Smells Like Teen Spirit

5 сентября 20:52 Джисон возится со своим микрофоном за кулисами, время от времени поглядывая на толпу, которая образовалась за полчаса после их прибытия. Он не может сдержать бушующее волнение внутри, и в этом нет ничего необычного — после подписания контракта с SKZ Records 3RACHA выступала вживую всего несколько раз, в основном посвящая время своему первому мини-альбому. Вместе с Чанбином и Крисом они провели огромное количество бессонных ночей за написанием текстов, записью и даже продюсированием своих новых песен для лэйбла, и наконец весь их тяжёлый труд дал свои плоды. Они должны выйти на сцену в девять. Джисон вытирает вспотевшие ладони о чёрные джинсы. «- сказал, что опаздывает, но они с Чонином скоро будут здесь», — слышит Джисон конец разговора Криса и Чанбина. — Кто будет здесь? — спрашивает Джисон, отталкиваясь от стены, на которую опирался, будучи очень заинтересованным в том, кто из их друзей сможет прийти на выступление. Сегодня вечер воскресенья, в конце концов. Прежде чем Чанбин отвечает, они быстро переглядываются, что не остаётся незамеченным для Джисона. — Минхо. Он только что написал, что они с Чонином придут. — Всё в порядке? — спрашивает Крис, поднимая бровь. Джисон усмехается, складывая руки на груди. — А почему нет? Мы всё выяснили, а на прошлой неделе он буквально был у нас в квартире. — Вы даже особо не разговаривали. Просто решил убедиться. Покачав головой, Джисон обнимает своих партнёров по группе. — Всё прекрасно. Я бы даже разозлился, если бы он не явился на наш, по сути, дебют в качестве настоящих артистов. А теперь идёмте, концерт вот-вот начнётся.

--

5 сентября 21:37 Он в толпе. Минхо, в смысле. Его тёмно-каштановые волосы, как обычно, разделены на пробор и уложены гелем. На нём рваные джинсы, тёмно-зелёная рубашка в клетку и чёрные конверсы. С напитком в руке и их младшим другом Чонином под боком он выглядит совершенно на своём месте. Джисон пытается не фокусироваться на этой секции слишком долго, иначе он не выдержит, посмотрит ему в глаза и забудет все тексты, которые только успел написать за свою жизнь. Он оправился от разрыва с Минхо уже некоторое время назад. Джисону не больно видеть его в их квартире, смеющимся с Чанбином или Крисом, закидывающим руку на Чонина и игриво щекочущим его. Не больно от того, что Джисон чувствует себя безопаснее в своей комнате, даже когда они уговаривают его присоединиться. У него в любом случае есть дела, так он всегда отвечает. Когда Джисон неизбежно оказывается рядом с Минхо, он чувствует себя не так неловко, как мог бы представить. После той встречи в супермаркете они поговорили. И всё. Не было ни драматичного воссоединения, ни душещипательных признаний, просто Джисон продолжил жить дальше. Как и Минхо. Они оба искренне счастливы. Дыра в его груди в форме Минхо, возможно, не зарастёт никогда, но он, как может, заполняет её дружбой и музыкой. И это работает. Когда начинают играть первые ноты Runners High, Джисон выбрасывает все мысли из головы. Музыка — это просто. Так было всегда. Всё вокруг будто тает, особенно когда он на сцене. Больше нет ни Минхо, ни Чонина, ни даже толпы. Только он, Чанбин и Крис, открывающие свои души миру куплет за куплетом.

