La mort est entre tes mains

***

      Дамблдор наблюдал за мальчиком каждый день. Не спускал глаз за обеденным столом, расспрашивал о нём профессоров и ребят, с которыми он общался, следил какие книги читает, каким занятиям уделяет больше внимания, был в курсе его предпочтений в еде. К концу недели он уже знал каждую мелочь. Многие могли бы посчитать его помешанным. Впрочем, они были бы правы.       Гарри Поттер, сложись обстоятельства иначе, был бы совершенно обычным учеником, безусловно талантливым в некоторых сферах, но обычным. К счастью Гарри Поттера, обстоятельства принесли ему, помимо славы естественно, некую силу. Могла ли часть магии Тома каким-то образом перейти к мальчишке? Или же сама магия даровала ему нечто ценное?       Дамблдор ставил на оба варианта. Что-то произошло в ту роковую ночь, что-то превратившее обычного младенца в героя магического мира.       В Гарри было слишком много Тома. Его ум и проницательность, любовь к знаниям, желание показать себя. Но в чертах Тома не было Гарри. Ни искренности в поступках, ни радости простым вещам, ни желания завести настоящих друзей. Эти противоположности сводили его с ума.       Иногда казалось будто бы Гарри нарочно старался быть не таким, как Том. Было бы проще признать схожесть с Тёмным Лордом, если бы мальчик проводил всё свое время в изучении тёмных искусств в компании слизеринцев. Было бы проще признать, что он не имеет ничего общего с Тёмным Лордом, если бы мальчишка не стал к нему подозрителен. Пристальное внимание к своей персоне он заметил сразу. Вначале это смущало мальчишку, но после их увлекательной беседы за чашечкой чая — заставило усомниться в мотивах. Здесь вина лежит на старых плечах Альбуса: не стоило тогда лезть мальчишке в голову... Но кто ж знал, что он способен отразить ментальную атаку? Слишком рано для его возраста. Среди Поттеров не было хороших окклюментов. Может у мальчика есть покровитель, обучающий его? Ему пришлось извиниться за своё любопытство, однако Гарри стал его избегать.       – Вы не боитесь, что можете быть предвзяты? — спросил Снейп в тот вечер. — Поттер всего лишь ребёнок. Он силён и стихийные выбросы для него естественны, однако, мы до сих пор их не наблюдали, а учитывая ситуацию на факультете... Думаю, на его месте, любой другой бы выместил на обидчиков свою злобу, но он не из тех, кто стремится отомстить. Разве это не главное их отличие? Вы лишь испортите мальчику жизнь своими подозрениями, Альбус. Не настраиваете его против себя.       — И что ты предлагаешь делать?       — Оставьте его в покое. Пока. Дайте ему время побыть простым ребёнком. Если вы правы, и Тёмный Лорд возродится, боюсь, Поттер станет лицом грядущей войны. Если вообще до неё доживёт.       Северус несомненно был прав. Его дальнейшее внимание к мальчишке лишь ухудшит положение дел. Оно не поможет завоевать необходимое доверие мальчика. Однако бездействие не сулило ничего хорошего. Нужно попробовать начать всё сначала. Необходим жест примирения. Может стоило открыть правду на некоторое вещи, когда Гарри станет чуть старше? Гарри Поттера в любом случае стоило начать готовить к войне.       Пророчества никогда не лгут.

