Второй шанс

      Говорят, с течением времени начинаешь по другому смотреть на жизнь. То, что казалось верхом совершенства и гениальности в шестнадцать, в двадцать, смотрится уже не так круто. В сорок — чувствуешь себя идиотом, ну а в восемьдесят… Что же, к восьмидесяти приходит осознание неизбежности.       Человек, с высоты своего опыта, начинает относится к поступкам молодости не столь категорично, а, скорее философски, понимая, что его прошлое — часть его самого, без которого не было бы его, настоящего. Жаль, что для большинства эта цифра, событие и осознание приходится на самый закат жизни.       Для многих, но не всех.       Даже среди обычных людей можно нередко встретить тех, кто смог прожить столь огромный срок и ещё меньше тех, кому отведено прожить ещё двадцать-тридцать лет. С другой стороны, для магов этот возраст можно считать поистине самым расцветом. Опять же, не для всех, но и настоящим магом не каждого держателя палочки станут называть. К счастью, Гарри Поттер был именно таким. Был настоящим магом.       В жизни Поттера были и взлеты и падения. Вот уж точно, избранный — настоящая затычка в каждой бочке. С самого детства ему предрекли судьбу избавителя от Тёмного Лорда, с которой он, с горем пополам, справился. К счастью или нет, на этом всё не закончилось. Каких-то двадцать лет спокойной, размеренной жизни, проведённых купаясь в лучах славы и, чего уж греха таить, нисколько этого не стесняясь, стагнируя и прокрастинируя, забыв, вернее никогда особо и не придерживаясь пути истинного мага и на этом всё. Как говорится, за всё нужно платить.       Удар пришёл откуда не ждали. Кажется, это было лето две тысячи восемнадцатого года. В то время, уже не столь юный, Поттер, погряз в текучке семейной жизни, которая стремительно катилась под откос. Жена, отношения с которой последние лет пять неуклонно портились, наконец не выдержала и подала на развод. Время разговоров уже давно прошло, да и противно ему было разговаривать с той, которая неоднократно изменяла ему. Купаясь в лучах уже собственной славы, как одной из лучших Ловцов, неоднакратно побеждавшей в международных турнирах по квиддичу, Джиневра Уизли, можно сказать, заигралась. Хотя и сам Поттер, будем честны, не был образцовым семьянином. Слава мальчика-который-победил-зло, сильно била ему в голову, толкая на не совсем хорошие для крепости брака поступки. Дети… С детьми всё было не просто. Дети сильно любили обоих родителей и были привязаны к родителям. Кто-то сильнее, как Джеймс и Лили, а кто-то менее, как Альбус.       Развод родителей сильно ударил по ребятишкам, хоть им на тот момент уже и было по четырнадцать — шестнадцать лет. Суд был громкий – как-никак разводятся две знаменитости, а уж грязи в газетах лилось сколько... Прошлись по всем, начиная от лучших друзей уже-не-мальчика-который-когда-то-выжил, заканчивая просто случайным людьми, рядом с которыми они могли пройти на улице. Досталось даже нынешнему Министру Магии, Гермионе Грейнджер, с которой у Поттера была короткая интрижка на фоне похожих ситуациях в семьях. Но не это было важно, а то, что случилось буквально через неделю после окончательного удара молотком судьи в деле развода «звездной пары».       Война.       Третья магическая война грянула неожиданно. Начавшаяся на востоке, и, поначалу, не выходящая за пределы Китая, она приобрела лавинообразный характер, захлестнув сначала всю Азию, а потом пришла и на территорию Магической России. Поначалу никто особо не обращал внимания и не придавал значения, как считалось, локальному конфликту. «Повоюют и успокоятся», думали во всём мире. Всё-таки маги часто устраивали всякого рода стычки друг с другом – взять ту же Магическую Британию. Вот только всё кончилось совершенно не так, как ожидалось. Победили не «Силы Света и Добра», а самые настоящие Тёмные, которые, недолго думая, решили сначала взять под свой контроль всю Азию, а затем и близлежащие страны. Казалось бы, накинуться всем миром, да задавить Тёмных, что может быть проще? Да вот, как оказалось, всё было далеко не просто. Взять хотя бы тот факт, что магов в Азии было едва ли не столько же, сколько и во всём остальном мире вместе взятом. Естественно они не были все поголовно тёмными, но как это часто бывает — главное, что у руля стоит самый сильный и харизматичный, а уж тёмный он или нет — неважно.       