Амортенция

      Септимус так и не понял почему Грин убежала, ну вообще Офелия как и её родственник немного с причудами, но не настолько что бы просто оставить его одного. Ещё и Цедрелла, что просто покоя не даёт, ходит за ним. Уизли даже боялся что-то пить или есть, зная что та дружит с Мальсибером то в чем-то могла быть амортенция. Начался маленький дождик и Сеп поспешил к школе. Он сразу направился в Большой Зал, там он мог найти либо саму Офелия, либо Игнатиуса или Мину. Но за столом сидел Пруэтт что пытался чашку превратить в крысу, это у него выходила не ладно, поэтому тренировал как мог. Хотя на СОВ всё вышло более менее, раз Дамблдор принял его. Мина видимо была с Хагридом. — Ты не видел Офелию? — спросил Септимус у Игнатиуса, чем сбил его и чашка просто разорвалась. — Прости. — Нет — раздраженно выговорил Пруэтт — Репаро.       Чашка снова стала целой, но больше колдовать у парня желание не было. Он просто принялся есть свой обед, который успел остыть. — Вообще Грин странная — сел за стол Сеп — сначала обнимала, а потом как будто ударили её, и она убежала. — Я не удивлюсь если наша мисс-подозревать-Реддла-во-всех-грехах-этого-мира увидела его и побежала следить за ним — Игнатиус пожал плечами и быстро поглощал пищу — я кстати слышал что Маклагген врезал тебе.       Септимус махнул рукой, показывая что это пустяк. Пока Пруэтт поглощал вкусные тосты тот раздумывал над всем. С такой командой, которая не слушает его, они проиграют, вся надежда на Грюма, но и тот мог потерпеть поражение, всё-таки первый раз играет.       Двери открылись. Это была Мина, что была мокрой до нитки. Уорингтон, видимо, только сейчас вспомнила что она колдунья и махнула палочкой. Её одежда и волосы стали сухими, но это совсем не подняло ей настроение. — Эти дружки Реддла — почти что прорычала девушка, садясь рядом с друзьями — они испортили все тыквы Хагрида, а он старался. Да и мы с ним кстати выучили заклятие Агуаменти. — Уорингтон, ты зачем его учишь таким сложным заклятиям? — Септимус враз стал серьёзным и совершенно забыл о еде — милая моя, если ты взялась уже учить его, то учи по плану, а не то что мы недели две назад проходили. — Я в следующем году выпускаюсь, кто его потом будет учить, дурья ты голова — она легонько ударила Пруэтта рукой по лбу, а тот выдавил подобие улыбки. — Стоп! А где Грин, Сеп, она же с тобой должна быть.       Сеп рассказал всё что случилось и Мина только грустно вздохнула. Если Пруэтт и прав, то сейчас подруга где-то бегает от стенке к стенке пытаясь узнать тайны Тома.

***

      Никаких изменений в поведении Офелии не наблюдалось, она вела себя всё так же, только взгляд изменился с испуганного, на влюбленный. Том уже было подумал что туфта которую дал Мальсибер не работает, но сейчас видя эти незначительные перемены Реддл был готов просто прыгать от счастья. Всё идёт по его плану, а значит что некоторые тайны семейства Дамблдор и книги он сможет достать. — Том — Грин это протянула будто пробуя на вкус имя.       Она немного пошатнулась и присела. Том быстро успел подхватить девушку за руку и та просто села. Грин схватилась за голову. — Голова        Том не ожидал что всё так обернется. Он думал что всё пройдет гладко, но сейчас ему пришлось нести девушку в больничное крыло, ибо та просто потеряла сознание. Мальсибер точно не говорил о этой побочке.       Мадам Роза быстро обследовала девушку и пришла к выводу что та просто простудилась. Целителю даже в голову не пришло что над девушкой провели некий ритуал. — Я думаю, молодой человек, вы можете идти на обед — проговорила женщина, при этом проводя палочкой по телу Грин. — Лучше сообщите друзьям мисс Грин что с ней.       Том так и поступил. Совершенно не хотелось сидеть рядом с Офелией, особенноесли есть возможность того что мадам Роза узнает про зелье. Да и Мальсибера найти нужно. Реддл хотел очень узнать, что же такое дал ему Джон, ведь это явно не неожиданная болезнь, а последствие приворота, и Тому не нужен труп Грин или что бы кто-то узнал что случилось с ней.       Мальсибера найти не составило труда. Тот вместе с Эдмундом Ноттом был возле Запретного леса и насмехались над Хагридом. Если бы он не знал этих двоих, то подумал что они отстают в развитии, ведь их шутки были до одури детскими. Как только Джон приметил фигуру что напоминала его друга, то сразу умолк, а свою голову вжал в плечи. Он уже видел, нет даже чувствовал, что его Хозяин зол. — Джон, а скажи мне намилость — слащаво проговорил Реддл и схватил того под правую руку. — что за зелье ты дал, ибо мисс Грин сейчас лежит в лазарете.       Мальсибер тяжело как-то вздохнул. Он не мог просто сказать Тому что это ещё неизвестное зелье и его отец согласился проверить его на Офелии. — Так что это за зелье? — переспросил Том — А — махнул рукой Эд, который всё это время просто наблюдал. — Его папаша опять решил испытать на ком-то новое зелье, а ты со своей Грин вовремя подвернулся.       По эмоциях на лице Тома ничего нельзя было понять. Он просто смотрел на Джона таким взглядом, что тот понимал, ему будет очень больно. Такую боль даже идиот Гойл не испытывал. — Я был лучшего мнения о тебе Джон — он отпустил Мальсибера и отошел — думаю, в Выручай-комнате мы с тобой ещё встретимся.       На этом Реддл покинул этих двоих. Он не хотел ничего слышать, никаких оправданий. А Джон ему что-то кричал об отце, что тот просто заставил того. Но Реддл чувствовал себя преданным. Джон будет наказан, и по всей видимости новенькой Розетте Розье будет подопытный кролик, на котором она впервые в жизни испытает Круцио.

