Я не волшебница. Я только учусь. Час Волка

Наблюдение за домом Дурслей не дало видимых результатов. Никто находящийся в розыске в городке так и не появился. И к домам, в которых проживали объекты наблюдения, не приезжал кто-то подозрительный, если не считать такими молочника, почтальона или подростка, работавшим курьером в магазине. В конце августа в слежке наступил перерыв, так как объекты наблюдения отбыли в Италию, а посылать вслед за ними агентов, было бы слишком расточительным для полицейского бюджета. Но когда семья Дурслей вернулась, то полицейские заметили, что женщина, по имени Петуния, ведет себя так не так как раньше. Будто бы она заметила, что за ней следят. Мать семейства выглядывала в окна из-за штор, выходя из дома часто оглядывалась за спину, сопровождала машины с наблюдателями пристальным взглядом. Вскоре слежку за домом № 14 по улице Тисовая было решено прекратить. На неопределенное время. Но тем не менее Дуэйн Форд, ведущий поиски неуловимого Сириуса Блэка, узнал несколько необычных историй. Точнее в этом была заслуга его помощника Свена, который сумел раздобыть интересные сведения касательно двух школьников, также попавших в поле зрения полиции. Причем он умудрился даже ни разу не представиться своей должностью тем, кого опросил. Сейчас Свен докладывал следователю все, что ему удалось разузнать. — Кое-что по Гарри Поттеру! Раньше он учился в начальной школе, особых проступков за ним нет, если не считать того, что он однажды залез на крышу заведения. Вот только никто из учителей и работников школы понятия не имеет, каким образом он туда попал. Хотя мне удалось разговорить подсобного рабочего – это Монти Эллиот. Он уже на пенсии и подрабатывает тем, что следит за порядком на территории школы. Монти и дворник, и садовод. И в тот день работник своими глазами видел, как Поттер взлетел на крышу. — Взлетел?! – переспросил следователь. Помощник утвердительно закивал головой. — Мистер Эллиот никому не рассказывал о том, что видел. Так как поначалу решил будто ему все привиделось. Но потом с персоной этого Поттера вновь стали происходить непонятные происшествия. Его учительница, однажды отругавшая мальчишку, внезапно получила беду себе на голову. Что именно с ней случилось Монти так и не узнал. Учителя болтали разное. Но одно известно точно – пострадавшая преподавательница после того случая стала побаиваться Гарри Поттера. Следователь молчал, он не произносил слов, не задавал лишних вопросов, но его помощник понимал, что сейчас Дуэйн Форд старательно укладывает услышанные сведения в картотеку своей памяти. Тем самым каждый случай, каждый факт ложится в заранее приготовленные досье на этих школьников. И перед тем как все сведения окажутся на бумаге, у следователя будут готовы психологические портреты на каждую персону. — Очень занятная складывается картина, Свен, - мужчина жестом прервал доклад своего помощника. — Та пожилая мадам, в доме которой заметили Блэка, приходится родней опекунам Гарри Поттера. И вдруг выясняется, что этот мальчишка крестный сын Сириусу Блэку. И он учится в неизвестной школе где-то в Шотландии. Вдобавок девушка, которую наш человек заметил рядом с беглым преступником, также учится в тех местах, и опять совпадение - она живет неподалеку от Поттера. Следователь чуть усмехнулся и пригладил чисто выбритый подбородок. — Стоило нам потянуть ниточку, и мы раз за разом узнаем все более захватывающие подробности, - задумчиво добавил он. Его помощник согласно кивнул головой. Он тоже был удивлен тем как много удалось разузнать о непонятном Блэке. И все потому, оттого что шеф решил навести справки о девушке, которую осведомитель увидел рядом с Сириусом. Похоже та школьница оказалась зацепкой, ухватив который они начали получать одно интригующее сведение за другим. — Продолжай, Свен! – сказал Форд, и его помощник заговорил вновь. — У мистера Поттера есть кузен по имени Дадли Дурсль. Хулиган и задира, он еще в школе сколотил вокруг себя шайку и держал в страхе многих учеников. К тому же он достаточно хитер и ни разу не попался на своих проделках. Но в последний год учебы Дадли Дурсль внезапно разительно переменился. Начал учиться прилежно, перестал обижать школьников и издеваться над младшими. Даже своего родственника он стал избегать, хотя раньше не упускал возможности над ним посмеяться. — Может быть взялся за ум? – предположил Дуэйн. Свен пожал плечами. — Возможно, но незадолго до своего перевоспитания он начал вести себя неадекватно. Ругался с учителями, накричал на директора и вломился в женскую душевую. В свое оправдание Дадли уверял будто бы его прокляли или околдовали. Правда он сам путался в своих показаниях. Но именно после того случая он взялся за ум. — Интересно, очень интересно! – бормотал про себя следователь и в его светло-синих глазах загорелись азартные огоньки. Помощник положил на стол листы бумаги, с которых зачитывал все полученные подробности и взял новую папку. — Теперь насчет Деборы Адамс! Кроме того, что нам и так уже известно, я выяснил одну очень занимательную историю, – загадочным тоном известил он. — В 1991 году, в начале марта патруль на загородной трассе, ведущей в графство Суррей обнаружил человека, который шел по обочине, направляясь в Лондон. Полицейские решили, что неизвестный, бродящий пешком по дороге, нуждается в помощи и остановили его. Выяснилось, что перед ними служащий из отдела опеки несовершеннолетних по имени Кайл Ридд. Он наведывается к детям школьного возраста и следит за тем, чтобы те жили в хороших условиях. Этот Кайл…, - тут помощник сделал многозначительную паузу в своем докладе. — По сообщению старшего патруля, тот вел себя странно, - при этом Свен с усмешкой покосился на своего начальника, - и когда служащего спросили куда тот идет, так Кайл выложил им всю правду. По его словам он направлялся к некоему Баширу – наркоторговцу. Причем Кайл незамедлительно рассказал какими веществами торгует этот Башир, где тот живет и с кем еще ведет дела. Сначала полицейские подумали, что человек пьян и принялись задавать ему вопросы, чтобы выяснить его состояние. Самое удивительное было в том, что мистер Ридд на все расспросы отвечал быстро и без утайки. Несмотря на то, что служащий опеки был трезв и вел себя адекватно, он произвел такое впечатление…, Тут Свен умолк, потому что и сам пребывал в затруднении и не знал, как и чем можно объяснить столь нетипичное поведение Кайла Рида. — Значит этот Кайл вел себя странно, но был в трезвом состоянии, в здравом рассудке, но на все расспросы не говорил ничего, кроме правды? – задумчиво откликнулся Форд. — Почти что так! – медленно ответил ему помощник. – Хотя я никогда не встречал людей, которые бы начали выкладывать все свои тайны встречному полисмену. — Что дальше? – требовательно сказал детектив. Свен вновь заглянул в бумаги и продолжил отчитываться: — Мистер Ридд оказался на редкость словоохотливым и на каждый вопрос давал искренний ответ. Также он признался в некоторых своих темных делах. Патрульные очень удивились таким откровениям, но следует отдать им должное, они не растерялись и быстро сообщили коллегам в город. Там решили провести проверку по полученным сведениям и к удивлению, почти все подтвердилось. В итоге притон закрыли, сам наркоторговец сел в тюрьму, а Кайл пошел на сделку со следствием. И еще один момент – мистер Ридд примерно через час после встречи с патрулем пришел в себя…, — Что значит пришел в себя? – перебил его Дуэйн. – Или он все-таки был не в себе? — Я поговорил с теми патрульными. Так по их словам Кайл выглядел нормальным, вел себя спокойно, речь его была внятной. Странное только в том, что он отвечал не раздумывая и даже, когда полисмены его спросили – А ты не пьян? – мистер Ридд совершенно не обиделся и не возмутился. И сразу сказал, что выпивает только в пабе и лишь после работы. Старшему патруля на миг показалось будто Кайл находится под гипнозом. Следователь при этих словах встрепенулся и стал слушать помощника более внимательнее, чем прежде. — Когда мистера Ридда доставили в участок и принялись расспрашивать более обстоятельнее, тот сначала выкладывал все. Но потом внезапно он, словно очнулся и начал сам задавать вопросы. Где он находится, что он тут делает, почему вокруг него полиция и тому подобное. Затем Кайл попытался отказаться от своих слов, уверяя будто он был немного не в себе и просто устал. Но его информация пошла в дело и все завертелось. Наркоторговец Башир был взят с поличным, он и его клиентура начали сами давать показания. Потом стали подтверждаться и другие сведения, о которых рассказал служащий опеки. В итоге дабы избежать хорошего срока, мистер Ридд решил сотрудничать с полицией. Пока помощник детектива заканчивал свой отчет, его начальник сосредоточенно думал. — Я слышал о том деле, но не представлял себе, что все началось с такой странной встречи Кайла с патрулем, - процедил он. Свен лишь усмехнулся. О том происшествии до них дошли неясные слухи, но он счел их обычными байками или специально созданной историей, чтобы скрыть истинных осведомителей. — Старший патруля после того случая пошел на повышение и считает встречу с Кайлом лучшей удачей своей жизни. Даже не просто удачей, а настоящим чудом! – сквозь легкий смех, добавил Свен. — Чудо?! Он так и сказал? – скептически скривив губы, протянул Дуэйн, - чудес в жизни не бывает, а бывают удачные обстоятельства. Его помощник также усмехнулся, однако сомнения своего шефа, он сейчас не поддерживал. В поисках информации Свена не раз навещала мысль о мистике или о волшебстве. Столько загадочного и непонятного окружало те персоны, о которых он наводил справки. — Думаю, нам следует побеседовать с этим мистером Риддом! – заметил следователь. В ответ Свен отрицательно качнул головой. — Кайл покинул Британию три года назад. Сейчас он находится в Австралии, но его можно вызвать, - ответил он. Форд подумал немного. — Не будем торопиться, мистер Ридд от нас не уйдет даже, если и покинул страну. Далеко же он забрался, наверное, боялся мести своих дружков, - предположил следователь. Тут помощник выложил на стол несколько листов бумаги. — Тут полный отчет патруля и все, что они услышали от Кайла Ридда! Дуэйн углубился в чтение и пользуясь тем, что тот отвлекся, Свен решил налить себе чашку чая. Полицейский читал не издавая ни звука. лишь его брови поднимались все выше. — Очень и очень интересно! Точнее, очень странно. Тут указывается со слов мистера Ридда, что он сам не понимает своего