Автостопом по шизофрении

      Раньше я мыслил как хотел, имел максимальную свободу в мышлении, сейчас я фильтрую большинство мыслей. Раньше я страдал, сейчас я достиг счастья.       Я отменяю неугодные мне мысли словами «не знаю» или «бог с ним»       Я фильтрую мысли кажущиеся ошибочными, неправильными, фильтрую мысли выводящие из баланса, равновесия, нарушающие гармонию, фильтрую демагогию, резонёрство, онанизм в мышлении, фильтрую мысли в которых не уверен, фильтрую мысли, которые могут привести к страданиям, фильтрую мысль, если с ней что-то не то, её негативность я выявляю интуитивно. Фильтрация мыслей позволяет мне не испытывать ментальных страданий. Всё это проистекло из желания не иметь страданий и не «бесить» окружающий мир, быть в гармонии с ним. Да я живу в тюрьме, но я свободен. Если пытаться оправдывать ложь — можно зациклиться, ведь оправдать ложь невозможно. Чтобы ты не написал, всё можно подвергнуть деконструкции, обесцениванию. Даже если взять определённый контекст, даже в нём есть место для дуализма. Какая бы опора не была, её всегда можно выбить из-под ног, потерять почву, «заблудиться в лесу», но находясь глубоко в темноте, можно понять, что из себя представляет свет на самом деле. Детализировать можно до бесконечности, не признавать ошибок и строить иллюзорные теории. Но чтобы ты не разрушил, всегда можно построить, что-то сложнее, что-то менее ложное, более соответствующее реальности. Сейчас я стремлюсь к тому чтобы быть умеренно свободным в мышлении.       Я всех «бесил», реальность, людей, себя, я ебал их, насиловал, я был не в ладах с реальностью и с собой и при приёме MDA, меня выебали ментально во всех позах, после этого я стал стремиться никого не «бесить».       Я пытался создать как можно более глубокое, подробное, сложное понимание чего-либо. Я как маленький ребёнок не понимающий ответственности и многие другие вещи.       Мы заперты в этом мире, нам неизвестно порождается феноменальный мир нами или же чем-то вне феноменального мира. Нам неизвестно феноменален ли мир или материален. Себя мы можем отождествлять только с нашими ощущениями.       По Гуссерлю, мы можем абстрагироваться от себя, как воспринимающего субъекта и окружающей реальности, далее мы можем абстрагироваться от воспринимающего эту конструкцию, и стать воспринимающем вне, далее мы можем отстраниться и от этого воспринимающего и так до бесконечности, так схватывается истинное «я». Если мы попытаемся проанализировать это «я», мы выйдем за его пределы и станем новым «я». Мы никогда не познаём самих себя. Но при этом мы просто существуем, это не требует анализа, мы являемся «я» в реальном времени, являемся «наличным бытием». Хотя возможно там нет наличного бытия, нет восприятия, нет пространства и времени, нет ничего, кроме самого ничто. Ничто нет, пытаясь выйти за рамки всего, за рамки «что» мы всё равно остаёмся чем-то.       Постмодерн говорит о симуляции всего искусственного, но что если всё, что есть — искренно, люди искренне потребляют, корпорации медиа масс искренне делают свою продукцию для людей. Политики действительно занимаются своим делом. Государство не взращивает рабочих для собственной пользы. Родители не воспитывают своих детей для своей же выгоды. Что если картины мира, это не расчётливый заговор с целью получения кем-то прибыли, человеком который сам купился на искусственное общепринятое, программу поведения. И что если и работа и учёба естественны. Что если всё, что происходит в мире искренне, никаких заговоров не существует, цели людей и их мотивы — не иллюзорны, а симуляция сама по себе иллюзия, как и иллюзорность мира в буддизме. Что если нет скрытых мотивов, скрытых смыслов и объяснений, того что окружает нас. Когда человек носит красивую одежду, он делает это для красоты, а не для того чтобы найти себе сексуального партнёра. И человек работает не потому, что ему кто-то это внушил, его воспитал, и даже не для денег, а потому что это естественно — это добро. «Надо» — есть сущность добра, противоположность «хочу». Что если всё не сводится к инстинктам. Что если всё искусственное, что создал человек — развитие его природы, самоценно и просто существует ради самого себя. Что если всё не навязано с какой-то целью, что это не программа поведения навязанная обществом или сводимая к инстинктам, а что-то естественное и искреннее.       Всё искусственное — часть природы, для вселенной всё естественно, все нейтрально, не истинно не ложно, ни хорошо ни плохо, она принимает всех такими, какие они есть, все равны, нет зла и добра, всё равноценно. Всё просто есть. Бомж пропивший квартиру, собирающий милостыню и не довольный жизнью, коррумпированный политик промывающий мозги населению, всё это лишь разные варианты для «беспристрастности», они имеют право на жизнь, они нейтральны.       