Музыка мондштадского ветра

Моракс никогда не мог смотреть на глазурные лилии без щемящей тоски в сердце. Хотя сам бы он вряд ли описал это чувство именно так, поскольку не ведал об эмоциях смертных практически ничего. Он читал множество поэм, романов и проз, вышедших из-под пера его народа, выучил названия всех чувств и ситуации, в которых те обычно проявлялись, однако так и не смог сопоставить написанные строки со своими реальными ощущениями. И если бы его спросили, что он чувствует, смотря на робкие бутоны, тянувшиеся вслед за прекрасным пением, он бы ответил что-то на подобие: «Бурные воды тревожат непоколебимую скалу», и в глазах вопрошающих предстал бы в образе мудрого философа или поэта, слагающего поразительные метафоры. Многие легенды, ходившие по улицам Ли Юэ, гласили, что Рекс Ляпис обладал голосом столь сильным, что мог двигать им горы, и в то же время столь прекрасным, что от него расцветали целые поля глазурных лилий. Моракс бы очень хотел, чтобы это было правдой. Ведь тогда он смог бы петь оды благородным цветам, что символизировали его ушедших друзей. Он осторожно прикоснулся пальцами к плотно сомкнутому бутону. Глазурные лилии никогда не раскрывались от его пения. Внезапно подул лёгкий, тёплый ветерок, несвойственный для горной местности, разливая чьё-то нежное пение над цветами, и те тут же раскрылись, повинуясь чарующему голосу и звукам лиры. — Смотрю, на старости лет у тебя появилось время любоваться цветами, — хихикнул мальчишеский голос за спиной Гео Архонта. — Я тоже рад тебя видеть, Барбатос, — Моракс медленно повернулся и почтил старого приятеля кивком головы. — Пожалуйста, называй меня просто Венти, — сидевший на валуне Анемо Архонт ловко спрыгнул на землю и подошёл поближе, внимательно разглядывая Моракса. — А ты ведь теперь живёшь под именем Чжун Ли, верно? Знаешь, ты выглядишь намного лучше, чем я себе представлял: после рассказов путешественника я уж было подумал, что у тебя старческий маразм и камни в почках. Моракс тактично проигнорировал подколку со стороны Барбатоса. — Как насчёт прогуляться, старый друг? — Ну, дел у меня всё равно никаких нет, так что окажу тебе такую честь, — подмигнул Венти и направился следом за Чжун Ли по горной тропе, что вела к обители Адептов. Казалось, нерушимые горы дремали в лучах полуденного солнца, отзываясь на свет лишь тихим шелестом карликовых деревьев и перезвоном стеклянных колокольчиков, что росли на опасной высоте, от которой захватывало дух. На барда такой пейзаж производил впечатление. — Вдохновляющее место, — Барбатос встал на самый край скалы, подставил лицо ласковым лучам и вдохнул полной грудью. — Воздух здесь чистый и свежий, а ещё ощущаешь себя ближе к солнцу. Честно говоря, я очень соскучился по природе Ли Юэ. Быть может, я даже напишу песню, посвящённую этим краям. Моракс поравнялся с Барбатосом, сложил руки за спиной и устремил взгляд вдаль. — Последний раз, когда ты писал что-то, связанное с моей страной, получилась песнь, в которой Адепты украли смертного младенца, чтобы сделать его своим преемником, но не знали, как за ним ухаживать и как его воспитывать, и в итоге чадо извело их всех своим бесконечным плачем. Весьма нереалистичная ситуация. Начнём с того, что Адепты никогда бы не стали красть человеческое дитя, поскольку их призвание — защищать смертных, а не вредить им. Более того, Адепты… — Да ладно тебе, не будь занудой! — Анемо Архонт рассмеялся и хлопнул старого друга по спине. — Не все легенды обязаны быть правдивыми и реалистичными. Иногда людям хочется послушать каких-нибудь лёгких и весёлых песен, особенно когда они в таверне за бутылочкой вина. — Тебе очень повезло, что тебя не было в тот момент, когда твоё творчество услышала Хранитель Облаков. Автор провокационной песни ничего не ответил. Лишь улыбнулся по-лисьи