Миллион алых роз

Ева сонно разлепила глаза и уткнулась носом в подушку, не понимая, отчего вдруг проснулась, до тех пор пока грохот за окном не оповестил ее о причине. Коннорс ужасно не хотелось просыпаться, и она предприняла попытку полностью зарыться в подушку лицом, чтобы уснуть обратно, но сразу несколько новых хлопков, раздавшихся прямо над головой, лишили ее этой, несомненно, чудесной возможности. Женщина капризно поморщилась, лениво приподнимаясь на локтях, слегка потягиваясь, и выглянула в окно: в небе один за другим взрывались огромные яркие  салюты самых разных цветов - от красного и зеленого до серебряного и золотого. Рождество! Который же час? Сколько она проспала? - Ева! - Дверь распахнулась и в комнату влетела воодушевленно галдящая толпа обитателей дома во главе с непривычно эмоциональной Розмари, которая повисла на ошеломленной женщине буквально в следующую секунду. - С Рождеством! Мы так рады, что ты пришла! Коннорс широко улыбнулась, сонно щурясь и с радостью принимая в свои объятия ярко-красный ураган. - И тебя с праздником, котенок. Ты не представляешь, как я рада. Остальные явно восприняли это, как сигнал, и, словно по щелчку, принялись наперебой что-то говорить, пока брюнетка тихо тепло посмеивалась и едва разбирала сказанное. - Ну наконец-то ты проснулась! - А ты еще дольше бы спала. 10 часов продрыхла. - С Рождеством, Ева! Наша маленькая принцесса весь день тебя проверяла. Переживала. - Кстати, отлично выглядишь! - Пойдем смотреть салюты! - И запускать! Стиви, ты обещал! - Кто хочет шампанское, девчонки? - Я пью только текилу! - Ева, ты просто обязана попробовать мою фирменную шарлотку с корицей и взбитыми сливками. - Роуз, да засоси ты ее уже, че ты тянешь? - Кэйти, ай-ай-ай быть такой прямолинейной. При виде Кэтрин улыбка сползла с лица Евы так же стремительно как и появилась. Женщина догадалась, что ее дочь привезли сюда неспроста: наверняка родители Розмари каким-то образом узнали о кончине Брока. Она помнит, как вызывала скорую, стоя по колено в снегу. Неужели здесь была полиция? И неужели Ева Коннорс действительно проспала 10 часов, и теперь ей осталось всего 2 часа до полуночи? Короткий взгляд на циферблат настольных часов позволил брюнетке подтвердить эту мысль. Кэт стоит сейчас посреди комнаты вместе с Эрин, Стивеном и пожилой седой женщиной с льдисто-голубыми глазами, которая, видимо, является бабушкой рыжей бестии. Шатенка нагло шутит, улыбается и выглядит, в целом, вполне веселой. Вероятно, она еще не знает о смерти отца? Внутри противно копошится червь вины и растерянности: что сказать дочери? Как ей объяснить произошедшее сегодня утром и не испортить никому при этом Рождество? Девчонка издевательски ухмыляется: - Я тоже рада тебя видеть, мам. - Едко бросает она, поймав на себе пристальный взгляд Евы. Брюнетка чувствует, как вспыхивают от внутреннего напряжения щеки, и собирается по привычке опустить глаза, но передумывает в последний момент и, сделав над собой невероятное усилие, выдерживает насмешливый взгляд дочери. Девушка меняется в лице, выглядя теперь весьма удивленной. Недовольно хмурится, но глаза не отводит из принципа. Ева ощущает приятное покалывание азарта на кончиках пальцев и позволяет себе легкую саркастичную усмешку. - И тебя с Рождеством... дорогая. Голос звучит на удивление уверенно и озорно. Кэт окончательно меняется в лице, становясь такой же недовольной как и всегда и кривится от отвращения. - Ага... - Кисло бурчит она себе под нос и отходит подальше от матери. Коннорс старшая не смогла сдержать триумфальной улыбки. Она покрепче обняла примостившуюся на ее плечо Роузи, в полной мере наслаждаясь своей первой негласной победой. Во взгляде девушки промелькнули недоверие и обида, приправленные брезгливостью. Еве захотелось больно ее ударить, но вместо этого она показательно улыбнулась. - Че ты пялишься? Поглазеть больше не на кого? Да пошла ты! - Младшая