Авис

Что значит иметь друзей? Те, кто спасают тебя из затруднительной ситуации. Те, кто горой стоят за тебя. Может я это прочувствовал? Я лежу на койке, а ощущение такое, что вечно падаю вниз под тросом ПМТ. Что-то не так, что-то не то. Их лица всплывают перед моими глазами, в теле сильный жар, а больше всех в думы приходит Чарльз. Он спас меня, он безумный, но его возможно сломала жизнь. Рядом со мной Фиби, больше никого. Ребята снаружи что-то обсуждают. А меня разрывает на части. В моей голове полная каша, мысли песчинки, они летят и их становится больше. Целый ураган незабываемого дня. Я даже думал, что спал, но нет. Уснуть не могу, пошевелиться не могу, я сейчас инвалид. Внезапно задышал тяжелее обычного. Перед глазами всплыло то самое чудище, убившее людей. Тот самый переулок, трупы и Базилик. Невус пульсировал во всем теле. Я уже думал, что умираю. Хоть напоследок я узнал, что такое друзья. – Эй, Васил... Диана дотронулась до моего лица, нежно проведя рукой по щеке. Я лениво глянул на неё. Она улыбалась, очень мягко улыбалась. В руках её был стаканчик с непонятной пургой. Дрожащей рукой взяв стакан, я сразу выпил его даже не вставая. Естественно я подавился и кашлял, подобно туберкулёзнику. Но мне уже было спокойнее, гораздо. Появились остальные ребята. Самое главное, что они рядом, когда мне плохо. Кто ещё в моей жизни был настолько близко ко мне, когда я помираю? – Васил, не беспокойся, ты пойдёшь на поправку. Это чай из растений, которые растут в нашем блоке. Они регенерируют тебя. – сказала Диана. – Да что ты гово... – не успел высказаться Вилли. – Дед, щас не до этого, прикрой варежку. – говорил грубо Чарльз. Я верил, верил всем сердцем. Я не хотел просто так умереть, я хотел жить и только жить. Мне так мало лет, чтобы отправляться к господу богу. Не хочу, чтобы ангелы провожали меня в небеса, когда я только обрёл то, о чём мечтать не мог. Я смотрел на них всех. Хотел сказать опасное слово, как люблю их. Они подарили мне иной смысл жизни, показали как прекрасна она. Но ничего кроме спасибо я сказать не могу. Просто не могу. – Спасибо... – скромно сказал я. – Я понимаю. – говорила Диана. – В конце концов, ты просто так не умрёшь, пока рядом мы. У нас и опыт, и силы, и авторитет. – занудно говорил Вилли. – Дед, ты ваще не в тему попадаешь. Не умеешь читать ситуацию. – Да? О, простите меня, кажется Чарльзу что-то не понравилось! Смотрите, смотрите! Видишь, всем насрать. – Ребят, я вас попрошу ненадолго удалиться и дать сделать мне всё самой. А ну, брысь, брысь. – махала ладонями Диана. Когда те ушли, Диана подозвала Фиби. – Можешь спокойно высказаться, я вижу, ты хочешь что-то ему сказать. – Я... Первый раз была в драке. Я была напугана и думала мы умрём... Но вы пришли и спасли нас. Мы бы долго не протянули и он бы нас... – Тшш, всё хорошо, дорогуша. Мы же не такие злодеи на самом деле. – повернув голову ко мне, Диана продолжила. – Я тебя тоже люблю, Васил. Как друга, конечно. Ты оказался крепким парнем, выдержал этого ублюдка! – Что... – говорил я непонимающе. – Понимаешь, я хочу начистоту с тобой. Новые люди в окружение всегда волнительный процесс. Ты изучаешь их, думаешь как подойти к ним и в итоге есть развилка. Ты с Фиби пошел по положительной развилке. Вы понравились даже Вилли. – Правда?? – я и Фиби сказали в унисон. – Он прагматичный, плюс серьёзный. Не учитывая некотрый косячок... Вы ему точно понравились. Он беспокоится за вас, а также желает быстрейшего выздоровления вам