Вороний глаз

      Ричард Мейсон ненавидел звон будильника. Особенно в шесть утра. Особенно в воскресенье. Противная трель раздавалась на протяжении пяти минут, пока рука детектива не сбросила источник всех бед на пол. Будильник затих, чтобы через пять минут снова взорваться звоном. Детектив прорычал в подушку. Сегодня ему удалось проспать два с половиной часа, и, если сравнивать с прошлыми ночами, это было о-го-го как много.       С того момента, как в городе вновь объявился «Вороний глаз», бессонные ночи стали постоянным спутником Мейсона. А также нехватка времени на приемы пищи, походы в туалет и хоть какую-то личную жизнь. Последний любовник детектива сбежал две недели назад, когда Ричард ввалился в спальню с кипой бумаг, тарелкой бутербродов и огромной чашкой кофе, смешанным с энергетическим напитком. Мужчины повздорили, и Майк, хлопнув дверью, исчез из жизни Ричарда навсегда. С одной стороны это была гора с плеч, с другой — кулак Мейсону уже надоел, и хотелось почувствовать живое и теплое тело рядом. Но преступник еще не пойман, количество жертв растет, поэтому о спокойной жизни можно забыть.       Сначала все шло хорошо, можно даже сказать, отлично. Судмедэксперт делал заявления, его ассистент — анализы. Но милая и светловолосая Кейт ушла в декрет, пару сотрудников отдела расследований перебросили в другие точки, а почерк убийцы изменился. Начался личный ад Ричарда Мейсона. Лаборатории срочно потребовался аналитик, поэтому детективу приходилось теперь каждый день рассматривать десятки заявлений. Почему следователь отвечает за рабочие кадры? Может потому, что чудесный капитан Стрэнд вышвырнул кадровика за дверь? Или потому, что перессорился с вышестоящим начальством? Вопросов много, ответов на них нет. Теперь детектив Мейсон работал на две ставки по своей специальности и тянул за лямку некоторые должности.       Сегодня его день начался с чашки крепкого кофе, разбавленного стопкой коньяка (так можно и алкоголиком стать). Красные глаза слипались, а руки отказывались завязывать шнурки. Воюя с собственной обувью, Ричард чуть не споткнулся на лестнице, выронил ключи, пытаясь закрыть дверь, и по невнимательности начал переходить на красный свет светофора. Уставшие водители сигналили и что-то кричали из автомобилей.       Здание окружного отдела полиции встретило детектива хаосом и бранью. Из диалогов Ричард понял, что биохимика для лаборатории все еще нет, трое свидетелей до сих пор не опрошены, а капитану стыдно за подобный бардак перед новым сотрудником. «Новый сотрудник? Кого еще принесло на наши головы?» — размышлял мужчина, стараясь не попасться на глаза шефу. Но тщетно. — Детектив Мейсон, зайдите ко мне на пару слов, — капитан Стрэнд выглянул из кабинета и оставил дверь приоткрытой. Ворох мыслей пронесся в голове Ричарда: увольнение? повышение? очередной выговор? Порция изнасилования мозга от шефа — это то, что нужно каждому уставшему и голодному рядовому сотруднику с утра пораньше.       Ричард вошел и огляделся. С его последнего посещения мало что изменилось. Стол капитана был завален различными документами, на подоконнике лежал слой вековой пыли, в шкафах царил беспорядок. И этот человек каждый день капает ему на мозг о том, какой порядок должен быть на рабочем месте детектива? Что ж, капитан Стрэнд, похоже, вы что-то недоговариваете. Но все-таки небольшая перемена произошла. И сейчас она сидела в кресле и пила кофе из стаканчика.       