Темная сторона Неба

- Мы могли бы и пешком до дома дойти. Тут же недалеко, Реборн. – сонно ворчала Тсунаеши, садясь в лимузин, любезно предоставленный Дино. Киллер, тем не менее, находился в размышлениях, а может, попросту не хотел разговаривать с подопечной. Да и та не особо настаивала – примостившись рядом с Гокудерой, девушка мигом провалилась в сон, который поначалу показался безмятежным и радужным. Ей снились моменты из детства, ранние моменты, когда отец еще более-менее себя прилично вел с женой и дочерью, когда алкоголь и работа не стали главными целями в его жизни. Когда машина подъехала к дому, шатенка крепко спала, а её голова покоилась на плече «Правой руки». Тот и не возражал, с довольным лицом давая знать остальным, что Десятая настолько доверяет ему, что может спать, зная, что он, Хаято, защитит её. Такеши посмеивался над другом, и подрывник в долгу не оставался, кидаясь колкостями в сторону бейсболиста. Дино поглядывал на юношей и удивлялся тому, как же они ладят с Тсуной. А Реборн продолжал молчать – он не хотел рассказывать другим, что беспокоит его больше всего. Кроме того, решил он, утро вечера мудренее, и друг, у которого малыш попросил помощи, обещал прийти. Еще репетитора обрадовало, что Тсунаеши спит – это означало, что Йемитсу сегодня она не увидит. Бьянки обещалась напоить отца Десятой так, чтобы тот к приезду дочери сам находился в царстве сновидений. А на итальянку в таком деле можно было положиться. Таким образом, когда машина подъехала к дому Савады, Реборн заметил, что уже поздно и предложил Гокудере и Ямамото остаться, добавив также, что есть кое-что, что он хотел бы рассказать им. Те согласились, интуитивно чувствуя, что репетитор не собирается болтать ерунду. Сны Тсуны были приятными, она видела улыбающееся лицо отца, когда он дарил ей подарки на праздники, как искренне радовалась Нана привезенным ей украшениям. А потом все оборвалось – перед глазами пролетали моменты, когда отец напивался в стельку, и как начиналась эпопея, связанная с избиениями. Как плакала Нана первое время, а потом что-то внутри неё словно щелкнуло, и женщина просто стала закрывать на все глаза и начала смотреть на мир сквозь «розовые очки». Почему она так себя вела, Тсунаеши не знала, а когда задала вопрос напрямую, женщина удивленно взглянула на дочь и посмеялась, называя её вопрос глупым. А потом перед глазами встали образы отца, Мукуро и того брюнета, что снился Десятой какое-то время. Трое смеялись над девушкой, с каждой минутой возвышаясь все больше, в то время как сама шатенка, казалось, становилась миниатюрнее. Мужчины смеялись над ней, напоминая, что она никчемная девчонка, и она повторит судьбу Восьмой, и еще много «комплиментов». Её оправдания они не слышали. Возможно, она слишком тихо говорила, ведь она постепенно стала совсем крошечной. Брюнет первым перестал над ней смеяться, внимательно её разглядывая. Девушке уже подумалось, что хоть кто-то слышит её зов помощи. Но потом брюнет выставил пистолеты и выстрелил девушке прямо в голову. Тсунаеши резко распахнула глаза, которые тут же заметались по всей комнате. Первые секунды она не понимала, где находится, но потом вспомнила, что вчерашний день был богат на события. Девушка припомнила, как ей что-то вкололи по просьбе учителя, и после этого ей стало очень хорошо и спокойно. Должно быть, решила девушка, после этого она уснула. Поначалу Тсуна решила, что Реборн сделал это назло, но потом она прокрутила вчерашний день от начала до конца и поняла, что тот пытался оградить её от отца. Надо будет поблагодарить его, решила Десятая. Поток мыслей шатенки был прерван громким храпом. Изогнув бровь, девушка повернулась набок и посмотрела на пол. На нем, распластавшись, спал Хаято, и именно он был источником шума во всей комнате. Чуть поодаль спал Такеши. Во сне он улыбался, казалось, ему снился очень приятный сон. Тсуна вздохнула – пусть хотя бы кому-нибудь снились прекрасные сны. Реборна не было в комнате, он встал раньше, дабы поприветствовать Колонелло, прибывшему на помощь другу. Малыши решили встретиться снаружи, чтобы в доме их не слышал никто. Блондин сообщил, что сам не получалось известий от Девятого, но списал все на занятость и забывчивость старика. - Ты нашел, о чем я просил тебя? – коротко спросил репетитор, глядя на друга. Тот кивнул и достал из кармана