поведения. Если верить его утверждениям, у Кайла как будто разум помутился, и он не понимал, что творит. Словно его по голове крепко стукнули или околдовали. Следователь повернулся к помощнику мрачный и задумчивый. — Мистер Ридд именно так и говорил, - закивал головой Свен, но увидев брошенный на него взгляд начальника, замолчал. — Уже второй человек говорит о колдовстве. Сначала Дадли Дурсль оправдывал свой поступок проклятием или колдовским наваждением. Теперь Кайл Ридд. И этих разных людей связывает одно. Все они стали вести себя странно после…, Тут Форд на миг умолк и достал из ящика стола фотокарточки школьников. Свен даже из другого угла комнаты догадывался о ком именно сейчас недоговорил его шеф. А тот продолжал излагать свои мысли: — Нам известно, что Марджори Дурсль всегда гостила в Литтл-Уингинге не меньше месяца, но этим летом вернулась домой через неделю. Как будто ее кто-то изгнал или напугал. Причем мадам не помнит причину спешного отъезда, дорогу до дома и свое прибытие. По ее же словам между двумя этими событиями у нее, словно провал в памяти. Еще Кайл из службы опеки помнит только как прибыл к Деборе Адамс и потом уже очнулся в полицейском участке. Как он ушел, почему ушел и зачем его потянуло на исповедь патрульным, бедолага сам не знает. И не может объяснить до сих пор. То есть и у него, как в случае с Марджори Дурсль, в воспоминаниях имеется пробел. Это может быть совпадением, но я в такие случайности не верю. Детектив сделал перерыв в монологе и прошелся по кабинету. Он слегка ссутулил спину, руки в карманах брюк, спокойный тон. Но выражение на лице свидетельствовало о лихорадочной работе его мозга. На столе зазвонил телефон, и следователь на минуту отвлекся от размышлений. Переговорив минуту с невидимым собеседником, Дуэйн повернулся к ожидающему помощнику. — Итак, что нам удалось узнать, Свен! — В начальной школе появляется эта Дебора, и отпетый хулиган вдруг начинает новую и примерную жизнь. Служащий опеки после встречи с ней кается во всех своих грехах первому встречному патрулю. Этот таинственный Сириус вдруг оказывается рядом с девушкой, и они вместе исчезают из-под носа наших людей. Потом Блэка видят в доме тетушки мистера Поттера, который учится в одном закрытом пансионе с мисс Адамс. Я ни за что не назову такие совпадения случайностями! Скорее это закономерности, которых мы пока понять не можем. Двое школьников - вокруг которых странности растут, словно снежный ком и вдобавок к ним разыскиваемый преступник. И о нем нам почти ничего неизвестно. Даже Скотланд-Ярд не знает, что тот совершил или не желает раскрывать подробности. Единственное, что я выяснил – это то, что в его поимке заинтересован кто-то очень важный. Помощник слушал своего старшего товарища внимательно и старался не пропустить ни слова. Сначала он считал, что Дуэйн желает найти Сириуса Блэка, охваченный азартом матерого сыщика. Но по истечению некоторого времени он и сам заинтересовался столь неуловимой личностью. И включился в поиски Сириуса со всем служебным рвением. Вокруг этой разыскиваемой персоны и впрямь творилось очень много странного и необъяснимого. А следователь продолжал говорить: — Скажу тебе откровенно Свен, за все годы службы, я не сталкивался ни с чем подобным. Поэтому я буду идти до конца! Я должен выяснить, кто эти люди. За ними скрыта какая-то тайна! ***

За много миль от Лондона от происходящего голова шла кругом еще у одного человека. И тот также, как и следователь Дуэйн Форд пытался понять, что происходит. Адамс проснулась рано и тихо выскользнула из Общей гостиной. Мыслей и версий у нее было много, а подумать хотелось в тишине и покое. Скоро в Изумрудной гостиной станет многолюдно, в то время как ей требовалось уединение. В подземелье было пусто и мрачно, чадили факелы, а отсветы от огня лениво плясали на каменных стенах. В окружающем безмолвии подземных катакомб звуки от шагов были слышны на расстоянии сотни футов, если не меньше. Продвигаясь вперед девушка вышла к мраморной лестнице, ведущей к Большому Залу. В пустынном холле, как и внизу, нет ни души. Только где-то из соседнего коридора доносился скрип и злорадный смех Пивза. Вскоре к этим звукам добавились шаркающие шаги старого завхоза и его дребезжащий голос. — Немедленно приведи все в порядок, мерзавец! Скоро школьники пойдут завтракать, и они увидят твои безобразия, - бушевал Филч. — Увидят и что? Думаешь они таких слов не знают?! – отозвался полтергейст, - я от них выражения похлеще слышу. — Убери, я сказал! — А скажи пожалуйста! Дебора поспешила покинуть холл, если попасться на глаза сквибу тот может придраться к любому пустяку и нажаловаться преподавателям. Тем более, в такое раннее время. Утренние прогулки по школе не запрещены, но не одобряются. У входных дверей девушка помедлила, но решила выйти во двор. — До подъема еще полчаса, можно прогуляться перед завтраком, - решила она и покинула холодный замок. На мраморных скамьях сверкала роса, от цветочных клумб исходил тонкий аромат, над раскрывающимися бутонами уже порхали редкие бабочки. На кустах блестели клочья паутины. Тут во внутреннем дворе было тихо и спокойно, в то время как за его пределами шалил ветер, и девушка могла расслышать, как вдалеке ворчливо шумят деревья Запретного Леса. Адамс задумчиво прошлась вдоль ограды. В памяти то и дело прокручивался первый сентябрьский ужин и все новости, которые она узнала вчера. Хагрид по-прежнему остается лесничим. Почему его не назначили преподавателем по магозоологии? Римус Люпин, как и положено стал профессором ЗОТИ. Почему в этом случае все без изменений, хотя дементоров снаружи школы уже не наблюдается и Сириус оправдан по всем статьям? Для чего директору понадобился оборотень в Хогвартсе? Долорес Амбридж внезапным образом станет вести магловедение, самый неординарный и странный предмет изучения в Хогвартсе отдан работнику Министерства Магии. Почему и зачем волшебница появилась на два года раньше, чем следовало по канону? Голова начинала болеть стоило лишь начать задумываться о версиях, вероятностях и нестыковках. Остро не хватало информации, и девушка только могла гадать о том, что творится вокруг нее и строить предположения. Но насколько они близки к фактам? И загадочные слова директора, сказанные им после выступления чиновницы, как и его мимолетный взгляд. Что скрывается за этим намеком, облеченным в шутливую форму? Последняя фраза Дамблдора, сказанная небрежным тоном, теперь воспринималась как предостережение. Словно тот говорил – быть осторожнее и не слишком рьяно знакомить юных магов с последними достижениями мира. Не зря сюда прибыла сама Долорес Амбридж. Судя по тому как резко меняются каноничные события, многим высокопоставленным волшебникам не по нраву то, что происходит в Хогвартсе. И куда делась Чарити Бербидж, преподававшая магловедение? Почему именно сейчас ее должность отдали человеку министра? С чего бы в Хогвартсе образовалась вакансия, на которую министру магии удалось впихнуть своего человека? Мог бы директор школы воспрепятствовать внедрению чужака в свою вотчину? Возможно и это в его силах. Но не стал. Почему? Он старается не идти на лишний конфликт с Министерством или преследует собственные цели, превращая возникающие помехи в новые средства для достижения результата? Непонятно!!! Девушка физически ощущала, как вокруг нее вьется призрачная сеть не одного, а сразу нескольких взаимодействующих планов. Кто-то очень неглупый и прагматичный дергает за ниточки своей паутины, выстраивая долгосрочную и только одному ему известную стратегию. И Деборе Адамс в ней отведена особая роль. Подобная мысль школьнице не понравилась. От слова совсем! Из всех ей известных персон примерно один человек мог создавать подобные хитроумные комбинации, корректировать план в ходе меняющейся обстановке, при этом не отказываясь от намеченной цели. От таких мыслей по коже пробирало холодом и Адамс зябко передернув плечами, продолжила свою прогулку. Несмотря на то, что внутренний голос обещал неприятности в будущем, девушке все же было интересно как сложатся дальнейшие события. Тем более сейчас, когда все вокруг так резко и пугающе трансформируется и непонятно каким будет итоговый результат. Трава мягко пружинила под ногами, ветерок приятно щекочет лицо, а в воздухе ощущается дыхание перемен. Занятая своими мыслями Дебора вышла к каменному фонтану, который прятался за подстриженными кустами в дальнем углу двора. Именно там она заметила человеческую фигуру. Кто-то стоял прислонившись спиной к каменной статуе и смотрел на водную гладь бассейна. Судя по росту это был школьник, а длинные ниже плеч кудри говорили, что на берегу находится девушка. Человек обернулся на звук приближающихся шагов, и школьница поняла кого она видит перед собой. — Утро доброе! – сказала она. Мораг МакДугал - ученица на третьем курсе Когтеврана немного удивилась, обнаружив рядом с собой маглорожденную слизеринку. — Сюда редко кто приходит по утрам, - протянула кудрявая девушка откликнувшись на приветствие. Ученица вороньего факультета продолжала глядеть на Дебору с удивлением. Вероятно, она привыкла к одиночеству. — Я решила пройтись. В гостиной скоро будет шумно, а мне хочется тишины, - сказала Адамс. МакДугал согласно покивала головой и настороженность в ее взгляде уменьшилась. Похоже когтевранка уже давно приходит к фонтану побыть наедине с собой и посторонние люди ей в тягость. Ведь в Хогвартсе так трудно найти место для того, чтобы побыть в одиночестве. — Филч утром открывает входные двери, - заметила Мораг, нарушая неловкую тишину. – и я часто прихожу сюда. Девушка оглянулась в сторону фонтана. На водной глади играла рябь от легкого ветра и на поверхности плавали редкие листья. — А я предпочитаю берег Озера. Жаль только утром к нему не подойти, ворота еще закрыты, а вечером времени очень мало, - сказала Дебора. Мораг прищурилась. Волосы у когтевранки были длинными и кудрявыми, имели такую раскраску, что Адамс затруднялась определить их точный цвет. При ярком свете МакДугал выглядела рыженькой. А в пасмурную погоду казалась шатенкой. В отличии от членов семьи Уизли девушка не обладала густой россыпью веснушек на лице. Сейчас ее лицо казалось бледным, хотя в начале лета школьница могла похвастаться легким загаром. В Хогвартсе хватало рыжеволосых учеников, но Мораг МакДугал отличалась от остальных. Если прическа Джинни Уизли имела яркий медный цвет, то волосы Сьюзен Боунс напоминали густой мед. И у той и другой брови были тонкими и светлыми, а