Часть 11
8 января 2022 г., 09:18
Испуганная дрожь прошлась по спине Дэра, намечая путь из холодных мурашек по всей коже. Распахнув глаза, он увидел в дверном проёме вставшего в ступор Шаво. Но, к счастью, тот быстро вышел, захлопнул дверь и никого не пропускал, что-то лопоча про сломанный унитаз. Мда, глупо, но зато их никто не спалит. Страшнее всего было опьянение Сержа, не отпускавшего свои пошлые идеи даже так. Дэру пришлось сильно постараться, чтобы оттолкнуть нетрезвого любовника.
— Одевайся! Живо! — Малакян быстро натянул трусы с джинсами, не застёгивая до конца ширинку в спешке. Танкян лишь смотрел на него размытым взглядом. Наконец, не без помощи гитариста, тот одел футболку и штаны, а вот футболка второго была потеряна и, скорее всего, порвана. Осталось только выйти из туалета.
Вопреки ожиданиям, Шаво стоял возле входа один, пропустив ребят вперёд без лишних глаз. Став двойной опорой для пьяного солиста, басист и гитарист дотащили его до машины, в которой уже ожидал их Джон, забравший всё оборудование. Теперь Дарон смог спокойно выдохнуть, несмотря на повисшее неловкое молчание во время поездки. Серж валялся на заднем сиденье, заснув в спячке после бухла, Шаво смотрел лисьим взглядо именно на Малки, шепча тихое:" Голубки спелись!", а Долмаян молча смотрел на дорогу, полностью сосредоточившись на руле. Спасибо, хотя бы он не видел происшествия в клубе. Поглядывая на лежащего дружка, стыд проникал глубоко под кожу Дарону, стучавшего пальцами по бардачка от нервов. Разговаривать было неловко. Да и дышать в чьём-то присутствии было неловко, не то, что уж разговаривать, будто не произошло ничего.
Путь кончился. Показалась знакомая гостиница. Дотащить Сержа до номера Малакян вызвался сам, оставляя на ребятах оборудование (кроме гитары и комбика, конечно). Лечь приходилось в одну кровать, но перед этим предстояло раздеть Танкяна, со страхом и дрожащими руками, но раздеть. Благо, спал он крепко.
Покончив с приготовлениями, армянин упал на кровать вниз лицом и спрятался под подушкой, предлагая просто забыть о вечере, но зная, что не выйдет. Усталость брала своё, закрывая плотно слипающиеся глаза и нашёптывая тихую колыбель. В скором времени он уже спал.
На следующее утро Дарон проснулся не первым — прямо перед ним сидел на стуле Серж и писал записку неровной рукой, пока не понимая, что друг проснулся. Дари прикашлянул, прося внимания. Танкян резко развернулся, вдохнул, выдохнул и, запинаясь, пожелал доброго утра, а после протянул записку, со взглядом, полным немого сожаления. Видимо, он всё помнил. Или хотя бы часть.
Развернув её, сонный юноша прочитал несколько извинений, длинноватый текст с признанием в стыде, просьба о прощении и вопрос, что им делать дальше. Этого не знал и сам Дарон, это он и сам хотел узнать.
Умывшись, переодевшись, музыкант отправился прямо во двор, видя там собравшуюся команду. Они обсуждали предстоящую встречу с режиссёром по поводу записи их альбома, знаменовавшего эпоху группы System of a Down. Встретившись глазами с солистом, Дарон фыркнул, стоило второму стеснительно отвести от него взгляд и слегка сгорбится, прячась за спину Шаво. Было смешно и грустно одновременно. А ещё стыдно, но о данном явлении говорилось раз сто, наверное... И не только в лице Дарона. Если вкратце, Рик согласился встретиться с ними в 14:30, обсудить нюансы выбора звукозаписи, деньги и, самое главное, их виденье собственного карьерного будущего, возможно, мечты и надежды.
Шаво и Джон решали, в какой бар поехать, отметить столько важное решение, послужившее началом их успеха и осмысливали следующие цели. Дарон сидел напротив Сержа, выжигая, сам того не замечая, грустным взглядом узоры на шее второго. Танкян неловко загородил лицо рукой, предпочитая молчать. Что делать дальше, мало кто знал.