папку, протягивая другу. – Ты знаешь, что мне будет за это? - А ты никому не говори. – убирая папку в карман, ответил Реборн. – Скоро прибудет твой ученик, его зовут Реохей, и… - Послушай, если дело будет серьезным? Что, если все зайдет слишком далеко? – с тревогой в голосе спросил блондин. Обычно он сохранял спокойствие, но сам факт того, что ему пришлось выкрасть именно эту папку, наталкивало его на тревожные мысли. - Надеюсь, мы справимся. Пока что все под контролем. А теперь иди, не хочу, чтобы твой ученик ждал. – с толикой раздражения ответил Реборн. Он не любил, когда задавали слишком много вопросов. - Удачи. – с этими словами Колонелло покинул друга-аркобалено и направился выполнять свою миссию. Но мыслями он все еще находился совсем в другом месте. - Я смотрю, не я один являюсь жаворонком в этом доме. – услышал Реборн, когда зашел в дом и прошел на кухню. Его поприветствовал высокий светловолосый мужчина с изрядной щетиной. На нем была очень грязная майка и шорты. Это он, подумал Реборн, Савада Йемитсу, отец Тсунаеши. Мужчина выглядел уставшим, под глазами были синяки, а в руках он держал бутылку саке, хотя от него за милю разило перегаром. – Я слышал, что ты тренируешь мою дочь. - Да. – коротко ответил аркобалено, собираясь покинуть комнату. Ему хотелось поскорее подготовить Тсуну к встрече с отцом, а для этого было необходимо разбудить её Хранителей. - Тогда позволь выразить свое сожаление. – удивительно трезвым голосом заметил Йемитсу, глотнув саке. Утерев рот рукой, он вновь глянул на аркобалено. – Моя дочь неспособна стать боссом, думаю, ты сам в этом убедился. Я понял это сразу с её рождения. От неё будут одни проблемы, так что советую отказаться от неё как от претендента. - Я приму к сведению твой совет, но меня назначил на этот пост Девятый. – сдержанно ответил Реборн. Он ощущал, как атмосфера становилась напряженнее по мере того, как отец Тсуны делал глоток за глотком. – Так что это не мне и не тебе решать, что делать дальше. Йемитсу с громким стуком поставил бутылку на стол и громко рыгнул. Надо же, какая-то малявка смеет с ним спорить. Не будь он известным киллером, Савада прикончил бы его одной левой, или правой, зависит от настроения. Мужчину начинало шатать – сказывалось чудесное воздействие алкоголя. Поняв, что сейчас с ним бессмысленно вести беседу, Реборн поднялся наверх. Тсуна с интересом рассматривала кольцо, лежавшее до этого на тумбочке около её кровати, когда репетитор зашел в комнату. Ловко проскочив между спящими парнями, аркобалено запрыгнул на кровать девушки, спросив об её самочувствии. Та удивленно вылупилась на учителя, не веря, что его может интересовать это, но тут же пришла в себя и сказала, что сейчас ей намного лучше, хотя пластырь на носу заставляет её чувствовать себя клоуном. - Мне нужно кое-что тебе рассказать о том, что произошло вчера. – вздохнув, начал Реборн. Он рассчитывал, что подопечная начнет возмущаться, но она молча кивнула, все еще держа в руках кольца. – Тот человек, который напал на тебя и Базиля, известен как Суперби Скуало. Он член независимого отряда Вария, и их лидер тоже считается претендентом на пост Десятого босса. - То есть ты хочешь сказать, что мне придется надрать задницу еще и этим парням? – девушка изогнула бровь, глядя на репетитора. – Я не против. Я сделаю все, что угодно, лишь бы всякий мусор не мешал мне править Вонголой. Кстати говоря, - девушка потрясла кольцом перед репетитором. – Что это за херня? Я же говорила, что мне не нужны такие побрякушки. - Это не просто побрякушка, это кольцо, которое носит босс и его Хранители. – аркобалено обвел взглядом друзей девушки. Итого получается семь колец для семи человек. – Тсунаеши внимательно осмотрела кольцо. – Та шкатулка, которую Скуало у вас забрал, содержала фальшивые кольца, так что у нас есть время перед тем, как Вария поймет, что их надули. Я разъяснил моменты некоторым твоим Хранителям, так что им придется искать себе репетиторов. Мы начнем тренировку с завтрашнего дня. А пока что разбуди Хранителей и идите завтракать. – с этими словами Реборн спрыгнул с кровати и вышел из комнаты Тсуны. Выйдя из комнаты, малыш спустился вниз, удостоверившись, что Йемитсу ушел. Мужчина теперь был на улице, точнее, он лежал в гамаке и глядел на небо. Нана уже вовсю копошилась на кухне, и киллер сказал ей, что