Коннорс напыщенно фыркнула и быстрым шагом вышла из комнаты, демонстративно хлопнув дверью. Стало легче и тяжелее одновременно. - Какие у нас планы? - Дегустация моей шарлотки? - Широко улыбнулась оживившаяся пожилая женщина в притихшей компании. Эрин и Стив выглядели куда более задумчивыми, переглядываясь с какими-то странными выражениями лиц. Женщина при этом намеренно не выпускала брюнетку из поля зрения своих цепких карамельных глаз, а мужчина был слегка рассеянным. - Тебе надо поговорить с Кэт. - Уверенно проговорила Розмари, выскользнув из объятий Евы. - Она знает о смерти отца и о нас. Как бы там ни было, вы - семья. Гордая улыбка, расцветшая после слов дочери на лице Барнет старшей, вызвала желание застрелиться, как, впрочем, и осознание того, что Кэт теперь все знает, как и решительный кивок Стивена в подтверждение правоты дочери. Коннорс и сама знала, что они правы, но как заставить себя так просто встать и пойти за дочерью, рискуя при малейшей попытке заговорить нарваться на поток упреков, обвинений и ненависти в чистом виде? И зачем только она сказала, что любит? А что если Кэт ее не любит и никогда не любила, как Ева ее отца? За эти несколько месяцев так много случилось, что страшно и предположить, чем все теперь кончится. - А как же Рождество? - Давай если ваш разговор пройдет плохо, мы возьмем бабушкин граммофон с пластинками и пойдем танцевать в сад. - Проигнорировав ее вопрос, предложила Роуз, мягко, но выжидающе глядя на женщину. Ева игриво усмехнулась: ее очень тронула и позабавила одновременно такая смесь заботы и нетерпения. - Значит если разговор пройдет хорошо, мы не пойдем в сад танцевать под музыку на грампластинке? Тогда я отказываюсь от этой идеи. - Она кокетливо надула губки с притворной капризностью. Боже, как же давно она не флиртовала! Краем глаза брюнетка выцепила веселые глаза Стивена и довольную лисью улыбку Эрин. - Иди к ней. - Упрямо повторила Розмари, при этом, однако, слегка улыбаясь. - Не пойду! - Демонстративно закапризничала Ева, на деле же просто оттягивая всеми силами болезненный момент. - Роузи дело говорит: тебе надо помириться с дочерью. - Не выдержав, вмешалась бабушка маленького бесенка. - Ты не можешь всю жизнь бегать от собственного ребенка. Вы нужны друг другу, в конце концов. Не будь такой упрямой! - Вот увидишь, вам обеим станет проще жить, если вы все расставите по полочкам. - Согласился с ней Стивен, не оставляя шанса. Запал игривости растаял на глазах. Коннорс вздохнула и мгновенно сникла, сдаваясь. - Ладно, я пойду и поговорю с ней. Девочка привлекла ее к себе и крепко ободряюще обняла, зарывшись руками в черные волосы. Остальные последовали ее примеру и образовали вокруг женщины одну большую капусту. - Все получится, Ева. Главное, не бойся и не падай духом - Подбодрил ее рыжий мужчина, на которого так похожа его дочь. Стало так непривычно и тепло, как будто Ева оказалась частью семью, в которой любят. А может, так оно и есть? Брюнетка крепче прижалась к своей новой уютной компании и улыбнулась. В небе загрохотала новая порция разноцветных салютов и закружила хрупкая стайка редких снежинок. Так легче. Определенно. Когда поддерживающее кольцо рук разомкнулось на плечах женщины, она нашла в себе силы встать босыми ступнями на пол и выйти из комнаты, чтобы отправиться на поиски Кэтрин. Интересно, кто этот золотой человек, который снял с нее шубу и сапоги на ставших неудобными от усталости каблуках? У них еще и пол с подогревом - какая прелесть! Уж лучше думать о поле, чем о Кэт: он, по крайней мере, теплый, - в отличие от некоторых. Дом был полностью деревянным не только снаружи, но и изнутри - роскошный и уютный, он напоминал дачный коттедж и, судя по всему, им и являлся. Пара пролетов красивой витиеватой лестницы с железными узорами на перилах, и Ева уже внизу. Интерьер выполнен в цвете шоколада и топленого молока. Повсеместно висят мерцающие праздничные