Неделя ЭльзАнны 2. День 6. Истинная любовь, секс, единство

      Персиковая нежная кожа, на ощупь отборный бархат. По ней от каждого прикосновения пробегали электрические разряды. Чуть меньше второго размера, упругая, слаще мёда на вкус. Такая была грудь Анны. Горошины сосков увеличились в размере и сильно набухли. Пара больших и указательных пальцев, длинных, тонких, музыкальных коснулись сосков. Резко дёрнув их вверх, одновременно обдали жаром и морозом. Лёд и огонь разных, совершенно разных цветов пробежали кольцами от кончиков сосков до основания спелых мякотей. Королева дрожала всем телом, из уст летели стрелой крики и стоны, слёзы давно высохли на щеках и новые лились градом. Мёртвой хваткой едва ли не вырывая с корнем платиновые локоны с головы возлюбленной старшей сестры, бедная девочка ничего не могла сделать. То, что она чувствовала, было намного хуже и страшнее убийства и изнасилования вместе взятых. Голая, сексапильное тело, на рельефе которого выделялся каждый мускул. Плоский животик был весь в кубиках и настолько сексуальный, что любой мужчина, только увидев его, сразу достанет член и будет дрочить, не заметив ничего вокруг, вставит в зад другого парня и снимет напряжение, лишь бы не остановилось сердце. Ягодицы Её Величества были эталоном. Анна лежала на спине, совершенно обнажённая, её сильные, натренированные ноги барабанили спину нечто, которая в одной позе истязала сестру почти двое суток. Щёки бедняжки горели алым жаром, температура тела поднялась до сорока двух градусов, кровать промокла под ней насквозь, ибо ручейки пота редко, медленно продолжали стекать по ней вниз. Эльза набрала полные лёгкие воздухом, на минуту задержав дыхание. Далее очень медленно, плавно она выдохнула прямо в лоно сестрёнки. Морозное дыхание, пар минус пятьдесят шесть градусов мороза проник внутрь. Накрыв влагалище губами, раскалённым огненным язычком чутко облизывала стенки половых губ, обжигая их. Барабанная дробь ногами многократно усилилась, полетели несколько длинных белоснежных локона с головы. Ладони, цветом парного молока накрыли сочные мякоти, лаская их, успокаивая личное солнышко. Из этого самого солнышка вместо любовной трели лились тихие всхлипы. Бедняжку трясло, казалось она была на грани жизни и смерти. Никто не мог ей помочь. Все, кто могли услышать — не слышали. Кто мог увидеть — не видели. Одинокая гора, Ледяной дворец, до окраины Эренделла около трёх миль. Ни одной живой души в радиусе трёх миль, ни единого человека. Только снег, вековые ели у подножия, мачтовые сосны и крупная стая волков, числом примерно от ста до двухсот крупных особей с многочисленным выводком. Маршмэллоу или Зефир и тот ушёл подальше от дворца, лишь бы не нарушать сложившуюся идиллию. Что до самого дворца, его проглотила ревущая вьюга. Над шпилем вторые сутки висело неподвижно чёрное облако неизвестного происхождения а вокруг бурана прямо на снегу высокое кольцо розового, синего, зелёного, голубого, жёлтого, красного и фиолетового пламени горело. Казалось все бесы вырвались из преисподней и устроили развратную языческую оргию. Все стоны, крики, мольбы несчастной Чёрной Пелены тонули, растворялись в жутком хаосе. Белоснежные передние зубки укусили клитор и потянули на себя до предела. Сил не было кричать, в лёгких давно иссяк воздух. Спина раз сотый образовала неестественную дугу, чужие ладони не пускали сексуальную грудь, обдавая её морозом и огнём. Как мощные разряды тока пробегали по телу, мурашки пробегали по персиковой нежной коже.       — Эльза, я так больше не могу. Пожалуйста, пожалуйста, остановись сестрёнка. Прости меня… — сквозь слёзы, еле-еле слышно умоляла Анна сестру остановиться, так как сил почти не осталось в ней.       Ответом стали новая порция морозного дыхания в лоно и пощипывание королевской шёлковой груди. Хранитель и не думала останавливаться и прерывать секс на самом его этапе. Это было только начало. Ведь упрямая Королева сама неделю терроризировала старшую Крон-Принцессу, дескать пропадает годами в Зачарованном лесу, водит общение с духами, возможно крутит роман с несколькими девками из племени Нортулдра. Если бы они были на месте Анны и занимались с Хранителем сексом вот таким вот образом, исход заранее был предсказуем: во-первых они бы не прожили и дня, причины смерти шоковое состояние, остановка сердца, нехватка воздуха, перенапряжение, удовольствие и оргазмы без перерыва. Плюс различные чудеса, магия и мистические штуковины. Да чего там, любая смертная очень пошлая и сексапильная девушка умерла бы давно во время секса с Эльзой. Ходили даже слухи о смерти Ханимарен и нескольких слишком юных девочек после контакта с Белым Ведением. Правда это или чистой воды вымысел, никто точно не знал. Эльза и не думала останавливаться, она специально замедляла темп. Это было как экзотическая казнь, когда преступник варился в котле, но процесс был слишком медленным, затянутым. Палач точно знал секретный рецепт и несчастный оставался жив. Весь смысл пытки заключался в том, чтобы человек не умер и продолжал жить после этого. Мастер такого дела ценился и стоил дороже любого палача. Сей метод давно был распространён в Японии, Китае, Малайзии, Индии. Четыре страны, в которых проживало девяносто процентов всего человечества, просвящённые и развитые, заменили привычные тюрьму и казнь на дикую, варварскую, бесчеловечную, звериную, адскую пытку. Даже у многих инквизиторов Европы волосы встанут дыбом. Вроде казнь и не казнь, пытка а человек после неё продолжает жить. Ещё диковинкой была религия, в которой имелись около двух миллионов богов любви, мудрости, плодородия, гармонии. С любовью целуя священное местечко Анны, старшая сестра оторвалась от процесса и подняла голову. Её взгляд синих очей, бодрых встретился с полным ужаса бирюзовым взглядом самого дорогого на свете существа.       — Я тебе раз, три, шесть, дюжину. Я тебе миллион раз говорила, чтобы ты не была настырной, капризной, упрямой, гордой, эгоистичной. Ты вместо послушать и подождать настойчиво гнула собственную линию. Ни на минуту не отпускала мой руки, везде ходила за мной, как хвостик. Ты рвалась к победе, хотела, раскалилась желанием похоти, теперь вкушай сочные, спелые плоды доброго древа, которое взростила с заботой, лаской, нежностью… — очередная порция морозно-огненного дыхания опалила лобок, на котором не было ни единого волоска, как и на всём теле Анны.       Клитор встал, затвердел и растаял моментально. Густые медные волосы провоняли потом и от них веял тихий ужас. Запрокинув голову, закатив вверх бирюзовы очи, прикрыв веки, младшая Разенграффе всхлипнула. На щеках две засохшие дорожки, по которым плавно сбежали две одинокие слезинки. Чистые, кристальные две слезы, возможно последние. Эльза правильно делала и получала сказочное удовольствие от секса с родной сестрой и женой по совместительству. Анна хотела её, пусть теперь наслаждается вдоволь. Никого не любила Хранитель так сильно в целом мире, как её.