вот Мораг обладала черными и раскидистыми бровями, которые смотрелись немного неестественно в придачу к темно-ржавому оттенку длинных кудрей ученицы Когтеврана. У Седьмой Уизли глаза были ярко-голубыми как у ее братьев, глаза младшей Боунс сияли светло-карим оттенком, а вот Мораг глядела на мир угольно-черным взором под цвет бровей. — В Хогвартсе нелегко побыть одной. Кругом столько людей, хорошо хоть попадаются пустые классы. Но и туда могут ввалиться старшекурсники, - усмехнулась та. — Мне это знакомо. Жить в интернате полным детей нелегко. Особенно, когда дома у тебя своя комната, - в тон ей ответила слизеринка. — У меня нет своей комнаты, то есть я живу в одной комнате вместе с сестрой. А через стену у нас коровник и утром мы просыпаемся от мычания телят, - простым тоном заявила МакДугал. Адамс спохватилась. За время пребывания в школе она ни разу не поинтересовалась, где живет Мораг и откуда она родом. Хотя, если девушка носит явную шотландскую фамилию…, впрочем, людей с такими именами хватает и в коренной Англии. — Ты из Шотландии, правильно? – предположила Галия и увидев, как собеседница кивнула головой, продолжила: - Я плохо знаю географию, помню только, что в Шотландии есть такие города как Глазго и Эдинбург. Плюс еще пара-тройка городов и на этом все. Просто в начальной школе я украдкой читала комиксы вместо того чтобы изучать свою страну. В темных глазах шотландки загорелись насмешливые огоньки. — Я тогда думала, что вырасту и буду путешествовать по Британии. Так и повидаю все ее окрестности, но мама говорила, что став взрослой, я буду очень занята, - добавила Адамс. — Между прочим она из Глазго! — Твоя мать шотландка? – с интересом осведомилась Мораг. Слизеринка покачала головой. — Нет, она только родилась и выросла в Глазго. Мама рассказывала, что в детстве ей было нелегко, приходилось часто драться в школе. Зато потом ее стали уважать. — Шотландия большая! – резюмировала МакДугал. – И она везде разная. Я живу на острове Харрис, это Внешние Гибриды. Что-нибудь знаешь о Роделе? Хотя у нас говорят - Рогадал. Ученица змеиного факультета задумалась. В начальной школе ей как-то довелось услышать о западных островах Шотландии. Большего узнать не удалось, впрочем, она и сама не стремилась к большим познаниям. — Думаю, что у вас красиво?! – предположила Дебора с ноткой сомнения в голосе. Издалека донесся крик вороны и порывы ветра всколыхнули траву возле фонтана. Ветки редких деревьев, окружающих место заунывно скрипнули. Мораг МакДугал поежилась от утренней прохлады и поплотнее закуталась в свой темно–бордовый кардиган. — У нас много камней, воды и травы. На крышах всех домов солома или густая трава, а стены из больших серых валунов. У многих жилище досталось им от дедов или прадедов, - буднично сказала она. — Зимой и осенью бушуют шторма. А летом все цветет, но ветер всегда дует с моря. И так вкусно пахнет солью. А тут в Хогвартсе все по-другому. Мораг на время умолкла и мечтательно всмотрелась в фигуру гранитного оленя, служившего украшением фонтана. Из кустов выплыл призрак Толстого Монаха. Тот подслеповато всмотрелся в сторону школьниц, пробормотал что-то приветственное и скрылся. Одеяние призрака на миг напомнило Деборе встречу со странным священником в Малаге. Она уже и забыла о том случае, но появление факультетского привидения освежило память. — Как думаешь Толстый Проповедник, он был магом или обычным человеком? – поинтересовалась Адамс, глядя вслед исчезнувшему призраку. МакДугал вскинула брови. — Знаю только, что он любит латынь. Весной мы слушали радио и поймали волну на которой выступала группа «Enigma». И я заметила, что Монах висит в воздухе и слушает нас, ведь окна у нас были открыты. Потом при встрече он спрашивал, неужели сейчас псалмы поют, вот так? Он всерьез решил будто бы молимся перед сном! – закончила когтевранка свою речь легким смехом. — Мне нравится «Enigma»! А призрак барсуков скорее всего скучает по церковному хору, – призналась Дебора. В ответ получила удивленный взгляд собеседницы. — Может быть, вот я по пению в церкви скучать не буду! – категоричным тоном заявила Мораг. И заметив недоумение во взоре сероглазой брюнетки из змеиного факультета, пояснила: — Моя мать церковная староста и мы с ней каждое воскресенье посещаем службу в соседней деревне. Но от пения псалмов у меня всегда болит голова. Так что когда матери сказали, что я волшебница…, - тут девушка невесело усмехнулась, - она подумала, что поэтому я и не люблю ходить в церковь. Адамс заинтересовалась. — Ко мне приходила мисс Макгонагал. А к тебе тоже явилась она? – спросила слизеринка. Рыжая собеседница согласно качнула головой. — Да. Оказалась, что она тоже шотландка, хотя и не знала гэльского. А у нас половина жителей говорит только на нем. Когда профессор Макгонагал появилась в нашей деревне, то ее пригласили на вечернюю молитву. Тут Дебора не смогла удержаться от смеха, когда представила себе декана Гриффиндора, поющего в церковном хоре. — А как ты попала в Косой переулок? Тебя туда отвела декан Гриффиндора? – осведомилась Адамс. МакДугал сначала задумалась, потом отрицательно покачала головой. — В переулок я пошла с моей тетей. Она живет в Сторновее, и уже бывала в Лондоне. Поэтому мать и решила, что в столицу я поеду с ней. Косой переулок очень…, очень интересное место, - с заминкой сказала она и смутилась. Судя по ее поведению девушка хотела сказать что-то резкое, но в последний момент сдержалась. — Теперь я здесь. И тут все так непривычно, - проронила когтевранка понизив голос. Деборе показалось, что ее собеседница имела в виду совершенно другое. — Тебе тут нравится? – осведомилась она осторожным голосом. Та кивнула головой. — Вот только Лондон мне нравится больше, - сказала МакДугал и замолчала. И Адамс в данный момент не знала, о чем еще можно говорить. Впервые она общалась с маглорожденной школьницей в неформальной обстановке. До этого нормально побеседовать с Мораг ей не доводилось. Вечно они встречались либо на занятиях, либо на переменах. Все общение на бегу, поговорить и узнать друг друга получше никак не удавалось. — Когда я записалась на уроки магловедения, то я не знала, что мисс Бербидж уйдет из школы, - донесся до нее голос когтевранки. — Зато теперь у нас преподает роковая красотка в розовом, - добродушным тоном протянула слизеринка. Мораг весело закашлялась. — Кстати, я тоже буду посещать магловедение, - заметила Адамс. В ответ рыжая ученица ухмыльнулась. — У нас считают, что мисс Амбридж может стать неприятным сюрпризом для школы, - тихо протянула девушка, кутаясь в клетчатый кардиган. Дебора подавила усмешку. Школьница из факультета воронов не называла имен как бы говоря от числа многих. Потом в случае чего нельзя будет никого обвинить в предвзятости. Это звучит так, словно сейчас помощницу министра осуждает большинство, а как все обстоит на самом деле неизвестно. — Я тоже думаю, что эта эффектная леди тут появилась не просто так! – закивала головой Галия, - целая помощница министра в школе, вдруг решившая преподавать малолетним оболтусам вместо того чтобы гонять подчиненных в Министерстве. Увидев, что ее собеседница таинственно улыбается, Дебора решила не развивать тему. Вероятно, Мораг и сама догадалась, что появление Розовой волшебницы в Хогвартсе не сулит ничего хорошего. — Ты слышала, о чем говорила Амбридж вчера? – с интересом вопросила шотландка. Вместо слов слизеринка качнула головой. — Очень содержательная и скучная речь. Можно записать ее на диктофон и слушать на ночь. Получится отличное снотворное! Гарантирую все, что в зоне слышимости, уснет крепким сном. Даже крысы с мухами, - весело заметила слизеринка. В отличие от нее МакДугал даже не улыбнулась. — Но в словах Амбридж и правда, содержится кое-что интересное, - без обиняков произнесла она. Дебора мысленно ахнула. 13- летний подросток понял в чем заключается смысл вечернего монолога новой преподавательницы. В то же время она заинтересовалась, что именно сумела понять ее ровесница. — И что же в тех скучных словах, которые я даже не запомнила, - с напускным равнодушием спросила девушка. Шотландка внезапно глянула на нее острым и цепким взором. — Можешь пообещать, что никому не расскажешь? — В Хогвартсе трудно хранить тайны, - добавила МакДугал. – Случись что и уже завтра об этом болтает вся школа. Адамс обеспокоенно глянула на левое запястье, где крепились ее наручные часы. — Завтра??? Так поздно?! Обычно слухи разлетаются за пару часов. Тут столько трубачей. Вдали послышался многоголосый гул. Это ученики Хогвартса направлялись на завтрак, Дебора оглянулась за спину – в высоких окнах замка мелькали силуэты. — Школа уже проснулась! – заметила она и повернулась к шотландке, чтобы слушать ее дальше. Но как оказалось, та передумала. — Ты не идешь на завтрак?! – вдруг поинтересовалась Мораг. — Да! То есть нет. Конечно мне надо подкрепиться, к тому же сегодня первый урок с мисс Амбридж. Если она проведет урок также, как и вчерашнее выступление, я хотя бы высплюсь, - с улыбкой заявила слизеринка. Однако МакДугал оставалась серьезной. И отправиться обратно в замок она не пожелала, заявив, что придет попозже. Девушке было не по себе – разговор с ученицей Когтеврана вышел скомканным. Как будто шотландка была не до конца искренней. ***