Светлые волосы выбились из прически, костюм в некоторых местах был измят. У ног девушки стояла небольшая спортивная сумка. Судя по внешнему виду, детектив пришел к выводу, что девушка только-только сошла с поезда или самолета и примчалась сюда. Ричард хотел чуть лучше рассмотреть ее черты лица, но прокуренный голос капитана оборвал все его размышления: — Мейсон, знакомься, это Ракель Марш — лейтенант, — капитан вскинул брови и серьезно посмотрел на детектива, — Окончила академию ФБР в штате Виргиния, успешно сдала экзамены и начала двигаться по карьерной лестнице. Сейчас лично вызвалась помочь нашему городу в поимке опасного преступника «Вороний глаз». Твой помощник, Билл Свенсон, написал заявление об увольнении, и причиной этому послужили твои… — Да-да, я в курсе, мои слишком высокие требования от человека, который самостоятельно решил, что хочет связать свою жизнь с полицией. Капитан Стрэнд, вам не кажется, что современные стажеры ждут от службы только красивой формы и оружия. Пора запретить полицейские сериалы, они плохо влияют! — Детектив Мейсон, не перебивайте и не язвите при людях, стоящих выше вас по званию, — голос капитана звучал глухо и злобно, — В городе вновь объявился убийца, и мне не интересны ваши пустые отговорки. И так как вы не хотите нормально работать с помощниками, то сами станете им. Вы и еще два сержанта, а также медицинский криминалист… — Прошу заметить, что он уволился, — Ричард поправил воротник рубашки. — Молчать! Вся ваша дружная горе-команда переходит в личное распоряжение лейтенанта Марш. С этого момента вы должны четко следовать указаниям Ракель. Любое неповиновение будет наказываться штрафом или увольнением. Возражения не принимаются. Исполнять! — Есть, — необдуманно воскликнул детектив и чуть притопнул правой ногой. Такая реакция вызвала насмешливую улыбку у капитана, и, попрощавшись с Марш, он выпроводил всех за дверь.       Ричард вышел из кабинета удивленным. Далее это чувство сменилось негодованием, а после гневом. Мейсон, несмотря на свою невысокую должность, никогда не работал под чьим-то сапогом. Конечно, в Вашингтоне были и капитаны, и лейтенанты, и другие детективы, но мужчина предпочитал мысленно абстрагироваться от начальства и предпринимать кое-какие решения самостоятельно. За это его никто не гладил по голове, но и не штрафовал, зная способности подчиненного. Сотни мелких и десятки громких успешных расследований, опасные поездки и пойманные преступники. Репутация профессионального детектива крепла с каждым днем. Вкупе с симпатичным лицом и хорошим чувством юмора это играло большую роль. Проблем не было не только с работой, но и с личной жизнью. Девушки и юноши пачками вешались на шею, а телефон разрывался от количества звонков работодателей.       Ричард Мейсон был удачливым сукиным сыном с самого детства, а сейчас его уверенность пошатнулась. Мало того, что теперь у него не будет личного помощника, которого можно посылать за кофе и едой, так еще над его головой нависла грозовая туча по имени Ракель Марш. Кареглазая блондинка в смятом офисном костюмчике, идущая с ним нога в ногу и печатающая что-то по телефону. — Первым делом нужно опросить мать жертвы, далее съездить в детскую клинику, а после вернуться в отдел и сопоставить черты всех преступлений, — девушка (или женщина, Мейсон не мог понять какого она возраста) заново собрала волосы и в упор посмотрела на детектива. Ричард был немного выше, но под ее взглядом чувствовал себя лилипутом рядом с Гулливером. — Для начала, — начал он непринужденно, что далось ему очень трудно, — мы забудем обо всех ваших задумках, пока не найдем клинического специалиста. Без него наша команда не будет полной, и мы не сможем начать работу. Последний такой сотрудник уволился полторы недели назад, и с тех пор дело продвигается со скоростью улитки. Зная все ваши дальнейшие расспросы, отвечу сразу: мы уже ищем нового работника. Надеюсь, что сегодня или завтра он откликнется. — Вы знаете меня и мои мысли очень плохо, детектив. Я не собиралась спрашивать у вас о востребованности специалистов. Пока все копошились и хватались за голову, я нашла нужного человека. Он прибудет сюда с минуты на минуту. И, мистер Мейсон, на вашем месте я бы не была настолько самоуверенной после выволочки капитана и подобной беспомощности в подборе рабочих кадров, — Ракель слегка улыбнулась и прошла к входным дверям, ожидая своего коллегу.       