Случайность и не более...

      Мне скоро три, а живот матери в двое больше обычного и она почти не ходит, ничего не ест. Не только я вполне разумно опасался, выдержит ли она роды? И отца, как назло - нет рядом! Хашираме уже четыре и он, теперь самостоятельно бегал по клану. Вечером его возвращали слуги, что выходили из дома на его поиски - я же не спешил покидать клан и играть с другими детьми моего возраста, это слишком скучно. Тем временем изо дня в день приближалось время моих опасений - не окажется ли у матери двойня? Я чаще старался навещать ее, хотя сказать было нечего - женщина, ставшая мне тут родительницей осунулась. Матушка выглядела изнеможденной и худела, да слабела на глазах. Я впервые вживую видел выражение слов - таяла, как свеча и выглядело это не так же красиво, как на экранах фильмов. Наоборот, очень пугало - выживет ли?       В душе, впервые с моего перерождения зародился страх - останусь один. Не так пугала смерть, как боль и не так пугала жизнь, как одиночество в ней. Близкие могут умереть, не метафорически - реально и смериь близко, гораздо ближе былого. В прошлом мире не было смертей, были несчастные случаи и убийства, тут не было жизни - смерть, чьей рукой бы тебя ни настигла. Рано или поздно, но в этом мире она следует за каждым. Рука об руку и повсюду, отчего добрые руки с людьми их протягивающими - черствеют. Пока руки болели - я радовался, что отца нет рядом. Однако, текли месяцы. Мать навещал только я и она слабо улыбалась, а я старался не говорить очевидного - смерть рядом, она всегда неподалеку.       Было обидно, что я один такой - все мы живем в этом мире, но что меня окружают трусы!? Не сразу, да - до меня дошло, что отец не просто бегает по делам. Он избегает матери, что не может двигаться - лежит и медленно чахнет, умирая! Братья, бегают хвостиком за Хаширамой и играют, не задумываясь о плохом или старательно выбивая из головы эти мысли. Служанки советуют им не подходить к нашей матери, чтобы лишний раз не беспокоить ее. Я же, наоборот - ходил к ней под осуждающими взглядами каждый день, чтобы проведать. Нет ничего хуже, чем лежать в этом склепе одной - будучи похороненой заживо!       И я отодвигал занавески, открывал окно - укрывал маму одеялом, кормил кашей. Конечно, вокруг всегда была парочка слуг - только тошно от них с их лицемерной заботой, когда близкие далеко. Однажды, ока-сан расплакалась. Призналась, что боиться не родить. Ее страшила не собственная смерть, а предстоящие роды и дети, которые не появятся на свет! Я положил руку ей на живот, поглаживая и меня толкнули, что вызвало слабую улыбку. На глаза набегали слезы. Все предпочитали не видеть ее, нашу маму - запомнить ее былой, а не такой. Жизнерадостная девушка, которую не тронули невзгоды или измученная беременностью и ослабшая женщина? Я считал это неправильным, прощаться заранее - хочу, чтобы она знала о моей любви до конца и не важно, как она выглядит.       Я был очень благодарен этой женщине, что родила меня. Заменила мне мать и была ею, искренне. Не сравнима с прошлой, потому что другая. Можно ли любить только одного ребенка или заменить вторым, первого? Я тоже любил обоих матерей - одинаково, но по своему. Они были разными. Из разным миров, с разным менталитетом. Слуги уже не шептались, выживет ли ока-сан. Их больше интересовало, выживут ли теперь и детки? Я целыми днями сидел с ней и разговаривал о всяком, не зная - раздражаю ли ее, мешаю или радую? Я спрашивал о ее прошлом, забавных и горьких случаях, хотел узнать и понять ее лучше, рассказывал о себе в этом мире. Удивлял и радовал ее, что помню все с первого момента - плевать, странно ли это. А еще, говорил - люблю ее, что не принято тут говорить в слух. Чувства под запретом? Мертвым нет дела до запретов живых, не так ли?!       Я рассказывал ей о своем прогрессе все без утайки и спрашивал о местных традициях, ее жизни и своем будущем. Я отвлекал ее и иногда она действительно отвлекалась, но было видно - это выматывало ее все больше, а время сгорало. Я пел ей, потому что ей нравилось прикрыв глаза слушать мой голос и слова, что я складывал в суть. Потому, я переводил и пел, а еще мы все-таки поговорили с ней о грани. Там странно, нет чувств и только воспоминания о них, наверно из-за душ. Души уходят на круг прерождения без памяти. Память же ждет родственников, дабы попрощаться с ними в мешке шинигами - там отдельное пространство. Жди меня, чтобы мы могли встретиться еще раз - это будет долго, мама.       Мои песни? Да, наверно из-за грани. Я не помню прошлого, как и многие до меня, но я помню грань - я стоял на ней и слушал голоса, которых не слышал. Сейчас, кажется я многое знаю просто оттуда - это же не совсем ложь?