На уроке по Чарам слизеринцев ожидал небольшой сюрприз. Несмотря на то, занятие началось сразу после завтрака, все парты были заставлены тарелками. — Если вы думаете, что вас начнут угощать снова, то скажу сразу – вы ошибаетесь, - непреклонно заявил Флитвик, вступив в класс, как только школьники расселись по местам. — Я хочу познакомиться вас с одним интересным заклинанием! – туманно сказал он. Ученики замерли. Полугоблин умел удивлять. А тот хитро ухмыльнулся. — Энгоргио, это заклинание, которое способно увеличить объект в несколько раз, - произнес невысокий профессор по Чарам. — Однако у него есть пределы. Если вы возьмете яблоко и заставите его расти в размерах, то скоро оно лопнет. Так что будьте осторожны! Сам преподаватель не стал признаваться как именно он сумел понять пределы данного заклинания. Вероятно, на его совести было немало погибших фруктов. А тот продолжал рассказывать: — Можно взять сэндвич и сделать его больше вдвое, но вы не сможете наесться им так как будто съели два сэндвича. Любой предмет после этого заклинания увеличится в объеме, а его масса останется прежней. И еще одно очень важное свойство Энгоргио – любое живое существо или неживой объект растет в размерах, но при этом его суть становится тоньше и слабее. Тут полугоблин продемонстрировал ученикам обычный кусок резины. — Видите я растягиваю эту резину, и она удлиняется в размерах. Но, если я буду тянуть ее слишком долго, то она лопнет, - с резким хлопком предмет демонстрации разорвался пополам. — Надеюсь, вы поняли, о чем говорит такой пример? – обратился Флитвик к классу, который слушал речь невысокого чародея затаив дыхание. Паркинссон робко подняла руку. — Кусок резины в вашей руке, сэр, увеличился, но он стал тоньше, - высказалась она. — И слабее! – добавил преподаватель по Чарам. Забросив остатки резины себе на стол, профессор зловеще ухмыльнулся. — Поэтому при заклинании Энгоргио следует соблюдать меру и осторожность. Иначе торт, который вы захотите увеличить, разлетится на куски и вам придется собирать крошки с земли. Лягушки могут лопнуть, и вы будете долго умываться, чтобы убрать их остатки со своего лица, - тут полугоблин хрипло рассмеялся, видно вспомнив что-то смешное. В отличии от преподавателя некоторым ученикам стало не по себе. Особенно тем, кто обладал хорошим воображением, но слабым желудком. — А что будет, если таким заклинанием раздуть голову человеку? – полюбопытствовала Дэвис. От такого вопроса Флитвик хитро ухмыльнулся. — Энгоргио способно и на такое. Но не советую никому проделывать подобную шалость. Конечно, со стороны это будет выглядеть смешно – большая голова с круглыми глазами и толстым ртом. Класс принялся тихо посмеиваться. — Вам сейчас весело. Но когда вам надуют голову, то мало кому захочется похихикать, - посерьезневшим тоном заявил преподаватель. Ученики примолкли, хотя многие склонились к партам, чтобы скрыть улыбки. Дебора тоже пыталась сдержать усмешку, потому что картина с летящей по небу Марджори Дурсль, никак не желала покидать ее голову. — Теперь практика! – заявил Флитвик. – Тарелки на партах, так что вперед. Нотт поднял руку и полугоблин с готовностью повернул к нему голову. — Сэр, а нельзя потренироваться на мышах или пауках? – осведомился он. Класс как по команде поднял головы. Ответ на этот вопрос хотели услышать все. — Пока вы не освоили эти чары, для вас нет разницы, что заколдовать обычную тарелку или живую мышь. Но есть риск, что у вас получится, и вы перестараетесь и тогда…, - Филиус усмехнулся в свои усы. — Результат может оказаться слишком неаппетитным, тем более, когда вы плотно позавтракали! Но, если вы хорошо владеете Очищающими Чарами и желаете выскоблить все парты и полностью вычистить кабинет, то я могу предоставить вам, мистер Нотт, небольшого паука. С этими словами профессор указал подбородком в угол, где пряталась тонкая завесь паутины. — А вдруг паук вырастет и набросится на нас? – с опаской высказалась Гринграсс. Флитвик довольно закивал головой, отчего энтузиазм Нотта немного убавился, а на лицах учеников отразился испуг. Мало кто желал столкнуться на первом занятии с гигантским пауком. Кто знает, ведь светловолосый слизеринец может переборщить, и выросший монстр вместо мух получит десяток подростков на завтрак. Прошлые уроки Сириуса Блэка, прятавшегося под обликом известного писателя, все еще были свежи в памяти. — Как я уже сказал, предмет или существо увеличится в росте, но его масса и вес останутся прежними. Выросший паук причинит вам вреда не больше, чем обычный кузнечик. Он не сможет вас укусить или опутать паутиной, у него не хватит сил. Вы можете сдуть его или отбросить ударом книги. Флитвик взмахнул рукой и в воздухе перед ним повис воздушный шар. — Можно надуть этот шарик до громадных размеров, но от него не будет никакого вреда. Так и паук, мышь или любое другое существо станет больше, но не сильнее. Так понятно?! Нотт в задумчивости взъерошил свою шевелюру, но судя по его блеску в глазах, от первоначальной идеи он не отказался. — Да, вы можете применить это заклинание и на живом существе. Но предупреждаю, мало кому понравится, что его расширяют. Особенно человеку. На моей памяти было несколько случаев, когда Энгоргио накладывали на людей, кое-кто сильно пугался, а вот остальные готовы были рвать и крушить все на своем пути. Тут высказалась Трейси. — Скажите профессор, а были случаи, когда в школе увеличили животное? Преподаватель закивал головой. — В юности я по неопытности наложил Энгоргио на богомола и тот на меня напал, - с ноткой ностальгии в голосе ответил он. Все оторвались от своих занятий и с любопытством уставились на Флитвика. — Вот именно тогда я понял, что размер не имеет значения. Хоть богомол стал больше, и выглядел устрашающе, но он оказался на удивление хилым. Я без труда скрутил его и выкинул в окно. Профессор флегматично пожал плечами, пока вокруг него гремел смех и от этих звуков с потолка сыпалась пыль. Как оказалось, заклинание Энгоргио оказалось не слишком сложным и к концу урока им овладели практически все школьники. — Теперь запомните обратное заклинание, которое отменяет Энгоргио, - обратился к слизеринцам невысокий чародей. — Редуцио! Данное волшебство возвращает предмет в исходное состояние, то есть то, что вы увеличили снова станет прежним, - продекламировал Флитвик. – Но предупреждаю… Тут полугоблин остановился посреди комнаты и грозно взглянул на внимающих ему учеников. — Живое существо после применения заклинания Энгоргио будет в очень скверном настроении. Оно или убежит, чтобы успокоиться в укромном месте или нападет на вас, чтобы отомстить за обиду. Так что прежде чем использовать магию на живом, хорошенько подумайте – стоит это делать? ***

— Генриетта Ламбрехт была первым магом из тех, кто сумел превратиться в животное. Но ее способ посчитали опасным и трудным. И о нем постарались забыть и все упоминания об этом методе изъяли из летописей. Тут профессор трансфигурации нахмурилась и на мгновение умолкла. Весь курс змеиного факультета терпеливо ждал, пока Женщина-Кошка соберется с мыслями и продолжит лекцию. Хотя мисс Макгонагал никогда не повышала голос и не наказывала просто так, мало кто из учеников осмеливался нарушить тишину. Впрочем, скучать на трансфигурации никому не доводилось. Минерва перевела дыхание и заговорила снова: — Вокруг анимагии с давних пор и по сей день остается немало выдумок и легенд. Также существуют версии и домыслы, которые никто не смог и не пожелал проверить. До сих пор маги верят будто маг принявший форму своего анимагического зверя может противостоять злому воздействию дементоров. Вроде бы Стражи Азкабана не могут понять кто перед ними живой человек или обычное животное. Правда это или нет, пока неизвестно! Но никто из волшебников еще не рискнул проверять эту версию. Макгонагал проговорив такие слова, странно усмехнулась. И в ее глазах мелькнули зловещие огоньки. — Также существует поверье, что маг в своем обличье зверя- анимага может спокойно гулять рядом с оборотнем. Словно тот не зная о присутствии человека, ведет себя спокойно и мирно, не делая попыток напасть на волшебника. И опять такие утверждения ничем не обоснованы. Третий курс Слизерина старательно записывающий каждое слово Минервы как по команде дружно поднял голову. — Мисс Макгонагал, скажите, а можно заранее узнать в кого я превращусь? – поинтересовалась Гринграсс. – Допустим. я хочу стать птицей, смогу ли я обернуться ястребом? Декан львиного факультета устремила на девушку очень серьезный взгляд. — К сожалению, нет! Ни один из магов пожелавший углубиться в изучении анимагии не мог похвастаться тем, что заранее знал в кого он преобразится. В истории бывали случаи, когда высокий и рослый человек перевоплощался в белку или в полевую мышь. Макгонагал усмехнулась при виде вытянутых лиц некоторых слизеринцев. Гойл и Крэбб, обладавшие крупными габаритами, подобным нюансам анимагии не обрадовались. Вероятно, слишком хорошо себе представили, как превращаются в крохотных животных. — Внешность — это важно. Цвет глаз и волос несомненно останутся с вами после перевоплощения, если человек блондин, то он не сможет стать черным ягуаром или рыжей лисицей. И животных, обладающих синими глазами, в природе не встречаются, так что зверь будет иметь оттенок близкий к синему или серому. При этих словах Минерва снисходительно усмехнулась в сторону погрустневшей Гринграсс. — И еще. Большое влияние на форму анимагического животного оказывает и характер самого человека. Например, маг славящийся своей хитростью и овладев анимагией принимал форму лисицы или росомахи. Подлый человек может стать крысой…, При этих словах Макгонагал еле заметно поморщилась. Явно припомнила кое-кого из знакомых ей анимагов, чьи персональные качества идеально подходили к стереотипу хвостатых грызунов. — Ну что же, думаю на этом введение в науку анимагии можно закончить, - посуровевшим голосом изрекла волшебница, - и хотя такой раздел трансфигурации нам еще предстоит учить еще несколько месяцев, сейчас лучше сделать перерыв. Все-таки анимагия довольно сложная наука. И учиться ей вам предстоит долгое время. Тут преподавательница прищурила глаза, словно предвкушая какие неизведанные глубины трансформации человека ей предстоит раскрыть перед молодыми учениками. — Профессор, можно узнать почему анимагов так мало? – поинтересовался Пайк. Прежде чем ответить волшебница печально вздохнула. — Анимагия сложная наука. Она требует от волшебника терпения и спокойствия. Да, да, именно спокойствия, - протянула Макгонагал, заметив скепсис на лицах некоторых учеников. – Не каждый сможет терпеливо и спокойно постигать искусство перевоплощения. Многие люди загоревшись идеей менять облик потом быстро впадали в уныние, когда у них не получалось и опускали руки. Закончив фразу профессор моментально превратилась в серую кошку. Та грациозно вскочила на стол и продефилировала по нему из одного угла в другой. Послышались удивленные возгласы и перешептывания. Некоторые подались вперед, чтобы получше рассмотреть анимагию в действии. Но не успели слизеринцы привыкнуть к изменению вида своей всегда невозмутимой преподавательницы, как та вернула себе первоначальный облик. — Вы, наверное, думаете, что стать анимагом просто. Но это не так! За быстрым перевоплощением скрываются слезы от неудач, долгие часы упорной учебы, бессонные ночи и сомнения. Не скрою, я не раз хотела все бросить, так как у меня ничего не получалось. Слушаю вас, мисс Дэвис? — Профессор, в одной из своих книг мистер Локонс рассказал о том, как встречал много колдунов-анимагов в Уагаду. А у нас таких магов мало. Почему так? Или там учат лучше? – поинтересовалась голубоглазая блондинка. Женщина-Кошка приподняла брови от такого провокационного вопроса, но с ответом не задержалась. - Африка гораздо больше Британии и людей в ней живет намного больше. К тому же в Уагаду обучают волшебников со всего мира. Вот почему эта школа выпускает так много анимагов. Понимаете, какое счастье для чиновников африканских стран, которые потом вынуждены регистрировать весь этот зоопарк. Класс изумленно помолчал, а затем разразился смехом. Минерва Макгонагал оказывается, умеет шутить. ***