гирлянды, яркие елочные шары и пушистая мишура, а еще разноцветный дождик. На стеклянном столике в зале лежит сразу несколько коробок конфет, штук 7 плиток шоколада и россыпь рыжих мандаринов в желтом свете небольшой люстры, добавляющем дому атмосферу приближающегося чуда. Но еще больше заставляла верить в чудо огромная живая темно-зеленая елка, стоящая у окна в обрамлении плотных шоколадных штор. Крохотные снежинки за стеклом мерцали в свете фонарей, а под рождественским деревом стояли пестрые глянцевые подарочные коробки с широкими бантами. В этой самой большой комнате пахло хвоей и немного цитрусами. Коннорс добралась до кухни, внутри которой витал очаровательный кондитерский аромат и расставлены были на столе шоколадные фигурки животных и волшебных существ, а среди них стоял, чуть выглядывая из-под полотенца, обещанный яблочно-коричный пирог. Женщина не удержалась и улыбнулась, невольно залюбовавшись. Здесь было немного меньше украшений, чем в зале, но зато они были изящнее: на подоконнике рядом с утонченной вазочкой с фруктами стояли хрупкие фарфоровые балерины, а со стен свисали еще легче бьющиеся хрустальные олени и звезды. Кэт обнаружилась стоящей у окна. На девушке было очень короткое, по мнению Евы, ультрамариновое платье с пайетками и черные лодочки на высоченных шпильках. Женщина инстинктивно замедлила шаг и затаила дыхание, подходя ближе. Шатенка обернулась и испуганно вздрогнула, не ожидав ее увидеть. Нецензурно выругалась. - Да какого ж хрена ты отовсюду появляешься, как гребанное привидение! Чего тебе от меня надо? Ева плотно стиснула зубы на несколько секунд, сдерживая желание прибить милую доченьку на месте. Ну а кто сказал, что будет легко? - Кэт, я хочу с тобой поговорить. - А я не хочу с тобой говорить. Все? - Нет, не все. Ты знаешь о... - женщина неуверенно запнулась, думая, о чем спросить в первую очередь, и поняла, что о муже будет говорить труднее, - о том, что произошло между мной и Розмари? - Да трахайтесь вы хоть в рот, хоть в жопу - мне-то что! Коннорс старшая прикрыла глаза и медленно втянула воздух, сдерживаясь. Все-таки полезная это вещь - самообладание. - Кто тебе рассказал? Кэтрин фыркнула. - Да сама же Розмари и рассказала. Я ее сначала нахрен послала, а потом перестала на нее злиться, потому что поняла, что главная сука здесь ты. - Прекрати говорить со мной так. - Процедила брюнетка сквозь зубы. - А то что? Да ты с ней шашни крутила за спиной у отца, пока он, как конченный идиот, любил тебя. Он всю жизнь терпел твое дерьмо и поехал за тобой в метель в другой город на чужой машине, чтобы вернуть тебя домой, потому что ты его машину угнала, как последняя сволочь, я знаю! - Глаза девушки наполнились слезами. Она надрывно всхлипнула. - И это из-за тебя папа врезался в тот сраный забор и насмерть разбился! - Стиснув зубы, Кэт отчаянно бессильно разрыдалась. - Как же я ненавижу тебя! На этом терпение брюнетки лопнуло. - Посмотри. - Шагнув ближе, она собрала руками темные волосы и подняла их вверх к затылку, открывая шею: на тонкой бледной коже "красовались" внушительные фиолетово-синие кровоподтеки в форме человеческих ладоней. Кэтрин застыла; в молчаливом оцепении ее глаза растерянно блуждали по контуру огромных синяков. Ева внимательно наблюдала за реакцией ошарашенной дочери, которая еще секунду назад голосила, а теперь не могла выдавить из себя и звука. - Как ты думаешь, кто мог это сделать? - Да ты... ты гонишь! Он не мог! Папа никогда бы... да он бы мухи не обидел! Брюнетка пренебрежительно повела плечом. - Ну муху, может, и не обидел бы. Ты видела на столе заявление на развод? И да, кстати, как насчет того, что его машина утонула в местной реке? - Видимо, ты водишь так же как и живешь. То есть, хреново. - Зло съязвила шатенка. - Или я просто гнала от него с такой скоростью, что потеряла управление. Интересно, почему? - Не отставала от ее тона женщина. - Ты же трахалась