Милый друг, есть одна... Волшебная страна. Ты лишь глаза закрой, И встретишь там - меня... Как птиц в небесной синеве, Приносит ветер нас к мечте! Но знаю, точно - знаю я, Ты мир создал лишь для меня... Так тяжело, жить без веры в душе! Любовь твоя сильна, И я любви верна... Так не сдавайся! Беда пройдёт... Покой дарует, боль уйдёт. День будет светел... Спокойной ночи! Сладки спи... Качаясь на руках любви... Моей любви. Нашла я путь - жизнь для любви. Ты научил, ведь - правда, ты! Услышь простую песнь мою, Её тебе пою... Бла-го-да-рю, я тебя - за любовь! И я отправляюсь за мечтой, В надежде встретиться с тобой. Так не сдавайся! Беда пройдёт... Покой дарует, боль уйдёт. День будет светел...Спокойной ночи! Сладки спи-и! Качаясь на руках любви... Моей любви.

      Из-за особенностей местного языка, перевод песен никогда не вызывал у меня сложности. Странное окончание - "а", было моей фишкой и воспринималось окружением только так, а в остальном - неодушевленное, им же и осталось, а живое - "он", вот и все. Единственное, что пел я - так себе, на любителя. Впрочем, тут иначе и не было, а матушке нравилось. Песни, стихи - истории, точней я вспомнил песнь о соколе*. В прошлом, литература и музыка были моими любимыми предметами. Если мне что-то нравится, я запоминала это - будучи девушкой в прошлом мире, едва ли не наизусть и с первого раза. Впрочем, как говорил один умник - я забыл тем больше, чем больше я помню!       Столько разговоров и горькое признание, что она не хочет умирать. Такое же признание от меня, что я не хочу ее смерти и очень люблю, даже после буду любить! Ее смерть, не изменит же очевидного - она моя мама. Я пообещал ей пнуть Хашираму и мелких, а еще откопать отца. Лежал рядом, обмнимая ее и заливался слезами, понимая - это ничего не исправит, а она гладила меня по волосам. Мама, мама, мама...       Ее глаза загорелись, когда она заговорила о детях. Это, похоже была больная для нее тема. Она не хотела видеть отца и братьев, но просила приходить меня. Вот так, когда я пришел в очередной раз - она и сказала, что больше не боится умирать. Слышать это было больно, хотелось не только молча плакать и выдавливать улыбки, а упасть на колени - просить, умолять и молиться, чтобы это все просто оказалось сном. Дурным кошмаром, а не реальностью! Ей же даже нет двадцати - девятнадцать лет, я умерла будучи старше. Знаю, что в этом нет ничего такого - это просто расставание, но почему же так больно?       Так, матушка заговорила со мной о детях, что еще не родились - она бы их очень хотела и просила присматривать за ними, если те все-таки родятся. Больше всего на свете, ее беспокоило именно это - эти дети, могут даже не родиться! Все верно, ведь в таком состоянии еще вопрос - начнутся ли у матери схватки? Скорее всего, нет. Дети, однако - толкаются, значит живы. И эта жертва будет напрасной.       Не знаю, двое ли их там или все-таки один, а может одна? Мама всегда мечтала о девочке и я бы тоже хотел сестренку. Не знаю, как я буду относиться к ребенку после ее смерти? Я и своих-то братьев не очень любил - дети, это маленькие чудовища! Убежден в этом с прошлого мира и здесь, лишь заранее минимизировал ущерб - столкнул лбами старшего и младших, минус на минус. Впрочем, мне ранее казалось - я и к матери не очень привязался, не любил просто.       Однако, иначе оказалось. Реальность часто снимает с нас розовые очки и бьет под дых, сколько упущено! И я не знаю, выживет ли мой очередной отото или имото. Впрочем, был один вариант - только делиться им с матерью, я категорически не хотел. Зачем зря травить душу? Ребенок выживет, значит выживет - нет, значит не судьба! Правильно ли это - божья воля или человеческая дурость? И все-таки, лучше раз сделать и пожалеть, чем всю жизнь сожалеть о несделанном. В итоге, я таки рассказал матери о способе извлечь ребенка через живот - напомнил, чтоб меня!       