Бай Ху , как называли Героя Китая, восставшего и освободившего Магический Китай от кланового гнета, был как раз харизматичен, умен, а главное, магически одарен. И это были далеко не просто слова. По сравнению с ним Волдеморт был настоящим школьником, которого выставили против Мастера Боевой Магии. Но истинной его силой была не магическая мощь, а именно «Магия Слова». Тут фраза, там многозначительный кивок, парочка улыбок и ты сам не поймёшь, что уже давно пляшешь под дудку этого ужасающего человека.       Пока весь мир находился в шоке от переворота в Китае, Бай Ху, под благовидным предлогом о помощи соседям в решении похожей проблемы, уже направлял войска в Магическую Россию. Два года. Ровно два года ушло у армии китайского мага на «освобождение» МагРоссии. И когда, казалось, на этом все и кончилось, Белый Тигр обратил свой взор на запад. Вот тогда-то МКМ и забила тревогу.       Первое столкновение с силами «Объединения», как стали называть себя вторженцы, быстро показали разницу в навыках и силах. Первые рубежи обороны оказались попросту сметены, не сумев оказать какого-либо сопротивления. Враг был попросту сильнее и искуснее. Тогда-то весь мир и понял разницу...       На протяжении почти сотни лет в Европе постепенно отменялись, одно за другим, целые направления в магии, оставляя лишь самую малость из того, чем «нельзя сильно навредить и проще контролировать». Целые ветви искусства попросту уничтожались или растаскивались по «надежным местам». Знания терялись, а новые заклинания были попросту смешны и, зачастую являлись сугубо бытовыми. Маги Европы постепенно превращались из когда-то самых грозных и могущественнейших, в простых маглов с палками, отбери которые и тот не сможет оказать никакого сопротивления. Даже убежать не сможет, ведь, зачем тренировать тело, если есть магия? Китай, с другой стороны, никогда не запрещал знания, наоборот, собирая их в одном месте — кланах. Другое дело, что знания так просто не давались всем и каждому и, зачастую, магам приходилось натурально жили рвать за каждую крупицу, а уж когда эпоха Кланов пала и знания пошли в массы. Что же... получилось то, что получилось.       Поттер в то время работал в Аврорате, как до него отец и крестный. И так же как и они, он прозябал на должности обычного аврора. Военное время было тяжким. Британия, по началу не принимала особо участия в боевых действиях. Да, она послала пару сотен магов на передовую, но на этом всё. Люди, которые лишь два десятка лет назад закончившие кровопролитную войну не сильно жаждал участвовать в новой. Но мразь из Лютного, который за годы продолжил процветать и «пахнуть», с радостью пользовались военным временем в свою пользу, грабя и творя прочую грязь, с которой приходилось разбираться аврорам.       Тихим зимним утром двадцать первого года, Поттеру пришло письмо, в котором говорилось, о его бывшей жене и дочери. Вести были неутешительными... Гостившая у матери в США дочь погибла вместе с матерью в ходе теракта, получившего название «Тихое Утро», когда два десятка китайских мастеров проклятий принесли себя в жертву, создав магию, выкосившую весь магический квартал и четверть магловского Нью Йорка. С того момента и маглы включились в войну, но не магическую, решив, что это был теракт с ближнего востока, с использованием какого-то газа или иного вещества. Теперь уже весь мир охватила война.       