Пока Дьявол не позовёт

- О, не клянись луною, в месяц раз меняющейся – это путь к изменам. Глаза того, кто никого не любит. Ты демон! Тот, кто жадною рукой, устами скверны светлы души губит. Ты заманиваешь свою добычу сладкими речами в пучину тьмы так искусно, ласково и нежно, что добыча не замечает демона под маской.

Рейджи шёл по коридору с огромной стопкой бумаг. ~Бам! ~Шмяк! Белый «дождь». Всюду летела бумага. - Ну, и что это значит? – брюнет спокойно принимал гнев младшего брата, позволив себя зажать, - Убери руки. - Почему? – строптиво прорычал Аято, прижимая вампира к стене локтём за шею. Рейджи хмыкнул, – Сколько тебе нужно повторить, чтобы ты понял: она позвала меня к себе сама. Ты понятие не имеешь, что на уме у этой девушки. - Ха-ха, а ты типо знаешь? - Перестань выражаться передо мной своим молодёжным сленгом. Я перестаю тебя понимать, – ухмыльнулся брюнет, сверкнув глазами. Устав от пустых угроз, а так же почувствовав, что дал достаточно времени брату для того, чтобы остыть, он с силой убрал локоть Аято от себя. Разница в силе и в физических возможностях ещё больше разозлила красноволосого. - Иди к себе, – в приказном тоне сказал вампир, поправляя очки и рубашку, помявшуюся из-за столкновения. - Нет. Я никуда не уйду, пока ты не объяснишься, – Аято с трудом, но осознавал, что ему не выиграть, полагаясь лишь на силу в руках, – Почему? Ну, почему именно она? Ты же наследник короля вампиров. Ты всё равно должен будешь жениться на той, кого выберет отец-повелитель. Мало того, что звание наследника у меня отобрал, так тебе мало оказалось, и теперь ещё возлюбленную забрал? - Во-первых, я ничего у тебя не отнимал, – теперь уже в гнев впал Рейджи, – Я много лет пахал на отца, заботился о вас, балбесах, годами подчищал ваше дерьмо. Да у меня выходных по пальцам можно было пересчитать! А ты? Что ты для семьи сделал? Для отца? - Я… я-я… - Во-вторых, да, я знаю Юи лучше тебя. По крайней мере, я точно знаю кто она, из какой она семьи, почему сюда приехала и много другое. А ты… вместо того, чтобы с ней по клубам и за ручку вдоль берега расхаживать, лучше бы поинтересовался: о чём она мечтает, о чём думает, находясь здесь, кто она вообще такая?! Вот что тебе нужно было сделать! – кричал брюнет. - …хах, да я и так это знаю. Она – дочь священника приехала сюда из церкви. - Всё это чушь несусветная, – перебив брата, Рейджи уверенно заявил, – Она даже не человек. - Ч-что? Что ты несёшь? – Аято заикался, не в силах справиться с волнением. - Это правда. - А кто тогда? - А вот это, ты уж как-нибудь сам выясняй, – злобно шипел очкарик, складывая разлетевшиеся документы в стопку, – Хотя знаешь что, если бы ты её спросил, держу пари, она бы не соврала, как есть рассказала бы. И, в-третьих, я ещё раз тебе повторяю: она сама пришла ко мне! Я нужен был ей, понимаешь? Ну, чтобы вы, дурачки, ничего не заподозрили. Ей нужно выжить, время потянуть, а я – наследник, весь дом контролирую. Вот, почему она ко мне пришла, а не к тебе – голытьба (очень бедный, ничего не имеющий за душой человек)! - Аа…, - Аято не знал, что и сказать от таких откровений, – К-как… так значит она к тебе в постель прыгнула, потому что ты пообещал ей защиту, как наследник отца? - Угу, слава колокольчикам, догадался, – хмыкнул Рейджи, продолжая собирать документы. - К-как ты п-пошёл на это? - Ну, я сказал, что это она спит со мной из-за этого, но про себя я ничего не говорил. - Ты что… правда её…? - Рейджи! – Юи, запыхавшись, окликнула его в конце коридора. Она подбежала к ним, – Что вы здесь делаете? Всё вокруг напоминало о якобы драке. - Ничего, – сразу ответил брюнет, – Просто разговариваем. Не волнуйся. - Ох, да неужели? – с укором и подозрением блондинка смотрела на Рейджи. Тот лишь игриво улыбнулся. - Правда, красавица моя, правда. Юи успокоилась, что тут же вывело Аято из себя, – Да что с вами двумя?! - А? – она с непониманием посмотрела на него. - Девушка, что мне нравилась, трахается с моим братом из-за титула. А брат, на которого я всегда полагался, увёл у меня возлюбленную из-за под носа, – глядя то на Рейджи, то на Юи, Аято не выдержал и, плюнув, зло прошипел, – Дура. - Ты что, ему всё рассказал? – охотница вела себя спокойно. - Нет. Только о нас, – так же спокойно ответил брюнет. Их поведение выводило красноволосого из себя. Шипя от злости, Аято рявкнул, - Да пошли вы оба! Для него было невыносимо знать и уж тем более понимать открывшуюся истину, а ведь он ещё даже половины не узнал. Стоило ему скрыться из виду, как Юи спросила, – Зачем ты ему это сказал? - Время подходит к концу, – всё ещё со спокойным лицом ответил Рейджи, утрамбовывая пачку с документами. - “Время”? - Время нашего с тобой пребывания здесь. - … - Отец лишил меня звания наследника. - Что?! Как?! За что? - Это не важно. Важно то, что я уезжаю через четыре дня, – его голос оставался ясным, спокойным и рассудительным. Это было крайне похоже на него. - А я? – охотница поначалу удивилась, но вскоре пришла в себя. “Так всё равно не могло продолжаться вечно.” - Ты… Юи, ты делай то, что велит тебе твоё сердце, – это единственный совет который мог дать ей Рейджи.