с нашим шерифом? Ну как зайдешь к нему в следующий раз на перепихон, обязательно спроси, что он знает о твоем драгоценном папочке. Он тебе много интересного расскажет. - Что может знать шериф о моем отце? - Прорычала девушка. - Например, что он сделал со мной, когда приревновал к соседу. - Женщина ядовито улыбнулась. - Ты что, спала с соседом? - А ты - с 40-летним копом. Надо же, все дерьмо моего характера досталось и тебе. - Да я по жизни твое дерьмо разгребаю! - О, это еще кто чье дерьмо разгребает! - Стерва! - Дрянь! Еву отвлекла шатающаяся из сторону непонятная тень, и женщина невольно обвела взглядом комнату, желая найти ее источник, в конечном итоге, переведя взгляд на потолок, чтобы увидеть огромную качающуся люстру прямо на головой Кэт. Нет, только не это. - Кэт, уйди! - Что, прости? - Прошипела девушка, которая, по всей видимости, в упор не замечала ничего странного. - Черт побери, над тобой люстра шатается! - Какая нахрен люстра?! - Рявкнула Коннорс младшая, но все же посмотрела на потолок. - Твою мать... Слишком поздно посмотрела. Огромная люстра отвинтилась и полетела прямиком на нее. Ева инстинктивно бросилась к дочери и схватила за плечи, отталкивая в сторону. В нескольких сантиметрах от женщины раздался жуткий грохот. Свет погас. Они вдвоем испуганно замерли в темноте среди хрустальных фрагментов и осколков. Брюнетка увидела неподдельный ужас в глазах Кэт. С минуту они молча друг на друга смотрели, переводя дыхание, а затем не сговариваясь обнялись. - Мам, ты извини. - Нет, это ты прости. Нахрен это все. - Точно. Нахрен. - Тебе сделать чай? - Не-не, я лучше пойду еще текилы выпью. - Ладно. Ну так что, у нас мир? Кэт задумалась и неуверенно пожала плечами. - Не знаю. Перемирие наверное, а там как пойдет. - Ну, для начала уже неплохо. - Ага. - Кэт... - Что? Ева выдохнула, выбираясь из осколков. - Ты не дрянь. Наверное. Девушка медленно кивнула. - А ты не стерва. Возможно. Они синхронно усмехнулись и, кивнув друг другу на выходе, разошлись. Послышался торопливый звук шагов. На грохот в кухню прибежала испуганная бабушка Роуз. - Что у вас случилось? - Взволнованно спросила женщина. Кэт к этому моменту уже ушла. Коннорс пожала плечами. - Ничего. Просто, кажется, наш разговор спасло падение люстры. Пойду-ка я тоже выпью текилы. И Ева поспешно зашагала прочь. - Люстры? - Донеслось еле слышное удивленное бормотание ей в спину. Будучи потерянной и заторможенной после произошедшего, брюнетка не отреагировала на ее слова, но обернулась, когда вспомнила, что забыла спросить кое о чем важном. Она доброжелательно улыбнулась. - Простите, мы знакомы уже в районе получаса, а мне до сих пор неизвестно Ваше имя. Женщина простодушно рассмеялась. - Амелия Барнет. Я мама Стива. Эрин моя невестка. - Очень рада знакомству, миссис Барнет. - Это взаимно, моя дорогая. Вы с дочкой не ушиблись, когда упала люстра? - Нет-нет, спасибо, мы в полном порядке. - Хорошо. Как надумаешь выпить чаю, приходи - я налью. Ева тепло улыбнулась. - Спасибо. Вам всем спасибо. За все. Амелия дружески похлопала ее по плечу крепкой рукой. - Никаких проблем, детка. Ты теперь с нами, а мы своих не бросаем. Коннорс благодарно кивнула. - Вы нас извините за люстру. - Ой, нашла, из-за чего переживать. Люстра - это ерунда. Новую поставим. Тем более, этой уже 100 лет в обед было. Давно пора было поменять. Брюнетка мягко улыбнулась и шмыгнула носом, аккуратно вытерев слегка намокшие глаза: что-то многовато трогательных моментов для одного вечера. - Вы случайно не знаете, где я могу найти свои вещи? - Да в прихожей. Там на вешалке твоя шуба, а рядом стоят сапоги. - Спасибо, миссис Барнет. - А насчет люстры не смей переживать, поняла меня? - Поняла, миссис Барнет. Спасибо. - Вот и хорошо. И на чай возвращайся! Ева тихо рассмеялась от столь очаровательной заботы. - Да, миссис Барнет. Спасибо. - И на улице там с Роузи долго не гуляйте! Холодина же