Когда слизеринцы вступили в кабинет магловедения, профессор Амбридж ждала их, сидя за столом. Учительский стол был довольно низким, а кресло преподавателя наоборот высоким, с длинными ножками. Судя по всему, помощница министра стеснялась небольшого роста, и подобными ухищрениями компенсировала свой недостаток. На ней была пушистая розовая кофточка, но не та, в которой волшебница предстала ученикам в Большом Зале. Фасон отличался лишь наличием кружевного стоячего воротничка и более широкими рукавами. И бант на голове Долорес выглядел больше прежнего. Дебора осмотрелась. Дисциплину магловедения решили изучать около половины ее сокурсников. Тут находились Трейси и Панси Паркинссон. На задней парте Нотт шушукался с Пайком. Драко со своими подручными, Дафна Гринграсс и толстушка Булстроуд отсутствовали. Третьекурсники с интересом вертели головами. В этом классе они очутились впервые. Если чистокровные маги оглядывались и в их глазах читалось любопытство, то Трейси Дэвис смотрела на плакаты со все возрастающим удивлением. Класс вел себя тихо и казалось даже не дышал - профессор Амбридж была для змеек величиной неизвестной. И никто не знал, насколько строгим ревнителем дисциплины она окажется. — Здравствуйте, мои дорогие! – пропела Долорес тонким голосом. В ответ она услышала нестройный хор, пожелавший и ей крепкого здоровья. Жаба в Розовом поморщилась, но выражать недовольство вслух не стала. — Итак, мои дорогие ученики! Чрезвычайно рада встретить вас на моем уроке. Я твердо убеждена, что вы получите все знания необходимые для вашей дальнейшей жизни! – начала она свое вступление. Волшебница вытащила из своей сумочки очень короткую палочку и постучала ею по классной доске. Доска уныло проскрипела и на ее поверхности вмиг проступили слова: Магловедение - его стереотипы и догмы! — Что такое догмы? – вслух сказала Дэвис. Женщина, важно расхаживающая между столами, неожиданно резво для своей комплекции развернулась к школьнице. — Для начала вам всем нужно заучить несколько правил. Выкриков с места я не допущу. Высказываться можете после того как поднимете руку, и я разрешу вам говорить. Все ясно? Класс ответил утвердительным молчанием. Окинув тихих слизеринцев повелительным взором Амбридж слащаво улыбнулась. — Я человек незлой, но нарушения дисциплины не потерплю. Я всегда требовательна к порядку и не люблю лени и разнузданности. Поэтому меня и выбрали на должность первой помощницы министра магии. А на это место не назначают кого попало, - с самодовольством распространялась чиновница. — Так вас выбрали или назначили? – чуть было не выпалила Дебора, но в последний миг сдержалась. Розовая Волшебница тем временем испустила короткий смешок и продолжила: — Сейчас я скажу то, что до меня, наверное, говорили многие преподаватели - учитесь прилежно. А если будете лениться, тогда, - волшебница многозначительно усмехнулась, - последствия будут нелегкими. На миг всем ученикам показалось, что Долорес хотела сказать что-то другое, более грозное, но в последний момент решила смягчить монолог. А волшебница все не умолкала. — Министерство Магии обратило внимание, что столь необходимый курс преподается юным магам не так хорошо, как этого требуется. Постоянная смена учителей, каждый из которых сам считал, как вести занятия, несоответствие с учебными программами одобренных Министерством Магии. В результате познания выпускников Хогвартса в таком важном предмете скудны и фрагментарны. Но данные упущения легко исправимы! Благодаря неусыпному внимания Министерства, которое наконец решило заняться устранением этих недостатков, предмет магловедения теперь будет вести по тщательно составленной и старательно проверенной программе, согласованной с уважаемыми лицами нашего общества! Все ясно?! Класс, впав в легкий ступор от официоза, на вопрос профессора ответил с небольшим замедлением. Но та и бровью не повела. Вероятно, она привыкла к тому, что от ее речей засыпают даже комнатные цветы и не ожидала другой реакции. Чиновница провела палочкой вдоль доски и на ней проявились новые слова: Цели предмета: 1. Теории и версии. 2. Повышение качества знаний при подготовке к экзаменам. 3. Полное и всестороннее изучение простецов, а также их правил, традиций и законов. Слизеринцы ошалело смотрели на доску, слова вроде понятные и знакомые, но в чем кроется суть написанного, уловили не все. Дэвис подняла руку. Амбридж с готовностью развернулась к ней и выждав пару мгновений, милостиво кивнула бантом. — Магловедение будет изучаться только в теории? – осведомилась Трейси. Брови женщины угрожающе сдвинулись, но ее лицо продолжало сохранять доброжелательное выражение. — Разумеется! – слащавым голосом протянула волшебница. – Никаких опасных практик, никаких травмирующих экспериментов, полное отсутствие каких-либо возможностей навредить ученикам Хогвартса. И самые передовые методики, одобренные самим Министерством. После этих слов Амбридж растянула бледные губы в жутковатой улыбке. Видимо чиновница искренне считала, что ее высокопарные слова об администрации магического мира внушат трепет в сердца школьников. Однако, несмотря на убежденность волшебницы, монолог Долорес оказался не таким впечатляющим как она надеялась. Ведь перед ней были любопытные 13-летние подростки, а не искушенные взрослые люди, понимающие, когда следует говорить, а когда молчать. — То есть мы будем учиться лишь по учебникам? – продолжала недоумевать блондинка, - и не будет экскурсий, встреч или походов? Преподавательница недовольно скривилась, но все еще пыталась изображать из себя мудрого наставника. — О каких экскурсиях вы говорите? – мрачным тоном протянула она. Судя по интонациям, женщине уже не нравилось то, каким ходом идет занятие. — Если мы хотим больше у знать о маглах, может нам нужно посещать музеи, памятные места, кинотеатры. И больше бывать в Большом мире. А то многие маги одеваются так странно, что сразу становятся заметными. Мне мама сказала… — Ах, мама сказала! – прошипела Амбридж таким жутким апломбом, что светловолосая школьница вмиг умолкла. — Я не думаю, мисс Дэвис, что ваша мать обладает достаточными познаниями в столь непростом предмете как магловедение. Иначе она бы могла претендовать на место профессора в школе. Но, если ее тут нет, то значит Попечительский Совет и департамент магического образования счел меня за более лучшую кандидатуру, чем ваша мать, - голос Великой Розовой Жабы утратил последние остатки учтивости. Отвернувшись от покрасневшей девушки, преподавательница магловедения прошлась тяжелым взором по классу. — К моему великому сожалению, стиль обучения необходимой дисциплины не выдерживает никакой критики, - промурлыкала она и сузила свои и так невеликие глазки. – Впрочем, этого следовало ожидать, так как данный предмет вели не слишком квалифицированные профессора. Прошлые преподаватели, по моему мнению, не обладали необходимым опытом и нужными знаниями предмета. По мнению Деборы стоящая перед ней Розовая Жаба говорила чересчур официально и сухо. Такой монолог оправдан в стенах административных учреждений, хотя для детей волшебница могла изъясняться попроще. Но судя по всему Амбридж собиралась вести себя как обычная чиновница, не понимая, что обучение школьников требует другого подхода. Девушка сама не ожидая, вскинула руку. Выпуклые глаза нового профессора уставились прямо в аккуратно уложенную челку Деборы. — Ваша имя, дорогая? – протянула Долорес довольным голосом, словно поймала назойливого комара. — Дебора Адамс! – был ответ. – Можно спросить? Жаба под Мухой еще раз прошлась изучающим взором по фигуре слизеринки и не заметив в ней ничего компрометирующего, согласно кивнула головой. — Можно поинтересоваться вашим опытом, мисс Амбридж? – невинным голоском спросила школьница, - видите ли, до вас должность занимала мисс Чарити Бербидж, которая проработала на посту преподавателя не один год и несомненно знала о своем предмете многое. Профессор Бербидж неоднократно давала исчерпывающие ответы на наши вопросы, когда мы к ней обращались. Это говорит, что специалистом она была неплохим и изучила свою дисциплину доскональным образом. Дебора умолчала о том, что в магловедении Чарити разбиралась немногим лучше, чем папуас Новой Гвинеи в проектировании космической орбитальной станции. — До нее уроки вел профессор Квиррелл, - при упоминании этого имени слизеринцы заинтересованно зашевелились, а профессор магловедения нахмурилась, - он прославился путешествиями по миру и долгое время жил среди маглов, изучая их быт и традиции изнутри. И когда профессор Квиррелл вел занятия ЗОТИ, то он часто рассказывал о своих странствиях и…, — Ваше имя, моя дорогая? – пробормотала Розовая Жаба, находящаяся под впечатлением, что кто-то понимает и умеет пользоваться словом «досконально». Преподаватель от удивления забыла, что ей уже представились. — Дебора Адамс! – наградив профессора милой улыбкой, повторила девушка. Помощница министра подергала губами. — Вас интересует моя квалификация, мисс Адамс? Уверяю вас, она вполне достаточна для того чтобы дать ученикам полные и обширные познания, - протянула чиновница, наградив девушку недовольным взором. Дебора задумчиво пожала плечами. — Вчера господин Дамблдор представил вас как первого заместителя министра! Вы ведь работали в Министерстве многие годы, а профессора Чарити Бербидж и Квиррелл преподавали магловедение долгое время. Они обладали большим опытом и знаниями. — И что вас не устраивает? – глаза чиновницы недовольно сузились, а ее губы стали похожи на живых змей. — Я слышала, что вы мисс Амбридж учились в Хогвартсе, не так ли? – осведомилась Адамс и не услышав отрицательного ответа продолжила: - Но я не знаю, работали вы профессором раньше и есть ли у вас опыт преподавания. Судя по реакции Амбридж, та немедленно вышла из себя. Но изо всех сил старалась держать себя в руках. Тем не менее мешки под глазами волшебницы набухли, а лицо перекосилось. — Вы сомневаетесь во мне?! Гарантированно заявляю – мой опыт и