Они встретились в таверне...

      Когда Ласлайт скрылся за поворотом дороги, они перешли с галопа на рысь.       В лесу было по-настоящему холодно, а идущий снег будто бы усиливал этот мороз. Хорошо хотя бы, что деревья укрыли их от этого отвратительного ветра.       Луна стояла высоко, а тучи стали понемногу рассеиваться, так что видимость сделалась чуть лучше.       Дорога, по которой они скакали, была видна чуть дальше чем на полкилометра, а на этой самой отметке она резко уходила вправо, обходя небольшую низинку. — Так мы просто сделаем вид, что его никогда с нами и не было? — не выдержал Лилиан. — Да, — кратко ответил Ирмунд. — Но… — начал вновь эльф, — ведь он умер…       Тогда драконорождённый перевёл взгляд с дороги на своего приятеля-барда, громко вздохнул и, обратив вновь глаза на дорогу, спросил: — Кто он? — Ну… Полуор-… — Нет, — перебил он Лилиана, — как его зовут? — Хгронз, — ответила Кэлла за Лилиана. Она по правде сказать не очень понимала, куда ведёт этот полудракон Ирмунд, поэтому прямо так и спросила. — А к чему собственно сейчас был этот вопрос? — Эх, балда, — ответил за него Йору, — он хотел подловить красавца-барда, что тот не помнит даже имени убитого, а сам такую трагедию разводит.       Лилиан возмутился такому обвинению и, обернувшись к Йору, сказал: — Что ты такое мелешь? Всё я помнил, просто Кэлла меня опередила. — Я оберегал тебя несколько… — начал было Ирмунд, но высокий и громкий голос Лилина заглушил его: — Что за недоверие ко мне?! Вот… — но тут начинающуюся перепалку оборвал Йен: — Успокойтесь, что бы вы сейчас не говорили, что бы мы сейчас не сделали… Лилиан, — его конь догнал чуть опережающего коня эльфа, человек повернулся к нему и закончил свою мысль, — его уже не вернуть. Ты можешь спорить и доказывать, что тебе не плевать на него, — эльф не оценил такие слова, поэтому Йен быстро добавил, — возможно, так и есть, но это уже ничего не изменит. Просто смирись!       За следующий час езды никто не проронил ни слова, а тройка лошадей тем временем удалялась всё дальше и дальше от деревни, вечер в которой выдался не очень спокойным.       Сейчас они продвигаются на север, где, если не изменят направление, на Перешейке их неизбежно встретят воины местного лорда. Если же им каким-то удивительным образом удастся пройти заставу, они окажутся на полуострове Морозном, который известен своим суровым климатом и красными соснами, служащими лучшим известным материалом для корпусов кораблей. Там же находится один из Крупнейших городов королевства — Фроствуд.       Всё это Кэлла знала ещё с малого детства: она выросла в деревушке, находившейся совсем недалеко от этих мест, но эта информация никак не помогала ей решить, что же делать дальше.       Она просто зашла в Ласлайт отдохнуть от тренировок с магией друидов, а тут такое началось… Всё случилось слишком быстро! Будто и пяти минут не прошло, как она зашла в таверну, но вот её руки уже в крови, и она скачет прочь от разгневанной толпы с вилами, топорами… и этим чёртовым арбалетом.       Конечно, тот короткий бой можно рассматривать как хорошую практику, но она точно не хотела ничего такого.       Впрочем, всё это сейчас неважно, куда важнее то, что, как только о происшествии станет известно, за ними тот час же вышлют погоню, а они бегут в сторону Морозного, будто самолично загоняя себя в ловушку. Хотя с другой стороны в десятке-другом километров к северу начинаются уже земли лорда Блэквуда, правителя Фроствуда и всего Морозного с ближайшими землями Западного острова, а его не очень-то будет интересовать происшествие в Ласлайте, принадлежащем Невиллам, историческим соперникам его рода. Конечно, какой-то там указ короны обязывает его, если не продолжить поиски своими силами, то хотя бы не мешать другим это делать, но, несмотря на это, найти их там будет значительно труднее.       