собачья! Как замерзнете - сразу домой в тепло! - Крикнула Амелия ей вдогонку. - Как скажете, миссис Барнет! - Весело отозвалась молодая женщина и от души рассмеялась, уже отправляясь на поиски своей симпатичной норковой шубки. - Спасибо! Вещи Евы действительно обнаружились в роскошной прихожей на вешалке. Надев шубу и сапоги, женщина вышла на улицу, довольно напевая себе под нос "Salut" Джо Дассена, ощутимо коверкая французское произношение на американский манер и нисколько этого не смущаясь. Напоследок она бросила взгляд на настенные часы: половина одиннадцатого. Надо же, уже целых полчаса прошло. Как быстро летит время. На улице Коннорс встретили невообразимо огромные снежные сугробы вкупе с полным отсутствием снегопада и ветра, грохот в чернильных вечерних небесах, сопровождающийся раскрытием бутонов сверкающих голубых цветов фейерверков, и россыпь серебряных звезд впридачу. Неподалеку от дома Стивен и Эрин сидели в обнимку на домашнем клетчатом диване-качалке, любуясь салютами. Блондинка лежала на плече мужа и бережно гладила его ладонь двумя своими. Он же свободной рукой обнимал ее за шею и гладил по светлым волосам. Чуть поодаль от дома обнаружились резные черные металлические ворота, а за ними - вход в огромную, размером с целый сад, стеклянную оранжерею. Собственно, именно зимним садом она и оказалась, стоило Еве войти. Внутри было тепло и светло, и войдя, женщина почувствовала себя, как если бы она вышла в цветочное поле, а впрочем, так оно и было, потому что это был самый настоящий розовый цветник: Коннорс стояла на тоненькой одинокой тропинке посреди алых роз самых разных сортов и оттенков. Здесь были кустовые розы и одинокие, маленькие и большие, обычные и махровые, с еще закрытыми и уже распустившимися бутонами. Кроваво-красные, темно-бордовые, красно-розовые, красно-оранжевые и ярко-алые. А в середине тропы в черно-белом шерстяном пальто в гусиную лапку, в изумрудном платье-кимоно длины миди с вырезом на бедре и в хорошеньких черных полусапожках на низком каблучке стояла в профиль Розмари и держала на руках большую пушистую черную кошку - такую как была у Евы в детстве, и рядом с девушкой прямо в цветочном поле стоял старенький граммофон с пластинкой. На мгновение женщина остановилась, чтобы запомнить этот момент и впервые пожалела, что не носит с собой фотоаппарата. На губах заиграла озорная улыбка, а в глазах зажглись ультрамариновые огоньки задора, когда брюнетка вспомнила, как дочь сравнила ее сегодня с привидением из-за умения подкрадываться незаметно. Что ж, если у нее есть такой талант, то почему бы им не воспользоваться. Неслышно ступая, она подкралась к девушке со спины и ловко закрыла ей глаза холодными руками. К удивлению Евы, Роуз даже не вздрогнула, когда это случилось. Хм, неужели не сработало? - Ева, - уверенно озвучила догадку девушка и улыбнулась. - Нееет, ну так нечееестно. Ты знала, что это я. Ты меня видела. - Закапризничала Коннорс, обнимая Роузи за плечи. Младшая Барнет тихо рассмеялась и покачала головой. - Просто ты единственная в нашей компании умеешь подкрадываться беззвучно. На почетном втором месте мама, но ее иногда выдают каблуки. А тебя и каблуки не выдают. - Я неслышна, как ночная тень. - Бархатно прошептала женщина на ухо рыжей бестии, легким движением отодвинув прядь ее вьющихся алых волос. - Как кошка. Розмари неторопливо обернулась, чтобы встретиться своими озерно-голубыми глазами с васильковыми глазами Евы Коннорс, и протянула ей свою пушистую спутницу с блестящей черной шерстью и большими зелеными глазами. - Как зовут эту красотку? Руки брюнетки сами потянулись к кошке, и, спустя секунду, пушистая перекочевала к ней. Ева впервые за долгое время запустила пальцы в густую кошачью шерсть, ласково гладя и прижимая к своей щеке красавицу-кошку. Маленькая хищница заурчала и потерлась о ее щеку, вынудив женщину безнадежно разомлеть и прикрыть глаза от удовольствия. Роуз