватари, ничего делать не надо. Если они так хотят поиграть в детективов — пускай, — старик теряет дар речи. Как он может так говорить? Тем более, про собственную сестру и сына коллеги. Уму непостяжимо. — Да что ты такое говоришь?! Они ещё дети и находятся в большой опасности! — Ватари, — начинает раздражённо Эл. Он раздражён настолько сильно, что из ушей буквально валит пар, а без того чёрные глаза стали ещё чернее. — Они уже не дети. По европейским меркам они уже являются совершеннолетними и способны отвечать за свои поступки. Тем более, это неплохая практика. Не напомнишь, Ватари, всех моих наследников? А Виолетта и Лайт-кун являются моими потенциальными наследниками. И есть вероятность в восемьдесят процентов, что кто-то из них возьмёт титул L в случае моей гибели. Именно у них меньше опыта, чем у Ниа, Мелло и Мэтта. Им нужно больше работать. Я не буду им помогать, но и мешать тоже. Они сами приняли это решение. А теперь, Ватари, мне надо работать, — выдав гневную тираду, Эл снова возвращается к незаконченной работе и продолжает печатать. В голове возникает столько мыслей. И все они путаются. Личная жизнь, расследование, смысл его жизни. Поняв, что уже не сможет поработать, откладывает ноутбук и укутывается в одеяло, точно в кокон. Мозг отключается сразу, как только Эл закрывает глаза, позволяя ему провалиться в царство Морфея и забыть все проблемы…