образование соответствуют всем принятым стандартам. К тому же я удовлетворила самого министра магии Корбана Яксли! И одного этого достаточно для подтверждения моей квалификации! – зашипела властная женщина, словно рассерженная гусыня, которой наступили на обе лапы сразу. Одной из проблем поколений является то, что жесты и фразы, имеющие один смысл для старших впоследствии меняются в содержании и для более молодого племени обретают другое значение. Поэтому Долорес выговорила слова, которые для ее поколения звучат солидно, но совершенно превратно для юных учеников Хогвартса. В силу возраста волшебница не знала, что ее фраза может быть истолкована в более пикантном смысле. — Не сомневаюсь в вашей способности удовлетворять министра! – с еле заметной издевкой проговорила Дебора. – Но думаю этого недостаточно. Ведь чтобы доказать, что вы достойны места преподавателя нужно удовлетворить еще и весь Совет Попечителей, а также самого директора Хогвартса лично. Если конечно, я не ошибаюсь?! Если сама Розовая Жаба не нашла в словах девушки ничего крамольного, то сокурсники Адамс прекрасно поняли весь смысл высказывания. Трейси спрятала лицо в широких рукавах мантии. Нотт залился краской. Пайк лег на парту и заткнул рот руками, но приглушенный хохот все равно прорывался сквозь созданные преграды. Панси натужно закашлялась, скрывая свой смех. Картина в воображении слизеринцев, где Дамблдор и весь Совет Попечителей Школы по очереди тестировали новенькую учительницу, выглядела чересчур непристойной. Амбридж по реакции детей сообразила, что ее поняли превратно. Слова чиновницы вместо того, чтобы впечатлить учеников и внушить им трепет, только развеселили всех. — Вы срываете мне урок, мисс Адамс! – проговорила она и угрожающе сжала губы. – Еще одно подобное замечание, и вы будете наказаны. — Простите, мэм! – покаянно сообщила Дебора и постаралась придать себе самый невинный вид, который она могла изобразить. Еще пару секунд Долорес недовольно разглядывала насмешницу, после чего решила, что инцидент исчерпан. И тут руку вскинула Панси Паркинссон. — Разрешите вопрос, мисс Амбридж? — Да! Ваше имя? – отозвалась Великая Розовая Жаба с бантиком, не в силах оторвать свой взор от фигуры Деборы Адамс. Панси представилась и тут же поинтересовалась: — Мы будем изучать маглов только на ваших уроках? Неужели не будет практики? Губы Долорес сжались еще больше, а ее двойной подбородок мелко затрясся. — Какая практика вам нужна, мисс Паркинссон? – недовольно провозгласила она, покосившись в сторону. В ответ слизеринка подняла в руке учебник магловедения. — На экзаменах нам придется сдавать занятия по практике. Ведь так было с первого курса. Профессора принимали у нас и теорию и практику по своим предметам. Поэтому я и хочу узнать, что будет в виде практики на ваших уроках? – сказала Панси. Амбридж побагровела, а ее левая щека задергалась. — Я тут для того, чтобы дать вам хорошую теоретическую подготовку. И этого более чем достаточно. При наличии подходящей и нужной теории вы легко справитесь и с практическими заданиями. А если не сумеете, значит вы плохо занимались теорией. Понятно? – сдавленно протянула она. Паркинссон растерянно огляделась. — Профессор, но как же быть с экзаменами? – тихо осведомилась девушка. В ответ чиновница сделала глубокий вдох. Потом еще один. И так два раза. — Не стоит беспокоиться! Если вы будете старательно заниматься, то ни один экзамен вам не страшен. А насчет практики, - тут волшебница на миг задумалась, - можете не сомневаться, вы получите все необходимые знания. Ученики обескураженно переглянулись. Новая преподавательница выкладывала такие обтекаемые фразы, чтобы ее сложно было понять. А та не унималась. — Вот почему я в Хогвартсе! Для того чтобы подготовить вас как следует. И не сомневайтесь, я приложу все усилия для выполнения своей задачи! – добавила Долорес тяжелым тоном. В данный момент слова волшебницы прозвучали как угроза. — Но ведь теория без практики мертва! – недоуменно произнесла Паркинссон. — Неверное утверждение! – рявкнула чиновница, потеряв контроль над собой. – Сугубо теоретической подготовки будет достаточно! Повторяю, достаточно! — Есть знания, которые приходят с опытом! – влез Нотт. — Нет таких знаний! – гневно отчеканила Долорес. – Или вы считаете, что я не способна дать хорошие теоретические подходы? А может вы и в самом Министерстве сомневаетесь? Волшебница была так взвинчена, что не обратила внимания на обращение с места и без поднятой руки. В классе царила подавленная тишина. И женщина отдышавшись, попыталась успокоиться. Все-таки Яксли был прав – школьники при Дамблдоре совсем распустились и потеряли всякое уважение к начальству. — Да, мистер…, э-э-э, простите не расслышала вашего имени! – потерянным тоном сказала она, когда перед ее глазами поднялась еще одна рука школьника. — Я Раймонд Пайк! – представился слизеринец. — Чем могу помочь, мистер Паймунд Райк? – с трудом протянула Амбридж. Подросток приподнял над головой раскрытый учебник. — На странице 178, абзац 9 – говорится, что в синематографе у простецов до сих пор движущиеся картины без звука. И что они не могут сделать цветное кино. Но в прошлом году мы видели немало магловских фильмов. И все они цветные и со звуком. С каждым словом Пайка лицо Великой Розовой Жабы приобретало гротескные черты. — Продолжайте! – изрекла она безжизненным голосом, - мне кажется, вы желаете добавить что-то еще. Слизеринец замялся, но продолжил: — По-моему мисс Дэвис предложила неплохую идею. Устроить экскурсии в мир маглов и посетить их музеи и кинотеатры…, Внешность профессора магловедения приобрело такое угрожающее выражение, что последние слова подросток проговорил чуть ли не шепотом. После того как школьник умолк, профессор магловедения заговорила не сразу. Проводить экскурсии в мир простецов, посещать музеи и прочие памятные места, она желала меньше всего на свете. — Вы не желаете устроить поход в мир маглов, мисс Амбридж? – поникшим голосом осведомился подросток, - неужели маглы так опасны для нас? Побагровевшая чиновница широко открыла свой рот, чтобы сказать… Но никто не узнал, что именно она желала сказать. Так как та внезапно успокоилась. И заговорила более мирным тоном. — Не беспокойтесь, мистер Пайк! Пока я веду занятия, никто и нигде не причинит вам вреда. Тем более люди, не обладающие даром магии. Ответственно заявляю, что маглы для вас не опасны, тем более тут, на моем уроке, - патетически произнесла чиновница. Женщина обвела рукой класс и словно в насмешку над ее словами, солнце скрылось за набежавшим облаком и по стенам класса потянулись жуткие тени. Вероятно, и сама волшебница поняла, что ее слова сильно отличаются от действительности. Так как Долорес вдруг умолкла, не закончив свой жизнерадостный монолог. — Так что мои дорогие ученики, я уверяю вас, что на моих занятиях вам ничто, и никто не сможет угрожать, - после недолгой паузы заговорила женщина, - и вы станете изучать предмет в строго контролируемой обстановке, без риска, безопасно и без всяких неожиданностей. Но как оказалось, неожиданности поджидали Жабу под Мухой за ближайшим поворотом. — Мэм, так нам ничего не будет угрожать? – вскинул руку Нотт. Чиновница радостно закивала довольная тем, что наконец нашла точки соприкосновения с третьим курсом. — Вижу, что вы прекрасно поняли мои доводы! Школа Хогвартс – место где растет и учится новое поколение магов и Министерство всегда заботилось о том, чтобы оно пребывало в полной безопасности. И до сих пор наше ведомство прекрасно справлялось с этими задачами, - произнесла она. — Но в прошлом году у нас преподавал Сириус Блэк, а все думали, что он опасен и не сумели его поймать. Мистер Блэк обманул всех и полгода притворялся знаменитым писателем. Он мог бы причинить немало зла, если оказался преступником, - возразил слизеринец. Жаба уставилась на подростка ненавидящим взглядом. — И еще кто-то открыл Тайную Комнату и выпустил василиска. Из-за него окоченели Филч и Рон Уизли. А отряд мракоборцев приходил в школу на Рождество, и они ничего не нашли. Леди в Розовом зашаталась, от ее низенькой фигуры вибрации пошли в каменные плиты под ногами и парты стали ощутимо раскачиваться. — Небольшая оплошность! – с трудом проталкивая слова через скривившийся рот выдала Амбридж. – Именно из-за этого мистер Фадж потерял пост министра. Как видите, Министерство умеет делать выводы и нести ответственность за свои поступки. — А также на матче на нас напали дементоры. Те самые, которых Министерство прислало в школу для нашей безопасности, - добавила Дебора. Сказанного с лихвой хватило, чтобы волшебница в розовой кофточке разозлилась. Не так она рассчитывала провести занятие. Внутренний голос советовал девушке помалкивать и не перечить помощнице министра, но та выглядела так самодовольно, что возникало непреодолимое желание ей досадить. Вдобавок Дебора чувствовала, что если она будет просто молчать, то в будущем пожалеет о своем невмешательстве. — Человек виновный в том инциденте уже наказан! – прошипела женщина, обнажив мелкие зубы. — А кто он? – не удержавшись поинтересовалась Адамс. Чиновница издала тихий рык. — Согласно своду правил Министерства внутренние расследования никогда не разглашаются. Иначе авторитет ведомства может пострадать…, - тут Жаба под Мухой осеклась, попыталась взглядом умертвить назойливую школьницу и наконец отвернулась в сторону. Дебора не могла поверить своим ушам. Маги плохо дружат с логикой, но высокопоставленный работник перед несовершеннолетними детьми запросто выдает то, о чем следует упоминать лишь в узком кругу посвященных. С такими мерами секретности непонятно как волшебникам до сих пор удается скрываться от всего мира. Похоже Амбридж сама поняла, что сболтнула лишнего, так как она резко умолкла. Но долго молчать ей не удалось. — Каждый год школа была в опасности и только чудо спасало всех нас, - не унималась Галия, добивая самочувствие и нервную систему помощницы министра. — Вы лжете, мисс Адамс! – резко воскликнула Долорес. – Какие опасности могли угрожать вам в Хогвартсе? Именно вам? Девушка на мгновение задумалась. — Весной я столкнулась с Королем Змей и только благодаря профессору Стентону я выжила. Наверное, василиск не знал, что Хогвартс находится под неусыпной охраной Министерства? А до него на меня и на мой класс напал дементор. Хотя тот должен был защищать меня, как в газете уверял сам министр магии, – невинным тоном заявила девушка, с удовольствием наблюдая как закипает низенькая