***

Ещё через трое суток в особняк Сакамаки вечером прибыл совершенно неожиданный для всех гость. Из подъехавшей иномарки вышел светловолосый мужчина в деловом костюме. Поправив несколькими движениями пиджак, он быстро поднялся по лестнице. Дверь открыл Пол. - А что, побыстрее дверь открыть нельзя? – недовольным тоном гаркнул Карл Хайнц. - П-простите, Ваше Величество, – опустив голову, Пол начал виновато кланяться, качая головой, как тушканчик. - Где мои сыновья? – гордо, с толикой злобы спросил король. - Они все в гостиной. Мне позвать кого-то конкретно? М-может второго мастера? – с надеждой в голосе спросил дворецкий, но Карл лишь горделиво хмыкнул. - Нет. Я здесь, чтобы встретиться с “жертвенной невестой”. Где она? - В своей комнате. - Приведи в кабинет, – приказал царь, уходя в сторону кабинета Рейджи. Карл знал, что он теперь свободен. Через десять минут в кабинет вошла Юи. - Здравствуйте, – её глаза бесстрашно смотрели на него. Того ухмыльнулся. - Ты меня помнишь? – спросил, наигранно улыбаясь, блондин. - …да, – он вздрогнул, – На банкете. Там ещё тело потом нашли, подвешенное над лестницей. - Мошерев… да~а, – растягивая, стал гундеть вампир, словно что-то вспоминая, – А я ведь не сразу догадался. - М~мм? - Что это ты этих двоих убила. - Простите? Кого я убила? – она с лицом полным непонимания подошла к королю, бесстрашно заглядывая в его глаза. Её от чего-то безумно тянуло к нему. В его глазах была сама смерть. В них не отражалась сама охотница, лишь обида, боль и ненависть. Резко опрокинув охотницу на диван, его руки прижали к нему девушку. Ещё движение, и кровь из разорванного запястья короля капала прямо в рот Юи. Беспомощно кряхтя, она сглотнула. Убедившись в том, что охотница всё-таки выпила его кровь, он быстро отстранился. - Кха-кха-кха!... – отерев остатки крови с лица, Юи закричала, – Что вы делаете?! - Вспомни, – повелел вампир, вытирая платком кровь с уже зажитого запястья. Кровь дала ответ Через пару секунду у неё резко заболела голова. Приступ боли был ошеломляющий. Свалившись на пол, она на карачках из последних сил начала ползти по полу к двери. Видения, как недостающие кусочки пазла, стали восполняться в её голове. Голос, который казался ей незнакомым, который она слышала после того, как заключила сделку с демоном, теперь был ясен и узнаваем, – “Это он.” Все события прошлого пронеслись перед ней, как плёнка в фильме: то, как он ненавидел, как охотился за ней, как долгие годы мстил. Своими собственными руками он мучал её сестёр, пересадил ей сердце, стёр память. Перед её взором предстали его глаза… глаза полные ненависти и злобы. Они были направлены на неё. - …К-карл Х-хайнц, – шептала она сквозь волны боли. - Верно. Какого это? Какого это знать, что ты всю свою жизнь прожила во лжи? – он обессиленно уселся на диван. Юи, качаясь, приподымалась с колен, – Т-ты… это всё ты~ы! - Да. Я рад, что ты вспомнила, – на его лице заиграла довольная улыбка. Взяв графинчик в вином, он налил немного себе и отпил из бокала, – Не смотри так на меня. Я тоже тебя ненавижу. Их глаза теперь были похожими. Они оба люто ненавидели друг друга и не лишним будет сказать, что они потратили всю свою жизнь на ненависть друг к другу. - Карл Хайнц… - Вот почему я всегда казался тебе знакомым. - Верно. Как можно забыть имя своего заклятого врага? – шипела она. - Кровь моей жены, которой мои неразумные дети напоили тебя по незнанию – демоническая. Она начала пробуждать в тебе воспоминания, которые я у тебя с таким трудом забрал, – с сожалением и некой обидой в голосе рассказывал король, - С каждым днём твоя память всё больше и больше возвращалась к тебе. - В моих воспоминаниях был Ты. - Да, у нас с тобой долгая история. - Зачем ты мне всё это рассказываешь? Разве ты не должен меня ненавидеть, желать мне смерти? Я уже сбилась со счёта скольких вампиров я убила этими вот руками, – ненавистно шипела блондинка, тряся руками перед его лицом. Его взгляд продолжал оставаться спокойным, – А ты вот так запросто помогаешь мне? Или же… ты специально вернул мне память, чтобы я дольше помучилась? Решил поиграть со мной? - Это того стоило, разве нет? – с приподнятой бровью уточнил он, оголяя свои клыки, – Как бы там ни было, это теперь не важно. Я больше не могу стереть твои воспоминания. - Будь проклята эта война, – шипела сквозь зубы она. - Да не в войне дело, моя милая. Ты убила женщину, которую я любил и уважал, нет боготворил, – ещё отпив немного вина, он откинулся беспомощно на спинку дивана. По его щеке скатилась слеза, – А твоя мать убила моего единственного друга. - Что? “Любил”? Ты? Кого? - Даже сейчас ты не помнишь? – с насмешкой спросил он. В ту же секунду в её голове зазвенел отчаянный крик, – “Будь ты проклята!!!” - Ах, Ванесса? – Юи не могла поверить своим