Из Фроствуда корабли ходят в Харбор (а им правят те же Невиллы, так что плыть туда нет никакого смысла) и Норсит, в который можно и отправиться.       То есть сейчас главное добраться до города раньше вестей и возможной погони, а там можно сесть на корабль и уплыть подальше отсюда, тем более что в этих краях Кэллу ничего не держит: она распрощалась с семьёй почти пол года назад и сейчас вольна почти как птица, в которую надеется однажды научиться превращаться.       Но смогут ли они пройти через Перешеек? — вот что волновало её.       Тут молчание нарушилось, и она услышала вялый голос Лилиана: — Давайте остановимся, отдохнём, переночуем, а утром продолжим путь?       Это опасно, но Кэлла устала, видимо, как и бард, поэтому предложение ей понравилось. А вот Йору не очень. — А может нам ещё развернуться и в «Пойле» переночевать? Я молчу про стаи королевских волков, что обитают в этих краях, но прямо сейчас наверняка кто-то спешит к Перешейку, чтобы рассказать про жестокую банду нелюдей, устроившую бойню и бегущую прямо сейчас на север, и про это я умолчать уже не могу, — он тяжело вздохнул, а из его рта вышел пар. — Нам лучше убраться отсюда поскорее и подальше.       Все чуть замедлили лошедей и поехали бок о бок, растянувшись на всю ширину дороги, для удобства разговора. Всё это время под копытами их коней приятно хрустел снег. — Как не прискорбно, но Йору всё сказал по факту, — согласился Ирмунд (Кэлла вообще заметила, что эти двое очень хорошо ладят, а если вспомнить про телепатию Йору, то можно предположить, что разговоры «с Хранителями» не замолкают ни на секунду). — Нам надо добраться до блокпоста, там мы сможем поменять лошадей и продолжить путь к Морозному. Надеюсь никто не возражает против такого направления? — все молчали. — Ну и славно.       Кэлла всё же решила вмешаться: — Я, конечно, извиняюсь, но сколько это всё займёт времени? До того Перешейка часа три езды, а вы хотите после продолжить путь без отдыха? — Ну вряд ли нам разрешат переночевать в по сути военном лагере, — оправдывался Йору. — Погодите, я слышал, что там предлагают ночлег всем путникам, что тамошние воины довольно гостеприимны что ли… — искренне удивился бард, что вызвало тихий смешок со стороны рогатого чревовещателя. — Чего смеёшься? — ответа от него однако не последовало, поэтому пояснил Ирмунд. — Всё это действительно так… если ты человек или на крайний случай дварф. — А… — понимающе протянул Лилиан.       Йен, сидящий за Кэллой (лошадь вёл он, но за счёт своего маленького роста полурослик поместилась между ним и поводьями), недовольно цокнул. — А в итоге-то что? Мы поспим сегодня или до утра скакать будем? — Вот и мне интересно! — возмутился эльф, после чего сразу добавил. — Кстати, он-то человек, так может через Йена попробуем договориться с солдатами?       Упомянутый лишь хихикнул. — И как ты себе это представляешь? «Извините, а у вас не найдётся ли места, где мог переночевать уставший путник… и вот эта банда?»       Сказать было нечего и всё просто замолчали. Они могли бы и дальше так ехать, если бы мороз не становился сильнее, в снег то и дело не попадал в глаза. — Не, ну это тоже не дело! — возмутилась Кэлла. — Если так и дальше пойдёт, то до лагеря доедут лишь пять снеговиков на лошадях. — Тихо. — твёрдо сказал Ирмунд. — Разговор просто ходит по кругу: жаловаться можно сколько угодно, но устранить эти жалобы нет никакой возможности. Закроем эту тему раз и на всегда. Мы не можем сделать привал и уж тем более разжечь огонь, мы должны ехать до Перешейка, там, например, быстро перекусить чем-нибудь горячим и скакать дальше как можно быстрее. Всё, возражения не принимаются.       