обоим. – сложила ладони Диана. Мы дали дай пять с Фиби и быстро пожалели об этом, завопив и простонав от боли. Мне было приятно осозновать, что Вилли так печётся о нас. Хоть тот и заставлял нас работать. И всё-таки, то происшествие... Может Чарльз и есть мой архангел? Он первый побил этого урода Опала. Всё больше думая об этом, тем больше я начал вгоняться в краску. Диана немного просмеялась. А я думал о Чарльзе. Чёрт, почему я так о нём часто думаю? Я же ещё хотел с ним заняться черчением. Но как-то быстро я позабыл о боли. Хотелось, чтобы я был рядом с ним. Так было куда спокойнее. – Можно позвать Чарльза? – Конечно! Только не балуйтесь. – ехидно говорила Диана. Она вывела Фиби и спустя время ко мне зашёл Чарльз. – Что такое, братан?? –...увидеть тебя хотел. – честно сказал я. – Не беспокойся ток! Опал в опущенцах и не будет тревожить тебя больше. Лучше выздоравливай и крепись! – Не уходи. Я схватил того за руку, почувствовав боль. Но потом понял, что натворил и тут же убрал свою руку. Сердце часто билось, глаза бегали туда-сюда. Я не знал, что говорить и что делать. Молчать вместе было прекраснее всего. Просто быть рядом уже было подарком. Я выдумывал и перебирал что сказать. Просто старался не казаться странным, скрыть свои истинные мысли и чувства. Не понимаю, что со мной творится, будто состою из материала, который постепенно плавится. Наконец, мне пришла идея, что ответить ему. – Я... Я хотел бы заняться черчением. Мне для своей силы. Плюс, нужно наконец заняться реализацией плана, так что... Ну, понимаешь. – А-а-а! Так бы сразу и сказал, ща все будет, Васил. Я принесу необходимые материалы и займёмся делом. А ты хорош, что вспомнил об этом. Меня похвалили и я обомлел с того факта, как мне было приятно от него это слышать. В животе был целый рой, дыхание нестабильное и в голове целая каша. Невероятно, я что, влюбляюсь? Но бог не любит мужеложество! Как мне быть, я хотел исповедаться, а загоняю себя на дно пуще прежнего. Я закрыл глаза, но представлял только его и его улыбку. Я прорычал, но слава богу, никого не было рядом. Просто не понимаю, почему это происходит именно со мной? У меня появились друзья и любовник, которому я никогда не смогу признаться. И от этого как раз больнее всего. Когда ты видишь человека, когда думаешь о нём, когда разрываешься на части и падаешь пред ним. А он даже не знает и не замечает. Да и не узнает никогда. Мне нужна помощь, я чувствую себя таким больным. Хотя, это по факту так и есть. Я в замешательстве. Столько эмоций проходят из стороны в сторону. Я не знал буквально, что делать. Как бороться? Как жить? Так хотелось сказать, но нет, боже, нет. И вот момент, он приходит, садиться рядом со мной. Реально близко садиться. Моё тело предательски сдаёт себя, я нервно хватаю карандаш, он черчет свою работу и детали, а я пытаюсь повторить. Но всё, что на уме моём, это то что тот рядом. Мне неспокойно, мне хотелось просто посидеть помолчать. А теперь я реально работаю. Будто в этом что-то плохое, верно? Я пытался для начала повторить его детали своей дрожащей рукой. Но естественно, вышло не очень и я в себе разочаровался пуще прежнего. Он это заметил и сразу решил сделать всё намного хуже. – Бро, смотри как надо. Давай быренько помогу тебе понять. Он схватил меня за руку и мы вместе вырисовывали детали. Я... Просто был в шоке от всего этого. Мне не передать словами. Хотелось много думать, очень много. Мы вместе вырисовали идеальную деталь и я взял в руки краски, окрапил их в