и тронул несколько струн своей лиры — те самые, с которых и начиналась эта забавная история об Адептах и их смертном преемнике, надеясь на хоть какую-то реакцию со стороны Моракса, но тот остался таким же непоколебимым и бесстрастным. Бард грустно вздохнул и убрал музыкальный инструмент. Камень непросто вывести на эмоции. Какое-то время они молча стояли рядом и смотрели на залитый солнцем пейзаж, что простирался у них под ногами. Холмистые поля, горные реки и причудливые каменные уступы, а дальше за ними, ближе к горизонту, виднелись гавань Ли Юэ и Каменный лес Гу’юнь. — Смотря на тебя сейчас, я даже поверить не могу, что когда-то ты швырял все эти каменные глыбы, — нарушил тишину Барбатос, кивком указывая на острые пики гор посреди водной глади. — Эх, вот были же времена! — Похоже, ты забываешься, дорогой друг, — сдержано возразил Властелин Камня. — Даже сейчас я намного сильнее, чем ты. Тебя с лёгкостью победила смертная женщина. — Но что это была за женщина! — не подавая вида, что его хоть как-то задели слова Моракса, Венти в восхищении прикрыл глаза и улыбнулся. — Эти Предвестники — поистине опасные типы. Даже ты предпочёл не драться с ними, а заключить договор. — У меня были свои причины поступить так. — А ещё, если ты вдруг забыл, то во время Войны Архонтов я тоже кидал целые горы! — Кидал, да только всё мимо, — подметил Моракс. — Зато я создал целый архипелаг, — Барбатос положил руки на пояс и самодовольно вздёрнул нос. — Очень уникальный, между прочим. Им даже заинтересовалась Алиса, автор всем известного «Путеводителя по Тейвату». Наверняка ты о ней слышал. — Разумеется, — Моракс кивнул в ответ. — Продолжим наш путь? — Было бы неплохо, а то если я ещё хоть немного постою на одном месте без движения, то точно превращусь в какой-нибудь каменный выступ, — Венти потянулся, разминая тело, и чуть ли не вприпрыжку начал спускаться вниз по склону. Спустя время они вышли к небольшому озеру, спрятанному в плотном кольце горы Аоцзан — высота этой горы скрывала местность от человеческих глаз, а труднопроходимый рельеф и недобрые легенды оберегали её от любопытных искателей приключений и похитителей сокровищ, тем самым делая идеальным выбором для обители Адептов. В горном водоёме произрастали белоснежные лотосы, окружая выступающие из воды каменные плиты с узорами, что вели к островку с деревом, под янтарной кроной которого расположился древний каменный стол. С виду абсолютно невзрачный, для двух друзей он был намного ценнее, чем многие драгоценные камни. — Когда мы последний раз собирались за ним все семеро? — Барбатос бросил взгляд через плечо на Моракса, остановившись перед первой каменной плитой. — Славные были времена, — с ностальгией в голосе ответил Гео Архонт. — Да, славные. Здесь было так шумно и весело каждый раз. А сейчас так непривычно возвращаться в это место, которое теперь встречает лишь тишиной. Венти ступил на бугристую каменную поверхность плиты, попутно отмечая, как поднялось озеро после сезона дождей: каблук его туфель полностью скрылся в воде, что грозилась залиться в обувь при любом неосторожном движении. Но вместо того, чтобы воспользоваться своими анемо-силами и перенести себя на остров, Архонт запрыгал по плитам, поднимая за собой вихри брызг. — Ведёшь себя, как дитё малое, — закрываясь руками от случайных капель, высказался Моракс. — Но мы ведь на простой прогулке, так что можно расслабиться и подурачиться, — Венти допрыгнул до края острова и одарил своего друга по-детски невинной улыбкой. — Разве нет? Даже проницательному Барбатосу, которой мог достучаться до любой души своей поэзией и музыкой, пришлось приложить усилия, чтобы разобрать, какие эмоции были на лице Моракса — камень читать непросто. Но по тому, как его друг судорожно поправил перчатки, Анемо Архонт осознал: того что-то