Кэлла сперва возмутилась такой наглости драконорождённого, но быстро поняла, что он прав во всём. Остальным, видимо, также нечего было возразить, потому и ехали они дальше молча.       Тем временем, несмотря на холод и тряску, Кэлла задремала в объятиях Йена, согретая теплом его тела.       Ей снилось, что она стоит у окна какой-то башни, откуда открывается вид на несколько сотен разных по форме и высоте, но одного цвета черепичных крыш, окружённых высокой каменной стеной. Нелегко сказать, как этот город выглядит для обычного прохожего, но с высоты птичьего полёта он кажется просто красным пятном с серой обводкой.       Когда Кэлле наскучил город за окном, она решила оглядеть комнату, в которой находится, и первым, что попалось ей на глаза, была карта, разложенная на столе рядом с окном.       Одного взгляда ей хватило, чтобы понять, что перед ней карта мира. Помимо хорошо знакомых ей двух островов, на почтенном расстоянии от них был нарисован Континент.       Там были подписаны и раскрашены разными цветами заморские страны: Свободная Земля Эльфов, Драконья Империя, Междуречье и прочие. Немного выделялась на общем фоне земля на самом севере Континента, которая была покрашена в отличие от остальных не целиком, а штриховкой. Соответствующая надпись гласила: «Кочевые племена».       Кэллу также удивило, насколько велик Континент. На карте была отображена лишь малая его часть, но даже она была во много десятков раз больше Островов. Жуть…       Наконец она оторвалась от карты и продолжила осмотр: книжный шкаф, забитый толстенными томами каких-то справочников, картина старца в пурпурном наряде и остроконечной шляпе, ещё одно окно, высокий человек с каштановыми волосами, схваченными сзади в небольшой хвостик, в простеньком тёмно-сером халате, шкаф, судя по всему платяной… Кэлла вернула свой взгляд к человеку.       Он медленно бродил по комнате с руками за спинной, видимо, размышляя о чём-то.       И почему-то ей неимоверно захотелось позвать его. Кэлла не знала этого человека и его имени, но, сама не понимая как, она произнесла его. Человек замер.       Вдруг её сознание пошатнулось от, исходившего из неоткуда, крика: «РАНО!»       Несмотря на то, как ужасающе, звучал этот крик, Кэлла почувствовала небывалое спокойствие и умиротворение. А затем проснулась.       И сразу же почувствовала, как Йен трясёт её за плечо. — Мы уже близко, вставай.       И в самом деле, когда Кэлла сонными глазами посмотрела на дорогу, хорошо освещённую лунной, (она, кстати, подметила, что стало будто бы холоднее, хотя, возможно, это лишь спросонья так казалось…) впереди виднелось трое всадников в чёрно-белых цветах.       Все трое были закутаны в меховые белые плащи, когда основной кожаный доспех сильно выделялся свои черным цветом на фоне окружающей его снежной белизны. Все их лошади стояли неподвижно: они ждали группу.       Это несколько взволновало Кэллу. — Не могли же они узнать о произошедшем раньше, чем мы успели доехать? — Крайне маловероятно, — согласился Йору. — Да и обрати внимание, как они выряжены: рядовые воины на ходят в таких плащах — это какие-то офицеры. Наверняка они просто встречают проезжих. Пока нам не стоит волноваться.       Но уже через полминуты езды Йору, видимо, немного заволновался. — В любом случае говорить буду я, а вы лучше просто помалкивайте. — Нет, — тихо, но с ноткой агрессии возразил Ирмунд, — пусть лучше этим займётся Йен, мы, вроде, уже обсуждали, что к нему единственному из нас не будет вопросов.       До всадников тем временем оставалось где-то три сотни метров.       