Музыка мондштадского ветра

Утренний Мондштадт приветствовал своего основателя первыми лучами солнца и ласковым ветром. Венти по-кошачьи потянулся, разминая спину. Он редко просыпался в такую рань, предпочитая встречать рассветы в полудрёме, валяясь под раскидистым дубом в Долине Ветров. Но, к великому сожалению Барбатоса, рабочий день в церкви начинался ни свет ни заря, а потому и было важно прийти к самому открытию, чтобы застать сестру Барбару до утренней службы. — Разве я завещал своему народу вставать в такую рань? — задал риторический вопрос Анемо Архонт, поднимаясь по лестнице на главную площадь. — Хоть бы у меня поинтересовались, когда проводить службы в церкви, которую построили в мою честь. Город постепенно оживал. Торговцы раскладывали товар на прилавках, рестораны готовились принимать первых посетителей. Многие жители брели до закусочных прямиком из таверн, чтобы сгладить последствия бурной ночи добротной порцией яичницы с беконом, которая прекрасно справлялась с похмельем. Рыцари Ордо Фавониус лениво слонялись по улочкам, что в их понимании звучало как «патрулирование города». Венти улыбнулся. В его городе всё шло своим чередом, и это не могло не радовать. Он даже помахал Дионе, которая затаскивала в таверну котов, дремавших на солнце. На жест уличного барда девочка отреагировала лишь презрительным фырканьем. Архонт так увлёкся наблюдением за утренней рутиной жителей Мондштадта, что дорога до церкви пролетела для него практически незаметно. Постучав в массивную дверь, Венти сделал два шага назад, принявшись ждать. — Прошу прощения, но служба ещё не началась, не могли бы вы немного подождать? — в проёме показалась мило улыбающаяся Барбара. Но как только она увидела Венти, то улыбка угасла на её губах, сменившись обеспокоенным выражением лица. — Ты ведь тот самый бард… ты в порядке? Ну, после того случая, с той женщиной из Фатуи. Я ведь даже не осмотрела тебя, и я боялась, что у тебя могут возникнуть осложнения в будущем… ты ведь поэтому пришёл? — Благодарю за беспокойство, но я в полном порядке, — Венти лучезарно улыбнулся и развёл руки в стороны, как бы желая продемонстрировать, что его тело в норме и излучает здоровье. Жест Барбару не убедил, но всё же девушка стала более расслабленной. — Я здесь по другому поводу. Видишь ли, мне очень нужны свечи. — Свечи? Ты хочешь поставить свечу и помолиться Барбатосу? — Вовсе нет. Мне очень нужны свечи для одного дела. Такие маленькие и круглые, — бард сложил указательный и большой палец в кольцо, решив, что словесного описания недостаточно. По традиции в Храме использовали длинные и тонкие свечи, однако для особых случаев имелись и другие. Например, те самые свечи, которые были необходимы Венти для проведения ритуала, сёстры использовали для украшения улиц во время праздников, связанных с Анемо Архонтом: они маленькие, устойчивые и не требуют подсвечников, в отличие от классических церковных. — Думаю, я смогу выделить тебе немного круглых свечей из запасов Церкви, — подумав, ответила Барбара. — Но это смотря для чего они тебе нужны. Ты ведь не замышляешь никаких шалостей? — Как я могу! — бард схватился за сердце, будто зажимая рану от невидимой стрелы. — Мне всего лишь нужны свечи на сегодняшнее выступление, чтобы создать нужную атмосферу для сопровождения моей новой баллады. Если хочешь, можешь тоже прийти посмотреть. Я буду выступать на главной площади в семь вечера. Пастор лишь покачала головой. — В семь вечерняя служба, а после я остаюсь приводить церковь в порядок. — Какая досада, — Венти очень убедительно изобразил сожаление, учитывая, что он прекрасно знал время проведения вечерней службы. — Тогда как-нибудь в следующий раз. Барбара кивнула и скрылась за дверью, вернувшись так быстро, что Венти даже не успел заскучать. — Здесь десять штук, — протягивая холщовый мешочек, сообщила девушка. — Хватит? — Более чем, — Венти убрал мешочек в карман шорт. — Большое спасибо. — Я рада, что смогла помочь, — пастор положила руку на грудь. — Да хранит тебя Барбатос. Попрощавшись с Барбарой, Венти спустился по лестнице и проследовал к штаб-квартире рыцарей Ордо Фавониус. С тех самых пор, как магистр Варка отправился в экспедицию, забрав с собой большую часть своих подчинённых, здание практически опустело, что было барду на руку. Разумеется, он не замышлял ничего такого, что навредило бы городу и его жителям, но лишние расспросы от рыцарей в коридорах штаб-квартиры просто отняли бы его драгоценное время. Тем более, что Венти всего-то направлялся в библиотеку. Зайдя в помещение, Анемо Архонт тут же зевнул. Воздух в библиотеке был душным, тяжёлым, дурманившим сознание. Неудивительно, почему Лизу, сидящую среди книжных полок целыми днями, постоянно клонило в сон. «Не мешало бы проветрить», — отметил про себя бард, наблюдая за тем, как кружатся пылинки в столбе света, льющегося из окна. К слову, о Лизе. Библиотекарша дремала за рабочим столом, уложив голову на скрещенные руки и спрятавшись от солнца под широкими полями своей шляпы. Венти не мог её винить: если бы и он тут работал, то уснул бы мертвенным сном в первый же день. К тому же посетителей в это время суток всё равно не было. Ну, кроме него. Бард достал было лиру, чтобы разбудить спящую красавицу приятной мелодией, но этого не потребовалось: Лиза зашевелилась, открыла глаза и потянулась, разминаясь после небольшого отдыха. «А у неё чуткий сон, — подумал Венти. — Ни один книжный вор не пройдёт. А если каким-то чудом всё же пройдёт, то его настигнет кара в виде высоковольтного разряда». — О, привет, малыш, — библиотекарша одарила посетителя своей обольстительной улыбкой. — Какая ты ранняя пташка. Извини меня за мой непрезентабельный вид, я просто не ожидала гостей в такое время. — Я бы и сам не пришёл с первыми лучами солнца без острой необходимости. Но, видишь ли, у меня напрочь пропало вдохновение, а отсутствие вдохновения — самая страшная напасть для барда, особенно, когда он в процессе написания новой песни. Всю ночь не спал из-за этого, — Венти показательно зевнул. — Подумал, что стихи мондштадских поэтов помогут вернуть мне утраченный настрой. — Крайний шкаф слева, — Лиза бросила взгляд на лестницу, ведущую на нижний этаж. — Если собираешься взять книги с собой, то помни о соблюдении сроков сдачи. — Здесь так тихо и спокойно, что, пожалуй, я почитаю в зале. Спасибо, мисс Лиза. Библиотекарша проследила за тем, как бард спустился по лестнице, и со спокойной совестью отправилась дремать дальше. Венти же интересовала отнюдь не поэзия. Бесшумным порывом ветра он пролетел мимо полок, отведённых под творчество мондштадских рифмоплётов, миновал раздел по словарям древних языков и завернул за угол, где находились справочники по флоре и фауне стран Тейвата. — Где же она была?.. — еле слышно размышлял вслух Венти, скользя глазами и пальцами по книжным корешкам — старым и ещё совсем новым. Подушечки пальцев начало приятно покалывать, когда те зависли над невзрачным потрёпанным справочником в тёмно-зелёной обложке. Барбатос довольно улыбнулся. Заряженная анемо стихией книга отзывалась даже спустя сотни лет. Пролистав справочник примерно до середины, Венти остановился на крупном изображении сесилии, рядом с которым были расписаны все полезные свойства цветка, и приложил ладонь к блёклой картинке. Страницы замерцали голубым светом, а когда тот угас, на бумаге проявился совсем другой текст со следующим заголовком:

