Simply clever

… - Он глуп и зауряден. - Луи, я тебя умоляю, хватит. Он - твой брат. - Это не делает его умнее, надо признать. - Ты невозможен. - Спасибо. - Это не комплимент. - Не так уж важно. Дверь гневно захлопнулась. Чего они от меня все хотят? Потом сами на скандал нарываются. Как будто я не знаю, что она сегодня ночью была в клубе и спала с парнем, имени которого она уже не помнит. А, может, и не знала. Не суть. Смахнув рукой на пол очередную стопку бумаг, я продолжил. Что продолжил, вы спросите? Многие называют это страданием ерундой. Но, так и быть, я попытаюсь объяснить, в чем смысл моей деятельности. Я вижу. Вы глупец, если не можете понять смысл этого слова. Я не просто воспринимаю в цвете все, что происходит вокруг. Я понимаю, что происходит. Я знаю причины. Может, не все, но большинство. Это цель, пункт, фетиш, финиш. Серьезно, финиш. В этом сам смысл. Какая-то мания. Это смешно, на самом деле. Иногда я представляю, как я выгляжу со стороны. Уморительное зрелище. Так вот. Я отошел от главного. Я вижу людей. Я вижу, кто они, чем занимаются, чем больны, с кем спали сегодня, зачем идут куда-то. Может, это был бы неплохой способ заработать. Но мне не хочется брать за это деньги. Ведь это – лишь шутка, трюк, которому почему-то не могут научиться все остальные. Идиоты. Да, я убежден, что 90% всех живущих – самые натуральные идиоты. А как их еще назвать при полном отсутствии серого вещества в черепной коробке? Каждый день моя сестра пытается доказать мне обратное. Наивная. Ведь она такая же. Приводит ко мне в комнату разных людей, которые ей кажутся особо умными. Из всех 68 человек каждый оказался редкостным придурком. Мне даже незачем было задавать вопросы. Я буквально читал их, как по раскрытой книге. Честно сказать, я скучаю. Мне интересно только подходить к каким-нибудь людям из министерств, злорадно улыбаясь, рассказывать им, с кем они провели ночь. Обычно это приводит к фиолетовым пятнам на лицах и гневу полиции, обращенному в мою сторону. Но, за неимением адекватных причин для ареста, скрипя зубами, меня отпускают. Смешно, что прокатывает это каждый раз. И прокатит еще миллионы и миллиарды раз. Глупцы. Лотти пригрозила мне, что сдаст меня куда-нибудь на опыты. Ну да Бог с ней. Надо бы сходить за продуктами и свежей прессой. Вдруг убийство какое-нибудь. Интересно же. Лениво оторвав задницу от кресла, поплелся в сторону шкафа. Я не из тех парней, кому что на руки выпало, то и одел. Шифоньер – это единственное место, в отличие от рабочего кабинета, где у меня царит порядок. Пожалуй, белые кеды, белые брюки и коричневый свитер как раз подойдут. В конце концов, я не на показ мод, а всего лишь в магазин. Честно говоря, у меня есть фобия. Я боюсь, что кто-то обладает таким же умением, как я, и может прочитать по одежде, например, о чем я думаю и куда иду. Поэтому я каждый раз неосознанно одеваюсь безукоризненно, чтобы ничего не выдавало мои мысли, состояние и прочее. Выйдя из дома, я с удовольствием вдохнул этот удивительный аромат весеннего города. Был апрель – время, когда в Лондоне уже все цветет и пахнет. И город абсолютно преображается, примеряя на себя пышные роскошные шапки из цветов и листвы. Наверное, и люди в тот момент преображаются. Как теплый зимний свитер, снимают с себя всю озлобленность и неприязнь, удивительно быстро начинают улыбаться и смеяться. Сначала робко, будто вспоминают, как это. А потом все смелее и смелее... Подул ветер, и пара цветков, оторвавшихся от ветки, плавно опустились мне прямо на плечо. Я улыбнулся. Да, это я. Тот, кто называет людей идиотами. Восхищаюсь природой. Именно так. Дойдя до киоска с прессой, купил Таймс. Единственно адекватный вариант, где события излагаются так, как они есть на самом деле, а не так, как их хотят видеть редакторы. Опять ничего. Такое ощущение, что преступления происходят везде, кроме Англии. «Серийные убийства в Мадриде», «Ужасная смерть в Валенсии», «Ограбление в Барселоне»… Гребаные испанцы. Все-то у них интереснее. Ну что ж ты будешь делать. Придется идти в магазин без каких-либо мыслей. Это печально для остальных