ушам, но лёгкий кивок головы короля заставил её сдаться, – Ты же уже был женат. Трижды! Какая к чёрту “любовь”? - Ты мне не веришь? Да, я любил Ванессу. Да, мы повстречались с ней, когда мы оба уже были в браке, и у нас у обоих были дети. Ну, так бывает, понимаешь? Я настолько сильно её любил, что не стал настаивать на разводе. Я уважал её выбор остаться в семье с маленьким сыном, я ведь и сам отец, понимаю, что значит иметь детей. - Верно. У неё был сын, болел сильно, – охотница довольно быстро вспомнила лицо мальчика, как и его матери, вот только какого-то другого лица помимо того, что она видела на похоронах, Юи не могла вспомнить. - Вот видишь, всё-таки по~омнишь, – протянул гаденько вампир, – Да, её сын был очень болен. Смертельно. Только благодаря её мужу они и выживали. - Её муж, кажется, служил у тебя в армии. В одной из стычек меж нами его укусили, и он умер. - Угу. И вот, когда она пришла к тебе молить о помощи для сына, ты отказала ей, а всё потому, что её муж был вампиром. Хех, твои принципы не позволили тебе помочь человеческой женщине, вышедшей замуж за вампира и родившей полукровку. Вскоре после этого её сын умер. - А, ты? Почему же ты тогда не помог, раз так любил её?! - Меня не было тогда в городе, – каждое слово было крайне болезненным для него, - Когда приехал, её сын был уже мёртв. Не успела она его схоронить, как в тот же день Ванесса повесилась, – рассказал всё, как на духу, царь, всматриваясь в округлившиеся от шока глаза потерянной блондинки. Ему это понравилось, - Ха-ха-ха, прямо как твоя подруга, правда? Вот ведь, что значит судьба. - Ах, Мошерев, – для Юи это была болезненная тема. - Да, вскоре после этого твоя мать укусила моего друга, и он так же умер в муках, как и его семья, что вы истребили. Так что, это справедливость, слышишь? - … - Ты отняла у меня лучшего друга и возлюбленную так же, как и я отнял у тебя подругу и любовника, – договорив, он резко встал с дивана, озлобленно глядя на неё, – Так что, не смей никого винить, Юи. Ты, тварь, сама во всём виновата. - А как же мои потери?! – кричала она, болезненно хватаясь за сердце, – А смерть моих родителей, муки моих сестёр, мои страдания, смерть моего ребёнка… это за что? - А ты думала, что ты и твоя чокнутая семейка можете безнаказанно убивать моих людей, годами издеваться над ними, использовать, как расходный материал, в своей закрытой лаборатории, и при всём при этом вам ничего за это не будет? – резко схватив её ошарашенное лицо руками, он шипел, – Нет. Нет-нет-нет. За всё в этой жизни нужно платить, моя милая. - Вы тоже нас истребляли! – крикнула в противовес она, стараясь вырваться из его стальной хватки. - Это была война. Она никого не щадила, – сам себе пробубнил король, сдавливая шею охотницы, – Но даже так… даже спустя столько лет в моей памяти эта война осталась самой жестокой. Я повидал много битв, – продолжая душить Юи, прижатую к столу, вампир впервые за много лет улыбался, – Множество войн прошло перед моими глазами, но ваша семья… Вы – Ван-Хельсинги, поистине беспощадны. Род великих убийц. Я никогда вам этого не прощу. Слышишь? Никогда! Уже задыхаясь, Юи выпустила звериные когти, резко засаживая их ему в шею. - А~агх!! – заорал Карл, отстраняясь. Его руки держались за шею. Вскоре, всё заросло, и кровь остановилась. В тот же миг в кабинет ворвался Рейджи. Он оттолкнул Того, вставая между Юи и отцом. - Хватит. Дворецкий зашёл следом и, подбежав к Юи, помог ей выйти. Было понятно, что это был приказ Рейджи. - Зачет ты это делаешь? Ты же знаешь, что это ничего не решит. Пока жив хоть один вампир, она неуязвима. Ты не можешь её убить! – закричал брюнет. Карл отряхнулся и, ухмыльнувшись, посмотрел на сына, – Как ты можешь её защищать? Она же… - Хватит! Это было двести лет назад, – столкнувшись взглядами, Рейджи сказал, – Вы оба виноваты. Вы уничтожили всё и всех, кем дорожили и кто любил лично вас, а всё ради мести… мести построенной из-за неприязни. Отец, мы ведь тоже воевали. - И это говорит мне сын, который обокрал собственного отца? – хмыкнул король, глядя на сына. Рейджи даже не пытался оправдываться. Он знал, что будет пойман, но всё уже было решено. Завтра он покинет замок и семью Сакамаки, – Ладно, расслабься. Меня это больше не волнует. Завтра утром я всё равно улетаю из страны. - Ты улетаешь? - Верно. В Англию. Теперь, когда всем всё понятно, начнётся новая битва. Она и её сёстры продолжат убивать. Я должен успеть спрятать Валерию. - Ты так легко мне об этом рассказываешь? - Почему нет? Ведь уже завтра, ни меня, ни её, ни тебя уже здесь не будет, – договорив, Карл ушёл, даже не глядя на сына, что два столетия помогал ему во всех делах и, как цыплёнок, следовал за ним по пятам. “Этого следовало ожидать.” – подумал Рейджи, прикрывая болезненно глаза.