«Ритуал очищения тела и духа имени Святого Барбатоса»

Анемо Архонт искренне надеялся, что ему никогда не придётся этим ритуалом воспользоваться, а потому решил не утруждать себя запоминанием всех тонкостей его проведения. Ведь создание этого ритуала было напрямую связано с трагедией минувших лет, боль от которой Барбатос годами заливал алкоголем. Его друг умирал медленно и очень болезненно. И всё, что тогда мог сделать Барбатос — это беспомощно летать над ним маленьким ветряным духом, уверяя, что он будет с ним до самого конца, не в силах облегчить страдания маленького барда никакими другими способами. Лишь обретя могущество как новый Анемо Архонт, Барбатос выяснил, что сыгранная им музыка имеет особое, целебное звучание, которое вдохновило его сотворить ритуал очищения, изгоняющий из тела всю боль, как физическую, так и душевную, чтобы тот ужас больше никогда не повторился. В памяти сразу же всплыл отчётливый образ юноши с пробитой стрелой грудью, распластанный на каменном обломке дворца Декарабиана. Каждый вдох давался ему с таким трудом, что слёзы выступали из глаз, а на выдохе изо рта сочились сгустки крови. Венти сделалось дурно. Тошнота подкатила к горлу, ноги подкосились, и барду пришлось опереться о книжный шкаф, чтобы не осесть на пол. Возникло безудержное желание сорваться с места и бежать, бежать в ближайшую таверну, пусть даже с самым некачественным вином, неважно — лишь бы залить спиртным травмирующие воспоминания и притупить яркость картинки. Лишь усилием воли Барбатос заставил себя остаться на месте. Он должен это сделать. Ради Моракса, который был его хорошим другом, и который был всё ещё жив. И ради Сяо, который за свою работу на благо Ли Юэ заслуживал спокойно вознестись в мир иной. Если бы кто-то другой попросил Венти о подобной услуге, то он не согласился бы ни за какое вознаграждение. Но Моракс был для Барбатоса чем-то вроде моста в старый, давно исчезнувший мир, где все его друзья — первые Архонты, с которыми он бок о бок сражался в войне за право покровительствовать странам Тейвата, и с которыми потом собирался за одним столом в Ли Юэ, — были ещё живы. А Сяо он практически не знал. За всю свою продолжительную жизнь Барбатос видел Анемо Яксу всего несколько раз, впервые — на Войне Архонтов, а после — на собраниях Адептов. Не так уж тяжело провожать в последний путь того, с кем у тебя нет никаких эмоциональных связей, общих воспоминаний и пройденных вместе испытаний. Они даже не поговорили ни разу нормально, лишь обменивались парой формальных фраз при редких встречах. Нет, Венти не будет больно. Он проведёт с Сяо неделю, две — максимум, если Якса будет слишком упёртым и до последнего держаться за жизнь. За эти две недели ничего страшного не случится. И Сяо не будет больно, потому что Венти о нём позаботится и проведёт в лучший мир по дороге, сотканной из сладких грёз. Барбатос выписал необходимую информацию на листок бумаги и решительно захлопнул книгу, убрав её на место. Приготовление ритуала оставалось за малым. Гораздо труднее было придумать способ убедить Сяо добровольно залезть в воду, чтобы это не напоминало купание сопротивляющегося котёнка. По крайней мере, Венти хотя бы знал, где, помимо горы Аоцзан, можно отыскать Сяо. «Надеюсь, он будет на постоялом дворе «Ваншу». Не очень хотелось бы бегать искать его по всему Ли Юэ», — с этими невесёлыми мыслями Барбатос покинул городскую библиотеку.