Но после первого психоза я осознал, что и заговоры и подсмыслы, и промывка мозгов, и зло и добро, и хорошее и плохое, и нормальное, ненормальное — есть. С течением времени я оказался меж релятивизмом постмодерна и общепринятым модерна.       Можно схватывать истинную суть происходящего, но принимать это как самодостаточный вариант того что может быть. Объединение объективизации с относительностью. Плюс в ограниченной системе есть как ложность, так и истинность.       От всего негативного я перешёл к позитивному, а потом решил развивать в себе и то и другое. От солипсизма я перешёл к неореализму, а потом к умеренному субъективному идеализму, к середине. От материализма я перешёл к идеализму, а потом к нейтральному монизму, даосизму, дуализму с принятием любых дуальностей, то есть к середине. От постоянного мышления я перешёл к немыслию, к середине в этом плане я всё ещё стремлюсь. Мыслить как в словах так и образно, как механистично так и ассоциативно, мыслить умеренно. Середина между порочным кругом жизни и прямой дорогой. Раньше я насиловал мысли, сейчас я их отпускаю. Раньше я разрушал, сейчас я стараюсь по крайней мере не разрушать. Я был без принципов, сейчас я очень принципиален и тут я буду стремиться к равновесию. Я плыву по течению, стремлюсь к гармонии. Я «бесил», откладывал на потом, ебался с реальностью сейчас я гармонирую с ней. Мои родственные связи не прочны, я всё ещё стремлюсь к дружбе и человечности. В мышлении у меня много негативизма, но в общении и действиях я конформный. Я стремлюсь к середине между моим мировоззрением и его противоположностью, и так до бесконечности. Выходить из системы, квантовать эту позицию и переходить к середине меж ними. Деконструировать, а потом конструировать. Быть между равностью и неравностью. Между осцилляцией, релятивизмом и определённостью и догмами. Между нечёткостью и строгостью, ризомой и иерархией. Я стремился к максимальной непредсказуемости, сейчас я максимально предсказуем, и тут я стремлюсь к середине. Стремлюсь не впадать в крайности, к умеренной психической нагрузке, к середине между определённостью и неопределённостью, стремлюсь к умеренности во всём. Я был максимально неправильным, сейчас я стараюсь быть правильным, но и тут я стремлюсь к середине. Переход от сомнений во всём к полной наивности, от слепоты к ясности, от здоровья к безумию и к чему-то среднему меж этими состояниями. Я вывернул свои позиции наизнанку, а потом остановился на середине меж ними.       Возможно это лишь шизофреническая амбивалентность. Возможно я отклонюсь от этой системы. Но моё мировоззрение это система и любое отклонение от этой системы, выход за рамки личностей (ни кем не быть кроме того, чтобы быть никем) и выбор любой из них по своему усмотрению (быть всем), рекурсия, автореферентность, самопротиворечие и самовывод, одновременная истинность и ложность, граф-дерево из общего и конкретного. Стремление обобщить всё и выявить лишь конкретное, быть абсолютно свободным и полностью ограниченным. Быть сочетаемым несочетаемого. Всё что есть — познаваемо, если бог есть он познаваем, ничто нет, оно непознаваемо, если бог непознаваем его нет. Возможно «Вещь в себе» является частью субъективного мира человека, вещь в себе это стремление к непозноваемости, к ничто.       Если ты считаешь время, за которое ты осмыслил мысль, ты не учитываешь расчёт, этот парадокс решается, через параллельность мышления.       Я был зациклен, постоянно мыслил и обсасывал одни и те же темы. Когда я вышел из этого состояния в первом психозе, мне стало казаться, что пока я был в себе, другие части личности переговаривались, строили планы на счёт меня, использовали меня как передатчик информации во внешний мир, что я был как зацикленная пластинка на которую можно навесить смыслы, которые необходимо транслировать внешнему миру, мне казалось, что другие части личности хотели продать мой мозг и что я «бесил» их. Так же мне казалось, что люди пользовались тем, что я был в себе, зацикливали меня и управляли мной. Озалупленные индижки — зацикленные ОКРщики со сложным мышлением.       Я создавал сложные перекрёстные логические связи с референцией на центральное понятие.       Я хотел всё изучить перед тем как создавать что-то новое, но поначалу я выводил всё сам. Не любил, когда кто-то выслушав меня, ссылался на информацию из вне. И даже изучая что-то я открывал то, чего не было в тексте.       Я удовлетворял потребность, во время удовлетворения, она возникала снова и я опять её удовлетворял. Я колебался, я был зациклен.       У формы могут быть разные смыслы, у смысла могут быть разные формы. Дублируя мысли можно получать множество удовольствия от онанизма, углубляться в мысль, открывать её новые стороны, дополнительные смыслы.