покупателей. Пусть мучаются, если нормальных преступлений сотворить не могут. «О, кассирша неплохо так провела сегодняшнюю ночь. Сказать ей, что слой тональника на местах засосов должен быть толще, или нет? И маникюр надо чаще поправлять. А то сделала его две недели назад и успокоилась. Лу, отстань от бедняги,» - мысли такого типа постоянно витают в моей голове. Что ж за наказание-то? А вот у того парня у прилавка с алкоголем сегодня будет секс. Наверняка. Стоп, я сюда за продуктами, а не за информацией пришел. Повесив на руку корзинку, я пошел вдоль полок. Решил взять мороженое – должно же быть у Кузи детство. Проблемы я решаю в глобальном масштабе, поэтому взял сразу килограмм – пусть детство длится дольше. Дойдя до места пересечения полок молочной продукции с полками печенья, понял, что поесть мороженого сегодня не придется. В следующую секунду в меня врезался парень с огромной тележкой перед собой, на полном ходу протаранив мою скромную корзинку с таким же скромным мороженым своей телегой с почти годовым запасом продуктов. «Хорошо, шампанское не взял. А то сейчас бы весь магазин почувствовал всю прелесть сего происшествия», - промелькнула мысль в голове. Тихо взвизгнув, я подумал, что падать пока незачем, тем более, парень и без меня хорошо справляется с ролью Терминатора. Почувствовал, как одно из колесиков проехало по ноге сначала туда, потом обратно. «Кеды, падла, были белыми», - следующая мысль. Я прекрасно осознавал, что вечер я проведу в неравной борьбе с грязными теперь кедами. Решившись, наконец, открыть хотя бы один глаз, увидел перед собой виновника ДТП. Парень лет восемнадцати на вид, кудрявый, с очаровательными ямочками на щечках в черной толстовке, надетой поверх белой футболки, державший в руках стакан с уже холодным кофе из Старбакса. Вернулся из путешествия. Неделю назад, я думаю. Часы дорогущей фирмы, вышедшие буквально в прошлом месяце. Ого, еще и гей. Неплохо. Хватит, Лу. В конце концов, в тебя врезались на полном ходу, а ты тут о его ориентации размышляешь. Парень стоял, смущенно потупив глаза, и пытался собрать то, что вывалилось из тележки. Я с сожалением взглянул на изрядно помятую коробку с килограммом мороженого. Мое любимое, клубничное с шоколадной стружкой, между прочим. У желудка глаз, конечно, нет, в отличие от меня… Виновник всей этой вакханалии, разобравшись, наконец, со своими продуктами, стоял предо мной и, чувствую, не знал, куда себя деть. - Расслабься ты. Мороженое, естественно, помялось, но это еще не худший вариант развития событий, - я улыбнулся парню. – Меня, кстати, Луи зовут. - Гарри. – Он смущенно улыбнулся. На щеках появились ямочки. - Можно вопрос? Луизиана или Калифорния? - Прости, что? - Я задал вопрос: в каком штате США ты был буквально 2-3 недели назад? Луизиана или Калифорния? - Калифорния, - зеленые глаза парня смотрели на меня с легким ужасом. - Неужели это такой страшный вопрос? Гарри молчал и смотрел на меня, как баран на новые ворота. - Я вижу, ты заинтересован. Если хочешь, я поясню. - Я был бы не против. - Кстати, у тебя на брючину кофе пролилось. И ты надорвал ее об тележку. Гарри покраснел и потупил взгляд. - Пошли ко мне. Застираешь брючину и съешь хотя бы часть того мороженого, которое наглым образом передавил и лишил товарного вида. Заплатив на кассе, мы двинулись в сторону моего дома. Тут я впервые пожалел о постоянной разрухе, царящей в моей комнате. По крайней мере, так это называла Лотти. Я считал это творческим беспорядком. Ведь гений должен господствовать над хаосом, так? Но я думаю, этот нарушитель спокойствия переживет. «Не идти же ему, в конце концов, с огромным пятном на джинсах?» - банальное оправдание для самого себя. - Слушай, ты странный. – Молчание было прервано Гарри. – Ты же знаешь, что кофе не отстирывается просто так. И брюки у меня, кстати, целые. Как по мне, это самый нелепый и дурацкий способ пригласить незнакомого человека зайти к себе. - А ты соображаешь. Хоть чуть-чуть. Неужели так тяжело догадаться, как я узнал о штате? - Да, я дурак и не могу угадать такую элементарную вещь. Видишь, я покаялся. Твоя