Pas de regrets

      Лето в Южной Каролине всегда было достаточно жарким, чтобы позволить поту стекать по спине, будучи даже в одной хлопковой футболке. Игровой сезон закончился знаменательной победой «Лисов», отпраздновав которую, весь состав из девяти человек уехал отдыхать на море. Тренер Ваймак сидел в своем кабинете и продолжал разбираться с отбором новобранцев — они уже завербовали вратаря и двух защитников. Теперь им был нужен нападающий, Нил и Кевин, конечно, могли тащить весь матч на себе, но КРЭ ясно дали понять что ещё один нападающий не помешает, без замены никак. Хотя бы одного новичка на эту позицию они должны были взять, но, как назло, под руку попадались одни лишь защитники и вратари.       Уже битый час Дэвид просматривал анкеты детей со всех уголков штатов. "Потенциала нет, не подходит", — бормотал он себе под нос, откидывая непригодных кандидатов по третьему кругу. Он даже не сразу понял, что в его дверь кто-то настойчиво звонил, но, когда звук всё-таки дошёл до мозга сквозь запутанные мысли, Ваймак ущипнул себя за переносицу и, устало вздохнув, поднялся с места. Пока он шел до двери, то успел пару раз запнуться о бумаги — ему действительно пора было убраться в своей квартире.       Мужчина открыл дверь и опешил. Перед ним стояла девушка, совсем молодая. Она тонула в огромной кофте, видавших виды джинсы а сумка на плече казалось, весила больше чем она сама. Гостья устремила свой пронзительный взгляд тёмно-карих глаз прямо на Ваймака, и крепче сжала лямку перебинтованными кистями. Ваймак скользнул взглядом по её лицу и заметил пластыри, приклеенные по всему периметру, и неприятный синяк на щеке.       Дэвид вгляделся прямо в эти глаза и заметил ту же боль и тьму, что была у каждого из его игроков, которым он так отчаянно пытался помочь. Девушка выглядела очень измученной и уставшей, как будто не спала несколько суток и питалась исключительно воздухом. И сейчас она произнесла именно то, что он так хотел услышать.       — Я хочу играть за «Лисов», — немного хриплым, но уверенным голосом сказала девушка. Её плечи напряглись, и незнакомка осмотрелась по сторонам, отчего маленький хвостик, в который были завязаны светлые волосы, подпрыгнул. — Могу я зайти?       Дэвид отошел в сторону, молча пропуская её в квартиру. Незнакомка не мешкая прошла внутрь и остановилась в проходе, осматривая место, куда она попала. Мужчина закрыл дверь и прошёл в гостиную, где остановился, складывая крепкие и татуированные руки на груди.       — Я сегодня не ждал гостей, поэтому тут немного грязно, — оправдывался Ваймак, смотря на то, как её глаза бегают от одного угла к другому. Прежде чем снова заговорить, он увидел, как она задержала внимание на входной двери. — Ну что, я тебя слушаю.       — Я хочу играть за «Лисов», — уверенно повторила она, наконец убедившись, что никакого подвоха её тут не ожидает и, как понял Ваймак, что она смогла бы сбежать в случае чего.       — Мы сейчас ищем нового нападающего, ты на какой позиции играешь? — Дэвид показал в сторону своего кабинета и пошёл вперёд.       — Я могу играть на любой позиции, — в её голосе слышалась острота, граничащая с отчаянием.       — Вот как, чудно, — проходя в свой захламлённый кабинет, ответил Ваймак. Он убрал бумаги на пол и предложил гостье присесть на стул. Сам же устроился за столом, поставив на него локти и сцепив мозолистые пальцы рук между собой. — Но я не могу поверить тебе просто на словах. Знаешь ли, умение играть на всех позициях звучит абсурдно, не думаешь?       — Вот, — девушка достала из кармана толстовки чёрную флешку, и протянула ему. Она явно готовилась к такому исходу событий, поэтому держала всё нужное в доступной близости.       Дэвид выгнул бровь, но вещицу взял. Открыл поцарапанную крышку своего рабочего ноутбука. Когда флешка была вставлена, на экране выскочил видеофайл с названием, состоящим из цифр. Мужчина дважды кликнул мышкой, и перед ним открылось видео с фрагментами игр девушки, кажется, из школьной сборной в другой стране. Там она играла на роли нападающего. Не так хорошо, как требовалось для их команды. В следующей игре она уже играла в защите, где справлялась чуточку лучше, но Ваймак бы не поставил её туда. Для защитника эта девчонка была слишком хрупкой на вид, не дай Бог, переломают ещё. На третьем видео она стояла в воротах, где показала самый лучший результат. Ваймак даже удивился, но, к сожалению, у них в команде уже было три голкипера, и в ещё одном они пока не нуждались.       Ваймак захлопнул ноутбук. Как нападающий она была сырой, но он прокрутил в голове тот самый взгляд, полный тьмы и отчаянной решимости, и понял, что уже тянется рукой к контракту. Он набирал в команду всякий сброд, и сейчас интуиция орала громко и протяжно как сирена. «Лисы» славились тем что давали второй шанс а не только взращивали чемпионов. Тем более что нескольких они уже вырастили. Может, пришло время дать шанс тому, кто без него просто пропадёт.       — Ладно, но у меня нет твоего резюме, — он перевел взгляд на нахмурившуюся девушку. Та сидела, поджимая губы и теребя рукава толстовки: боится, что её выгонят, как понял мужчина. Гостья полезла в сумку, нервничая и стараясь как можно быстрее вытащить папку в пластиковой обложке. Ваймак ловко перехватил её и открыл, принимаясь изучать данные их, скорее всего, нового нападающего.       — Ариэль Николь Миллер, — протянул Дэвид, словно пробуя слова на вкус и рассматривая фотографию, где у нее не было синяка и слегка отросших корней, — восемнадцать? Только закончила школу значит.       Мужчина принялся вчитываться в скучные данные про опыт игры в экси: время, проведенное на корте, информация о клюшке, сильных сторонах, голевых передачах и блокированных мячей. На самом деле ему эта информация была до лампочки, Ваймак уже принял своё решение взять эту девушку под своё крыло, когда увидел её затравленный, но в то же время решительный взгляд, он попросил резюме лишь для проформы.       — Ладно, контракт сейчас подпишешь? — не отнимая взгляда от бумаг, спросил Дэвид. Он увидел верхним зрением утвердительный и решительный кивок.       Ваймак улыбнулся и положил на стол листок, который достал минутой раньше. Мужчина принялся заполнять стартовые данные, имя игрока, время учебы в университете и прочие формальности. Когда всё было заполнено, он расписался своим именем внизу листа и передал документ вместе с ручкой. Ариэль взяла ее и быстро расчеркалась внизу листа, даже не пробежавшись по тексту.       — Ну что, добро пожаловать в «Лисы», — он улыбнулся, забирая договор из-под рук девушки. — Тебе есть где остановиться до открытия общежития? — Дэвид понял, что попал в самый центр, когда Ариэль нахмурилась и прищурила глаза. Она явно не намеревалась оставаться в одной квартире с ним, но и пойти ей было некуда. Ваймак вздохнул. — Ты можешь пожить у нашего командного врача, она будет не против.       Подумав всего секунду, она кивнула, не сбавляя серьезности своего лица и пристально следя за рукой Дэвида, когда он потянулся к телефону, набрал номер, выученный наизусть, и через несколько быстрых гудков на другой стороне послышался нежный женский голос.       — Привет, Эбби, ты дома? — улыбнувшись, спросил Ваймак.       — Да, а что? Что-то случилось?       — Нам на голову неожиданно свалился новый Лис, — он потёр указательным пальцем свободной руки переносицу. — И этому Лису нужен приют до начала тренировок.       — О, да, конечно, — мягко ответила женщина и, судя по интонации, улыбнулась. — Можешь прямо сейчас привезти его ко мне.       — Хорошо, скоро будем, — Дэвид повесил трубку и посмотрел на Ариэль, чьи плечи немного расслабились, что заставило ее сутулиться. — Вставай, отвезу тебя в твоё временное пристанище.       Она беспрекословно поднялась со стула так что ножки скрипнули по полу, будто это был приказ, и выскочила из кабинета. Ваймак мысленно поставил галочку, с социальными навыками у этой девчонки была явная беда. Он подхватил ключи от своей старенькой машины со стола и вышел в коридор где Ариэль уже стояла около входной двери, рассматривая серую стену перед собой, да так, будто это целое произведение искусства.       Дэвид отдал ей должное, для человека с такой тьмой в глазах она держится крайне уверенно и спокойно, хотя он заметил эти нервные движения руками в попытках успокоиться, никак не соответствующие каменному выражению лица и холодному взгляду. Мужчина выпустил Ариэль из квартиры и закрыл дверь на два замка. В лифте оба ехали молча, от него не скрылось нервное постукивание ногой в явных попытках совладать с самой собой.       В машине Дэвид сел на водительское место и вставил ключ в замок зажигания. Ариэль устроилась на пассажирском сидении и крепко вжалась руками в сумку. Ехали они в абсолютной тишине, которую заглушали только лишь гудение двигателя и шум, доносившийся из открытого окна с водительской стороны. В это время дня солнце палило сильнее всего, и у людей наверняка появлялось множество вопросов, когда по улице шла девочка в толстовке и джинсах.       Доехали они до дома Эбби буквально за пятнадцать минут. Строение было светлым и опрятным, сразу показывая нутро его жителя и дружелюбные намерения. Ваймак припарковался на подъездной дорожке и вылез из машины, чтобы поздороваться. Ариэль следовала за ним молчаливой тенью, не отводя взгляда от спины перед собой. Два коротких стука в дверь, и она распахивается. Дэвид улыбается добродушной женщине в домашней футболке и шортах.       — Привет, Дэвид, — поздоровалась Эбби, мягко и быстро обнимая своего гостя. — у нас как обычно, да?       — Привет, — устало улыбнулся Ваймак. — Да, знакомься, наш новый нападающий, — он отошел в сторону, демонстрируя женщине потрепанного ребенка с пронзительным взглядом.       Эбби рассмотрела девушку и перевела встревоженный взгляд на Ваймака, он коротко кивнул, складывая руки на груди. Медик вернула себе нежную улыбку и повернулась к спортсменке.       — Привет, я Эбигейл Уинфилд, но ты можешь звать меня Эбби. Командный врач «Лисов».       — Ариэль… — коротко представилась она, стараясь следить за движениями сразу обоих взрослых.       — Очень приятно, Ариэль. Ты не голодна? Я только что приготовила обед, — женщина отошла, пропуская гостью внутрь. Когда она скрылась в доме, Эбби закрыла дверь и повернулась к нахмуренному Ваймаку. — Дэвид…       — Да, я знаю, — он устало потер висок. — "как обычно". Вверяю её твоим заботам, если что сразу звони.       Нахмурившись, Эбби зашла в дом и заперла дверь. Ариэль устроилась на диване и бегала взглядом по опрятной и светлой гостиной. Когда она поняла, что Ваймак не стал заходить в дом, то заметно расслабилась.       — Пойдем на кухню. Ты не против лазаньи? — Эбби прошла мимо дивана и скрылась в проходе на кухню. В это время суток она приятно освещалась лучами солнца. Через минуту на кухню медленной походкой вошла девушка. Теперь она выглядела менее встревоженной, чем в присутствии мужчины. Эбигейл указала ей на барную стойку, а сама принялась сервировать блюда. — Так откуда ты к нам приехала?       — Я… — она замялась. — Жила в Чарльстоне с родителями, они попали в аварию, и я осталась одна. Когда училась в школе, то играла в экси, подала документы, так как сейчас это единственный способ выжить. Просто подумала, что в «Лисах» меня точно примут.       Ариэль не ошиблась, когда решила прибиться к покалеченным жизнью подросткам. «Лисы» всегда славились тем, что их состав — это одни дети с плохим прошлым, у большинства из которых даже родителей нет. Она знала историю этой команды наизусть. Знала про Мясника из Балтимора, и когда она стояла около зеркала в последний раз то поняла: только тут, среди таких же сломанных, её не спросят, откуда этот шрам. Тут его просто увидят и поймут. Родители у неё были, но еще с десяти лет она начала желать, чтобы их не было вовсе. В голове опять всплыли неприятные образы взрослых мужчин в по-детски розовой комнате и их руки в чересчур темном помещении. Из этих мыслей её вывела вкусно пахнущая тарелка, которая с характерным звоном появилась перед ней.       Запах был божественным, но при виде расплавленного сыра к горлу подступила знакомая тошнота. Вилка в руке казалась свинцовой и она буквально заставила себя проглотить кусочек, который упал в желудок словно камень. Тело, которое она ненавидела, требовало пищи. Ариэль дала ему ровно столько, чтобы оно не выключилось, и ни крошкой больше.       Эбби делала вид, что полностью поглощена своей порцией, но уголком глаза следила за гостьей. Ариэль кромсала лазанью на микроскопические кусочки, гоняя их по тарелке с видом сапера, обезвреживающего мину. Каждый кусочек, отправленный в рот, сопровождался короткой заминкой, словно она уговаривала себя его проглотить. Хрупкая, словно фарфоровая кукла, которую склеили заново, но оставили внутри трещины. В уютной кухне Эбби, под теплым светом ламп, она выглядела ещё более изможденной, чем на пороге. Ариэль отодвинула тарелку, в которой едва ли убавилось еды.       — Очень вкусно, спасибо, — голос прозвучал ровно, но пальцы, теребившие рукав, выдавали напряжение. Эбби улыбнулась в ответ, чувствуя, как сердце сжимается от профессионального беспокойства. "Лисы" всегда были командой со шрамами на сердце. У этой девочки шрамы были везде, и далеко не все из них зажили.       — Что с твоими руками? — осторожно спросила женщина.       — Все в порядке, просто лезла через колючие кусты, — тихо отмахнулась она.       Эбби перевела взгляд на её руки, и в её глазах мелькнуло что-то, от чего Ариэль захотелось сжаться до размеров блохи. Врач "Лисов" явно видела не одну сотню "колючих кустов" и знала им цену. Но вместо расспросов она лишь мягко улыбнулась, не допрашивая.       — Хорошо, — кивнула врач, — На первом этаже есть ванная и свободная комната в конце коридора, все в твоем распоряжении на следующие три недели.       Девушка кивнула и слезла со стула. Прежде чем направиться в коридор, она оттянула подол толстовки вниз, проделывая то же самое с рукавами. Когда спортсменка уходила, женщина обеспокоенно смотрела ей в след. У этой девочки совершенно точно были проблемы, и им совершенно точно нужно помочь, спасти её от того ужаса, который она наверняка испытала.