***

      Рон, как обычно, опаздывал.       Честно говоря, он и не помнит на какие занятия бежит, главное — не отставать от Дина и Симуса. Ребята засиделись за обедом и совсем забыли о времени, теперь приходится мчатся на всех скоростях. Лёгкие горят, а желудок обещает отомстить за необдуманные действия, но останавливаться нельзя: они и так лишили гриффиндора больше пятнадцати очков на прошлой неделе. — У нас разве не Защита?— спрашивает ещё не запыхавшийся Дин. —Прфесср... — задыхается Симус, — всещё нездрв... У нс Биннс. — Со слизнями? — уточняят Дин. — А как инач? Лекция то общая.       Между их факультетами царила война. И поначалу Рон планировал придерживаться взглядов товарищей: устраивать проделки, лезть в драки, обыгрывать в любом соревновании. Но затем появился Гарри. И Гарри был одним из них. А это значит, что не все слизеринцы такие плохие. Не может же человек, грохнувший Тёмного Лорда быть плохим? К тому же, мамина тётка Лукреция тоже училась там, а она была отпадной старухой.       Они завернули за угол, приближаясь к просторной аудитории.       — Ребят, а кто-нибудь написал эссе? — вспоминает вдруг Рон. Эссе задавали еще к прошлому занятию. Он правда пытался, но тема была настолько муторной, что он забил на второй час безжалостной писанины.       — Не-а, — хором ответили мальчишки.       Биннс даже не прервал свою монотонную лекцию, когда они влетели в класс.       — Простите, сэр, — Рон почувствовал, что нужно как-то оправдаться, все же негоже оказывать неуважение к мертвым. — Нас немного задержал наш староста, мы помогали передвигать столы в классе на пятом этаже.       Биннс лишь хмуро оглядел троицу, но кивнул, не прерывая рассказ. Парни расселись по местам.       — Где вас носит? —поворачивается к ним Гермиона. — Ещё немного и факультет лишился бы очередных очков! А кто их по-вашему зарабатывает?       — Ну вообще-то Гарри, — не сдерживает он шпильки.       Гарри оборачивается на звук своего имени, но Рон продолжает хихикать, дразнить Гермиону ему очень нравится.       — Не правда! Мы одинаково отвечаем на занятиях!       — Ага, просто признай, что этот парень хорош во всём.       Девочка обиженно отворачивается.       «Вечно эти девочки чем-то недовольны».       Занятие не предвещало ничего интересного, голос призрака вводил в тоску и скуку. Рон не следил за его ходом, погружаясь в мысли о более важных вещах. О квиддиче, плане выпросить метлу у одного из близнецов, о том как было бы здорово, если бы его взяли в команду... Изредка бубнёж лектора прерывался ответами учеников, в основном - Гарри, Гермионы и какого-то мальчика с когтеврана. Симус и Дин, сидевшие сзади, о чём-то периодически шушукались, явно пропуская мимо ушей замечания призрака. Когда обсуждения какого-то стали слишком очевидными, призрак снял с них по пять очков. Грейнджер бросила на мальчиков грозный взгляд, ведь она только что принесла им эти баллы.       — Эй, в чём у вас дело? — оборачивается Рон.       — В чём дело?! Ты вообще ничего не слышал? — возмутился Финниган.       Рон пожимает плечами, не считая нужным оправдывать своё витание в облаках.       – Поттер. Он его бесит, потому что тот умнее, — отвечает за него Дин.       — Вовсе нет! Он даже не дал мне времени обдумать ответ!       — Но ты и не знал — ехидничает Томас.       — Ну и что, что не знал? Я бы выкрутился. Он типичная слизеринская выскочка! Вечно строит из себя самого умного, но на деле... Вы видели как он колдует? — Симус выжидающе посмотрел на него. — То-то же... Ему не место в магическом мире, даже слизни это знают.       — По-моему, это как-то слишком. — Рон не понимает презрения. Гарри хороший друг. Он его слушает и никогда не перебивает. Он готов помочь ему с домашкой по зельям, да и по остальным предметам тоже. А ещё Гарри пару раз смеялся над его шутками. Фред и Джордж начали бы над ним издеваться за такое. — Он умеет колдовать, но не так как мы. У многих ведь не получается с первого раза.       Симус наклоняется чуть ниже и переходит на полушепот:       — Да не в этом дело... Он опасен! Я слышал про беспалочковую магию. Это очень редкий могущественный дар, все это знают, но об одном, вы никогда не задумывались точно — все тёмные волшебники владеют этим даром! А учитывая, что он убил самого того-кого-нельзя-называть... — Симус расслабленно откинулся назад, всем видом показывая, что сам дошёл до этой мысли. Этим действием он невольно вызывал ассоциации с Малфоем: такой же напыщенный индюк, пытающийся доказать всем своё превосходство. — Делайте выводы сами!       — Думаю, в чём-то он прав, — выражает сомнения Дин.       — Это ещё ничего не значит…       Симус "на малфойский манер" сжимает губы в тонкую линию, не дав и шанса договорить:       — Ещё как значит, Рон! И когда ты это поймёшь, не рассчитывай на поддержку факультета!