улыбнулась. - Бэтти. От слова "бэт": она у нас летучая мышь. Думаю, если бы Селина Кайл умела превращаться в кошку, то именно в такую. - Тебе нравится Бэтмен? - Ева блаженно улыбнулась и поцеловала пушистую красотку в мордочку. Она всегда очень хотела кошку. - Да, я люблю комиксы. Кстати, как прошел твой разговор с Кэт? - Неплохо. Гораздо лучше, чем я ожидала. Кэт объявила мне перемирие после того как на нее едва не упала люстра. Девочка испуганно распахнула глаза, а затем обеспокоенно нахмурилась. - Вы обе в порядке? - В полном, не переживай. Я успела ее оттолкнуть, и хрусталь никого не задел. Твоя бабушка пообещала сменить в кухне люстру. - Люстра и вправду старая была. - Согласилась девушка. - А как ты себя чувствуешь после утренней погони? Коннорс весело улыбнулась. - Если честно, болит все, но впервые в жизни это неважно. - С тобой ведь все будет хорошо? - Со мной уже все хорошо, дорогая. Я счастлива. Роуз улыбнулась и приблизила к ней свое лицо, трогательно заглядывая в глаза. - Честно-честно? Ева бережно коснулась ее щеки и погладила девушку по длинным красным завиткам. - Честно-честно. Я 20 лет была разрушенной до основания. До сих пор не понимаю, как тебе удалось заново собрать меня по кусочкам. Роузи пожала плечами. - Ты сама себя собрала. - Нет. Не будь тебя рядом, я ни за что бы не смогла. Так что спасибо тебе за то, что ворвалась в мою жизнь ураганом и перевернула ее с ног на голову. - Я всего лишь... - Ччч, не говори больше ни слова. - Она приложила палец к мягким губам Роуз и аккуратно по ним провела. - Я хочу танцевать. И когда мы съедемся, мы заведем кошку. Я всегда хотела кошку. Хорошо? Девушка завороженно кивнула с легкой мечтательной улыбкой и нехотя оторвала взгляд от васильковых глаз. Ева отпустила в яркие цветы пушистую черную кошку, и Розмари поставила иглу на пластинку. Заиграла нежная музыка 1983 года. Они снова встретились влюбленными глазами и, трепетно обняв друг друга за плечи и талию, закружились в медленном танце на тонкой тропинке среди площади красных роз. "Жил-был художник один. Домик имел и холсты. Но он актрису любил - Ту, что любила цветы. Он тогда продал свой дом, Продал картины и кров И на все деньги купил Целое море цветов. Миллион, миллион, миллион алых роз Из окна, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, Свою жизнь для тебя превратит в цветы. Миллион, миллион, миллион алых роз Из лена, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, Свою жизнь для тебя превратит в цветы". Они слились в хрупком поцелуе, едва касаясь друг друга губами, лаская пальцами лицо и волосы и иногда целуя руки. Где-то в небе прогремел еще один салют. - Я хочу прожить с тобой до конца. - Горячо прошептала девочка с ярко-алые губы Евы. Женщина пристально всмотрелась в большие водянисто-голубые глаза. - И я хочу. Проведя пальцами по щеке, она вовлекла Роуз в еще один - крепкий и чувственный поцелуй. Малиновый свет фейерверков отразился на алых розовых бутонах. Это было лучшее Рождество Евы. "Утром ты встанешь у окна: Может сошла ты с ума? Как продолжение сна - площадь цветами полна. Похолодеет душа. "Что за богач здесь чудит?" А под окном, чуть дыша, Бедный художник стоит. Миллион, миллион, миллион алых роз Из окна, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, Свою жизнь для тебя превратит в цветы. Миллион, миллион, миллион алых роз Из лена, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, Свою жизнь для тебя превратит в цветы. Встреча была коротка: В ночь ее поезд увез, Но в ее жизни была песня безумная роз. Прожил художник один, Много он бед перенес, Но в его жизни была целая площадь цветов. Миллион, миллион, миллион алых роз Из окна, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, Свою жизнь для тебя превратит в цветы. Миллион, миллион, миллион алых роз Из лена, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, Свою жизнь для тебя превратит в цветы".