***

POV Рейджи Сакамаки: Весь оставшийся вечер в особняке был бардак. Всем жителям замка стало ясно, кем является Юи: - …Ван-Хельсинг? – Аято даже не знал, что это за семья, но продолжал удивлённо причитать. - Она их наследница, – мычал Шу, о чём-то размышляя, – Как это возможно? Оборотни? - Верно-верно, – тараторил быстро я, – Это долгая история. - И ты говоришь, что отец всё это время знал обо всём? – уточнил Шу, морщив нос. Казалось, он единственный из всех, кто помимо меня понимал всю ситуацию в целом. - Да. Он сам её сюда и отослал. Это часть долгой и очень изощрённой мести. Шу выглядел как-никогда серьёзно, даже наушники вынул, - …Боже! Это был не просто рассказ о какой-то там семье, это был приговор. Ведь сделку с Дьяволом отменить невозможно. Она не остановится, пока не добьётся того, чего когда-то загадала. Пока все остальные братья старались вникнуть в суть конфликта и разобраться в случившемся, Шу молча поднялся и ушёл к себе в комнату. По его глазам я прочитал, что он готов. Готов всё закончить. Не теряя ни минуты, он всю ночь играл на своей любимой скрипке, занимаясь своим любимым делом. В последний раз. Я не стал ничего объяснять остальным братьям. Их наивные души должны были уйти в покое и… неведение. Это последний подарок, который я мог им дать, как брат. Подойдя к комнате Юи, я долго слышал её плачь. Лишь через несколько часов я осмелился войти. Она спала на диване, – “Устала плакать, наверно.” Подойдя к ней, я бережно укрыл её пледом. Сегодня была последняя ночь, последний день вместе. - Что же мы с тобой наделали…? Встав перед ней на колени, я нагнулся, нежно целуя пальцы ног устало заснувшей Юи.

Она была его любимой женщиной, подобно богине, до которой он не мог дотянуться, поэтому единственное, что ему остаётся - это припасть к её ногам и поцеловать их с искренними и горькими чувствами в душе…

Я ушёл так и не поговорив с ней, не посмев разбудить. Захлопнув осторожно дверь, я пошёл собирать вещи. Она сразу безмятежно открыла глаза. Она не спала. Тот поцелуй Она всё понимает.