Поттер, кто бы что не говорил, любил свою дочь и горе, охватившее его тогда очень быстро переросло в ярость и гнев. Он пошёл на фронт, а вместе с ним и двое его сыновей. Непонятно, на что надеялся Поттер, возможно уверился в своей «крутости» и «избранности», думая, что стоит ему вмешаться, а если враг и не будет тут же повержен, то уж понесёт серьёзные потери точно. Но это было не так. По правде сказать, Поттер никогда не был выдающимся магом, да он выделялся тем, что обладал разимо большим запасом магии, чем другие обыватели, но на этом всё. На уровень даже средненького мракоборца он не тянул ни по знаниям ни по умениям. Эта правда далась ему ценой ноги, глаза и жизни его старшего сына, Джеймса, который поверил в отца и пошёл с ним на передовую, где они и попали в очередную волну наступления Объединения.       Старший Поттер надолго потерял возможность сражаться, а его единственный оставшийся в живых сын возненавидел отца за смерть брата, сестры и матери, отрекшись от рода, что ещё больнее, чем осознание горькой реальности, ударило по главе семейства.       Поттер ушел в себя. Розовые очки были разбиты и всё время, что он валялся в госпитале восстанавливаясь, мужчина пытался собрать картину мира воедино. Помог ему в этом, как бы странно это ни было, Снейп, а точнее воспоминания о несломленном человеке, который готовил свою месть долгие десятилетия.       Оказывается, жажда мести — самый лучший катализатор, когда она не застилает тебе взор. Двенадцать лет, что шла война, Поттер потратил на подготовку. Он искал знания, развивался и загонял себя, вбивая их, знания и навыки, в свою голову и тело. Единственный момент, когда он чуть было не слетел с цели был тогда, когда ему вновь пришло письмо, в котором говорилось о судьбе его последнего ребёнка. Ал умер. Был убит в дуэли лично Белым Тигром, решившим раздавить очередной очаг сопротивления, главой которого и был Альбус. Император принял вызов на дуэль и убил младшего Поттера, признавая того… Способным. Способным! Не достойным, не равным, а, чёрт бы всё побрал, способным! Тогда Гарри чуть было не бросил всё от горя. Казалось, за столько лет и пережитых потрясений, его сердцу уже ничего не могло навредить, но смерть сына ударила столь остро, столь... точно, что былые семейные обиды канули в лету и лишь благодаря пониманию, что лишь сделает хуже, он не бросился в тот же вечер мстить. Ведь месть — блюдо, которое стоит подавать холодным.       В июле тридцать второго года Поттер был готов. Лишь Индия могла что-то противопоставить магическому гиганту, которым стало Объединение, да и то, лишь потому, что была второй по численности магов, после бывшего Китая. Белый Тигр, сменивший имя на Белого Императора, собирался лично поставить точку в войне. Там то его и встретил Гарри. Впоследствии говорили, что Поттер и Император были равны и их магическая дуэль длилась три дня и три ночи, что, естественно, было полной чушью. Поттер победил лишь чудом и даже он сам это признавал, а их «дуэль» длилась не больше десятка минут. Лишь удачное стечение обстоятельств и случай позволили ему победить. И хоть он и отомстил, но легче не стало.       Предстояло долгое послевоенное время, от которого Поттер отмахнулся, имея уже пагубный опыт почивания на лаврах победителя. Война отняла у Гарри всё: друзей, детей, бывшую жену и цель. Поттер не знал, что ему делать дальше, не видел больше цели. Мужчина был опустошён, но даже не думал заканчивать свою жизнь, подобно трусу и глупцу, нет. Два долгих месяца понадобилось ему на поиски. Два долгих месяца он оплакивал близких. И всё те же два долгих месяца он искал новую цель в жизни... В этот раз он решил уйти от мира на поиски знаний и сил для предотвращения будущих конфликтов. Поттер не сомневался, они ещё будут…       Как говорится — не прогадал.       