***

      Гарри трясло.       Ему начинает казаться, что поездка в Хогвартс была не лучшим решением в его жизни. Одноклассники его ненавидят. Профессора относятся как к диковинной вещице. Директор непрерывно наблюдает за каждым шагом. Ещё и палочка! Он не может ей колдовать, хотя все движения до идеала проработаны, а заклинания кристально чисты. Они с Гермионой убили не один библиотечный вечер на точность исполнения. В конце концов, она посоветовала обратиться к профессору Флитвику, но тот лишь махнул руками, ссылаясь на простую нехватку опыта.       «Почему в лавке Олливандера получалось взрывать вещи? Почему одним только взмахом руки удаётся превратить ветку в лист пергамента, а палочкой даже ни одной грёбанной искорки?»       Его бесила собственная беспомощность. Гарри казался себе жалким и слабым.       «Ты сильнее каждого из них... »       «...И этот каждый готов в любой момент напомнить мне какое я ничтожество»       «Они заплатят за свои слова... Тебе стоит показать им насколько ты силен. Ничего страшного не случится, если ты немного припугнёшь их, прикоснешься...»       «Ой, ну заткнись! Мои угрозы никогда не заканчивались чем-то хорошим.»       Слизерин начал ополчение сразу после того завтрака. Немногим понравилось общение с гриффиндорцами, в свой адрес мальчик услышал много неприятных слов. Гарри предполагал, что дело не пойдёт дальше измывательств, но после порчи парочки его вещей, он уже не возлагал больших надежд на мирное решение конфликта. Старшие курсы пытались как-то утихомирить своих подопечных, но вскоре им самим стало интересно наблюдать за исходом травли.       Тем не менее, на виду остальных факультетов и преподавателей слизеринцы старались придерживаться духа товарищества, но стоило дверям дома закрыться — безобидные змейки, перевоплощались в оголодавших диких хищников. Единственным спасением стала их спальня: никто не хотел проблем с наследником рода. Сам Малфой занял нейтралитет, заявляя что уже вырос из детских игр: травлю открыто не поддерживал, но за спиной был не прочь и посмеяться. Голосок интуиции шептал, что он имеет непосредственное отношение к разжиганию ненависти, но почему-то старается держать Поттера при себе. После того, как Гарри не смог выполнить простейшие чары, слизеринцы уже не сдерживали своей крысиной натуры, настраивая и когтевранцев, и пуффендуйцев и даже гриффиндорцев. На Гарри нацепили красную мишень и теперь каждый первокурсник был не прочь выкрикнуть, что сквибам здесь не место. Малфой, видимо решил оказать ему услугу, и не придумал ничего лучшего, чем рассказать о его фокусах в поезде. На какое-то время это действительно помогло, пока кто-то из "гриффиндурков" не стал распускать слухи о его причастности к тёмной магии. Многие охотно этому верили. Ситуация стала настолько абсурдной, что пара девушек с пуффендуя звали на помощь, когда они столкнулись перед отбоем в тёмном коридоре библиотеки. Пожалуй, разубедить их мог только один человек.       «Два, если быть точнее…»       Профессор Квиррелл не появлялся в классе с той самой злополучной первой пары защиты от тёмных искусств. В стенах Хогвартса Гарри его тоже не видел. Всё считают, что профессору просто нездоровится, ведь после встречи с вампиром он стал слишком слаб. Однако Гарри знает правду: это состояние его рук дело. Никто не сопоставил тот факт, что на протяжении половины занятия Квирелл всячески пытался избегать его взгляда, а когда всё таки посмотрел — упал в обморок.       «Что это значит? Он все вспомнил..?»       «Вряд-ли, Квирелл слишком бездарен, чтобы сопротивляться такой магии... Это что-то, о чём ты ещё не знаешь»       Вина уже не грызла Гарри по ночам постепенно заменяя новыми вопросами о том дне. Свыкнуться с содеянным было необходимостью.       — Поттер? — Малфой разодевшись, как квиддичный игрок, вальяжно прислонился к дверному косяку. — Кажется, ты чем-то расстроен. — Он старается вложить он в голос как можно больше сочувствуя.       «Вот же говнюк, наверняка это он начал распространять слухи про тренировки с Гермионой»       — Может мне тебя подождать? Наверняка ты не хочешь пропустить полеты.       «То же мне — помощник!»       — Нет, спасибо. Драко.       Гарри специально выделяет имя в конце, пытаясь вложить в него своё негодование по поводу этих его игр.       — Ну, как знаешь.       Их отношения были чем-то непонятным. Они всячески пытались как-то уколоть друг друга, но открытой вражды между ними не было. Сам Драко тоже был ему непонятен: его модель поведения менялась, когда они оставались наедине. Возможно, он просто большой любитель внимания на публике. Возможно, за этой показной мишурой есть что-то большее.       — Увидимся на поле. Гарри.       «Но вероятнее всего он просто мудак...»

