тепло в январе.

Вечерело. На горизонте бушевали оттенки, борясь между собой, смешиваясь и образуя все новые цвета. Розовый, оранжевый красный..Закаты всегда прекрасны, и Поппи их любил. В них всегда есть что то таинственное, необъяснимое, но в то же время далекое. Далекое, да... Мальчику ещё с детства, после первого увиденного им заката, встреченного с восторгом, мечтал дойти туда, до самого горизонта, и оказаться в эпицентре этой страшной бури самых разных цветов. Но увы, он взрослел, а попасть туда ему так и не удавалось. Детство... Не хотелось в него возвращаться. Злость на отца, за то что покинул его, ненависть к матери, за то что он даже не знает кто она и где она, бесконечные няни... Никто не хотел им заниматься, из-за характера мальчика видимо. Его считали больным, ненормальным. Никто не хотел с ним общаться, это и создало самый главный страх Поппи–остаться одному. Всю жизнь прожить в одиночестве. Эта мысль доводила его до дрожи. Он не мог быть один даже самую малость времени. Ему становилось очень плохо, казалось что он сходит с ума оставаясь один на один с собой. Хотелось бегать и кричать, крушить все что попадалось на пути, уничтожить тех, кто его оставил. Одного. И сейчас, смотря на этот закат и вспоминая события не слишком приятного для него времени, он не услышал лучшего друга, уже минуты две кричавшего его имя, пытаясь отыскать мальчика. – Поппи! да что-ж такое... Поппи!! Опомнившись, он поспешил обратно к цирку, не веря что скоро его покинет. Так быстро все случилось... – а..да я тут! что нужно? – ты уже собрал вещи? ночью будет холодно, так что... – вещи?..а, да, давно уже. было бы что собирать,– он усмехнулся своим словам – а одежда? даже если учесть что мы на машине, то будет холодно. да мне уже холодно! – ха..да я и не задумывался, слушай) – мы выходим через минут 15, в смысле «не задумывался»?! иди одевайся, заболеешь ещё! Не знаю куда мы поедем, но Паппи говорил что осенью там холод жуткий! Поппи увидел что Кедамоно, оказывается уже оделся. Оранжевый шарф, с вышитыми звездочками, желтая кофта и фиолетовая ветровка. На спине был рюкзак, с немногочисленными вещами парня. Мальчик всегда удивлялся как его друг так ровно вышил на шарфе звездочки, на что он улыбался и говорил что это не сложно. – а ты не указывай мне что делать, понял? и без тебя знаю! Оставив Кедамоно, он направился к своему шатру. На кровати уже стоял собранный розовый рюкзак, в котором было не так уж и много вещей, поэтому тяжестью он особой и не будет. Что очень кстати, ведь во-первых, Поппи особой силой никогда не отличался, а во-вторых путь им предстоит неблизкий. Открыв шкафик в котором хранилась вся его одежда, он выбрал красно-белую полосатую толстовку, обычные спортивные, но самые комфортные для него, белые штаны и бирюзовую куртку. Шапка же осталась неизменной, розовой с ушками. Уж слишком он ее любил, чтобы заменять на что-либо другое. Сняв с себя головной убор, он распустил два меленьких высоких хвостика, собранных розовой и желтой резинками. Распустил он их, чтобы ему было комфортнее. Обычно он так не делал. Убрав резинки в карман куртки и накинув на плечи рюкзак, он вышел из своего импровизированного «дома» Оказалось, все ждали только его. Лина была одета теплее всех, скорее всего потому, что ее одевал Паппи. Но ее любимая шапка с глазками лягушки, видимо значила для неё так же много, как для Поппи значила его розовая шапка. Так что она осталась при девочке. – долго же мы тебя ждали, хехе! Поппи уже начал раздражать его отец, но он счёл нужным промолчать тут, за что получил одобрительный взгляд Кедамоно, в ответ на который мальчик закатил глаза к небу, скрестив руки на груди. Паппи же, как обычно на ни придал ничему значения, весело и бодро сказал: – усаживаемся все в Паолочку! только давайтесь так чтобы все влезли, а не ты один, ладно Поппи? – заткни-, начал было мальчик но его одернул друг, покачав головой. Проигнорировав сей жест, Поппи со всеми направился к машине, закинув рюкзак в багажник. а он там есть вообще? Заведя машину, они тронулись. Кедамоно с Поппи же, одновременно подумав об одном и том же, грустно взглянули на их опустевший навсегда цирк. В последний раз...

___

Спустя примерно часов 12, Поппи неожиданно проснулся, из-за резкого толчка машины. Видимо, наехали на какую то кочку, или что-то типо того. Мальчик оглядел остальных. Он и Лина сидели с разных краев, а между ними расположился Кедамоно, сейчас же мирно сопевший, лёжа на ногах у Поппи. Лина, отбив в свое время подушку у Кедамоно, спала на ней. Поппи же лежать ни на чём не дали, из-за чего он пребывал в дискомфорте, спя сидя, что его очень даже раздражало. Будить он никого не стал, лишь бросив взгляд на отца. Неужели ему сон вообще не нужен? Ладно, хуй с ним, как говорится. Мальчик перевёл взгляд на окно, а вернее, за него. Там, к огромному изумлению Поппи, простилался густой тёмный лес. Тут же припав лицом к окну, он не отрывая взгляда, следил за высокими соснами, что даже не думали кончаться. Как же он давно не видел лес... Тут же забыв про своё решение никого не будить, он стал тормошить Кедамоно, словно маленький ребёнок. Кедамоно спал, и ему даже снилось что-то. Но сон был неприятный. Страшный. Они сам бы рад проснуться, но увы, не мог. Тут сквозь тревожный сон, он услышал громкий шёпот лучшего друга, что с силой тряс его за плечо. – Кедамоно, Кедамоно, проснись!! В окно посмотри, Кедамоно!! Ахуеешь!! Он знал, что скорее всего Кедамоно лесов, да и вообще в принципе живых деревьев не видел. – мхм...чего...?- парень сонно зевнул – в окно посмотри, идиот, в окно!! Кедамоно привстал, вроде уже окончательно проснувшись, и направил свой взгляд на окно. И тут же потерял дар речи. Деревья, а тем более сосны он видел только в тех, совсем немногочисленных книгах что хранились в цирке. Поэтому, он был просто в шоке. Перегнувшись через Поппи, оба парня неотрываясь смотрели на все исчезавшие и тут же появлявшиеся вновь, деревья. Возню сзади услышал Паппи, поэтому шёпотом сказал – давайте только потише, Линку вон не разбудите, хаха)) Проехав так, буквально лицом в стекле ещё несколько километров лес закончился. Вместо лесной тропинки они выехали на относительно гладкую, темно серую дорогу. – асфальт вроде называется..- все ещё заворожённый видом из окна выдал Кедамоно – ты не поверишь, но мне похуй...как оно...там называется... Проезжая уже знакомые всем нам, обычные вещи, как например фонарный столб, маленькую речушку, или огоньки чей то жизни вдалеке, парни удивлялись и радовались как дети. И никто из них уже не жалел о покинутом цирке, и о навсегда оставленной пустыне. Ведь тут, за пределами песчаных океанов, все казалось таким живым и завораживающим, что никакая пустыня не сравнится с этой, по настоящему живой красотой. Где то впереди, на горизонте светлело иссиня-чёрное небо, а значит, уже совсем скоро рассвет. И небо вновь окраситься в голубой, но этот небесный цвет уже будет другим. Под живой травой он будет совершенно иным, как и восприятие окружающего мира всеми, кто сейчас едет в новую жизнь. Все станет иначе.