***

На следующий день. Ранее утро: Я стоял на улице в длинном пальто с кашемировым шарфом и очками в новой оправе. Меня уже ждала машина. Ранний рейс. Юи стояла напротив меня, одетая в брюки, пальто с длинными рукавами, в кожаные перчатки. Её распущенные волосы плавно раскачивались под такт зимнего ветра. Я смотрел на неё нежной, приветливой улыбкой. Моя сильная рука легла ей на плечо, – Нет слов, чтобы описать сейчас мои чувства, Юи. - Прошу…, - она резко меня перебила, крепко сжимая мою ладонь в своей, – Не нужно ничего говорить, Рейджи. Я тяжело выдохнул, смиряясь с её внутренним решением. Я так же принял своё, – Ты должна пройти этот путь до конца, – шептал ей я, чтобы никто из посторонних, подсматривающих в окно дома, не услышал, – Я знаю, что это больно - терять семью. Нельзя забыть то, что мы оба пережили и простить тоже нельзя. Я понимал, что наше расставание было предопределено. Наша боль была разноимённой и никто из нас не мог понять, чья сильнее и огненнее. Она просто сжигала сердца обоих, превращая все чувства в пепел. Нам не дозволено было любить с самого начала. Я и думать не смел о признании. Я знал, что полюбил женщину, которая никогда меня не примет. Слишком много было пережито, и не было пути назад. Иногда я сожалел о том, что память вернулась к ней, тогда у нас был бы шанс… но в то же время, тогда бы я никогда не смог посмотреть на неё этими глазами, полными любви и преданности, а она никогда бы не смогла увидеть во мне кого-то большего, чем чудовище. Я любил её, и эта любовь - единственное правильное решение в моей бесконечно долгой жизни. Проглотив очередную волну боли, я затаил дыхание. В нём всё буквально кипело, – “Терпи. Эти запретные и жестокие слова, как и мои чувства к ней, должны остаться только в моём сознанье.” - Но перед тем, как уехать, я обязан сказать тебе…, - моё сердце разрывалось от боли, и лишь я один знал об этом. - Что случилось, Рейджи? О чём ты хочешь сказать? Я долго не решался признаться. Тщательно подбирая слова, я всё же сделал этот решительный «шаг вперёд», - Твоя дочь…, - и вновь разговор перешёл в тихий шёпот, – Я узнал, что девочка, которую ты родила в тот день… жива. Вероника жива! Юи замерла в удивленье, – Р-рейд-ж-жи, о чём ты г-говоришь? – она отпрянула от меня, как от чумы, но я не позволил ей отступить. Схватив покрепче за плечи, я решительно “вырвал” своё сердце из груди, отдавая его ей, – Это правда! Мой отец знал о том, что ты вынашивала ребёнка. Он следил за вами. И, когда настал день родов, тебе просто показали мертворождённого. - К-как…, - обомлевшей от ужаса и страха, Юи нечего было сказать, кроме, – Г-где?... Где она?! Я сглотнул, прекрасно понимая, что через минуту она уйдёт и я вряд ли когда-либо её увижу вновь. Не смотря на свой собственный страх потерять всё, я с печалью в глазах признался, – Она всё это время жила с отцом в его особняке. Он воспитывал Веронику, как свою дочь, для того чтобы сделать тебе больно… чтобы отомстить. Её теперь зовут Валерия. Блондинка, почти свалившись в обморок, поражённо смотрела на меня. - Всё это время он воспитывал в ней ненависть к охотникам на вампиров, мечтая сделать из неё живое оружие против твоей семьи, – я крепко держал девушку за плечи, – Это его завершающий аккорд за все годы борьбы между вами. Теперь ты всё знаешь… беги, – прошептал решительно я, – Он хочет увезти её в Англию. Сегодня. Самолёт через час. В один миг она вырвалась из моих рук, и уже через секунду я видел лишь её удаляющуюся спину. Она бежала к воротам особняка. Водитель закричал, – Господин, жертвенная невеста сбегает! – и уже хотел рвануть за ней, но грозный голос второго по старшинству сына быстро охлаждил его пыл. - Стой. - Н-но… - Я сказал: «стой»! – прикрикнул я, тяжело выдыхая, – Она просто «мать». Она не видела своего ребёнка двести лет, постоянно тосковала. Кто я такой, чтобы её останавливать? – тихо спросил сам себя я, - Из-за нашей семьи она всё потеряла. Мой долг – вернуть ей хотя бы дочь. - …Рейджи! – выбежавший из дома, Аято буквально вылетел из дома, – Что ты делаешь?! Тот уже хотел ринуться с вампирской скоростью за ней, но я был гораздо сильнее брата. Подхватив