Ричард опешил. Последняя фраза больно ударила по самолюбию. Это Мейсон-то самоуверенный? Кто бы говорил. По крайней мере, детектив не набирает команду без одобрения капитана и не зависает с телефоном в рабочее время. Что ж, лейтенант Марш, хотите войну? Она будет, и он не станет поддаваться. — Миссис Марш, кто дал вам право набирать сотрудников без уведомления об этом капитану? — Ричард приблизился к Ракель и прищурился. — Во-первых, я мисс. А во-вторых, кто сказал, что капитан Стрэнд не знает о моем решении? Перед нашей встречей я обговорила с ним все рабочие моменты, — девушка окинула его изучающим взглядом и отвернулась.       Детектив не успел ответить. Входная дверь распахнулась, и в здание вошел невысокий стройный юноша лет двадцати. Он бегло осмотрел всех присутствующих и поздоровался с Ракель. Они улыбнулись друг другу и разговорились. Ричард понял, что парня зовут Джон, он окончил медицинский колледж и хотел бы стать практикантом в отделе полиции. Марш защебетала от радости так, что из детектива чуть не вышел весь завтрак. Они не могут принять его, пока он не пройдет внутреннее собеседование и испытательный срок. Мейсон не замедлил сообщить об этом Ракель, на что девушка поморщилась: — Я уже говорила, что согласовала все с капитаном, детектив. Не нужно совать свой нос в чужие дела. На вашем месте я бы познакомилась с нашим новым коллегой. Это Джонатан Брент, мой давний знакомый. Я полностью уверена в его способностях. Он умен, внимателен и имеет хорошую физическую подготовку… — Прямо-таки идеальный пес! — воскликнул Ричард, — Осталось только научить приносить его мячик или газетку. Забыл уточнить: каким командам он обучен?       Ракель закатила глаза и махнула рукой. «С вами бесполезно разговаривать» — означал этот жест. Девушка снова оправила волосы (это начинало раздражать детектива) и отвернулась. Спортивная сумка колыхалась на плече и ударяла ее по бедру. Еще чуть-чуть и у Ричарда бы повалил пар из ушей и носа. Он закипал словно чайник, но его порыв остудил хлопок двери. — Эй, пострел, ты, кажется, входом ошибся, булочная на другой стороне, — со спины детектива раздался дружный хохот коллег. Ричард обернулся и увидел раскрасневшегося полного юношу. Он оттер пот со лба и сделал пару глубоких вдохов. Парень выглядел неопрятно: волосы растрепались, на футболке выделялись крупные пятна пота, шорты были измазаны травой. В руках толстячок (как мысленно окрестили его все сотрудники) комкал мокрую бумажку; глаза блуждали, ненадолго задерживаясь на лицах. Встретившись взглядом с Ричардом, юноша чуть улыбнулся: — Здравствуйте, я Боб Айртон, увидел объявление о вакансии медицинского клинического специалиста. Я оканчиваю третий курс колледжа, у меня много и практических, и теоретических знаний. Может быть, получится принять меня на работу? — Сожалею, малыш, но ты не успел. Мы уже нашли сотрудника, — произнесла Ракель. Юноша приуныл, а для Ричарда это был огромный шанс. Мужчина приосанился и, подойдя к Бобу, хлопнул того по плечу: — Мисс Марш, по уставу мы должны рассмотреть заявления обоих кандидатов и сделать выбору в пользу более подготовленного. Для этого они должны сдать