***

      Ариэль вышла из кухни и тяжело вздохнула, проводя руками по волосам в попытке зачесать обратно выбившиеся пряди. Женщина пристально рассматривала её... Ведь попытается помочь, и придётся втирать, что всё в порядке и в помощи она не нуждается… Ну, почти не нуждается. Подхватив свою сумку, она двинулась по светлому коридору в самый конец. Рядом с кладовкой была приоткрыта дверь, ведущая в ванную. Девушка не принимала душ уже давно. И он действительно не помешал бы, чтобы успокоить мысли и разум.       Зайдя внутрь белого и прохладного помещения, первое, что сделала Ариэль — закрыла дверь и проверила ее надежность. Убедившись в своей безопасности, скользнула взглядом по зеркалу. Там она не узнала себя — усталость накопившиеся за последнюю неделю, делала ее вид сильно измученным. Волосы были похожи на солому, так как были покрашены в первый попавшийся цвет, найденный в круглосуточном магазине. От рождения её волосы граничили между темно-каштановыми и черными. Отец постоянно говорил, какие у неё прекрасные шелковистые и длинные локоны, вечно твердил, как любит брюнеток. Первый год вдали от дома она сдерживала панику, смотря в зеркало и трогая свои волосы, но, когда сбежала в Южную Каролину, первым делом купила ножницы и обрезала их по плечи. Краску на волосах она передерживала специально, чтобы убрать эту «шелковистость» и густоту.       Ариэль отвернулась от зеркала и стащила с себя грязную толстовку. По спине пробежался холодок, а взор устремился на белые повязки, покрывающие весь торс и руки. Раны всё ещё не зажили, но ходить и вонять так долго огромного желания не было. В кучу к толстовке полетели кроссовки и джинсы, оголяя оставшиеся бинты по всей длине ног. Стоя в одном нижнем белье, она повернулась обратно к зеркалу, параллельно распуская волосы. За последний год Ариэль сильно исхудала.       Какая разница, что способ, выбранный для этого, был не совсем разумным? Минуту-другую она разглядывала тело, покрытое грязными бинтами. Сделав глубокий вдох, она принялась распутывать повязки. В доме медика наверняка есть что-нибудь, чтобы наложить новые бинты на самые травмированные места. Руки и ноги были уже в порядке, для них хватило бы простой мази от ушибов, но живот всё ещё нуждался в перевязке и дезинфекции перекисью. Когда все повязки оказались зарыты в мусорном ведре под слоем уже находившейся там бумаги, Ариэль снова подняла взгляд к отражению на израненное и покрытое шрамами тело. Раны были не смертельными, но неприятными. Она стянула бельё и ступила на холодную плитку в душе.       Вода была теплой, такой роскоши у неё не было уже давно. На полочках стояли разные средства для волос и тела. Взгляд зацепился за шампунь с запахом цветов. В той ужасной комнате единственным лучиком света была белая орхидея с пурпурными вкраплениями, она стояла на столе девочки и радовала своей красотой, получая в ответ тщательный уход. Ариэль взяла шампунь и нанесла немного на свои волосы.       Рассматривая гели для душа, она заметила фиолетовую баночку с нарисованными ягодами. Ради интереса девушка открыла её, и в нос ударил сильный сладкий запах. Она сумела различить чернику, клубнику и смородину, прежде чем выдавить гель на ладонь и методично растереть по больному телу, обходя незажившие раны стороной. Закончив с мытьём, она позволила себе постоять под потоком горячей воды и просто подумать о разных вещах. В голову сразу полезли мысли о детстве, и Ариэль также быстро их выкинула. Она сосредоточила размышления на новой команде и позиции. Конечно, перед началом сезона нужно будет подтянуть игру в нападении и физическую форму, всё-таки резко перескочить с голкипера на нападающего это довольно серьезно. Ещё ей нужен будет новый телефон и, наверное, одежда. На счете у Ариэль с недавних пор лежала внушительная сумма, которой может быть хватит на машину.       Ариэль выключила воду и аккуратно отжала волосы от воды. Выйдя из душа, она не стала вытираться и сразу залезла в сумку за более-менее чистыми вещами. Оттуда вытянула свежее белье, сразу натягивая на мокрое тело, следом были извлечены штаны и свободная кофта. В третьем ящике она нашла аптечку, откуда ловко вытащила перекись и новую пачку бинтов. Поискав тщательнее, в руке оказалась мазь от ушибов.       