В течении пятнадцати лет разгорелась новая война, та, которой опять не ждали. Война с маглами. Война, итогом которой стала полная изоляция магов в другом мире, который всё это время находился прямо у них под носом — магическом. Многие этого не знали, но правда была такова, что маги всё это время жили в изоляции, находясь, буквально, в другом мире. Тот же самый Косой переулок находился не в пространственном кармане как думали многие, а самом настоящем ином мире, как и множество других мест. И когда магов в очередной раз прижало, а маглы начали в наглую отлавливать их и исследовать, магам не осталось ничего, кроме бегства. Нет, по-началу-то они пытались наказать «глупых» и зарвавшихся маглов, вот только после того как маглы начали пачками выкашивать «фокусников с палками» с помощью своего оружия, до магов дошел, наконец, расклад сил. Итогом Великого Исхода, стала потеря почти трети от оставшегося количества магов, а так же полная изоляция и отделения магического мира от обычного, включая уничтожение всех стационарных порталов, каминов и их аналогов по всем миру, дабы добровольно оставшиеся или захваченные маги не могли привести за собой врага.       К несчастью, или может наоборот, Гарри Поттер остался в обычном мире. «Исход» произошел слишком быстро. Настолько, что державший руку на пульсе Поттер, находившийся в тот момент в подвалах полуразрушенного Отдела Тайн, который ему удалось расконсервировать и добраться-таки до тщательно собираемых веками знаний, попросту не успел уйти.       Дальнейшая его жизнь была похожа на какой-то шпионский боевик, которые он обожал смотреть в детстве. Не попадаться, не выдать себя и при этом продолжать изучать магию, в попытках вернуться. Десятилетия скрупулёзного изучения, неоднократная смена личности, в которой помогал метаморфизм, к которому у него была небольшая предрасположенность и которую тот не развивал всё самое лучшее для этого время — детство, ему в этом изрядно помогала.       Ближе к восьмидесяти годам, он нащупал возможный выход из ситуации, всё это время бывший, буквально, у него под боком.       Арка Смерти.       Загадочное сооружение, зайдя в которое, уже никто не возвращался обратно. Именно она могла стать ключом. Именно она могла помочь ему покинуть этот «гостеприимный» мир. Два года изучения, планирования, постройки теорий и их опровержения, и в очередной раз всё пошло наперекосяк. Захваченные маги подняли восстание. Принявшие свою судьбу люди, осознавшие, что помощь им ждать неоткуда, уподобились крысам загнанным в угол, а как известно, загнанный зверь может броситься в самоубийственную атаку, что в итоге и случилось.       Магам каким-то образом удалось запустить ядерное оружие. Как? Даже Поттер не мог себе этого представить. Узнал он об этом как и все — из экстренных новостей, где бледный ведущий дрожащим голосом рассказывал о запущенных ракетах по всему миру. Счёт пошёл на минуты. Бросив всё, Гарольд аппарировал в Отдел Тайн. Пан или пропал. Либо он сейчас на себе проверяет последнюю теорию, либо попросту умирает.       Действуя на одной лишь интуиции, которая его почти никогда не подводила, он схватил экспериментальный маховик времени находившийся в отделе, перевёл стрелку в положение «десятилетие» и сделал ровно восемь оборотов. Когда последний оборот был совершён, всё подземелье сотряс сильный удар, из-за чего маховик едва ли не вылетел из подрагивающих рук Поттера. Всё так же действуя на одной лишь интуиции, мужчина сделал еще одну короткую аппарацию, оказываясь рядом с аркой и помедлив несколько секунд, за которые пыль успела осыпаться на его всё ещё насыщенно черные волосы, он нажал кнопку на маховике. В тот же миг Поттер бросил артефакт в арку, после чего сам прыгнул следом, закрывая глаза и полностью отдаваясь на волю Великому Случаю, Надежде и Судьбе, с которыми с самого детства находился в самых близких отношениях.       Последним, что помнил мужчина было тепло и умиротворение, после которых пришла боль и, кажется, он кричал… Или это был кто-то ещё?