***

       Дамблдор сразу узнал что случилось с его студентом. Декан сразу сообщил родителям девушки и нашел друзей, что искали Грин. Для Альбуса было странным что его родственницу в больничном крыло принес никто иной как Том. Раньше он как-то не видел связи между Грин и Реддлом, но всё может быть. Для Альбуса было бы прекрасно если Офелия ответит Тому путь. Но где-то внутри ещё были сомнения, ведь как-то странно что по словам Септимуса Уизли девушка была здорова, а вот уже спустя несколько часов лежит без сознания. Но мадам Роза успокоила профессора. — Эх, девочка просто видимо сама занималась лечение. — Роза поправила подушку. — Я нашла в её крови раствор полыни, а он очень помогает при простуде, но хворь взяла своё. А я же говорила что лучше обратится ко мне если чувствуете плохо. А они сами лечат себя.       Колдунья бубня под нос об молодежи пошла к себе в маленький кабинет. Уизли сидел возле девушки и держал за руку, Мина вжалась в руки Игнатиуса и плакала. Уорингтон только дай повод выплакаться. — Том — настолько слабый голос, что никто не услышал, лишь Сеп сжал сильнее руку Офелии. — Где Том?

***

      Мальчиком совершенно не хотел идти на встречу к Тому. Джон уже знал что с ним будет. Реддл никогда никого не прощает. Парень шёл настолько медленно, он каждый раз останавливался возле окон и смотрел в них, он жалел что не может превратиться в птицу и просто улететь. Для Джона боль была знакома с детства. Ещё в детстве отец в целях воспитания мог наслать круцио, а после говорить о любви к единственному ребенку. Сегодня он впервые получит круцио от кого-то, кто не является его отцом. От своего друга. Джон знал что поступил неправильно. Нужно было сообщить о том что зелье новое и никто не знает о побочных эффектах, но он просто испугался. Испугался отца, а теперь до смерти боится своего друга.       Дойдя к Выручай-комнате он молился что бы она не появилась, но молитвы не дошли. Внутри был сам Том и новенькая Розетта. Розье имела славу немного неадекватной дамы, что просто желала причинять боль другим, даже учителя замечали её садисткие наклонности. А сейчас она держала в руках палочку, и постоянно спрашивала у Тома когда же можно начать. Но тот лишь скучающе смотрел на своего друга, что просто был готов бежать назад к двери, но страх не давал это сделать. Да и Мальсибер понимал что будет хуже. Немного хуже.       Том махнул палочкой и Мальсибер понял. Он не может ни звука произнести, а Розетта улыбнулась и направила палочку. — Круцио       Она произнесла это тихо, но для Джона эти слова прозвучали очень громко. Сколько бы он не получал круцио до этого, но каждый был как новый. Кости из нутри выворачивало, кровь бурлила, а сердце билось сильно-сильно. Он кусал губы пытаясь хоть как-то унять боль, но это было тяжело. Розье повторяла «Круцио! Круцио!», а Том лишь удовлетворительно улыбался. Джон корчился от боли. Каждый раз он царапал себе лицо, а когда взглядом цеплялся за Реддла то видел в нём отца. Тот так же улыбался, думая что учить сына, но сам Джон вместо уроков впитывал ненависть к отцу. — Хватит, Розетта.       На лице Розье появилось разочарование. Она хотела ещё, она уже увидела капли крови, которые так крисиво (для неё) стекали по лицу парня. Но ей пришлось остановиться. Мальсибер пытался унять дрожь. Но это выходила плохо. Он никак не мог найти опору в руках и просто падал, как только пытался подняться. Реддл видел это и решил пожалеть того, поэтому резко взмахнул палочкой и тот поднялся на ноги, будто тряпчаная кукла. — Надеюсь, Джон Мальсибер, ты запомнил, что Волан-де-Морту лучше не врать.