Тсуна и её друзья вот-вот встанут. Женщина улыбнулась и, напевая песенку, принялась готовить. Сказать, что слова Реборна оказали на Тсунаеши воздействие, значит ничего не сказать. Девушка тут же задумалась, кто мог бы быть Хранителем. Конечно, Гокудера и Ямамото были в её списке, ведь каждый представлял определенную полезность для девушки. Савада подумала, что Хибари идеально бы подошел, поскольку одним своим видом устрашал бы врагов. А еще он бы хорошо выбивал долги, усмехнулась Тсуна. Задним числом она подумала, что и Мукуро бы подошел – как-никак, во время их битвы он показал себя с лучшей стороны. Из него был бы незаменимый манипулятор. Уж кого-кого, а Ламбо и Реохея Десятая не хотела видеть около себя – один еще ребенок, которому нужно везде подтирать сопли, что очень раздражало, а другой ничего не умеет, кроме как глотку драть. Ненавижу детей, подумала Тсунаеши вставая с кровати и проходя в ванную комнату. Не спеша раздевшись и зайдя под душ, девушка подставила себя под теплые струи воды и закрыла глаза. Ей снова вспомнился сон, где она умирает от выстрела в голову. Отца и Мукуро она помнила отлично, но третий мужчина казался довольно странным и неприятным. На нем была белоснежная рубашка, а такие элементы одежды, как галстук, пиджак и брюки – черного. С левой стороны, где сердце, была какая-то нашивка. А на неё виднелась надпись. Шатенка резко раскрыла глаза, удивленно глядя перед собой. Если её интуиция не обманывает её, этот мужчина как-то связан с тем, что происходит сейчас. Вполне вероятно, что он член Варии, так страстно желающей разобраться с ней. Выключив воду и обернувшись полотенцем, девушка подошла к запотевшему зеркалу. Протерев его, Савада взглянула на себя. На неё глядела девушка с бледной кожей, местами виднелись синяки и порезы, а на носу был пластырь, скрывавший порез на носу. Интересно, подумалось Тсунаеши, останется ли шрам. Девушка, глядевшая на Саваду, не улыбалась и не грустила. Её лицо не выражало никаких эмоций, кроме, разве что, безразличия. Вздохнув, Десятая потянулась за расческой, с трудом начав расчесывать свои непослушные локоны, которые она называла ласково «грива». Когда шатенка спустилась завтракать, внизу были только Хранители, Нана и Реборн. На вопрос, где же остальные, Нана призадумалась, вспоминая, а потом дала отчет, что Дино ушел ни свет ни заря, Бьянки с детьми ушла по магазинам, а отец… Тут сердце девушки защемило. За мыслями о предстоящем конфликте колец она совершенно забыла о Йемитсу. И Десятая мысленно молилась, чтобы тот был подальше от неё, хотя прекрасно понимала, а точнее, интуиция тревожно заныла, уверяя её в обратном. Савада Йемитсу, казалось, только и ждал момента, когда о нем упомянут, поскольку, когда Нана начала вспоминать, куда ушел отец, тот открыл дверь, ведущую на террасу, и зашел в дом нетрезвой походкой. Бутылку, которую он откупорил при разговоре с Реборном, мужчина успешно осушил и теперь алкоголь завладел его разумом. Но мужчина искал только одного человека, на ком мог бы отыграться. И этот человек оказался в поле его зрения. - Тсуна, дочка. – Йемитсу расплылся в улыбке, а сама девушка побледнела еще больше. Она словно впала в ступор, и это заметили все. Реборн подал сигнал, и Хаято с Такеши встали перед Десятой, как бы защищая её от отца. – Посмотри-ка, как ты выросла! Дай папочка обнимет тебя, так обнимет, что сломает твои кости. А потом папочка возьмет твою шейку в свои руки и свернет её. – его пьяный взгляд заметался между Хранителями. После этого мужчина сделал шаг вперед, вызывая таким действием большее напряжение в комнате. Его голос изменился с сюсюкающего на грозный. – Я погляжу, у тебя друзья, маленькая шлюха. Я всегда знал это, я как в воду глядел. Поэтому я и давал тебе уроки, но, похоже, папочка недостаточно сильно бил тебя, раз твои мозги перетекли из головы в твою вагину, и ты раздвинула ноги перед каким-то сушистом и ублюдком семьи Гокудера. Шлюха! – закричал он, бросаясь вперед. Удивительно, как гнев помог алкоголю в его мозгу рассосаться и добавить агрессии. Сейчас, подал Реборн второй сигнал, и в дом залетели охранники семьи Дино, ухватившие Йемитсу, так что тот не мог добраться до дочери. Мужчина брызгал слюной и сыпал проклятиями, не сводя взгляда со своей упущенной жертвы. «Похоже, на этот раз обошлось» - пронеслось в голове киллера.