--

5 сентября 22:55 Минхо. Как Джисон ещё может его назвать? Они никогда не обозначали, кем являются друг другу, даже когда они были «вместе», и Джисона раздражает, что это всё ещё не изменилось. Можно назвать его другом, но часто ли друзья бросают многозначительные взгляды, прежде чем незаметно ускользнуть в уборную, оставив вас в раздумьях, стоит ли за ними последовать? Год назад Джисон ответил бы «да». Сейчас он уже не уверен. Их сет закончился некоторое время назад, и до полуночи сцену заняла другая группа новичков. Все отвлечены, пьяны и танцуют под громкую музыку, звучащую из динамиков. У него есть минута, чтобы решить. Алкоголь не помогает. Что бы сказал Крис? Или Чанбин, если уж на то пошло. Джисон уже может представить их разочарованные доводы. «Даже не думай об этом», сказал бы Крис, останавливая его на полпути. — Почему нет? — Джисон пытается пройти, но его снова сдерживают. — Тебе стоит напомнить, что произошло в прошлый раз? — На этот раз всё будет по-другому, — настаивает Джисон. — Да? — Крис поднимает бровь, — И почему ты так уверен? — Для начала, я разобрался со своей жизнью, — возвращает Джисон. Солидный аргумент. Шах и мат. Выдуманная вселенная, которую он создал в своей голове, только подтверждает, что неплохо было бы узнать, чего хочет Минхо. Он направляется в уборную. Толкнув дверь и оглядевшись, Джисон подмечает, что полы оказались чище, чем он предполагал. В приглушённом освещении он обнаруживает Минхо, облокотившегося на стойку с раковинами. — Привет, — говорит Джисон, засовывая руки в карманы, потому что не знает, куда их деть. Минхо поднимает взгляд и улыбается, — Привет, — он делает паузу, — Вы, ребята, были хороши. — Спасибо... Тебе нужно было прийти сюда, чтобы сказать мне это? Проходит мгновение, прежде чем Минхо опускает голову вниз и качает головой. Он делает глубокий вдох, прежде чем оттолкнуться от стойки и, шаркая, подойти к Джисону, стоящему ближе к двери, — Вы были хороши, правда, и... — он протягивает руку, теребя подол кожаной куртки Джисона, — Ты выглядишь счастливым. Я рад. У Джисона пересыхает во рту, но его рука тянется к руке Минхо, прежде чем он успевает подумать. — Спасибо. Я тоже... Я... не думал, что ты придёшь? — Думаешь, я бы упустил шанс увидеть тебя в этом? — Минхо снова качает головой, — Вряд ли. В его организме недостаточно алкоголя, чтобы оправдать то, что Джисон собирается сделать, но он всё равно делает. Он притягивает Минхо ближе и целует, не в силах ничего с собой поделать, спустя столькое время. Губы Минхо легко раскрываются, и через несколько секунд Джисон оказывается прижатым к стойке чужим тёплым телом. Это безумие. Он так сильно скучал по этим настойчивым прикосновениям, напоминающим об их тайных встречах, и просто по ощущению того, что Минхо рядом. Оно вызывает привыкание. Джисон пытается запомнить каждую деталь — сильные руки Минхо на его бёдрах, мягкие губы, целующие его до нехватки воздуха, то, как они потираются друг об друга — ведь это может быть в последний раз. Становится сложно думать, когда старший затягивает его в кабинку, закрывает дверь и начинает оставлять поцелуи на шее, прикусывая самые чувствительные места, которые, кажется, навсегда остались в его памяти. — Я скучал по этому. Скучал по тебе, — шепчет Минхо. Стон Джисона прерывается от удивления, когда старший падает на колени и начинает возиться с пуговицей на его джинсах. Когда Минхо наконец справляется, он, быстрее чем ожидалось, стягивает ткань по ногам Джисона и утыкается носом в его пах, накрывая ртом выпуклость. Джисон со стоном откидывает голову назад, зарываясь пальцами в волосы Минхо и оттягивает их, зная, что Минхо это нравится. В скором времени боксеры отправляются вслед за джинсами и Минхо обхватывает губами головку. — Чёрт. Если вы спросите Джисона, он вообще не так представлял себе эту ночь, но будь он проклят, если забудет вид Минхо, стоящего на коленях и поклоняющегося его члену так, будто это его религия. Минхо берёт глубже, смаргивая слёзы, когда его нос достигает таза Джисона. Он задерживается в этом положении, пристально глядя на Джисона, умоляя. Он намекающе подтягивает бёдра Джисона ближе, но Джисон слишком ошеломлён, чтобы понять, чего он хочет. Минхо со вздохом отстраняется, — Хочу, чтобы ты трахнул меня в рот, — говорит он. Джисон следит за ниточкой слюны, соединяющей их, пока она не разрывается, а затем фокусируется на пухлых розовых губах Минхо, яростно кивая. Как он может отказать? Когда он притягивает Минхо обратно, его полностью накрывает. Острые ощущения захватывают — они никогда не делали такого раньше. Хоть их встречи и были тайными, они никогда не оказывались в общественных туалетах, рискуя быть пойманными. Но за год многое может измениться. Ресницы Минхо подрагивают, когда он снова достигает основания Джисона, держась за его бёдра так, будто тот может исчезнуть, если он ослабит хватку. Когда Джисон начинает толкаться, в его сознании происходит короткое замыкание, посылающее разряды удовольствия по всему телу. Он крепко сжимает волосы Минхо и только сейчас замечает, что они рыжего цвета. В свою защиту он может сказать, что слишком многое произошло за этот вечер. Пытаться сдержать свои стоны — и так сложная задача, а в сочетании с губами Минхо на его члене это вообще не представляется возможным. Вибрации толкают Джисона всё ближе к краю, и в скором времени он уже беспорядочно вбивается в рот Минхо. — Блять, детка, — шипит Джисон, — Я близко. Похоже, это только подстёгивает Минхо — старший втягивает щёки и начинает работать языком так хорошо, как только может. Безусловно, это самый грязный минет из тех что когда-либо получал Джисон. Он видит слюну, стекающую с губ Минхо, слёзы, угрожающие сорваться с его глаз, и всё это в совокупности доводит Джисона до пика. Минхо сглатывает, пока Джисон пытается отдышаться, откинувшись на стену кабинки. Он прилагает максимум усилий, чтобы не рухнуть на пол. Тяжелое дыхание наполняет воздух, и Джисон неохотно заправляется обратно в нижнее бельё, снова натягивая на себя джинсы. — Боже, это было-, — Джисона прерывает Минхо, всё ещё стоящий на коленях. — Поехали ко мне. Джисон трижды моргает, прежде чем издать задушенный звук, — Что? — Поехали домой со мной, — Минхо не отступает, вставая и встряхивая ноги, — Я знаю, ты хочешь, — шепчет он, мягко целуя Джисона и растворяясь в нём. Возможно, это не самая плохая идея.

