Эрнест. Истории Аураксиса.

“А это тяжелее, чем кажется” — пыхтя, проговорил напряжённым голосом Эрнест, положив последний мешок на бруствер. Тем не менее он был доволен результатом. Небольшие укрепления вокруг штаба и самой высокой точки сектора отряд возводил последние пару часов.       Сержант Морнак подошёл к Питеру и отпив воды из бутылки, спросил:       — Рядовой, как продвигается фортификация сектора?       — Мы соорудили из мешков с песком небольшие “брустверные” пулемётные доты. Они смотрят на основные подходы к холму с севера и юга. Сняли с подбитой галактики противотанковый пулемёт “Дракон”. Замаскировали среди двух камней чуть восточнее южного прохода. Если появится лёгкая техника, мы сможем быстро с ней справиться. Ваши с Эрнестом ракетницы лучше придержать, кто знает, что может случиться. Пока всё.       — Отлично, — сержант похлопал Питера по плечу, затем обратился ко всем, — вы молодцы, всё это позволит продержаться нам подольше, когда мятежники попробуют отбить эту гору. Общий сбор в штабе через десять минут.       Морнак не знал, что сказать бойцам, но оставить их без своего внимания он тоже не мог. Прямо перед лишением бессмертия, которое отряд прозвал “Отключение”, отделение потеряло ещё четырёх людей. Их тела растворились, но никто не знал, что с ними и где они. Связь периодически не работала, все частоты были забиты неразборчивыми возгласами паникующих солдат. Оставалось только ждать. Сержант докурил сигарету, затушив её о потухший остов “Галактики”. Он пристально смотрел на останки сгоревшего мятежника. Обугленное тело и потрескавшиеся доспехи, казалось, приросли к земле, к тому же они страшно воняли. Этот запах был незнаком большинству местных солдат, для кого война на Аураксисе стала боевым крещением. С отвращением Морнак отвёл взгляд и зашагал в сторону командного пункта сектора.       — Я думаю, что сержант… — Карна прервалась, когда Морнак зашёл в помещение. Резко развернувшись, она отдала честь — Сэр!       — Отделение, прошу к столу, — сержант ловким движением пальцев нажал несколько кнопок на панели управления, открыв карту Индара. Перед отрядом высветилась трёхмерная голопроекция их местонахождения. С востока сектор закрывали скалы, а с западной стороны был тыл. Оставались два направления — юг, с которого шла большая дорога и север, где преобладала холмистая местность усыпанная каменными образованиями.       — Значит так, мы здесь. Восточный каньон, высота триста двадцать один, — Морнак приблизил изображение, демонстрируя на карте свой рассказ, — проход через эту высоту открывает позиции для обстрела дна каньона. Вы у меня ребята взрослые, думаю не нужно объяснять, чем грозит потеря контроля над крупной дорогой, которая позволяет проходить транспорту не пересекая горы. Не смотря на всю важность нашего положения и приказ, нас очень мало. Держать оборону сектора половиной отделения — самоубийство. Раньше нам было бы на это плевать, но правила игры изменились. Потому мы встретим врага, выпустив всё, что у нас есть, после чего отступим. Сейчас творится полный хаос, так что я осмелюсь оспорить поспешный приказ командования. Вопросы есть?       — Сэр, мы можем попытаться достать неразорвавшийся боекомплект из “Галактики” и смастерить импровизированные заряды. Во время отступления мы просто взорвём тут всё, — предложил инженер.       — Отличная мысль, Питер. Возьми Эрнеста и займитесь этим. Тейм, Норман, вы тогда отправьтесь на разведку.       — Сэр, есть, сэр! — хором ответили четверо бойцов.       — А ты, Карна, пока забери снаряжение с павших медиков НК. Оно нам пригодится, если хотим выжить. Отделение, выполнять! Солдаты разбрелись, кто куда, а Морнак стал рассматривать карту. С момента “Отключения” фронт между мятежниками и терранцами обменялся парой секторов. А вот Суверенитет Вану успешно наступал на обе фракции. Западный фронт пылал огнём, но кроме сводки на карте никакой информации не было. Нарушение связи озадачивало сержанта всё больше. Как такое возможно? За годы войны была налажена очень плотная сеть из спутников на орбите, космических кораблей, спутниковых, и других, всевозможных антенн, на самой планете. Да что уж там, каждая единица техники была сама по себе мобильной точкой связи. И всё это взаимодействовало между собой почти без перебоев. Связь редко барахлила. Исключением были орбитальные удары, те здорово глушили всё в округе. Пока сержант был погружён в раздумья, вдалеке послышались выстрелы.       — Контакт, внимание, контакт! — послышался роботизированный рацией голос Тейма, — вижу войска противника!       — Отступайте на высоту, всему отделению, занять боевые посты!       — Морнак звучал настолько уверенно и чётко, будто сейчас решалась судьба всей его жизни. Эрнест занял пулемёт “Дракон”, снова проверил боезапас и взвёл затвор. Наведя прицел на дорогу, он уставился на поворот из-за которого должен был появиться противник. Питер занял пулемёт неподалёку. Северный дот заняла Карна, туда же поспешил и Морнак. Выстрелы вдали стихли и наступила тишина, затишье, перед бурей. Никто не осмеливался проронить ни слова. Наконец вдалеке послышались шумы реактивных ранцев. Звук постепенно становился всё ближе и ближе, пока Тейм и Норман не прыгнули в круг обороны, перелетев через невысокую стену.       — Они здесь, сержант, — не успев отдышаться, выпалил Норман.       — Из того, что мы успели рассмотреть это пара отрядов пехоты и две машины, — переведя дух, дополнил Тейм.       — Отлично бойцы, занимайте позиции, — скомандовал Морнак и направился обратно к Карне, как тут раздался крик со юга, — Контакт!!! Из-за поворота показалась машина с электромагнитной пушкой, фирменным оружием Нового Конгломерата. Звук её выстрела был похож на лёгкий свист и резьбу по стеклу. По позиции Питера немедля заколотили выстрелы. Эрнеста те пока не приметили и это стало для них фатальной ошибкой. Несколько громких выстрелов из-за камней, звук торможения, удар о скалы. “Хорёк” с крупными дырками в корпусе дымился в овраге, там постепенно занимался огонь. Громкий крик горящих заживо людей ломал солдатам их устоявшееся виденье боя. Это не было обыденным делом и мурашки пробирали до костей. Раздался взрыв. Крики стихли.       — Машина уничтожена. Вижу наступающую пехоту, — Эрнест звучал напряжённо, но спокойно, — около десятка.       — Вас понял, открываю огонь, — послышался хриплый голос Питера, а затем и трещание его пулемёта. Мятежники разбегались по сторонам, укрываясь за камнями от вездесущих пуль.       — Внимание, противник с севера! — рявкнул Морнак в рацию, — тоже “Хорёк” и пехота! Звуки боя заполонили округу. Переговоры по рации, доклады о противниках, стрекотания пулемётов и крики раненных солдат. Оборона протекала более чем успешно, второй “Хорёк” был повреждён и отступил, а всю пехоту прижали пулемёты. Однако внезапно ситуация изменилась, послышалось несколько оглушительных выстрелов не территории самой базы. В рацию раздался крик Нормана: “Противник на базе, повт…” — резко оборванную фразу сопроводили кратковременные помехи и в эфире наступила тишина. Эрнест обернулся и увидел, что через гору перелетело целое отделение лёгких штурмовиков, Норман неподвижно лежал на земле. Тейм отскочил за ближайший камень и пытался отстреливаться от внезапно появившихся противников. Взяв свой пулемёт, Эрнест быстро вскочил из-за “Дракона” и пустив пару мелких очередей в сторону противника тоже занял позицию за одним из камней. “Всему отделению, противник на базе, берегите спины! — как можно быстрее доложил тяжёлый штурмовик, — прыгуны! Много!”