жидкости и повторял уже понастоящему. Боже, мне так стыдно, прости меня. Я не знаю, что делаю. Я не знаю, понимает ли он. Но работать с ним было приятно. И когда тот трогает меня, я чувствую такую близость. И другие эмоции, они пожирают меня. Словно потерянное дитя в своем разуме. Всё, всё, всё. Надо прекратить, я не выдержу такой проверки. – Эй... Чарльз. – Что? – Давай это... Закругляться. Что-то я сильно устал. – Канеш, тебя так побили жеско! Давай, ещё раз поправляйся, продолжим в следующий раз. И он ушёл, и я почувствовал одиночество. Такое разрывающие и уничтожающее чувство. Будто меня бросили, хоть я и попросил об этом. Эти ощущения мне не забыть. Мне тяжело, просто тяжело. Пока все работают, думают, я страдаю от неизвестного. Нет, мне все известно, но я не понимаю. Это просто грехопадение, как мужчина может полюбить другого мужчину? Пришла Фиби, спросила как дела, а я не ответил даже. Просто залегся спать, но думал об этом очень сильно. Вспоминал, как тот нежно трогал мою руку, как мы были плечом к плечу. И от этого я томно вздыхал, вызывая лишь вопросы от сокамерницы. Я хотел спать, правда. Но не мог, потому ерзал по койке, наплевав на боль. Она становилась меньше. Как будто играет роль, правда? Нет, не хочу страдать от любой боли. В большинстве от ментальной. Мне так хотелось перестать быть одному, жить долго и счастливо с любимым человеком. Я сжался до позы эмбриона и улыбался, вспоминая как заезженную пластинку сегодняшний день. Какой он был замечательный, хоть я и не хотел работать, но Чарльз произвёл приятные ощущения. Не такой уж он и сумасшедший, как другие говорят. – Васил, всё хорошо? Мне позвать Диану? – Нет, просто... Ты когда-нибудь кого-то любила в своей жизни? Вот прямо по настоящему, как любовника? – Э-э-э... Нет, кажется... – Меня разрывает, понимаешь, не могу молчать хотя бы тебе. Кажется... Кажется я влюблен и не могу с этим ничего поделать. – В кого ты влюблен?! – Нет, не могу сказать, это грех. Такой великий и сокрушительный. Если я скажу, такое ощущение, что меня на месте убьют. На лице моём покоились слезы от переполняющих чувств. Они имели накопительный эффект и впервые почувствовав их, никогда не расстанешься больше. Как волны в воде, сначала маленькие, потом средние, а затем как загребет и не вынернешь больше. Обсасывать тему моя слабость сейчас. – Васил... Ты же понимаешь, что мы тебя не убьём. Ребята вообще террористы, но это не отменяет их хорошие качества проявленные к нам и другим людям. Так что, ты можешь сказать мне. Я буду молчать подобно могиле. – Я... Я влюбился в Чарльза. После чего отвернулся к стене и зажал зубы с глазами. Сердце вырывалось наружу, да и лёгкие с ними заодно. Я ожидал многие худшие варианты. Но в ответ мне пришло следующее: – Я... Даже завидую немного, потому что любовь наверное приятная вещь. Просто зная, что рядом есть заботливый человек, с которым ты крепнешь день изо дня... – Ты меня не будешь осуждать? – Нет, нет, нет! Я не могу осуждать кого-то за любовь, ведь это так низко! Я наоборот рада за тебя и желаю тебе только поскорее признаться, чтобы не испытывать таких душераздирающих чувств. Я услышал шорохи у нашей камеры. Сердце ушло в пятки. Я незамедлительно проверил, но увидел пустоту. Слава богу, пронесло. Когда я высказался, мне стало получше. Словно сбросил с себя огромный камень. Я присел на койку, погруженный в усталость. И решил поделиться с Фиби кое-чем. – Фиби, ты замечательный человек... Доброй ночи тебе. – И тебе доброй ночи.