--

6 сентября 11:56 Джисон перебирает пальцами ног мягкий коврик, сидя на краю кровати Минхо и будучи готовым взлететь при первых признаках опасности. Голова болит совсем немного, но больше от замешательства, чем от алкоголя. Как они к этому пришли? Как он с такой лёгкостью снова упал в это болото? Боль только усиливается, когда он смотрит на спящего Минхо, лицо которого мило растеклось по подушке. Так же, как и помнил Джисон. Слишком больно оставаться. Слишком рискованно. Поэтому он принимает решение, торопливо одевается и возвращается в свою квартиру, оставляя Минхо в блаженном неведении.

--

24 сентября 21:02 Ключи Джисона проворачиваются в замке их общей квартиры, и он толкает дверь, слыша три громких голоса, доносящихся из гостиной. Два голоса? Ожидаемо. Но третий? Это может значить только одно. Он в жопе. Может, ему удастся проскользнуть в свою комнату незамеченным и спрятаться там, пока Минхо не уйдёт? К сожалению, вероятность встретиться лицом к лицу с человеком, которого он избегает вот уже две недели, намного выше. Ему нужно было убежать. Ему действительно стоило просто закрыть дверь и свалить оттуда, или просто остаться у друга с ночевой. Но уже слишком поздно — Крис зовёт, чтобы проверить, дома ли он. Джисон вздыхает, закрывая дверь и сбрасывая кроссовки на коврик. — Да, — отвечает он, — Я вернулся. Он пробирается по коридору и заходит в гостиную, оказываясь лицом к лицу со своим худшим кошмаром. — Сон! Идём к нам, мы хотим включить ужастик и посмотреть, кто первым обделается, — ухмыляется Чанбин, — Мы с Крисом ставим на Минхо, но если ты присоединишься... Кто знает? Возможно, нам придётся изменить решение. Крис и Чанбин понятия не имеют, что произошло между ним и Минхо, они просто думают, что Джисон уехал с каким-то незнакомцем и вернулся домой на следующий день. В конце концов, они сделали то же самое. На их взгляд, зависать вчетвером снова стало в порядке вещей, хотя моментами ещё немного неловко. Минхо избегает его взгляда, и это определённо один из тех самых моментов. — Не, тяжёлый день, — отказывается Джисон, внезапно очень заинтересованный дизайном ковра, — Но спасибо. Я просто отдохну и лягу пораньше, ладно? Чанбин пожимает плечами, тянется за своим напитком и делает глоток, прежде чем ответить, — Ладно, твоё право. Тогда до завтра? Мы завтра поедем в студию записывать демо, если вдруг ты захочешь присоединиться. Он кивает, перебирая пальцами свой рюкзак, — Да, звучит неплохо, увидимся позже. В то время как Чанбин бросает на него короткие взгляды, Крис смотрит пристально, но Джисон разворачивается, быстро направляясь в свою комнату. Он знает, что ведёт себя подозрительно, и что скоро они обо всём догадаются (особенно после того, как Минхо так явно проигнорировал его), но сейчас Джисону абсолютно плевать: он может просто запереть дверь своей спальни и полностью абстрагироваться от этой ситуации с помощью закусок и какой-нибудь хрени по телеку. Потому что это происходит снова. Поздние ночи. В тайне от всех. Спешные минеты чёрт знает в какое время. Он не может позволить себе поддаться, потому что слишком хорошо знает, к чему такое приводит. Он должен держаться. Ли Минхо не место в его жизни. Даже если совсем немного. Они всё выяснили, в основном. В последнее время их общение шло с переменным успехом, но, по крайней мере, они оба были спокойны. Ровно до тех пор, пока не напились и не переспали снова. Чёрт, ему и правда стоит перестать пить. Это всегда приводит Джисона к разбитому сердцу... И головной боли на утро. Проблема в том, что Джисон всё ещё очень хочет Минхо. Но не заслуживает его, не после всего дерьма, которое натворил. Неважно, что они помирились, или что Алисса уже забыла его. Он не может позволить себе снова любить Минхо. Это слишком опасно.