***

      Урок полётов кажется чем-то волнительным. Гарри не понимал как такое вообще возможно: сесть на обычную метлу и, как ведьма из сказок, улететь. Пальцы покалывало от мандража, а в воздухе пахло приключениями.       «Так вот о чем говорил Чарльз... Надо будет ему написать»       «Не думаю что в этом есть необходимость»       Фыркнув сам себе же, Гарри с метлой на плече двинулся на стадион. Наряжаться, как Малфой он конечно же не стал, в этом цирке место лишь одному клоуну.       Изумрудное поле слепило глаза. Первокурсники кучками ютились на лужайке, беззаботно болтая о предстоящем занятии. Разговоры стихли стоило Гарри подойти ближе. Поттер сразу же нашёл Гермиону, спорящую о чём-то с Роном и двумя другими гриффиндорками. К сожалению, ему не удалось понять суть дискуссии.       — Привет, Гермиона. Привет, Рон.       Девочки испуганно вздрогнули:       — Мы... Мы, пожалуй, пойдём... — и попятились назад, ускоряясь с каждым шагом.       Рон, проигнорировав Гарри, побежал за ними:       — Эй, Лаванда! Да подождите!       — Эмм... И как это понимать? — поворачивается Гарри к подруге.       — Не бери в голову, Гарри. Рон сегодня необычайно глуп. Как твои дела? — Гермиона присела на газон, предлагая другу место рядом с собой.       — Не очень. У меня для тебя плохие новости.       Гарри и Гермиона на удивление быстро поладили. Гарри изначально считал, что они будут только "соперниками", пока одним вечером не столкнулись в библиотеке и решили выполнить вместе домашнее задание. А потом Гермиона нашла одно интересное заклинание и они полдня корпели над его изучением. Ребята много времени проводили вместе – Гермиону не особо любили на родном факультете. Гарри искренне не понимал, чем она заслужила такое отношение. Ему не хотелось усугублять ситуацию.       — В общем, кто-то видел нас с тобой в библиотеке и ни один раз… Я боюсь, что они начнут говорить неприятные вещи про тебя, Гермиона.       Девочка нахмурила брови:       — И что ты хочешь этим сказать?       — Что возможно для тебя будет лучше…       — Нет! — возмутилась Гермиона, не дав ему договорить. — Про меня итак говорят неприятные вещи. Ты знал, как волшебники называют таких, как я? Грязнокровками. Меня презирают из-за того, что мои родители обычные люди. Будто бы я выбирала в какой семье родиться! Но будь у меня выбор, я бы все равно выбрала их, понимаешь? Мне все равно, что про нас будут говорить, это ничего не изменит.       — Спасибо, Гермиона. — На самом деле Гарри переживал, что останется здесь один. Он рассчитывал, что в магическом мире все будет иначе, но видимо ему суждено быть изгоем. Они ещё какое-то время обсуждали задание по травологии, пока не раздался оглушительный свист, прервавший все разговоры учеников.       Мадам Хуч возвышалась над студентами разглядывая всех оценивающим взглядом.       — Студенты, прошу выстроиться в две колонны, лицом друг другу. И не забудьте, выданные старостами мётлы.       Ребята воодушевленно последовали указанию. От Роланды Хуч исходила энергия, заряжающая своей активностью всех вокруг. Жёлтые глаза пронзительно следили за каждым их движением, будто бы выискивая потенциального игрока в квиддич. Об этой магической игре Гарри узнал ещё в первые дни учёбы. Рон все уши прожужжал.       — Как Вы уже поняли из расписаний, меня зовут мадам Хуч. Я тренирую будущих квиддичских звёзд, однако для Вас я пока буду лишь инструктором по полётам. Хоть мой предмет и не является обязательным в школьной программе, в конце семестра Вы должны будете сдать экзамен по полётам. После него с некоторыми из Вас мы будем встречаться лишь на школьных матчах, ну а с другими – продолжим занятия в качестве факультатива. Несмотря на это, настоятельно прошу не относиться халатно к занятиям, умение владеть метлой не раз вытаскивало волшебников из передряг. — На лице женщины появилась широкая улыбка. — Что ж, давайте приступим!       Управлять метлой оказалось легче, чем волшебной палочкой. Гарри, на удивление, контролировал метлу, как свою руку.       — Ты же говорил, что никогда раньше не летал на метле, — недоверчиво произносит Гермиона. У девочки только начало получаться её призывать.       — Я и не летал.       Не у одного Гарри были успехи, однако он был единственным из мира магглов, кому удалось всё с первой попытки. Сейчас различия между мирами были на лицо. Часть слизеринцев уверенно сидели верхом, Малфой вовсю рассекал воздушное пространство. Мадам Хуч данную демонстрацию не оценила, наказав Драко проводить время на земле до конца занятия и посоветовав прочесть книги по самодисциплине. Однако оказалось, что не только Драко нарушал негласный запрет. Невилл, ученик гриффиндора, метаясь из стороны в сторону, зависнул высоко над землей.       — Что он делает? – негодует толпа учеников.       — Мистер Лонгботтом! Немедленно слезайте с метлы! – окрикивает Хуч. Невилл панически машет ногами, направляя метлу вниз, но ничего не происходит. Мальчик что-то кричит, но ветер не даёт расслышать слов.       — Простите, профессор, но похоже Невиллу нужна помощь. Он не может спуститься! – обращается обеспокоенная Гермиона.       Она оказалась права, метла Невилла резко бросается в сторону замка. Мадам Хуч взяв чью-то метлу немедленно взлетает вслед за ним. Невилл мчится прямо на каменные стены, с такой скоростью он явно не отделается лишь парочкой переломов. Профессор успевает взмахнуть палочкой за момент до столкновения. Однако, Невилл из-за резкого торможения по инерции вылетает из метлы и все же впечатывается в замок, а затем летит вниз. К счастью, мадам Хуч вовремя реагирует и Невилл не долетает до земли. Хуч взволнованно подлетает к мальчишку и сняв заклинание, ставит ребёнка на ноги.       — Мистер Лонгботтом? Вы целы?       Лицо Невилла белее страниц новых книг. Он пытается что-то ответить, но выходит только неразборчивое бормотание. Хуч нахмурившись проводит палочкой вокруг пострадавшего. Разноцветные нити заклинаний резко исчезают, стоит мадам опустить руку.       — Доставим-ка тебя в больничное крыло, приятель. Идти сможешь?       Невилл нервно кивает.       — Уизли! Помогите Лонгботтому. – Рон тут же подбегает к своему соседу и кладёт его руку на своё плечо. — Мистер Малфой, — окрикивает слизеринца профессор, — Клянусь бородой Мерлина, если увижу чьи-либо ноги в воздухе, то сделаю все возможное чтобы квиддич был лишь вашим сладким сном, — рявкает профессор.       Стоило троим скрыться из вида, как Теодор со своей командой задир заливаются смехом:       — Видели как его сплющило!       — Так ему и надо! — следом поддерживает Панси.       — Все видели, что ты вежливо его попросил. Он сам нарвался! — парень нагнулся подобрать лежавшую в траве вещицу и засунул к себе в карман.       — Это Невилла, — шепчет Гарри Гермиона, — ему бабушка прислала сову сегодня утром. Невилл очень расстроится, когда поймёт что потерял шар.       Девочка хотела вступиться за однокурсника, но Гарри её опередил.       — Верни то, что тебе не принадлежит, Нотт!       — Ой, смотрите, главный защитник гриффиндурков Хогвартса! — злобно улыбается Нотт. — Пришел защитить своего прихвостня, Поттер?       В Гарри бушует ярость. Он ощущает её на кончиках пальцев, готовую вырваться в любой момент. Стоит только спустить её и в воздухе появится запах гари, его перчатки обуглятся от нахлынувшего потока магии. Невилл не был его другом, они даже толком не разговаривали, но Гарри чувствовал острую необходимость поставить Нотта на место. Поттер подходит к нему вплотную. Ухмылка мальчика сменяется шоком.       — Ты ведёшь себя недостойно, Тео, порочишь честь факультета, — шепчет не своим голосом Гарри так, чтобы никто вокруг не услышал. Юноша напротив пару раз моргает, неуверенный в том, что он не ослышался. Он оборачивается, ища поддержки среди своих друзей, однако те лишь недоуменно на них оглядывается.       — Да кем ты себя возомнил, Поттер? — Нотт немного растерян. — Как ты смеешь…       — Я не буду просить дважды, — протягивает ладонь Гарри.       Нотт не знает как вести себя в подобной ситуации, отец бы велел любой ценой отстаивать свою правоту, но сейчас перед Поттером он чувствует себя в опасности. Теодор сглатывает нервозность.       — Ну раз так, — мальчик взбирается на метлу взлетая над ним, — поймай, если сможешь! — На фоне Малфой выкрикиваний им немедленно прекратить. — Раз такой смелый, — мальчишка торжественно улыбается полностью уверенный, что он не ослушается учителя и отправляет шар как можно дальше.       Гарри взлетает следом, игнорируя Малфоя и попытки Гермионы предостеречь его от необдуманных поступков. В воздухе он ощущает себя свободнее, будто бы чей-то контроль над его телом пропадает. По началу, Гарри держится в полёте слегка неуверенно, но, смекнув что к чему, быстро набирает скорость. Ловко поймав стеклянный шарик, он тут же летит обратно к своим однокурсникам. Лица слизеринцев недовольны. Он сразу же протягивает несчастный шар Гермионе:       — Вот, думаю тебе проще будет вернуть.       Девочка благодарно улыбается.       — Поттер! — Фарли появилась из неоткуда. Она сердито поглядывала на змеек, её взгляд обещал долгую нравоучительную беседу. — Вы можете расходиться, мадам Крюк очень вами недовольна. А, ты, друг мой, — уставилась она на Гарри, — пойдёшь со мной.       Джема кладёт ему руку на плечо. Слизеринцы злобно ухмылялись, провожая их взглядом, а Драко обречённо шептал: "Вот же дерьмо".       — Что мне за это будет? — без чувства вины спрашивает мальчик.       — За полёт на метле? Ничего, — смеётся девушка. — Неужели ты думаешь, что я сдам своих же? — Они проходят мимо ворот, направляясь в сторону теплиц. — Мне просто захотелось немного потрепать нервы Драко, уж больно он забавный, когда волнуется.       — А куда мы идём?       — Никуда, просто гуляем, — Фарли на мгновение задумывается: — Знаешь, ты хорошо летал. Квиддичу нужны такие игроки. Если хочешь, я могу уговорить Хиггса посмотреть на тебя на отборочных.       — Но я же первокурсник, разве я могу играть?       — Думаю можно сделать исключение. Снейп за тебя поручится, уж больно ты ему нравишься.       Гарри едва не спотыкается.       — Вот как? Я думал всё наоборот.       — Ну что ты! Тебя многие любят, — пытается разубедить его Фарли.       — Что-то не очень заметно…       — Гарри, — Джема останавливается у Гремучей Ивы, оглядываясь по сторонам, в поисках посторонних ушей, — я давно хотела поговорить с тобой об этом. — Она заглядывает ему прямо в глаза, — Послушай, слизеринцы со своими играми бывают жестоки, но на самом деле никто из нас не желает тебе зла. — Гарри на это лишь закатывает глаза, — Да, тебе не повезло попасть на этот факультет с твоим то прошлым, но считай всё это своего рода… проверкой? — пытается подобрать правильное слово староста. — Она закончится в тот момент, когда ты заставишь их уважать себя. А слизеринцы уважают лишь три вещи: кровь…       — Силу и деньги? — прерывает её Гарри.       — Силу и деньги, — хлопает его по плечу девушка.