Сев на холодный пол, она схватила грязную кофту, аккуратными движениями убирая влагу на животе и проверила, не разошлись ли швы. Убедившись в их прочности, она нанесла почти неощутимый слой мази и покрыла весь торс бинтами, не обходя стороной грудь. Именно по этой причине ей пришлось перестать носить лифчики: настолько часто была ранена, что в них пропала необходимость из-за постоянных бинтов. Правда это доставляло неудобства и проблемы с дыханием...зато ранения держались крепко. Проверив натяжение повязки, она нанесла немного перекиси на предплечья и намазала мазь на верхнюю сторону плеча, а затем и на ноги. Ариэль поднялась, чтобы убрать беспорядок. Предметы первой помощи вернулись в аптечку, а упаковка от бинтов полетела в мусорку.       Грязную одежду девушка запихнула в сумку, намереваясь позже вовсе выкинуть эти малые остатки прошлой жизни. Теперь она — Ариэль Николь Миллер, нападающий плеймейкер «Лисов». Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, она натянула на себя одежду и обула свои кеды. Ариэль повернулась к зеркалу и собрала мокрые волосы в низкий хвост, отклеив пластыри со своего лица только потому, что они намокли. Взгляд сразу упал вниз, чтобы не смотреть в зеркало. В кармане сумки нашлось три новых пластыря, которые она ловко открывала на ходу. Она настолько часто крепила их к лицу, что могла сделать это без зеркала. Повернувшись обратно, Ариэль поняла, что не ошиблась, и все три точно закрыли свою цель. Она довольно хмыкнула и, подхватив сумку, вышла из ванной, оставляя дверь открытой.       Пройдя дальше по коридору она наткнулась на белую дверь с позолоченной ручкой. Дом был такой светлый в каждом углу, что непривычно резало глаза, наверное, после кромешной тьмы ей понадобится ещё неделька-другая, чтобы привыкнуть к этому, а особенно к стадиону «Лисов». Ариэль взялась за ручку и сжала её, ощутив холодный металл под пальцами. Сделав ещё один глубокий вдох, открыла дверь. Перед глазами образовалась маленькая, но такая же светлая комнатка, через шторы пробирался настойчивый солнечный свет, чтобы наградить жителей дома теплом. В углу стояла кровать средних размеров с чистым постельным бельем, накрытая сверху пледом светлого оттенка. Пройдясь взглядом по стене и отойдя от кровати, на глаза попался шкаф с книгами и разными безделушками. Прямо под окнами стоял небольшой стол и деревянный стул, а на полу лежал приятный мягкий коврик белого цвета.       Ариэль очень хотела бы скинуть кроссовки и зарыться пальцами в этот ворс, но, вспомнив про свои вечно холодные и от того нечувствительные ноги, передумала. Вытащив из сумки всего три важные сейчас вещи, она швырнула её на кровать и вышла из комнаты, закрыв дверь. В доме было тихо и уютно, а с кухни все ещё доносился аромат лазаньи. Побродив между светлых стен первого этажа минут пятнадцать, всё-таки удалось найти то, что она искала, а именно выход во двор.       Дверь легко поддалась, и горячий воздух ударил в лицо. Ариэль бы не стала этого делать, если бы не дикое желание и дрожащие от перенапряжения руки. Она спустилась по деревянным ступенькам и пошла вперед по ровно подстриженному газону, осматривая местность. Во дворе стоял стол со стульями для летних посиделок, мангал и костровая зона с деревянными креслами, с другой стороны стояли двухместные качели, а в самом конце были высажены пару деревьев. Девушка подошла к одному из них и села на газон, откидываясь спиной на твердую кору. С этого места она могла увидеть весь двор и проконтролировать ситуацию.       Подумав, что опасности нет, Ариэль закатала рукава, чтобы облегчить страдания от жары. Ей не хотелось показывать свои зажившие белесые шрамы и новые царапины. Трясущимися пальцами она достала из кармана пачку сигарет и вытащила из нее белую палочку вместе с черной зажигалкой. Девушка нетерпеливо всунула сигарету в зубы и, прикурив, сделала первую затяжку. Она была самой глубокой и желанной, никотин проникал в легкие, окутывая их едким дымом. Ариэль подняла голову, выдыхая белые пары в воздух, где через зелёную крону дерева проглядывались кусочки неба.       Оно все ещё завораживало девушку своей прекрасной синевой различных оттенков. Ариэль курила в затяг, наполняя легкие до самых краёв. Когда сигарета дотлела до фильтра, девушка потушила её об дерево и натянула рукава до кончиков пальцев. Она прикрыла глаза, зарываясь носом в серую ткань. Усталость сморила Ариэль, и она уснула под лучами теплого солнца.