Йен отряхнул свой плащ от снега, который уже через пару секунд вновь покрывал его целиком. — Ну ладно, — усмехнулся человек, — я так и быть приму эту честь.       Когда всадников с группой стало разделять всего каких-то три метра, они остановились. — Стоять, — проговорил один из людей лорда. — Вы на Морозный?       Йен вывел свою лошадь вперёд и, гладя Кэллу по голове (не сказать, что ей это нравилось, но и возмущаться при стражниках она не могла), ответил: — Да, именно так. Я с дочуркой и парой друзей семьи решили наведаться к нашему общему знакомому из Фроствуда. — Вот как, — воин призадумался. — И откуда едете?       Йен отвечал быстро и чётко, даже не задумываясь над ответами: — Из одной деревушки, что на двадцать километров к югу отсюда. Вы, вероятно, её не знаете. — А, позвольте поинтересоваться, где ваши вещи? Все налегке, я даже еды не вижу.       Блядь, об этом моменте почему-то никто не подумал.       Солдат тем временем продолжал: — Проясните пожалуйста, этот момент.       Йен молчал. Было очевидно, что он не знает, как выкрутиться, хотя Кэлла была готова поклясться, что по его лицу сказать это никак нельзя было. Наверняка, оно было или как всегда с лёгкой игривой ухмылкой, или совершенно спокойное и безэмоциональное, какое она застала на нём лишь раз: когда в таверне от испуга умерла девочка.       К счастью вмешался другой воин: — Да ладно тебе, посмотри на них: одежда истрёпана дорогой и не очень тёплая, несмотря на стоящий мороз, даже сидят на конях в основном по двое. Вряд ли они очень богаты. Пусть езжают, погреются в лагере.       Этот стражник понравился Кэлле намного больше первого. Хотя было темно и они оба были в капюшонах, что мешало нормально рассмотреть их лица, ей казалось, что второй был намного моложе и красивее первого, который казался ей ворчливым старикашкой, хотя судя по голосам им обоим было не больше тридцати. — Спасибо… — тихо поблагодарил Йен.       Все молчали, ждали слово первого. — Ладно, доброй дороги. — Благодарю, — сказал Йен, в то время как остальные уже пустили лошадей мимо солдат. — Спасибо, дядечка, — самым милым, каким только могла, голосом поблагодарила стражника и Кэлла вслед за «отцом». На это он только усмехнулся.       Когда они отъехали на полсотни метров сзади на пределе слышимости донеслись слова: — Прямо чума какая-то. Прут и прут к нам, чего им всем надо…       Следующие слова послышались уже совсем рядом. — Ебануться, почему, никто и правда не задумался о багаже, которого у нас нет?! — Спокойно, Йен, всё обошлось — это главное, — успокаивал его Йору. — Оно, конечно, так, — подтвердил Ирмунд, — но лично у меня возникло бы пару вопросов, если бы бедняки, за коих нас приняли, путешествовали абсолютно без пожитков, но зато на лошадях.       На это Йору только усмехнулся. — Это ещё один повод не задерживаться в лагере.       Они подъезжали к повороту, чёрт знает какому на всём пути и первому после всадников, которые в это время уже послезали с лошадей и развели костёр у дороги, когда на них налетел новый порыв ветра.       Глаза Кэллы невольно закрылись от налетевшего снега, но нос учуял солёный запах моря.       За поворотом лес начал редеть, а через десять минут пути и вовсе пропал, открыв взорам путников океан.       Было ещё темно, снег шёл не переставая, образуя, затрудняющую обзор, снежную стену, но это всё равно не могло скрыть бескрайние водные просторы, которые не покрылись льдом даже в такой холод.       Сейчас океан разделён несколькими километрами земли, но чем дальше они ехали, тем тоньше становилась эта прослойка.       Ещё через десять минут впереди по дороге показался свет от нескольких десятков факелов и частично освещённый ими частокол. — Ну-с, приехали, — заметил Йен.