Человек с горящим взором

Через месяц, в апреле, мы с Леной расписались. Хотя я, что греха таить, ещё погуливал налево, чем больше девушек я видел, тем лучше понимал, что лучше Лены супруги мне не найти. Она была доброй и позитивной, мы помогали друг другу с учёбой, крупно ссорились мы лишь однажды. Стоял у нас в квартире графин с водочкой на особые случаи. Лена жутко не любила, когда я из него себе наливал, и решила однажды отметить уровень заполненности волоском. То ли есть, то ли нет его, а я заметил. Это меня не останавливало — сначала я опускал волосок всё ниже по мере употребления водки, а потом, когда всё прихлопнул, заменил водку водой — на вид одно и то же, в конце концов… Надо же было тому случиться — впрочем, это бы случилось рано или поздно — приехал к нам в гости мой отец, Михаил Иванович. Накрыли мы стол, встречая дорогого гостя, Лена радостно ему наливает из графинчика, папа мой торжественно выпивает стакан залпом… и самым резким образом меняется в лице, ставит стакан на стол медленным движением, но с сильным стуком. Ругался он шёпотом. Но выражений крепче я прежде не слышал при всём своём армейском опыте. Крепкость ругательств словно бы могла компенсировать моему отцу ожидаемую крепкость напитка. Лена догадалась, чья это проделка, довольно быстро, и устроила мне головомойку. Я обиделся, что меня так отчитали перед собственным отцом и, не сказав ни слова, вышел из квартиры. Двинул к метро, хотя почти наступило время закрытия. Сидя на парапете у входа, я понял, что если я поеду сейчас — обратно уже не вернусь. Даже завтра, на свежую голову. Поэтому всё-таки нашёл в себе силы передумать и вернулся обратно к квартире Лены. Когда вошёл в коридор коммуналки — слышу:, Лена в слезах: — А что, если он не вернётся? Мать её утешает и вразумляет: — Завтра поедешь к нему сама. — Ну как я к нему поеду?.. — зарыдала Лена, и тут вошёл я. Мы обнялись. И больше не ссорились впредь. Семья у нас была крепкой, да и сейчас остаётся — потомки наши не хуже.