--

25 сентября 11:15 К счастью, Джисон не просыпается с головной болью. Чего не скажешь о Минхо, стонущем от боли, когда они сталкиваются в коридоре на пути в ванную. — Чёрт! Прости, — восклицает Джисон, сразу же сбавляя громкость, когда Минхо морщится, — Иди первым. Я не думал, что кто-то ещё дома. Минхо качает головой. — Да, прости. Крис и Чанбин уехали в студию рано утром, позволив мне поспать подольше. Джисон на мгновение делает паузу, всё ещё затуманенный мозг пытается вспомнить, из какой комнаты только что вышел Минхо. — В постели Чанбина? — Да, это проблема? «Да, это самая большая проблема в мире», хочет сказать Джисон, но вместо этого фыркает и отвечает, — Нет, с чего бы? Минхо не выглядит так, будто верит в это. Но всё равно идёт в ванную, так что Джисон считает это победой и возвращается в свою комнату. Решив пока не чистить зубы, он надевает первые попавшиеся штаны и полосатую футболку, а затем отправляется на кухню. Его соседи, похоже, накануне совершили набег на холодильник, но он всё же находит несколько яиц и полбуханки хлеба, которую определённо нужно доесть в ближайшее время. Для простого завтрака очень даже достойно. Он почти заканчивает с яйцами, когда слышит как выключается душ. Избегать Минхо ещё и сегодня было бы идеально, но две тарелки, которые он ставит на стол, явно говорят о другом. Джисон вздыхает, заканчивая готовить как раз в тот момент, когда Минхо заходит на кухню в майке и спортивках, суша волосы одним из полотенец Чанбина. Это нормально. Прекрасно. — Что готовишь? Пахнет вкусно, — говорит Минхо, усаживаясь за стол и вешая полотенце на спинку стула. — Яичницу с тостами, — отвечает он, прежде чем неаккуратно разложить еду по тарелкам и поставить их на стол. Он не смотрит Минхо в лицо, отворачиваясь, чтобы взять масло и джем, и не замечает благодарную улыбку старшего, — Я подумал, ты наверное голоден. — Да, спасибо. — Без проблем. Она может быть отстойной, из нас двоих ты всегда был поваром, — он ставит баночки на стол, — Сейчас вернусь. Выйдя из кухни прежде, чем Минхо успеет начать разговор, он отправляется в ванную, наконец чистит зубы и смотрит на своё отражение. Что за хрень? Нет, серьёзно, что, чёрт возьми, он творит? Сначала он снова оказывается с Минхо, потом избегает его, потом с ужасом осознаёт, насколько это плохая идея, потому что избегать его вечно он не сможет. А теперь Минхо сидит на его кухне и ест дерьмовую пародию Джисона на еду с улыбкой, просто потому что он настолько хороший человек. Джисон вздыхает и проводит рукой по волосам. Всё нормально. Он просто быстро поест и поедет в студию, отбросив все свои проблемы в сторону. Он предпочитает не думать обо всех остальных возможных исходах, которые могут привести к неприятным последствиям. Когда Джисон возвращается на кухню и садится напротив Минхо, тот всё ещё занят едой. На столе стоят два стакана сока, о чём явно позаботился старший. — А неплохо, — говорит Минхо, жуя тост. — Слава богу, — отвечает Джисон, приступая к еде. Он не отрывает глаза от тарелки, конечно же не из-за того, что избегает взгляда Минхо, а из-за того, что его яичница сегодня особенно красива. Очевидно. На некоторое время между ними повисает молчание, на кухне слышны только звуки металла, звенящего об керамику. И Джисона это совершенно устраивает, он вполне доволен сидеть в тишине и думать о том, как они могли бы смеяться и хорошо проводить время. О том, как Минхо мог бы улыбаться, показывая свои кроличьи зубки, или держать Джисона за руку, дразня его из-за скудных кулинарных навыков. Всё в порядке. За