***

      В спальне его встречает разъяренный Малфой с воплями: "что ты наделал, Поттер", "да я не могу вылететь из команды даже не попав в неё", "если отец узнает" – и всё в подобном духе. Гарри слишком утомился, чтобы заострять своё внимание на скандале, к тому же заверения о том, что никому ничего не грозит, совсем не успокоили Драко. Гарри завалился в кровать прямо в форме, мечтая поскорее заснуть. Головная боль усугубляла положение вещей. Успокоившись Малфой, начал искать по комнате своё перо, видимо, решив написать обещанное письмо своему отцу. Гарри последовал его примеру — Чарли, наверное, уже с ума сходит без вестей от него.

"Дорогой Чарльз,

Наверное, тебя сильно удивил способ доставки письма, но сейчас это единственный из возможных вариантов… места здесь непроходимые. Если захочешь прислать ответ — просто попроси сову немного подождать, а затем вручи готовое письмо. Она знает, что делать. (И НЕ ПЫТАЙСЯ ОСТАВИТЬ ЕЁ СЕБЕ! Я СЕРЬЁЗНО! ЕЙ НЕ ПОНРАВИТСЯ ЖИТЬ В КОРОБКЕ ИЗ ПОД ОБУВИ)

Живу я в настоящем…"

      Гарри как можно более поверхностно описал замок, школьные будни, обилие еды. Поведал о местной иерархии и правилах, а своих однокашников окрестил воронами в павлиньих перьях. Головная боль только усилилась. Дорога до совятни заняла гораздо больше времени, чем он рассчитывал. Школьных сов оказалось на удивление мало, видимо стоит приобрести сову для таких целей. Вернувшись обратно, он не сразу обратил внимание на несколько деталей. Народа в гостиной было много для простого вечера — собрались почти все его однокурсники, старосты факультета и парочка ребят со старших курсов. Слизеринцы столпились вокруг слишком худого домовика, держащего в руках смятый свёрток. Теренс пытался уговорами выманить его, но домовик остаётся непреклонным:       — Профессор Дамблдор велел передать лично в руки!       — А вот и Поттер! Тебя все заждались, — выкрикивает Паркинсон, указывая на него своим розовым ноготком.       — Гарри Поттер, сэр, — домовик ловко проталкивается к нему сквозь учеников. — Хинки как раз Вас искал, сэр, — дрожащими руками он протягивает ему свёрток, который оказывается намного легче чем кажется. — Профессор Дамблдор просил передать Вам лично в руки, сэр.       «На твоём месте я был бы осторожнее с предметами переданными от Дамблдора лично в руки»       — Что там?       Домовик протягивает ему небольшой картонный прямоугольник с его именем.       — Не знаю, сэр, — Хинки щёлкает пальцами и исчезает.

"Мистеру Г. Поттеру,

Эта вещь когда-то принадлежала твоему отцу, используй её с умом.

P.S.: надеюсь, я смогу загладить свою вину перед тобой"

            Слизеринцы не сводили с него глаз.       — Что старик от тебя хочет? — Флинт, староста слизерина, восседающий, закинув ногу на ногу, на резном подлокотнике кресла, морщится будто бы ему мерзка сама мысль произнести имя директора. Они с Хиггсом, по слухам, уже который год никак не могут поделить место "короля слизерина". Точнее Маркус никак не может смириться с мыслью, что кто-то может быть лучше него. Если Теренс вполне заслуживает положения, то Флинт держится на нём только благодаря своей неприязни к Дамблдору.       Гарри задумывается над содержимым свёртка и самим поступком профессора. Дамблдор не был похож на человека, которого мучила бы совесть из-за "нечаянного" вторжения к нему в голову. Определённо Гарри ему зачем-то нужен, раз он пытается вернуть его расположение.       «Но зачем..? Да и что там может быть такого, чтобы "загладить вину"?»

"...принадлежала твоему отцу…"