экзамен. — Мистер Мейсон, не перечьте старшим по званию. Как я уже говорила ранее, этот вопрос давно улажен. Сворачивайте свою шарашкину контору и приступайте к прямым обязанностям детектива! — Ракель в упор смотрела на собеседника. По толпе сотрудников прошел гул. Все любили Ричарда: он оказывал другим помощь, поддерживал в трудную минуту и мог взять на себя какую-то часть чужой работы. Но вместе с тем некоторые его люто ненавидели и обсуждали за спиной. Мейсон всегда говорил правду в глаза, не подлизывался к начальству и не выгораживал, если кто-то действительно напортачил. Кроме того, детектив не замечал симпатичные глазки не менее симпатичных сотрудниц. Девушки не раз получали выговор от капитана за подобное поведение на рабочем месте, но продолжали мило улыбаться и хихикать при виде Мейсона.       Сейчас коллектив разделился на два лагеря. Те, кто поддерживал позицию Ракель, начали приветствовать Джона и кидать недобрые взгляды на детектива. Те, кто был за Ричарда, неодобрительно кивали в сторону новобранца. Еще бы пару минут и разыгралось бы настоящее сражение. Но перепалку в очередной раз прервал хлопок входной двери. — Не отделение, а проходной двор! — воскликнул кто-то. Но продолжить возмущаться ему не дали. — Пожалуйста, помогите, моему молодому человеку стало плохо! — вбежала напуганная девушка, натолкнувшись на Ричарда и Боба. Мужчины выбежали вслед за молодой особой. На асфальте, перед самой лестницей, лежал юноша лет двадцати. Грудь учащено вздымалась, а кожа стремительно белела. По лицу прошла судорога, конечности подрагивали. — У него приступ эпилепсии! — воскликнул Джон, обходя Ричарда, — Нужно положить его на бок и придержать язык, чтобы он не задохнулся.       Растолкав особо любопытных граждан, юноша склонился над пострадавшим и попытался открыть ему рот. По лицу прошла еще одна судорога, язык вывалился изо рта набок. — Это инсульт! — крикнул Боб так, что Ричард вздрогнул, — Скорее вызывайте скорую помощь. Отойди, Джон, его нужно положить на бок и слегка поднять голову. Я не слышу биения сердца, — Айртон приложил ухо к груди, — Черт, неритмичное дыхание. Нужно сделать непрямой массаж сердца.       В толпе кто-то все же задумался набрать 103*. Люди немного расступились, пару человек начали снимать происходящее на камеру. Ричард держал голову пострадавшего, пока Боб надавливал юноше на грудь и делал вдохи рот в рот. Айртон вспотел, лицо его раскраснелось, глаза лихорадочно блестели. Вдалеке, словно во сне, раздался вой приближающейся машины скорой помощи. — Чувак, давай же, давай, — силы Боба были на исходе. Через пару движений он бы остановился и не смог продолжить, но произошло чудо. Юноша, чуть ударившись плечом о колени Ричарда, глубоко вздохнул и раскрыл глаза. Зрачки были расширены. Он схватился за руки Боба и заплакал. Далее все происходило как в тумане. Взвизгнули тормоза, из машины выбежали парамедики и прикрикнули на толпу. Люди стали расходиться. Врач оттолкнул Боба и осмотрел пациента. Диагноз подтвердился. Кровоизлияние в субарахноидальное* пространство мозга. Медбратья погрузили юношу на носилки и занесли в машину. Специалист, поблагодарив Боба за своевременное содействие, обещал сообщить о состоянии пострадавшего после операционного вмешательства. Скорая помощь уехала.       Через пару минут толпа зевак окончательно рассеялась. Холодный ветер разогнал тучи, выглянуло солнце. Боб поднялся с колен и оправил рубашку. — Поздравляю, ты принят, — непринужденно сказал Ричард, — Донеси завтра необходимые документы, а после обсудим рабочий график, — мужчина развернулся и скрылся в полицейском участке. Он не заметил влажные и горящие от счастья глаза Боба.