исключением того, что на самом деле вообще не в порядке, и что всё, что остаётся Джисону — это сидеть, боясь поднять голову и взглянуть в глаза человеку, которого он когда-то так нежно прижимал к себе. Минхо роняет вилку на тарелку, и из-за громкого грохота Джисон всё же вскидывает голову вверх. — Почему мы это делаем? — отчаянно спрашивает он. Джисон кладёт свои приборы на стол. — Что ты имеешь в виду? Минхо вздыхает, нахмурив брови и переводя взгляд на Джисона, — Почему... Почему мы не можем просто быть счастливыми? Фраза Минхо должна была шокировать его, но этого не произошло. Вместо этого слова старшего проникают в старую рану, делая её ещё глубже. — Ты знаешь почему, — грустно отвечает он. — Не знаю, честно. Мы облажались, это факт. Но сейчас ведь всё по-другому. — Разве? — качает головой Джисон, — Я причинил боль тебе, вам обоим. Мне лучше быть одному, и ты это знаешь. Минхо наклоняется вперёд, скрестив руки на столе, — Ты правда в это веришь? Джисон, я думал, мы уже это обсудили... Сейчас всё в порядке. — В порядке для неё? — огрызается Джисон, — Или только для нас? Минхо смотрит на него нечитаемым взглядом, продолжая. — Алисса уже давно это пережила, сейчас она действительно счастлива. Тебе уже пора перестать вариться в этом и понять, что всё закончилось. Всё позади, Джисон, ты имеешь право снова быть счастливым. Теоретически он это знает. Знает, что Алисса переехала в гораздо лучшее место и преодолела все чувства к нему. Но это всё ещё не мешает Джисону каждый раз возвращаться к мыслям о своей ошибке и о том, что он не хочет, чтобы подобное случилось снова. Поэтому он врёт. — Я счастлив. — А я - нет! — кричит Минхо, отводя взгляд в сторону. — Я всё ещё люблю тебя, Джисон. Всё ещё. То есть, эти чувства не новы. — Ты любил меня? — шепчет он, не ожидая признания, и, возможно немного устав от всего этого. — Всегда. Минхо возвращает взгляд к Джисону, и младший видит в его глазах боль вперемешку со всеми остальными эмоциями, которые Джисон и сам пережил за последний год. Но он слишком потрясён, чтобы выдать что-то кроме короткого «Оу». — Извини, — удручённо вздыхает Минхо, — Это было ошибкой. Я пойду. Он начинает вставать, но Джисон отчаянно машет руками, останавливая его, — Нет! Боже, нет, Минхо, я тоже тебя люблю! — Оу, — глаза Минхо расширяются. — Да. — Джисон? — Да? — тупо повторяет он. Губы старшего трогает лёгкая ухмылка. — Не мог бы ты перестать быть таким идиотом и уже поцеловать меня? Теперь расширяются глаза Джисона. Он нетерпеливо кивает. Если Минхо просит поцеловать его, кто Джисон такой, чтобы ему отказать? Он отодвигает свой стул и бросается к Минхо, поднимая его из-за стола и, наконец, прижимаясь к его губам своими. И впервые за всю их совместную историю это чувствуется правильным. Это чувствуется прекрасным. 25 сентября 13:03 Джисон ударяется спиной о мягкий матрас, когда Минхо толкает его вниз, усаживаясь ему на колени. Он целует младшего снова и снова, не в силах насытиться. — Знаешь, Чанбин и Крис, наверное, задаются вопросом, где тебя носит, — бормочет Минхо в шею Джисона. Джисон тянется за телефоном, который лежит в кармане, но Минхо оказывается быстрее, откидывая его в сторону и прижимая руки младшего к кровати, — Но они могут подождать. — Чувак-, — смеётся Джисон, когда Минхо перебивает его. — Не называй меня чуваком, — кривится Минхо, — Мы вообще-то целуемся. Сердце Джисона сжимается от нахлынувших воспоминаний, но он улыбается, высвобождая руки и скользя вниз по бёдрам Минхо, прежде чем сжать их, удерживая старшего на месте. — И правда.