очередь раскрывать карты. – Парня буквально распирало от любопытства. - Твои конверсы. Эта модель продается всего в двух штатах Америки. Ограниченная версия. Хотел купить такие себе, только возможности слетать в США не было. - Офигеть. – Парень присвистнул с легким восторгом. Мне это польстило. Вы даже представить не можете, как. – Нет, к тебе я не пойду. Можешь даже не стараться меня уломать. Откуда я знаю, не маньяк ли ты часом? Мы просто дойдем до того поворота и расстанемся, будто ничего и не было, ок? Я опешил. Значит, я этого засранца к себе приглашаю, а он еще и сопротивляется. Но да ладно. - Хорошо, идет. Только… Позволь узнать полное имя? - Определенно маньяк. Допустим, мое имя – Гарри Эдвард Стайлс. Что это тебе дает? - Ты даже не представляешь, сколько. Но мы, так и быть, расстанемся. Я повернулся на каблуках и пошел в сторону моего дома. Боковым зрением заметил, что Гарри остался стоять на месте. Еще и заторможенный. Странный он какой-то. Ну что ж – игра началась. Только зайдя в помещение, я сбросил бывшие когда-то белыми кеды, решив, что займусь ими позже. Отрезав себе порядочный кусок изрядно помятого мороженого, двинулся в комнату. Достал из кармана новенький айфон, быстро набрал номер. - Эд, это ты? Пробей по базе Гарри Эдварда Стайлса, 1994 или 1995 года рождения, пожалуйста. Он 2 недели назад летал в Калифорнию, вечерним рейсом, я думаю. Летел бизнес-классом, наверняка. Узнай, пожалуйста, где он сидел. Или тех, кто с ним сидел рядом. Если таковые были. - Лу, вечно ты мне работу придумаешь. Окей, через минуту перезвоню. - Я засек. - Не издевайся. Сам непунктуален. Я решил первым прервать перепалку. За что я люблю Эда, так это за его исполнительность. Поворчит-поворчит, но сделает. Злополучная минута тянулась вечность. Наконец трель рингтона прорезала тишину комнаты, я лихорадочно схватил трубку телефона. - Ты был прав, хитрый засранец. Гарри Эдвард Стайлс, 1994 года рождения, летел из Хитроу в Лос-Анджелес 5 апреля компанией British Airways бизнес-классом. Рейс 254. Вернулся той же компанией 8 апреля, тоже бизнес-классом. Рейсом 677. Туда и обратно летел в гордом одиночестве, без соседей. Как ты это узнал? - Ничего сложного. Но у меня нет времени тебе объяснять. Игра началась. - Ты чокнутый, Томлинсон, – Эдвард захохотал. - Все, до связи. – Я положил трубку. Таким образом, мы имеем: некий Гарри Эдвард Стайлс, 1994 года рождения, летал до Калифорнии и обратно. Бизнес-классом, между прочим. Разумеется, не к друзьям. И не к парню. Естественно, он гей. Вы этого тоже не поняли? Ах, да. У парня слишком давно не было секса, поэтому при виде мало-мальски привлекательного человека (которым я, без ложной скромности, являюсь) у него сразу встает. И, чтобы не заметить этого, надо быть полным идиотом. Пробить по интернету рейс 677 из Лос-Анджелеса ничего не стоило. Я присвистнул: шикарнейший боинг с сексуальными стюардессами, обслуживающими не таких уж замечательных пассажиров. Но не в этом суть. Отец – известный предприниматель. Ну что вы опять с этим глупым вопросом «как»? Думаете, есть много бизнесменов с фамилией Стайлс? И да, он владелец одного из отелей в Лос-Анджелесе. Так что ничего удивительного пока нет. Единственный вопрос: зачем он поехал в город Ангелов на 3 дня? Это, как минимум, неоправданно. Ладно, позже разберусь. Глянув на растаявшее и расползшееся по тарелке мороженое, понял, что желание есть его мгновенно испарилось. Совсем забыл: надо добежать до Edward’s Bakery. Там меня ждет торт для Шарлотты, у которой завтра день Рождения. Плюнув на белые кеды, надел красные конверсы, черные джинсы и такого же цвета ветровку. Захватив свою кредитку, выбежал из дома. В очередной раз. Насвистывая себе под нос какую-то мелодию, с хорошим настроением дошел до кондитерской. Я же ведь почти дошел. Почти без происшествий. Из-за угла выворачивает Гарри с довольной мордой и коробкой пирожных в руках. От неожиданности коробка из рук Стайлса выпадает и падает прямо мне под ноги. - Мне вот интересно: ты без происшествий куда-нибудь дойти можешь, милый гей? Шок в глазах Стайлса. Занавес.