волшебница. На такие слова возразить было нечего и Амбридж понимая шаткость своей позиции распалилась еще сильнее. Нахальную школьницу следовало заткнуть и побыстрее. — Мисс Адамс, если вы не прекратите срывать мне уроки, я напишу записку вашему декану, где укажу на ваше вызывающее поведение! – потяжелевшим тоном сказала чиновница, отчаянно балансируя на ускользающем самообладании. Эта сероглазая девчонка видимо поставила своей целью превратить ее урок в посмешище. Сама Адамс уже была готова замолчать и не беспокоить помощницу министра, но та завелась и не собиралась останавливаться. И как оказалось на беду себе. — В прошлом случалось всякое, но пока я тут вам ничего не угрожает. Ничто и никто, поняли меня, не сможет причинить вам вред, пока я, заместитель министра магии, нахожусь в школе! – патетически выкрикнула женщина. — В теории…, - с усмешкой прошептал Нотт, склонившись к уху Пайка. Однако у разгневанной чиновницы обострился слух, и та прекрасно расслышала сказанное. — Да, теория!!! – рявкнула Амбридж. – Одной теории хватает. Понятно?! В любом деле достаточно теоретических знаний, чтобы справиться с любыми трудностями. И тут Дебору словно кто-то толкнул в спину. Уже потом, обдумывая прошедшее она не могла понять, что заставило ее вдруг выступить, когда следовало вести себя тихо и неприметно. — Пари мисс Амбридж?! – предложила Галия, вскинув руку вверх. Брови Жабы в Розовом взлетели к макушке головы и на миг исчезли под бантиком. Она уже забыла, когда ей в последний раз предлагали подобное. Могучим усилием вернув брови на место, Долорес уставилась на вредную школьницу ненавидящим взглядом. — Как вас понимать? – дрожащим от сдерживаемого негодования голосом справилась она. -— Можно мне выйти к доске? – невинным тоном поинтересовалась Адамс. – Просто для того, чтобы убедиться в вашей правоте! Несколько секунд помощница министра буравила девушку тяжелым взглядом, потом еле заметно качнула подбородком. Произошедшее так подействовало на чиновницу, что та даже не поинтересовалась какие условия ставятся перед победителем и какие перед проигравшим. Слизеринка выпорхнула из-за парты и приблизившись к преподавательнице в розовом отвесила ей быстрый реверанс. — Итак, небольшая теоретическая подготовка. Это несложно, вот смотрите. Сначала чуть наклоняемся вперед и переносим вес на левую ногу. Правую отставляем назад и так, чтобы она стояла на носке с упором на пальцы. Затем левая нога скользит назад, а вес тела с нее перемещается на правую ногу. Как только левая нога доходит до предела, надо тут же ставить ее на носок и передаем вес тела ей, а правая нога идет назад. И главное не забывать про осанку! Взгляд Амбридж поскучнел уже на середине объяснения. Волшебница искренне не понимала и не желала вникать в смысл слов, которые озвучивала маглорожденная ученица. А гимнастика вызывала у нее аллергию, зевоту и тошноту еще со школьных времен. К тому же монотонная и малоинтересная речь, в которой чиновница не видела практической пользы, ввела ее в легкий транс. Однако практические действия Деборы, последовавшие за теоретической выкладкой, моментально прогнали скуку и привели Жабу Под Мухой в состояние крайнего изумления. Девушка изящной походкой прошлась от доски до двери в класс задом наперед. Ее голова была чуть наклонена, правая рука придерживала воображаемую шляпу на голове, а плечи сутулились. Дойдя до двери, слизеринка выпрямилась и мило улыбнулась. — Это называется «Лунная походка!» - пояснила Галия остолбеневшей Розовой Жабе. – Не самое сложное упражнение, при желании так может скользить любой. — Теперь ваша очередь, миледи! – слащаво протянула школьница и взмахом руки пригласила волшебницу повторить ее движения. - Докажите, что знания одной теории достаточно для всех нас. Низенькая женщина затряслась всем телом, словно ее бил озноб. Мало того, что ей предложили исполнить танцевальные движения, а танцы помощница министра ненавидела еще во времена учебы, так еще и передвигаться нужно было задом наперед. А пятиться волшебница могла лишь выходя из кабинета своего начальства и этот путь был намного проще. — Смелее, мисс Амбридж! Вы же сами утверждали, что зная теорию можно справиться с любой задачей. Все нужные теоретические пояснения я уже рассказала, - обратилась слизеринка к застывшей на месте чиновнице. Класс с искренним любопытством и жадным интересом взирал на свежеиспеченного профессора по магловедению, которая наливалась злобой как кувшин водой. И в глазах всех учеников сквозило понимание, что подобный трюк Амбридж не сможет повторить даже под угрозой расстрела и конфискации имущества. — Мисс Адамс, вы освобождены от моего урока на сегодня, – пророкотала та, раздуваясь от подступающей ярости. Вид учительницы магловедения из низенькой квадратной чиновницы с огромным самомнением переменился. Из глаз летели молнии, кожистые мешки под ними набрякли, лицо потемнело, а губы опасно задрожали. — Вечер отработок у меня и я сообщу вашему декану о вашем непристойном поведении! – добавила униженная, но несломленная Великая Жаба, которая сейчас напоминала большой, кипящий от гнева розовый самовар. — Мне можно уйти? – невинно справилась Дебора. Амбридж уже готова была выставить нахальную ученицу за дверь, но передумала. Она не собиралась сдаваться так легко. — Вот отдадите пергамент профессору Снеггу! – приказала Дама в Розовом, написав короткую цидулю. Судя по тому как во все стороны летели брызги от чернил, помощница министра пребывала в весьма раздраженном состоянии. Получив записку слизеринка быстро оглядела его, но Амбридж успела запечатать свой донос каким-то малопонятным заклятьем. — Отдать только моему декану? – осторожно спросила Дебора. Несмотря на весь свой гнев и раздражение, профессор магловедения еще не растеряла свои зрительные и слуховые функции. И услышав столь абстрактный вопрос, Долорес воззрилась на слизеринку злобным взглядом. — Только ему? – повторила девушка. – И никому другому? Амбридж, хоть и была на пределе своего терпения, все же задумалась. Несомненно, как она полагала, декан факультета после ознакомления с таким доносом начнет распекать провинившуюся ученицу. А в другом случае может и ограничиться наложением обычной отработки. Но что, если декан будет не один. И ругать нарушительницу правил станут двое. И второй будет по рангу выше декана. И который следуя служебным обязанностям доложит о случившемся наверх по инстанции. — Этот документ отдадите мисс Макгонагал! – злобно пуча глаза и свистящим от злости голосом велела заместитель министра, вручая школьнице новый пергамент. К удивлению Розовой Жабы вместо того, чтобы затрепетать от страха, Адамс коварно улыбнулась. — Только не бросайте меня в терновый куст! – отчеканила она. Преподаватель подозрительно уставилась на довольную школьницу. Взыскания эту нахалку как будто совсем не напугали. — У маглов есть сказка, про то как лис поймал кролика и захотел его съесть. А кролик говорит – делай со мной что хочешь, только не бросай меня в терновый куст, - мечтательно сощурив серые глаза, произнесла Дебора. Несмотря на подступающий гнев, Амбридж невольно для себя прислушалась к рассказу, хотя внутренний голос советовал ей гнать слизеринку без промедления. — Что вы хотите сказать, мисс Адамс? – суровым тоном осведомилась профессор магловедения. Класс, старающийся не пропустить ни единого момента из спектакля разыгрывающегося у них на глазах, весь погрузился в слух. И Дебора не обманула ожиданий своих однокурсников. Быстрый и сокращенный пересказ о приключениях братца Кролика и братца Лиса не занял много времени, зато доставил немало удовольствия ученикам. В отличии от преподавательницы магловедения, которая почуяла подвох в содержании простой сказки. Но не могла сообразить, где он скрывается. И ее тут же просветили. — Понимаете профессор Амбридж? Кролик от зубов Лиса спастись бы не смог, а вот из куста вылезти нетрудно. Сам Лис думал, что таким образом он страшно проучит негодяя, а на деле он позволил ему уйти. Да еще себя дураком выставил на весь мир, - ласково улыбаясь, произнесла Дебора. Преподавательница после таких слов прекрасно поняла весь смысл магловской сказки. Она, как и братец Лис, поступила так, как от нее и ожидали. Долорес посчитала, что два учителя послужат двойным возмездием для ученицы, а получается, что профессор Снегг в присутствии заместителя директора будет сдерживаться, предоставляя простор действий для декана Гриффиндора. Сама Макгонагал, которая не скрывала своего негативного отношения к новому преподавателю, вряд ли станет сильно наказывать сероглазую нарушительницу. И возможно даже втихомолку посмеется над тем как прошел первый урок для третьего курса зеленого факультета. И скорее всего вместо кары для Адамс все обойдется короткой нотацией на тему как поменьше шуметь на уроках. То есть, вместо того наказания у несносной нахалки появилась возможность ускользнуть от него. Как только Амбридж все осознала, у нее в душе буйной волной вскипела злоба, готовая в любой момент выплеснуться наружу. Это уже было слишком. Перед глазами профессора магловедения все потемнело. Палочка в ее сжатой руке хрустнула. Женщине страстно хотелось заорать, да с такой силой, чтобы стекла из окон летели до Запретного Леса. — Вон отсюда! – яростно топнув ногой, воскликнула чиновница. – Отработка сегодня вечером в моем кабинете. И не опаздывать! Ее голос был похож на рычание израненного зверя. Заметив, что на губах распаленной женщины выступила пузырящаяся пена, Дебора поспешила покинуть класс магловедения. ***