      Гарри не знает что чувствовать. Слова заставляют зацепенеть.       — Поттер, ты слышишь? Что там внутри? — раздражается девчонка.       «Не разворачивай… Там должно быть что-то важное»       — А тебе не кажется, что это не твоё дело, Паркинсон? — голос Гарри чуть сел. Мальчик не понимал почему кого-то должно волновать что там и зачем устраивать из этого представление.       — Да, брось, Поттер, нам всем интересно, — Флинт тянет руки к "подарку", рассчитывая выяснить сам, но Гарри прижимает вещь к себе.       — Ну, я же говорил что он гриффиндорская шавка, — издёвка немного смутила Поттера, но он все ещё старательно держал лицо, — Поттеру не место среди нас, верно Флинт?       — Ты прав, Теодор. Якшание с грязнокровками ничего хорошего не сулит, а уж с… — парень изобразил рвотный позыв, — Профессором Дамблдором…       — Маркус! — предостерегает Хиггс.       — Твоё общение с Дамблдором позволяет нам всем думать, что вас связывает что-то большее, чем просто ученика и директора… Он тебя чему-то обучает? Поэтому ты почти не бываешь в гостиной?       — Маркус, хватит! — повторяется Хиггс.       — Или же ты сослан сюда, чтобы следить за нами? Будешь крысятничать ему каждый услышанный диалог в гостиной или…       — Звучит забавно, — перебивает Гарри. Ладони начинает покалывать, чужой гнев постепенно окутывает его разум: — Долго придумывал?       — Не забывайся, Поттер, – шипит Маркус, доставая палочку. — Ты должен относится к нам более почтительно, — парень встает и медленно подходит к мальчику, — Иначе кто знает, может кто-то из нас, решит закончить дело Тёмного… — палочка Флинта смахивает чёлку, открывая шрам, — … Лорда.       — Ты совсем из ума выжил? — Теренса, в отличие от остального змеиного клубка, слова совсем не впечатлили. — Обвиняешь одиннадцатилетку в шпионаже, угрожаешь убийством! Ещё одно подобное высказывание и на следующем собрании я поставлю вопрос об лишении тебя значка!       Маркус улыбается:       — Ну что ты, Хиггс, я всего лишь пытаюсь узнать, что директор хочет от нашего юного друга. Верно, Поттер?       В воздухе появляется запах палёной кожи, Гарри сжимает ладони в кулак, едва удерживая магию.       — Ещё двоих не хватает, — переводит тему Флинт, смотря на Теренса. — Почему бы тебе не поискать Малфоя? Я пойду найду Забини. Фарли будет здесь ровно в семь.       Хиггс крепко сжимает челюсть, чтобы не сказать ничего лишнего и покидает гостиную. Флинт немного сверлит Гарри взглядом, а затем с ухмылкой ленивой поступью направляется в общежития. Первокурсники хранившие молчание, вновь зашептались.       — Маркус прав, Поттер ведёт себя странно, — не скрывает своих рассуждений Панси, накручивая прядь волос на палец.       — Да какой из Поттера шпион, — смеётся Нотт в открытую. — Он даже палочкой воспользоваться не может! — Нотт поворачивается к Гарри лицом, — Моя тётя тоже долго не могла овладеть палочкой, а потом её магия и вовсе пропала. Твоя судьба быть немощным сквибом, Поттер. Тебе не место среди нас!       Это становится последней каплей. Магия, пропитанная запахом озона, вырывается наружу. Учеников резко подбрасывает к потолку. Никто не успевает среагировать. Осознание происходящего тоже доходит до слизеринцев не сразу. Кто-то пытается вырваться или достать палочку, кто-то просто замирает в страхе. Гарри смотрит вверх и чувствует своё превосходство над ними.       «Стоит немного надавить…Совсем чуть-чуть и их ребра…»       Гарри мотает головой, пытаясь прогнать гипнотический голос. Он находит взглядом Нотта, уже не такого смелого как раньше, и позволяет ему шмякнуться на пол.       — Ты и правда думаешь, что я похож на немощного сквиба, Теодор? — Гарри подходит к мальчику и низко наклоняется, заглядывая в глаза напротив.       — Не…нет…Я совсем не это имел в виду. — Нотт заметно дрожит.       — Правда? Должно быть мне послышалось, — Поттер стягивает обгоревшие перчатки с рук. Ему как никогда хочется коснуться Нотта и показать насколько он силён, насколько они всё слабы перед ним…       «Ну же, Гарри… убей его»       И тут он приходит в себя.       «Какого хрена я творю?»       Испуганное лицо напротив задыхается в приступе предстоящей истерики. Карие глаза Нотта наполняются слезами. Гарри не может больше в них смотреть. Теперь страх не выглядит таким привлекательным.       — Может уже поставишь нас на место? — просит незнакомый ему парень. — Я, кстати, Оливер.       Гарри плавно отпускает на пол остальных студентов. Никто из них не произносит и слова.       — Ну и напугал же ты их, — оглядывает детей Оливер. — Меня прижал к потолку какой-то первокурсник, ребята умрут со смеху.       — А что здесь происходит?