терзало. Теперь было важно мягко подтолкнуть Моракса к этому. — Сколько своих песен я исполнил за этим столом? — проведя рукой по чуть сырому камню, задал риторический вопрос Венти. — Помню, Макото очень нравилась песня про Лунного зайца. Она так мило хлопала в ладоши, когда я заканчивал её петь. Искренние аплодисменты — лучшая награда и похвала для барда. Барбатос уселся на стул, который был отведён для него: знак Анемо, выгравированный на каменной поверхности, наполовину стёрся, однако по-прежнему оставался узнаваемым. Хотя Архонт смог бы опознать своё место и безо всяких знаков — он умудрялся его находить, будучи в стельку пьяным. — Я заварю нам чай, — оповестил Моракс, срывая умытые дождём лепестки лотоса. — Один из тех, которые настаиваются по четыре часа? — с ухмылочкой полюбопытствовал Венти. — Не стоит так волноваться. Я заварю нам лёгкий зелёный чай с цветами лотоса. На его приготовление не потребуется много времени. Барбатос молча наблюдал за тем, как его педантичный друг с ювелирной точностью отмеряет необходимое количество заварки и пристально следит за огнём под небольшим котелком. Ему в голову пришла мысль немного вздремнуть, пока чай не будет готов, но на его удивление, напиток приготовился достаточно быстро. Моракс поставил две небольшие чашечки на стол и занял место по правую руку от Барбатоса. — Чай очень лёгкий и приятный, — поделился своими впечатлениями Венти, осторожно пригубив горячий напиток. — Но чего-то ему не хватает. Сказав это, он вытащил из кармана шорт яблоко и маленький складной ножик, которым принялся нарезать плод тонкими ломтиками и класть их в чашку. — Вот теперь — идеально, — блаженно вдохнув аромат, Барбатос сделал большой глоток. Лицо Чжун Ли приняло совершенно неопределённое выражение, что не укрылось от Венти. — Что, никогда чай с яблоками не пил? — Пил. Но в твоём случае яблоко перебивает тонкий и нежный вкус лотоса, — по его интонации было понятно, что он сбит с толку выходкой со стороны Анемо Архонта. Хотя, казалось бы, за более чем три тысячи лет знакомства Моракс мог бы уже и привыкнуть к подобным проделкам. Венти пропустил замечание мимо ушей, продолжив наслаждаться своим яблочно-лотосовым чаем. — И как тебе жизнь в роли обычного смертного, дорогой Чжун Ли? — довольно внезапно, но мягко поинтересовался он у Гео Архонта. — Ты же в этом деле новичок, в отличие от меня. — Весьма неплохо. Постепенно осваиваюсь. Однако, я не понимаю многих вещей смертных, и это вызывает затруднения. — Ну, оно и понятно. Ты контактировал с людьми в основном только на Церемонии Сошествия, и то в сугубо деловой манере, — Венти поболтал чай в своей чашке. — Надеюсь, ты всё чётко взвесил, прежде чем оставить свой пост. — Можешь во мне не сомневаться, — прикрыв глаза, заверил его Моракс. — Они обязательно пришлют тебе замену, — внезапно Венти стал серьёзным: его голос будто похолодел, как ветра на вершине Драконьего Хребта, а в глазах засияла осознанность. — Ты ведь как никто другой знаешь, что Селестия не любит страны без богов. Моракс еле заметно кивнул. Он действительно знал, как никто другой. — Мне нравилось присматривать за Ли Юэ. Но у всего в этом мире есть свой срок службы — даже у нас, бессмертных существ. И мой срок в качестве Гео Архонта подошёл к концу, — он помедлил, словно обдумывая, как лучше дальше продолжить. — По правде говоря, срок подошёл не только у меня. Венти в изумлении приподнял брови и подался чуть вперёд. — Что, неужели кто-то из остальных пяти Архонтов? Они же все, кроме Эй, ещё достаточно молодые, особенно Дендро Архонт. Куда им в отставку? Вот ведь молодёжь пошла… — Я не про остальных Архонтов. А про одного из Адептов. Барбатос приготовился внимательно слушать. — Помнишь ли ты Сяо? — Твой маленький помощник из Якс? Разумеется, я его помню. — И ты наверняка помнишь, как