. Пулемёты на флангах стихли и в сторону незваных гостей засвистели пули. Прежде чем противник успел рассредоточиться, парочку удалось зацепить, но и те ушли по крышам. Весь план по обороне рухнул. Все укрепления, что бойцы возводили на протяжении двух часов, оказались бесполезны. Сражение перешло в ближний бой. Спустя несколько минут боя, окружившие со всех сторон солдаты НК загнали отделение Морнака в здание близ рухнувшей “Галактики”. — Сержант, что нам делать? — спросил Эрнест, переходя от окна к лестнице, меняя магазин в пулемёте, — боеприпасы на исходе, осталось два магазина! Морнак был в явном замешательстве, но изо всех сил сохранял спокойствие. Надо было что-то срочно придумать. Терранцев было слишком мало. То, что такими малыми силами им всё ещё удавалось вести бой, было большим достижением и удачей. Сержант вспомнил фразу, которую сказал бойцам на брифинге: “Держать оборону сектора половиной отделения — самоубийство”. Это была абсолютная правда, они уже потеряли Нормана, а их ресурсы были на исходе. Нужно было отступать. “Уходить, даже не взорвав заложенные заряды, было бы абсолютным провалом. Хотя к чёрту результат, нужно сохранить хотя бы жизни ребятам. Но отступать некуда, мы окружены. Что же делать…” — для сержанта эти пару секунд, что у него были на размышления, показались целой вечностью.       Внезапно в наушнике заговорил новый голос: “Говорит Оса-1, приём, меня кто-то слышит? Повторяю, говорит… — Морнак не дал закончить фразу новому участнику эфира и выпалил, — говорит сержант Морнак, пятое отделение из восемьдесят шестого пехотного, Оса-1, приём, как слышно? — Слышу вас хорошо, сержант, я командир второго звена четвёртой эскадрильи “Москитов”, — название “москит” носили специальные тактические истребители “СТИ” Терранской Республики, — наконец мне удалось с кем-то связаться. Вам нужна помощь? — Так точно, у нас тоже не было связи и мы здорово влипли, нужна поддержка с воздуха на высоте три два один, — у Морнака гора с плеч свалилась, у него и его людей появился шанс, — нас зажала вражеская пехота в западном здании. — Вас понял, пять минут до цели, конец связи. — Внимание отделение, нам будет оказана поддержка с воздуха через пять минут, — воодушевлённым тоном произнёс Морнак, — так что держать строй, за Республику! — За Республику! — вторили ему хором бойцы. Каждый солдат выкладывался как мог. Известия о том, что спасение близится, сильно подняли боевой дух. Но пять минут на поле боя длятся дольше, чем можно себе представить. Морнак и Эрнест успешно подавляли пулемётами основные подходы к зданиям. Канонада выстрелов не утихала ни на минуту. Тейм отгонял пытавшихся залететь на крышу здания прыгунов, ему даже удалось подстрелить нескольких. Питер заминировал проход в здание, разместив на полу с краю от входа клеймор. Датчики с количеством патронов в шлемах бойцов неустанно клонили цифры к нулю. Каждый экономил боеприпасы, как мог, но первой, у кого они закончились, стала Карна: “Патронов нет!” — крикнула она, выхватывая пистолет. Здание обеспечивало хорошее укрытие, большинство попаданий приходилось в броню, а мелкие раны Карна залечивала аппликатором по мере поступления.       В какой-то момент у солдат появилась уверенность, что они справятся, но тут здание содрогнулось от взрыва. “Танк!” — Эрнест крикнул так сильно, что заглушил бесконечную стрельбу и свист пуль. На территорию базы заехал лёгкий танк “Молния”, такого добра у всех сторон было навалом. Ещё один оглушительный выстрел и главный зал на втором этаже заполнил дым, вперемешку с искрами и огнём. “Эрнест, я прикрою, давай по нему из ракетницы! — приказал штурмовику Морнак, встав у окна, едва очухавшись после взрыва, — поднажмём!”       