младшенького на лету, я резким движением опрокинул брата, усаживая его один махом на колени на землю. - Молчать!!! – заорал грозно я. Глаза в миг загорелись дьявольским алым огнём. Я оскалился, держа брата за шкирку. От моего грозного вида все братья, в том числе и Аято, едва не описались на месте, – Вы никуда не пойдёте. Все братья в ужасе осели. Даже Шу теперь просто безмолвно стоял в стороне. Я обернулся в сторону калитки, отчётливо видя её убегающую спину. Юи бежала, не разбирая дороги, не жалея сил, выкрикивая лишь одно имя: «Вероника». - Вероника!... Вероника!! – охотница не чувствовала усталости. Тяжело дыша, со слезами в глазах, она бежала и бежала. Даже спотыкаясь и падая обессилено на землю, девушка вновь подымалась и, не отдыхая ни минуты, вновь продолжала бежать. “Доченька, так ты жива. Я знала, я верила. Ты всё это время была рядом со мной, прямо у меня перед глазами. Теперь я точно знаю, что ты – Вероника Ван-Хельсинг, моя дочь действительно выжила в этой всепоглощающей борьбе между нашей семьёй и Карлом Хайнцом. Ты, именно ты, одержала победу в этой смертельной схватке. То, что потомки Ван-Хельсингов выстояли и выжили – знак нашей силы, нашей веры и надежды. Моя плоть и кровь, ты так же, как и все в нашем роду, сильна. Ты жива! Теперь я обрела смысл жизни в твоей победе.” Юи отправилась прямиком в аэропорт. Постоянно подгоняя машину, она ринулась к выходам на посадку для самолётов. Выбежав на улицу, блондинка столкнулась с ограждением, которое мешало ей подойти близко с полосе взлёта. Всего в нескольких метрах стоял частный самолёт. - А~ааа!!! - вцепившись в железную сетку ограждения, Юи с силой начала ломать её, но та оказалась крепче. Гибкие прутья не позволяли ей пробиться. Издалека она увидела, как к самолёту подъехала иномарка. Из неё вышел её злейший враг – Карл Хайнц. Он быстро поднялся по трапу самолёта. Дама, что сопровождала его, следовала за ним. Светловолосая девушка в милом платье голубого цвета направлялась к самолёту. - Веро’ника!!! – блондинка в ярости до хруста в костях трясла ограждение, но какие-либо попытки сломать его были тщетны для неё. Её дочь находилась всего в нескольких метрах от неё, но вновь дотянуться до неё ей было увы не суждено, – Дочка~а!!! Кровь проступила на её ладонях, а глаза не смыкались ни на миг, боясь прервать зрительный контакт с объектом своей горькой материнской любви. - Аааа~аа!!!!!!!!!! – отчаянье застлило ей глаза в тот самый миг, когда трап убрали от воспаряющего в высь самолёта. Всего минута – это то время, когда она впервые видела свою дочь живой. Упав на колени, Юи продолжала истерично рыдать под шум турбин уходящего самолёта, – “Всего лишь миг я чувствовала себя живой.” POV END Рейджи Сакамаки. POV Юи Комори: Я вернулась в особняк Сакамаки уже поздно вечером, когда на небе зияла луна и звёзды. Я была полностью разбита. Сбитые в кровь колени и ноги сильно гудели. Запах крови и грязи распространился по всему холлу. Все оставшиеся братья смотрели на меня тяжёлыми глазами. Канато боязливо сторонился меня. Кажется, он уже знает, что один мой укус может убить его. Райто и Субару просто молчали, не зная, что сказать, Аято был ближе всех, но его неуверенная поступь очень сильно напрягала. Первым заговорил Шу, – Иди. Рейджи оставил тебе в твоей спальне прощальный подарок с письмом. - Да. Он уже уехал, – прогундел печально Канато. Я ничего не ответила. Смахнув с себя пот, я поплелась наверх. Внутри комнаты на кровати лежала огромная большая кубическая коробка, а рядом белоснежный конверт. Все братья во главе с Аято пошли следом за мной. Скорее всего, большинству из них было просто любопытно, что же оставил мне Рейджи перед отъездом. Единственный, кто так и остался на первом этаже, был Шу. Он спокойно сел в гостиной в своё кресло, дожидаясь развязки этой ночи. Я открыла крышку коробки, – Ох!! Крепко зажав рот с носом, я с навернувшимися в глазах слезами смотрела на отрубленную голову своего когда-то жениха. - Г-генрих!... “Так вот значит, почему Карл Хайнц сказал, что я убила обоих. Генриха убил Рейджи?” Думаю, ответ в письме. Распаковав конверт, я развернула лист бумаги со всего одним предложением:

«Я не мог оставить его в живых.»

Рухнув на колени посреди спальни, я зарыдала. “Он отнял моё право на месть.” Почему? Из-за любви? На меня продолжали смотреть братья Сакамаки. Теперь действительно всё кончено. Аято был первым, кто подошёл. Я казалась безумной. - …Юи, – его рука коснулась моего плеча, – Возможно, я не всё понимаю, но… неужели мы не можем ни о чём забыть? - “Забыть”? – не веряще, переспросила я, - Кем я стану после этого, если забуду? Как смогу называть себя человеком? Я поняла. Теперь я знаю. Это была наша судьба. Наш рок. Нам суждено было пройти этот путь до конца. - Я понимаю. - Нет! – прикрикнув, протестовала я, - Ты никогда не сможешь понять. Я знаю, он пытается меня успокоить. - Ты ни в чём не виновата! – кричал, умоляюще, Аято, как-будто это был последний шанс поговорить со мной. - Разве я не Ван-Хельсинг? – недоумевающе произнесла я, гордо заявляя, - Грех в моей крови. - …ох - Это жизнь по законам волчьей стаи (сильнейшие поедают слабейших. В волчьей стае больных и старых, то есть тех, кто не может выжить без посторонней помощи, бросают умирать или загрызают, дабы облегчить их муки), – шептала я, как-будто рассказывала самую страшную тайну, – Но это не важно… слишком поздно. Поднявшись, я подошла к шкатулке, в которой хранился серебряный клинок. Обернувшись, я направила его прямо на братьев перед собой. - Юи? – испуганно начал отступать Аято. - Пхех, ты серьёзно? – спросил Субару, уверенный в выигрыше, – Ты правда думаешь нас всех убить? - (шмыг)… посмотрим, – спокойно ответила я, продолжая наступать. Канато и Райто в миг растворились в воздухе. Аято с выставленными вперёд руками стал меня успокаивать, – Юи, успокойся. Всё может быть иначе. Теперь, когда Рейджи уехал, мы можем быть вместе! “Что он несёт?” – его воодушевление не вызывало во мне ничего, кроме раздражения. - По крайней мере, я умру той, кем была рождена. Моя жертва не станет напрасной! – кричала я, сжимая с силой кофту на своей груди. Сердце. Моё сердце – это та жертва, которую я отдала НЕЗАДУМЫВАЯСЬ, чтобы обрести силу, небывалую прежде на свете. Боль от предательства любимого мной когда-то человека разъедала меня и поныне, – Я больше не поддамся глупой любви, – слёзы ручьями текли из глаз, – Не стану рабой своих чувств, – сжимая острый серебряный клинок, я начала медленно с отчаяньем в глазах надвигаться на Аято, - …Не поверю…, – всего пару шагов отделяло нас друг от друга. Он стал пятиться, с грустью смотря на меня. Не надо меня жалеть. Я заслужила это. За свои ошибки я поплатилась семьёй и гордостью. Больше я не стану медлить. И если то, что говорил Аято правда, и вампиров после смерти действительно ждёт Ад, то… сколько бы времени не прошло и как долго бы я не скиталась по миру… я буду знать, что ты ждёшь меня со всей своей ненавистью, любя меня так сильно, на краю света в самом центре преисподней. Я всегда буду помнить тебя. И именно поэтому сейчас я убиваю тебя… ведь смерть – самая высшая мера вашей любви. Я не знаю, что значит любить подобно ВАМ – БЕСКОНЕЧНО. Если на Земле остался ещё хотя бы один вампир, то я буду вечно бродить по свету, в ожидании момента, когда я освобожусь от Дьявола, и, став абсолютно свободной, я прилечу на его огненном коне в самое жерло ада. “До встречи.” - ААААААААА!!!!!!!!!!!

***

Лучи рассвета коснулись заляпанного кровью лица. Я вышла из особняка, в котором больше не было слышно криков. Мой разрезанный живот и другие раны затягивались. Я всех убила. Больше всего меня поразил Шу, который даже не сопротивлялся. Он попросил лишь об дном: убить быстро. Мои глаза были пусты. Сбоку от меня появилась Нико. - Ты знаешь, я ждала этого момента двести лет и, казалось, точно знаю, что скажу и что сделаю. - … - Но знаешь, спасибо тебе, – на выдохе с облегчением сказала я, – Спасибо, что откликнулся на мой зов. Лишь благодаря тебе мы с сёстрами смогли тогда выжить. На горизонте появились две тени. Это были мои сёстры. Они стояли в обнимку друг с другом, подзывая меня к себе рукой. - Юи!!! – кричала Эбс издалека. - Пора, – предупредил тихо Дьявол. - Ч-что мне делать? – испуганно спросила я саму себя, но ответил ОН. - Ты знаешь что. - Знаю. - Ну, иди, – сказал демон, подталкивая меня к холму. Я вновь тяжело вздохнула, - …Я буду рядом. Я замерла, резко оборачиваясь. Но на прежнем месте, рядом со мной, уже никого не было. Улыбнувшись, я развернулась и пошла на холм, - До скорой встречи. Дьявол под личиной девочки ещё долго стоял всё там же, возле мёртвого особняка, смотря издалека на наше воссоединение, – “Ты знаешь… твоё желание было самым невероятным в моей жизни.”

