Последствия

Хаус стоял у перил, окидывая взглядом вестибюль больницы. Гермиона катила кресло с угрюмым профессором, который уже практически поправился. Всех остальных из их группы, кто проходил лечение, выписали месяц назад. У Снейпа остались лишь незначительные раны от укуса, и он быстро шёл на поправку: яд удалось вывести из его организма. И вот теперь он возвращался домой, где бы тот ни находился. Когда они подошли к двери, Гермиона остановилась и повернулась к Хаусу. Медленная улыбка расползлась по её лицу, когда она достала смятый в комок лист бумаги и подбросила его вверх. Доктор Хаус проследил за тем, как лист развернулся, и из него взвились золотистые искры. Прямо в воздухе он стал преображаться, пока не превратился в маленькую голубую птичку, которая, затрепетав крыльями, полетела к нему. Она порхала, борясь с невидимыми воздушными потоками, пока не подлетела совсем близко, так, что смогла сесть на его вытянутый палец. Он почувствовал, как импульс магии прошёл по телу. После этого птичка взмыла под потолок, где взорвалась фейерверком золотых искр. Многие даже пригнулись. — Волшебство, — сказала Кадди, подходя к нему и наблюдая, как угасают последние искры. — Я всё ещё пытаюсь осмыслить это. Она протянула ему конверт. — Вот, мисс Грейнджер оставила его, попросив передать тебе, — он взял его и посмотрел в сторону выхода, но обнаружил, что там уже никого не было. — Ну, чего же ты ждёшь. Открывай! Он так и сделал. Внутри оказалась небольшая записка, выведенная мелким аккуратным почерком.

Уважаемый доктор Хаус!

К тому времени, как вы прочитаете эти слова, мы уже будем далеко. От всего сердца благодарю вас. Я бы хотела хоть что-то сделать для вашей ноги, но, увы, все исследования, которые я провела, показали, что уже слишком поздно. Всё, что у меня получилось, — это найти временное решение. У вас есть примерно сорок восемь часов. Используйте их с умом. До новых встреч.

мисс Гермиона Джин Грейнджер,

будущая студентка академии Арифмантики.

— Что она имеет в виду, говоря, что у тебя сорок восемь часов? — поинтересовалась Кадди. — Сорок восемь часов на что? Он закрыл глаза, равномерно распределил вес, опираясь теперь на обе ноги впервые за очень много лет. Он уже и не помнил, когда так себя чувствовал. Сделав глубокий вдох, он открыл глаза и посмотрел на Кадди. — Я возьму отгул на два дня. И вернусь раньше, чем вы успеете по мне соскучиться. Он шёл, не обращая внимание на окликавшую его Кадди. Нужно было ещё найти Уилсона, чтобы передать ему дела! Искренняя улыбка озарила его лицо, и он отправился на поиски своего друга. Время пошло!