Тренировка

      Мягкий голос солистки ненавязчиво доносился до слуха, гармонируя со звучанием инструментов музыкальной группы, которая в этот знаменательный вечер сопровождала церемонию награждения.       Церемонию награждения, наконец выстраданной с любовью и мучениями первой книги Люси Хартфилии.       Вокруг несколько десятков людей, не считая друзей из гильдии пришедших ее поддержать, облаченных в официальные костюмы мужчин и нарядно разодетых девушек. От количества блесток и обилия пестрых красок к концу вечера начало рябить в глазах.       А может всему виной была Кана, подсунувшая так невовремя бутылку красного вина. Не сказать, что выпивать алкоголь с горла ей было впервой, но для светского выхода в свет это, пожалуй, оказалось чересчур. Особенно, если подмечать взгляды гостей и организаторов, направленных на банду хвостатых, громко горланивших на всю округу, чьи лица стали вконец озадачены, заметив поведение виновницы торжества.       Однако, сейчас Люси их мнение интересовало в последнюю очередь.       Волшебство вечера под открытым небом резко пропало, заменившись на жгучее разочарование и тихую жалость к самой себе. Скосив глаза в сторону счастливых пар согильдийцев, которые, переполняемые яркими эмоциями от осознания взаимности их чувств, не замечали того, как явно выставляли свое счастье напоказ, ей оставалось только томно вздыхать и стараться вернуть на лицо улыбку.       Несомненно, Люси была счастлива за друзей, но в тоже время это напоминало ей о том насколько Нацу был слеп в намеках, которыми его буквально засыпал Гажил в последнее время.       Казалось, возьми Гажил табличку с надписью: «Люси втюрилась в Нацу» — тот все равно не заметит или же не захочет понять смысл. И заклинательница даже не знала какой из вариантов хуже.       Поэтому, когда напряжение стало переваливать отметку допустимого, а настроение почти превратилось в ужасное, появление Каны стало скорее спасением. Та, как никогда отказалась от излюбленных узких джинс и облачилась в коктейльное черное платье, выглядя при этом как роковая красотка. Хитрый взгляд темных глаз прожигал насквозь —       Гадалке и не нужно было что-то объяснять, она видела и знала куда больше, чем возможно сама Люси.       Кана лишь бережно приобняла ее, закинув руку на плечи и прислонившись лбом ей в висок, а затем завела непринужденную беседу, старательно обходя все острые темы и подталкивая сделать новый глоток с бутылки.       За это ей можно отдать отдельную благодарность.       Время приема близилось к концу. Туфли на высоком каблуке ужасно жали и явно натерли ступни до крови. Желание разуться прямо посреди банкета возникало все чаще, а в голове становилось все мутнее.       Яркие краски уже не казались такими резкими, а скорее плавными, размазанными словно акварель по альбомному листу.       Безумно хотелось смеяться, что Хартфилия, собственно, и сделала, когда чьи-то руки оторвали ее от земли и все вокруг окончательно смазалось и закружилось.       Сознание слабо зафиксировало как те же руки, такие родные и теплые снимали с нее платье, явно что-то разорвав по незнанию, судя по несчастному страдальческому голосу, доносящемуся откуда-то сверху. Хотелось обнять его обладателя, прижать к груди и никогда не отпускать.       Ведь с ним так спокойно, уютно и хорошо, словно так и должно было быть изначально, но никак не по раздельности.       И только ехидные смешки, долетающие до ушей Хартфилии портили столь замечательную фантазию.       Отцепляя в бесконечный раз, — Нацу попросту сбился со счету, — тонкие пальцы Люси от своих волос, он слегка поморщился от боли и оставил ее ладони в захвате одной руки. Может хоть это ненадолго успокоит безумный настрой его перепившей напарницы.       — Давай просто пойдем к себе, Нацу-уу. — проныл Хэппи. — Люси такая страшная, когда пьяная. А если она нас на ужин зажарит? — схватился за голову пушистыми лапами иксид.       — А если она поранится без нас? — ответил протестующе Нацу.       Люси зашевелилась и не поднимая век подползла поближе к нему, потираясь щекой об его руки, при этом пытаясь подражать мурчанию кошки.       Нацу скептически выгнул бровь, следя за изворотами блондинки, а затем обратил внимание на тонкие пальцы, царапающие его запястье. Склонив голову на бок и сощурившись, он будто впервые заметив, сосредоточенно изучал небольшие относительно его рук ладошки.       — Такие маленькие, — пробубнил себе под нос Нацу, словно стараясь запомнить. — и хрупкие.       Занятый своим открытием, он не сразу обратил внимание на смену настроения заклинательницы. Подняв голову, он увидел, как из открытых шоколадных глаз текут слезы и замер в непонимании, что ему делать, отпуская руки от неожиданности.       — Эй, ты! — грозно сказала Люси.       — Я? — синхронно спросили Нацу и Хэппи.       — Вот ты, да ты! — она вытянула ногу и легонько пнула Нацу в бедро. — Слушай меня! Нет, слушайте оба. — вытерев слезы она резко села на кровати, отчего рукав широкой майки съехал вниз, оголяя плечо, но был тут же возвращен на место рукой Нацу. — Мне нравится один парень, понимаете? Но он такой идиот — ни черта не смыслит в любви… так плохо, ну почему он такой тупица…, да он не обратит на меня внимание даже если я рядом голой станцую! — воскликнула на эмоциях Люси, с силой дергая майку, изображая моментальное раздевание Грея.       Нацу, все сильнее настораживающийся с каждым словом Хартфилии словно перед грозящей опасностью, на сей раз поправил ее майку на чистом автоматизме.       — Знаешь, — начала Люси, теперь обращаясь исключительно к Нацу. — у него такие мягкие волосы, мне так нравится их трогать, и цвет такой красивый, как… цветущая сакура. — договорив, она мечтательно улыбнулась, смотря куда-то в потолок.       — Нацу-у, это же то, о чем я думаю? — в шоке спросил Хэппи, не переставая смотреть на Люси.       — И что ты подумал? — тупо ответил вопросом на вопрос Нацу, с трудом разомкнув рот.       — П-фф, сладкая парочка! — довольно зафыркал иксид, зажимая ехидный смех лапами.       Нацу вздрогнул от неожиданности, когда Люси, воспользовавшись его потерянной бдительностью, подкралась ближе и обхватила его голову, сжимая щеки в руках.       — Завтра я обязательно разыщу его и все выскажу. Все-все-все, а затем сделаю так…       Когда Люси решительно впилась поцелуем в его губы, Нацу не сразу сообразил, что происходит. Лишь услышав коварный смех Хэппи где-то за спиной и хлопанье крыльев, совсем скоро отдалившихся в неизвестном направлении, он широко распахнул глаза, наконец почувствовав, как нежно и порывисто Люси прошлась языком по его нижней губе, а затем словно в обиде за бездействие прикусила.       Тихо простонав от неожиданности, Нацу растерянно приподнял руки, чтобы через мгновение нерешительно обхватить талию блондинки. Неспеша, неумело, но так долгожданно для Люси он ответил на поцелуй, стараясь повторять за ней.       У Нацу никогда не было отношений, более того он даже не задумывался о них. Гильдия, что была семьей и вечным приключением это все что волновало его до сегодняшнего вечера.       Сейчас, нежно обнимая Люси, несдержанно перенимая инициативу, он испытывал ощущения схожие по количеству зашкаливающих эмоций с захватывающей битвой. Точь-в-точь как бешенное колотилось сердце в груди, разгоняя кровь мощными толчками, заставляя неловко краснеть и задыхаться от сбитого дыхания.       Инородным казался лишь непонятный страх быть отвергнутым. Прислушиваясь к каждому вздоху Люси, Нацу опасался сделать что-то не так по незнанию, но затем, почувствовав дрожь блондинки в его руках, он осознал, что не один он здесь боялся и вконец расслабился, отдаваясь эмоциям с головой.       Веки совсем не хотели подниматься, а голова раскалывалась словно после войны. Проклиная Кану и все виды алкоголя вместе взятые, Люси с трудом села на постели, с удивлением на себе отмечая ночную майку.       Ветер на улице поднялся и сквозняк от распахнутого окна сдул на пол с тихим шуршанием клочок какой-то бумаги.       Испытав неприятное чувство дежавю, она вспомнила как несколько лет назад Нацу отставил ей точно такой же лист бумаги, а затем исчез бесследно на год.       Перегнувшись поперек кровати, с замиранием сердца она вытащила листок из-под кровати и не удосужившись подняться, так и оставшись висеть вниз головой, начала с жадностью вчитываться в текст.       Люси ты скорее всего забыла ведь была пьяная в стельку, но вчера ты обещала разыскать меня и высказать мне все-все-все, а потом поцеловать. Поскольку мы вчера хорошо порепетировали, то теперь проблем у тебя не возникнет. Искать меня надо в ХХХ.       Не оплошай.

Нацу Драгнил.

      А потом на всю округу раздался вопль стыда, чтобы уже через минуту смениться на смех от радости и счастья весело прыгающей по кровати Люси Хартфилии.