***

Америка: Роскошный вид на статую Свободы. Внутри аккуратный интерьер и запах апельсин в пиалке на столе. Одинокий вампир стоял возле окна, спокойно держа трубку телефона возле уха. - …, - абонент на другом конце сети заставил брюнета с силой сжать ладони. - Это… правда произошло? - …Да. Ваши братья мертвы. Дождавшись ответа, Рейджи осторожно повесил трубку и, не закрывая глаз, с шумом осел на длинную кровать. - …Значит, вот как решило твоё сердце. POV Рейджи Сакамаки: Юи, тот взгляд, что ты показала мне в то утро, я не смею забыть. Он сразил меня в самое сердце. Я влюбился в тебя, как мальчишка. Любимая моя, я не хотел, чтобы ты однажды сделала это сама. Придя в мою жизнь, ты меня поразила в самое сердце, оживила каждую клеточку моего мёртвого тела. Я был счастлив, лишь глядя на тебя со стороны. Не далеко и не слишком близко для того, чтобы не увянуть так же быстро, как цветок. Но я уже пропал безвозвратно, лишь взглянув в твои глаза… Мне не нужны были признанья и тысяча ненужных слов, я был влюблён лишь однажды…. В ТЕБЯ! Я знаю, что ты не остановишься. Придёт и мой черёд однажды… но я не допущу, чтобы ты сделала это сама. Знаю, у тебя не было другого выбора. Ты уничтожала своих врагов один за другим и тебя… это понравилось. Хех, ты как вулкан, как торнадо... ~Тук-тук! …теперь пришёл и мой черёд? END POV Рейджи Сакамаки. Утро. 6:30: ~Тук-тук-тук!! Громкий стук в дверь. Это уборщик стучал в дверь номера отеля. - Дорогой посетитель, я могу войти? Уборка номера! – мальчик лет двадцати аккуратно дотронулся до ручки двери, – Я вхожу! Сделав всего несколько шагов, он обомлел. На пол полетели все полотенца, которые тот держал у себя в руках. На лице застыл ужас. Он не мог поверить в то, что видит: возле кровати, облокотившись спиной о неё, вытянув ноги, сидел Рейджи. Его почерневшие руки, расправленные в обе стороны, держали очки. В приоткрытой на груди рубашке можно было увидеть торчащий серебряный клинок с драгоценными камнями в рукоятке. Кровь, сочащаяся когда-то из раны, теперь просто создавала зловоние железа и гари внутри номера. Его глаза были открыты, но больше не горели ярким огнём, как раньше. Теперь они имели тёмно бардовый оттенок. Его кожа почернела, как если бы тело пролежало несколько недель на одном месте. Приоткрытые шторы впускали тонкую полоску света. Он падал прямо на его ноги, которые быстро тлели в лучах солнца, создавая лишь лёгкий дымок. Рассвет уносил его мёртвое тело, подобно песку – быстро и бесследно. В какой-то момент оно и вовсе распалось яркой струёй серебра.

***

1825 год. 4 апреля. Лондон. Резиденция Ван-Хельсинг: Запах роз шёл из прекрасного розалия под окнами замка в европейском стиле. Там же располагалась небольшая беседка. В ней сидела Эбби, увлеченно читая книгу. В то же время среди роз играли две другие сестры: Элизабет бережно поливала кусты, а Юи срезала уже созревшие бутоны. Все три сестры были одеты в длинные светлые летние платья стиля «Прованс». Так как девушки находились сейчас у себя дома и поблизости не было никакого публичного мероприятия, то платья были бескорсетными, свободными, имели простой, но милый крой, а ткани использовались попроще: без велюра и яркого атласа. На ножках всегда, даже дома, красовались туфельки на небольшом каблучке (по этикету туфли всегда должны быть на каблуке, для леди было важно уметь ходить на таких). Собрав большой букет дивных алых роз, самая младшая из сестёр понесла их в дом, но её окликнули: - Госпожа! Третья Госпожа! – нянюшка, которая постоянно присматривала за сёстрами и растила их с младенчества, звали Клара. Полноватая, но опрятная женщина лет сорока быстро шла ей на встречу, – Третья Госпожа, постойте! К Вам прибыл гость! Наследницам Ван-Хельсинг лишь вчера исполнилось двенадцать. Был большой бал. - Гость? Кто таков? – спросила, недоумевая, блондинка, невинно прикусывая пальчик руки. Она крепко сжимала букет, – Возможно, кто-то пришёл поздравить меня с Днём Рождения? - Не знаю, но он просит Вас о встрече, – няня быстрыми движениями поправила платье Юи, указывая ей другую тропинку, – Идёмте. Я отвела его ко входу в розарий. - Хорошо, Клара, не переживай. Идём. Они вместе пошли в самое начало сада. Большой. И замок и сам сад были огромными. Вдалеке, возле роз, стоял человек в обычном западном костюме. Он стоял спиной, но было ясно, что пришедший гость ещё очень юн. Слыша стук её каблуков, он сразу обернулся. Их взгляды встретились. Тёмные волосы растрепались из-за ветра, поднявшего вверх лепестки самых разнообразных расцветок. Юи тут же застыла. Её глаза, как по волшебству, расширились. Со стороны казалось, будто она в трансе. На самом деле, прямо сейчас перед её глазами пролетало тысячи картин, воспоминания, которых никогда не было, но, которые всё же есть. - Р-рейджи?... – её голос дрожал. Руки ослабли и беспомощно разжались. Букет роз упал к её ногам. Руки вампира медленно расстегнули верхние пуговицы рубашки, чтобы можно было оголить плечо. На нём виднелось клеймо. Юи сразу узнала метку Дьявола. Рейджи улыбнулся, - …Юи. Она подхватила юбки и, сорвавшись с места, не разбирая дороги, побежала на встречу к нему. Его руки мягко и как всегда уверенно словили её. Юи бросилась прямо в объятья пришедшего вампира. Это казалось ей невероятным, но… “Неужели, ты повернул время вспять?”