нелегко приходится Защитникам Якса, — продолжил Моракс. — Все его товарищи по оружию погибли. Сяо остался один. И до недавних пор он прекрасно справлялся. — Насколько… всё плохо? — нахмурившись, осторожно спросил Барбатос. — Ему перестали помогать лекарства, которые я тайно передавал вместе с путешественником или малышкой Чичи из хижины «Бубу». Более того… пару дней назад я прогуливался близ Южных небесных врат и застал там раненного после битвы Сяо. Его кровь была чёрной. — Ох… — только и смог выдавить из себя Анемо Архонт. — Венти, Сяо умирает. И я бы хотел попросить тебя об одолжении. Помоги ему, пожалуйста. Спаси его. — Помочь? Спасти? — Барбатос в растерянности забегал взглядом по столу. — Но я не медик. Если уже даже твои лекарства ему не помогают, то чем тогда смогу помочь я? Я не умею доставать людей с того света. Хотя очень бы хотел. — Я не прошу тебя доставать его с того света. Я лишь прошу помочь ему спокойно и без боли уйти из этого мира. — Что от меня требуется? — Смертные отпевают покойников, поскольку верят, что таким образом очищают их души и провожают в лучший мир. В случае Сяо это было бы бесполезно, — Моракс посмотрел прямо в глаза Барбатосу. — Но я прекрасно знаю, на что способна твоя музыка. — То есть… ты хочешь, чтобы я его отпевал, и таким образом очистил его карму, я правильно понял? — Да. Я бы очень хотел, чтобы в последние минуты своей жизни Сяо был счастлив. И ушёл в иной мир с чувством выполненного долга и лёгким сердцем. Такое я могу доверить только тебе. — Такое мне по силам. — Тогда, — Властелин Камня положил перед собой на стол некий документ и перо, — я бы хотел заключить с тобой контракт. Что бы ты хотел в обмен на свою услугу? Барбатос бросил на него взгляд, полный удивления. — Дорогой Чжун Ли, если ты собираешься жить среди простых смертных, то тебе следует научиться жить по их правилам, — он отодвинул от себя бумагу и перо. — Люди не заключают контрактов, когда дело касается дружеской просьбы, которая даже денег не требует. Простого «спасибо» будет вполне достаточно. Ну, или ты можешь подогнать мне бутылочку хорошего вина, на этом и сочтёмся. — Контракт не нужен? — Моракс в исступлении уставился на составленный им документ. — И как тебе удаётся понимать такие тонкости? — Знаешь, иногда я задумываюсь о том, почему у тебя проблемы с пониманием смертных. У меня на это имеется две теории. Теория первая — ты мало общаешься с людьми. В отличие от тебя, я живу среди обычных людей. Ем с ними под одной крышей, делюсь историями, играю на улицах с детьми. Ты же приходишь к людям, чтобы проверить порядок и посмотреть, как идёт торговля. И вторая теория — ты в принципе не способен воспринимать эмоции и образ жизни смертных, поскольку появился задолго до первых людей. Я появился спустя три тысячи лет после тебя, и когда ещё был обычным элементалем, то рос и развивался, слушая разговоры, смех и плач жителей моего будущего города. Они доверяли мне свои секреты, когда загадывали желания и дули на одуванчики, а я подхватывал семена и разносил их вместе с самыми сокровенными мечтами далеко за пределы ветряного барьера. В любом случае, какой бы ни была настоящая причина, ты уж постарайся привыкнуть к жизни простого смертного. — Сдаётся мне, что с твоей проницательностью найти подход к Сяо тебе не составит особого труда. Видишь ли, он довольно неохотно принимает помощь. — Как и обещал, я о нём позабочусь. И сделаю всё, что в моих силах. Венти залпом допил всё содержимое чашки, встал из-за стола и подошёл к кромке воды. — Дай мне один день. Нужно кое-что подготовить, — он слегка улыбнулся Мораксу. — Было приятно вновь увидеться с тобой. Надеюсь, не в последний раз. Моракс в ответ лишь сдержанно кивнул, наблюдая за тем, как его старый друг исчезает в ветряном потоке полупрозрачных белых перьев.