Карна лежала раненая у противоположной стены, и придерживая потемневший от крови бок, пыталась справиться с искрящимся аппликатором. Эрнест достал противотанковую ракетницу из-за спины и побежал на крышу, чтобы танк не задел его очередным выстрелом. Здание снова дрогнуло, а с лестницы на первый этаж послышался истошный крик Питера.       Эрнест давно сбил дыхание, под бронёй его тело горело от напряжения, весь он был покрыт потом и грязью. Вскинув на плечо свой кинетический ракетомёт М9, он лёгким движением пальца открыл прицел и навёл на танк. На прицельной сетке постепенно начал выстраиваться квадрат. “Пип-пип-пип” — система наведения уведомляла звуковым сигналом, что происходят вычисления. Наконец звук стал равномерным, а в прицеле красовался цельный, красный квадрат, в рамках которого находилась “Молния”. Эрнест вдохнул полной грудью и выстрелил.       Ракета, с громким шипением устремилась к цели, оставляя за собой серый шлейф дыма. Снаряд угодил в переднюю часть корпуса и попал танку в двигатель, однако взрыва самой машины не последовало. Выступающее, из чёрного столба дыма, дуло неподвижно застыло. Но через несколько секунд вдруг начало движение, целясь в стрелка на крыше. Эрнест сделал резкий перекат в сторону лестницы, но споткнулся от очередного попадания в стену, которая не выдержала и обрушилась, завалив путь вниз.       Внезапно, на другой стороне крыши показалось двое бойцов НК. Один из них успел сделать лишь шаг, как Тейм сразил его метким выстрелом в голову. Но второй среагировал быстро и разрядил пол обоймы своего карабина в защитника крыши, который до этого момента героически оборонял её. “Нееет!” — протяжно крикнул Эрнест, поднимаясь по обломкам и снимая из-за спины пулемёт. Направив оружие на убийцу Тейма, он зажал спусковой крючок. Но ничего не произошло. На датчике патронов, будто приговор, высвечивалась цифра ноль.       Мятежник быстро вскинул карабин в сторону терранца и всадил вторую половину магазина. Но Эрнест успел включить щит на своём костюме, который поглотил весь урон. Сияя красным светом из-за работы щита, тяжёлый штурмовик с грохотом бросил пулемёт на землю, после чего извлёк из кобуры трофейны, тяжёлый револьвер, модели NS - 44 Комиссар, и сделал два оглушительных выстрела. Пули попали противнику в грудь, скинув его с крыши своей убойной силой..       Из окна второго этажа вылетела ещё одна ракета в сторону танка, попав в борт и сбила тому гусеницу. Орудие “Молнии” начало наводиться в сторону выстрела. Тем временем Эрнест кинулся к Тейму: “Тейм, дружище, ты как?”. Он лежал неподвижно, а его взгляд был устремлён в небеса. Пульса не было. Потерявший очередного товарища солдат поднял голову вверх, желая закричать, что есть мочи. Но взгляд Эрнеста зацепили быстро приближающиеся силуэты истребителей в небе. “Наконец-то, они здесь! — радостно подумал он.       Танк застыл, уставив своё дуло на окно, откуда стрелял сержант. Снизу послышался крик: “Сдохни уже наконец, мятежная сволочь! — крикнул Морнак, но в ту же секунду раздался выстрел. Часть крыши над окном обрушилась, а Эрнеста отбросило в сторону и ударило о камни. “Сержант…” — пронеслась мысль в его голове, но её быстро заглушил рёв реактивных двигателей и свист ракет. Загрохотали множественные взрывы по всей базе, “Молния” взлетела на воздух, слышались вопли солдат, чьи командиры кричали: “Отступаем! Уходим!”.       Наконец из-за чёрного дыма и облака пыли показалось звено “москитов”. Жужжание миниганов расположенных в носовой части машин несло смерть отступающим мятежникам. — Говорит Оса-1, подтверждаю уничтожение целей, противник отступает, приём, — прозвучал голос пилота сквозь небольшие помехи. Затем в эфире воцарилась тишина.