Где находится кабинет Минервы Макгонагал школьнице было известно и путь туда не занял много времени. Вот только декана львиного факультета внутри не оказалось и подождав несколько минут, Адамс собралась уходить. Тем более ей не терпелось добраться до Выручай-комнаты и проверить свой капитал, припрятанный в куче рухляди. Однако не успела девушка отойти от кабинета на пару шагов как высокий и худощавый мужчина в потертой мантии появился в конце коридора, ведущего к Астрономической башне. Маг бросил в сторону школьницы быстрый и задумчивый взгляд и намеревался пройти дальше. — Профессор Люпин?! – воскликнула Адамс. Почему-то она сразу поняла кто перед ней. Может быть простоватая внешность, спокойное выражение на лице и усталость в глазах подсказали ей личность человека, возникшего у кабинета заместителя директора. — Да это я! Простите, не знаю вашего имени! – мгновенно отозвался профессор ЗОТИ. Девушка назвала себя, не забыв сделать короткий реверанс. Новый профессор услышав имя слизеринки заинтересованно сверкнул глазами. — Наслышан о вас, мисс Адамс! – вполголоса сказал он и осмотрелся вокруг себя, - Сириус рассказывал про вас. — Про меня?! Надеюсь, он говорил только хорошее? – с лукавой улыбкой осведомилась Галия. В ответ и преподаватель понимающе усмехнулся. — Очень и очень хорошее! – шутливым тоном произнес он. – Но как вы догадались, что я профессор? — Вчера директор сообщил нам о новых преподавателях. И только вас не было. А так как все учителя мне известны, то вы как незнакомый человек должны быть профессором по Защите от Темных Искусств, - ответила ему девушка. Оборотень удивленно приподнял брови. — Поразительная логика! – улыбнулся Лунатик и заметив за спиной школьницы дверь в кабинет многозначительно сощурился. — Вас вызвали к мисс Макгонагал? – с легким сочувствием в голосе осведомился он. Адамс отрицательно покачала головой. — Меня отправили отнести ей записку, от профессора Долорес Амбридж. Кажется, что-то срочное, - попыталась пошутить слизеринка. Улыбка на губах нового профессора стала более снисходительной. — Тогда не буду мешать, к тому же мисс Макгонагал идет к нам! Из-за угла вышла заместитель директора и вроде бы удивилась тому, кого она видит у дверей своего кабинета. — Мисс Адамс, что вы тут делаете? – поинтересовалась профессор трансфигурации. — А вы профессор Люпин, разве вам не следует спешить на урок? – обратилась она к оборотню. Тот склонил голову перед вторым лицом Хогвартса и мигом исчез. Чтение жалобы от профессора магловедения заняло у Минервы меньше минуты. — Это правда? – строгим голосом поинтересовалась заместитель директора. — Что именно, профессор Макгонагал? – ответив вопросом на вопрос сказала девушка. Пожилая волшебница-анимаг недовольно поджала губы. Подобное начало разговора уже свидетельствовало о том, что девушка сидящая перед ней будет все отрицать. — Тут написано, что вы срывали урок! – грозно насупившись. заключила женщина. — Я никогда на такое не осмелюсь, профессор Макгонагал. Я всего лишь задала учителю несколько вопросов. Как и всем преподавателям нашей школы. Миледи, я ведь и у вас нередко спрашивала, если мне было что-то непонятно, - немного обиженным тоном ответила слизеринка. — Вы спорили с мисс Амбридж? Именно на это указывается в письме! – с нажимом заявила декан Гриффиндора, взмахнув листом пергамента. — Я спрашивала ее только по теме урока, - со всем присущим убеждением произнесла Дебора. – Не понимаю, на что она жалуется! Взгляд Минервы попробовал просканировать слизеринку, но та отвела взгляд. Тем более на столе перед пожилой волшебницей находилось широкая корзинка с выпечкой. Так что лучше рассматривать десерт. — Профессор Амбридж пишет, что вы срывали ей урок и публично выразили сомнение в ее квалификации! – с непонятными интонациями в голосе протянула Макгонагал, вновь глянув в пергамент. — И даже потребовали от нее исполнить танец! – пробормотала она так, словно едва сдерживалась от смеха. Адамс недоуменно пожала плечами. — Я просто показала один из танцев, которым меня научили, а профессор Амбридж почему-то рассердилась, - девушка продолжала строить из себя ангелочка. Женщина – Кошка серьезно посмотрела на ученицу. — Возьмите печенье! — Печенье?! — Да, печенье, мисс Адамс, - слегка раздраженно повторила Макгонагал. Ну если начальство разрешает. Слизеринка не дожидаясь нового приглашения, с готовностью ухватила самый большой из пряников. Тот был сделан в виде черепахи с клетчатым рисунком на панцире и посыпан сахарной пудрой. Выглядело очень недурно и аппетитно. Заместитель Дамблдора положила на стол лист бумаги и прошла к камину. Спустя секунду в очаге вспыхнуло изумрудное пламя, и профессор трансфигурации пригласила в свой кабинет декана Слизерина. — Чем могу быть полезен, миледи? – недовольно отозвался Снегг, стоило ему выскочить из камина. Макгонагал повернула голову в сторону Деборы, и та готова была поклясться, что в глазах волшебницы промелькнула усмешка. — Северус, только что я получила жалобу на вашу ученицу! Зельевар вскинул брови и глянул на причину столь срочного вызова. Судя по его мимике, тот был удивлен не фактом жалобы, а тем что жалоба оказалась всего лишь в единственном числе. — Первый урок нового профессора и у него есть жалоба на вас, мисс Адамс! – яда в голосе Снегга хватило бы на умерщвление жителей небольшого городка. — И в чем причина? – поинтересовался он у Минервы. Та молча сунула ему пергамент. Маг быстро прочел текст и глянул на коллегу так, словно хотел сказать – И это все?! Судя по его лицу зельевар ожидал большего, например, обвинения в заговоре и организации подготовки к свержению власти. — Отработка для Адамс в кабинете мисс Амбридж сегодня вечером, - кислым тоном изложил он, вновь покосившись на пергамент. Голос декана змей звучал так, словно тот пытался понять, кому именно сегодня крупно не повезло. — Северус, вы не желаете поинтересоваться, что натворила ваша ученица? – вкрадчиво спросила Макгонагал. Обитатель подземной лаборатории скривился. — Думаю, это излишне! Вряд ли я услышу всю правду, к тому же наша коллега и так расскажет все за ужином, - проговорил он. Показалось или нет, но слово коллега зельевар произнес с еле заметным неудовольствием. — Ой-ей! – вскрикнула Адамс. Потому что выпеченная черепашка вцепилась ей в палец. — Что случилось? – приподняла бровь Минерва. Дебора ответила не сразу. Так как была занята тем, что отдирала кусающийся пряник от своей руки. — Миледи, у вас есть печенье, которое не пытается укусить тебя до того, как ты захочешь его скушать? – спросила школьница. Судя по тому с каким удивлением оба преподавателя уставились на нее, подобный вопрос они прозвучал для них впервые. Девушка отбросила пряник обратно в корзину и принялась потирать ладонь. Выпеченная рептилия погрозила школьнице мучной лапкой. —– Мисс Адамс, если вы надеетесь, что я освобожу вас от отработки, то мой ответ нет! – категорично сказала Минерва, вытаскивая из корзинки другой пряник. — Она преподаватель и имеет полное право наказывать провинившихся. Сегодня в 17.00 вы должны быть в ее кабинете. И помните, с Долорес Амбридж шутки плохи! — Но я всего лишь…, - начала Дебора, но Минерва так выразительно стукнула по столешнице свитком, что девушка мгновенно умолкла. — Вы слышали, что говорила мисс Амбридж на первом ужине? – медленно протянула декан львов. Адамс закивала головой. — Конечно! — И вы все поняли? – недоверчиво заявила профессор. — Да. Госпожа Амбридж рассказывала о недопущении быстрых реформ и что люди не готовые к переменам будут им сопротивляться. Мне о таком говорили еще в обычной школе – сотни лет назад было восстание луддитов, когда люди не понимая и боясь развития ломали станки, которые могли улучшить им жизнь. Увидев, как колдунья-анимаг хищно сузила глаза, девушка прекратила говорить. Вероятно, Макгонагал как дочь пастора была наслышана о таком периоде в британской истории и упоминание о луддитах, женщине пришлось не по нраву. — Вы сами догадались или вам кто-то подсказал? – вкрадчиво спросила она. В ответ слизеринка лишь покаянно склонила голову. — Ну что же! Я рада, что наши ученики, несмотря на свой юный возраст умеют делать выводы, - странным тоном заявила заместитель директора. — Северус, - обратилась она к молчащему зельевару, - у вас наблюдательная ученица! Тот лишь криво усмехнулся. — Я могу идти? Домашние задания не проверятся сами собой, - сварливо сказал он. Женщина – Кошка кивнула головой. — А вам, мисс Адамс следует быть осторожной! Амбридж как человек из Министерства Магии и помощник самого министра может доставить вам немало неприятностей, - добавила она. Дебора в изумлении глянула в глаза главе львиного факультета. Сейчас голос волшебницы не был жестким, властным или строгим как обычно. В данный момент он звучал предостерегающе и встревоженно. — Если будете вести себя на уроках магловедения также, как и сегодня, то вас ждут нелегкие дни, - отрывисто сказала она, бросив в сторону Снегга хмурый взгляд. — Но я не вела себя плохо, я только… — Мисс Адамс, - резко повысила голос заместительница Дамблдора, - профессор Амбридж человек министра, она важный человек и как первый помощник должна отчитываться перед ним. Макгонагал осеклась на полуслове, хотя и без слов было ясно, что новоиспеченная преподавательница будет докладывать Яксли обо всем происходящем не только в школе, но и на ее уроках. — Так что держите себя в руках! – добавила она. Снегг презрительно хмыкнул. Видно он не сомневался, что совет Макгонагал пропадет, не успев дойти до ушей его ученицы. — Благодарю вас, миледи! – искренне сказала Адамс, - постараюсь вести себя на уроках магловедения как можно спокойнее. Хотя это будет нелегко. Губы признанного мастера по трансфигурации сложились в тонкую ниточку. — Тогда не смею вас задерживать и в будущем ведите себя тихо и примерно! – напутствовала специалист по трансфигурации. – Если не хотите вновь схлопотать наказание на ровном месте. Адамс подумала и решила про себя, что в словах Женщины-Кошки есть резон. Не дождавшись нового возмущения или расспросов от школьницы, декан Гриффиндора бросила лист на свой стол. — Можете идти, мисс Адамс! – устало протянула она. Однако у девушки еще было что сказать. — Миледи, благодарю вас за ваши советы. И я непременно прислушаюсь к ним, - без улыбки сказала Дебора. Минерва скептически выгнула левую бровь, зельевар покидая кабинет иронично дернул щекой. — Очень надеюсь на ваше благоразумное поведение, мисс Адамс. Уверена. в будущем мне не придется вновь выслушивать жалобы от профессора Амбридж! – в тон школьнице ответила волшебница. Адамс осмотрела кабинет. Снегг ушел и сейчас тут находились лишь она и профессор трансфигурации. — Я постараюсь, мисс Макгонагал! У мисс Амбридж не будет повода жаловаться на меня, – заявила, она отвесив женщине легкий реверанс. — Если задумал гадость, то главное не попасться, - подумала слизеринка. То ли Минерва уловила подтекст в словах школьницы, то ли до конца не поверила ей, но ее взгляд снова стал похож на рентген. Кабинет заместителя директора Хогвартса опустел, но волшебница продолжала смотреть на дверь, за которой исчезла не самая примерная школьница. — Так кто же ты такая? – тихо сказала Макгонагал. Если бы Долорес Амбридж имела привычку вести дневник, то этот день она бы охарактеризовала как самый худший в жизни. Так как до вечера было еще далеко и ее неприятности в Хогвартсе только начинались.