Тут такого не практиковали, разве что в случаях исключительных. Если смерть уже предопределена и для матери, и для дитя - только тогда и рискуют разрезанием живота, зачастую в ожиданиях лучшего теряя обоих пациентов. Грубо говоря, как я и полагал, нужен особый лекарь. У нас в клане таких не было. Медицинской чакрой поддерживать чакросистему, что продлевает жизнь даже в смертельных случаях ради важного доклада? Можно. Стянуть раны на отрубленных конечностях? Запросто! Помочь с родами? Нифига, потому что нужна практика и лекаря не рискуют зазря жизнями, осознавая угрозу!       Мать даже не подумала бы об озвученном мною способе, если бы я не заикнулся. Пожалел о сделанном я уже спустя пол часа - матушка через доверенную служанку, вызвала старую знакомую. Старшая сестра, ныне почившей подруги моей матери - оказалась лекаркой и именно ее, матушка попросила об одолжении. На самом деле, девушка шла на огромный риск. Тут такие нравы, что лекаря долго не живут. Их не выпускают в поле, нет - просто не всех можно спасти и за это достается врачам, будь проклят местный ментелитет! Тут же ситуация, что чем бы не обернулась этой женщине наша авантюра - высока вероятность летального исхода, причем в первую очередь для лекаря. Умри мать или один из детей, а вдруг - оба сразу и никого не удастся спасти, вся ответственность ляжет на кого?       Грубо говоря, я был удивлен согласию. Тем более, узнав - анастезии у местных не было от слова совсем! Резать живот, только на живую. Тут могут только отключить, причем в любой миг ты можешь очнуться от боли или умереть, а это даже на сразу поймут без операционной техники. Я тоже хорош, ничерта не узнав - предложил подобное безумие, впору за голову хвататься! Однако, мама загорелась. Кажется, я впервые видел ее такой и потому, стучал зубами молча. Ну, думал я так - не придирайтесь! Итак, как повысить шансы на выживание? Что вообще нужно для моей безумной идеи - по пунктам, задумываюсь я.       Первое, избавиться от остальных слуг. Второе, много тряпок. Утюжить тут никто не будет ввиду отсутствия утюга, но над кипятковым паром подержать тряпки - могут. Мама совместила первое со вторым, огласив - пусть заранее готовятся к ее родам и она хочет, чтобы тряпки были пропаренные. Так, третьим пунктом - теплая вода, желательно кипяченая и в идеале прошедшая фильтры. К примеру, активированный уголь - помню, мы даже проект в школе делали. Фильтр из активированного угля, своими руками!       Далее я задумался о капельнице и тут же вспомнил, что попал не в тот век. Капельниц нет и сделать, не представляется возможным! Нет пластмассовых трубок. Можно, конечно при желании заменить их сразу железной иглой. Шприц, но подлинней и из руки в руку, однако я не знал способов упростить анализы на совместимость. Высока вероятность отторжения, даже у родственников! Набрать же заранее, не в чем хранить и поздно. И нигде! Так же, нет пакета-капельницы, что хранит внутри только кровь - без воздуха, а значит идея пропащая. Нет, при желании можно было бы запечатать кровь в продуктовом свитке, наверно - только это все из разряда еще большей авантюры, а времени нет. И кровь тогда, лучше бы принадлежала маме - просто была набрана заранее. Увы, поздняк метаться в этом направлении.       Еще хуже, что оказалось - местные совсем не практиковали анестезию! В смысле - погрузить в сон могли, а обезболить нет. Нам же нужен был именно второй вариант, первый - верная смерть для ока-сан. При том, сколько не вспоминал из всего арсенала обезболивающего - я знал только лидокаин, он используется у зубных. Причем, даже его - понятия не имею, из чего готовят! Или он чисто химическая пакость? В любом случае, фиг достанешь! Аспирин тут тем более не поможет, да и его нету, ношпы тоже. Больше нифига, кроме названия нурафена и ему подобных лекарств, не знаю - бесполезное по своей сути знание. Из такого, чтобы в древности - мой мозг вспомнил только маковое молоко из несозревших семян, но и то, неточная информация без рецепта...