***

      Гарри не знает как оказался здесь. Последние что он помнил, это разъярённая Фарли, отчитывающая Маркуса, как провинившегося щенка: "Я просила собрать всех первокурсников, а не устраивать салемский суд и доводить Поттера до стихийного выброса!"       Должно быть он просто вырубился и опять начал ходить во сне. Кругом темно и сыро, возможно он все ещё в подземельях. Гарри пытается наколдавать луч света, но что-то выпадает из его рук. Он наклоняется за упавшей вещью. Слабый люмос осветил пространство.       «Забавно, что даже во сне я не упускал это из виду… Никогда бы не подумал, что стану защищать что-то с пометкой "принадлежала отцу"...»       Гарри вертит в руках свёрток, принесший столько бед.       «А ведь я даже не знаю ради чего…»       Люмос медленно тух, погружая Гарри во внутренние метания. Мальчик не знал, что может испытывать такую злость. Он был готов пойти на убийство из-за какой-то брошенной фразы. Разве приют не вбил к этому иммунитет? Его обзывали вещами и похуже. Нотт жутко напуган, он всего лишь мальчишка и этого не заслуживает. Никто не заслуживает. Гарри нужно извиниться.       «Не смей извиняться, ты только ухудшишь своё положение»       «Но мне так стыдно перед ними»       «Не стоит стыдиться своей силы, Гарри»       «Я её боюсь, а не стыжусь…»       Гарри запихнул свёрток за край брюк, прикрывая его школьным жилетом. Пора возвращаться в общежития, пока кто-нибудь не начал его искать. Он наколдовал очередной люмос и двинулся вниз. На пути встречались запертые двери, которые не открывались даже алохоморой. Как же вовремя они с Гермионой выучили это заклинание, только вот жаль что оно не пригодилось. Наконец-то вдали показался свет факелов. Выходит, в этот раз он не так далеко ушёл. Шум шагов заставляет его остановиться и спрятаться в тени. Не хотелось быть застуканным каким-нибудь профессором или старостой. Как же хорошо, что смотритель Филч старается обходить подземелья стороной. Гарри затаился, не дыша. Кто проходит мимо разглядеть не удаётся. Подождав ещё немного, Поттер решает выйти из укрытия.       — От кого прячешься, малыш-Гарри? — раздаётся в тишине голос.       — Господь! — выкрикивает мальчик, хватаясь за сердце.       — Не совсем он, — смеётся мужчина.       Перед Гарри тот самый человек из сна, что тоже немного пугает. В этот раз капюшон на мгновение показывает чуть больше. Гарри был прав, мужчина действительно красив. Черты лица были слишком идеальны для реального человека.       «Может я всё ещё сплю?»       — Вы меня напугали! — обвиняет мальчик.       — Я извиняюсь, — поднимает руки волшебник в знак примирения. Озорная улыбка кажется слишком неуместной для этого человека.       — Что Вы здесь делаете?       — У меня к тебе тот же вопрос, Гарри. Это станет нашей традицией: находить тебя в тёмном коридоре?       Поттер немного смущается:       — Думаю, я всё ещё сплю.       — Вот как? — удивляется мужчина. — И что заставляет тебя так думать?       — Вас не существует. Я ни разу не видел Вас на обеде и в Хогвартсе в целом. Да и в прошлый раз Вы не представились, хотя знаете как меня зовут.       — Звучит вполне логично, — кивает ему его загадочный собеседник. — Что ж, позволь исправить это недоразумение. Меня зовут Марволо Гонт, — мужчина склоняется в поклоне. — Я сотрудник министерства. Грубо говоря, слежу за исполнением предписаний отдела образования. Ты прав, встретить меня в учебное время сложно, но я вполне реальный, Гарри, — ухмыляется Гонт. — Можешь даже потрогать, чтобы в этом убедиться, — протягивает ему руку мужчина.       Гарри не стал лишний раз рисковать.       — В этом нет необходимости, я Вам верю, — улыбка Марвало померкла. — Однако, Вы так и не сказали откуда знаете как меня зовут.       Мужчина прочистил горло:       — Каждый волшебник Британии знает как тебя зовут. К тому же я был на церемонии.       — Но я Вас там не видел.       — Поверь мне, так было нужно. Гарри готов поклясться, что мужчина подмигнул, однако капюшон не позволил точно в этом убедиться.       — Итак, —растягивает волшебник. — Позволь вновь проводить тебя. Ты явно замёрз. К холоду подземелья трудно привыкнуть.       Поттер не стал даже отрицать и они отправились к гостиной.       — Ты не расскажешь, что тебя сюда привело? — продолжает расспросы Гонт.       Гарри не знает какую часть правды стоит рассказывать этому человеку. По-сути, они с ним не знакомы, но почему-то хотелось выложить ему всё как есть.       — Я немного вышел из себя. Мне за это влетит.       Мужчина молчит какое-то время.       — Знаешь, в твоём возрасте, я тоже тяжело ладил с однокурсниками.       — Дело не в них, а во мне, — мнётся Гарри.       — Поясни, — требует объяснений мужчина, резко остановившись.       — Ну… — Поттер чувствует вину за свою неуверенность в себе. — Думаю, они правы в том, что они говорят обо мне.       — И о чём они говорят? — голос Марволо становится холодным.       Гарри нервно сглатывает. Он чувствует, что стоит выбирать дальше слова тщательнее. То игривое настроение мужчины, сменилось чём-то устрашающим.       — Понимаете, мистер Гонт, моя палочка совсем меня не слушается, — Гарри в подтверждение достаёт палочку из кармана брюк, шебурша при этом спрятанным за пазухой свёртком, и делает взмах рукой, пытаясь вызвать люмос. Ничего не происходит. — Хотя в лавке Олливандера всё получалось, палочка сама меня выбрала. — Он кладёт её обратно в карман. — Но я не совсем безнадёжен, мистер, — Гарри щёлкает пальцами, небольшой люмос вспыхивает между ними, но тут же исчезает. Они вновь шагают к общежитиям. Поттер чувствует, необходимость оправдаться перед мужчиной, но тот вовремя его прерывает.       — Хмм… неужели ни один из профессоров школы не предложил помочь решить твою проблему?       Гарри пожимает плечами. У него не было сил кого-то оправдывать.       — Хорошо, я помогу тебе, — Марволо ускоряет шаг.       — Что? — Гарри должно быть ослышался. Зачем какому-то министерскому чиновнику ему помогать?       — Ты слышал. Я помогу тебе, — как нечто обыденное произносит мужчина. Гарри ни на минуту не сомневается в корыстности Гонта.       — А что взамен?       Казалось Марволо немного опешил от вопроса:       — Надо же Гарри, а шляпа действительно отправила тебя куда нужно.       Он быстро шепчет что-то неразборчивое факультетской змее, открывая двери.       — Если не хочешь столкнуться со Снейпом, то тебе нужно немедленно лечь в свою кровать.       И действительно была слышна чья-то быстрая ходьба. Гарри даже не заметил бы, пока ему не сказали.       — Спокойной ночи, Гарри. Я скоро сообщу о следующей встрече, — с этими словами мужчина закрывает двери, а Гарри бросается бежать в спальни. Гостиная Слизерина давно пуста.