Омежья сказка - другая пара

Асташе отжимается на плацу и тренируется с альфами-простолюдинами, чтобы понять их, ведь Ашени когда-то жила, как простолюдинка. Бета не жалеет себя, и вступает в поединок с Раншарру на мечах, размахивая мечом до седьмого пота и всё равно проигрывая. Вчера Ашени не пришла держаться за руки после случая с коробочкой. Он прождал до поздней ночи, но она так и не явилась. Раншарру смотрел на него снисходительно - сам бывал в таком положении, но помочь ему не мог, разве что поддержкой. Дарии никогда так просто не давались в руки, и в такие моменты нужна лишь молчаливая мужская помощь - побыть соперником в бою, помочь выпустить пар и сосредоточиться снова. Фортуна наотрез отказывался помогать Асташе и по-прежнему оставался на стороне Ашени. С братом своего мужа он не хотел даже видеться. Иногда безучастно сидел во время уединений соулмейтов, чтобы увести Ашени подальше - например, в город развлечься покупками. Втайне Асташе даже был благодарен Фортуне за его редкое нахождение вместе с Ашени. В такие дни она не выглядела, словно живой труп, а улыбалась, ела вкусные пирожные и давала Асташе увидеть капельку больше своих эмоций, нежели обычно. Во второй раз кисти ручной работы из натурального меха были также сброшены на пол с безразличным выражением лица. В третий - жидкая позолота для картинных рамок была вылита на голову Асташе. После этого бета неделю не видел свою соулмейта. И снова ни единого звука. Ашени попросту не говорила с ним, и за одну возможность начать с ней разговаривать он был готов стать объектом полива хоть десятки раз. Но все его попытки заканчивались тщетно. Теперь, сколько бы он ни ждал, Ашени появлялась перед ним едва ли раз в неделю, постоянно уезжая на свой остров. Асташе отчаивался и всё чаще прикладывался к бутылке перебродившего шохиси. И не знал, что делать, как исправить ситуацию.

***

Фортуна не любил вставать рано. Он был самой настоящей совой - его личным проклятьем было проснуться рано, поскольку в это время он привык ложиться спать. Тот, кто смел будить его раньше полудня - считался самым большим неудачником среди слуг. Потому что омега зол в гневе и падок давать тяжёлую, кропотливую и абсолютно бесполезную работу. Например, сортировать по размеру корни растений, предназначенных к выбросу. Но в это утро он был выспавшимся и добрым, особенно после качественного ночного секса со своим альфой. Фортуна сладко потягивался и, пошатываясь спросонья, шагал, замотанный в халат Раншарру, в гостиную перед спальней, где его ждал нехитрый завтрак. Учуяв запах еды, омега повеселел ещё сильнее, пока не пересёкся взглядами с Асташе. В одно мгновение утро было испорчено, показавшись прелюдией-оксюмороном к надвигающейся трагедии встречи с бесящим его бетой. -- Нет. -- недовольным тоном сказал Фортуна. -- Нет и ещё раз нет. Я знаю, зачем ты пришёл, -- у омеги была выразительная жестикуляция. -- Я не буду тебе помогать. Пошёл ты к чёрту, где Раншарру, я же его просил не пускать тебя к себе! -- омега развернулся к выходу и направился прочь от Асташе, которого не хотел видеть. Но перед ним возник бета, преграждая путь. Фортуна высокомерно поглядел на Асташе - они оба знали, что, если захочет, Фортуна его обездвижит. Однако, несмотря на уничижительный взгляд Фортуна, Асташе мог шевелиться. И бета посчитал это сигналом вроде негласного "говори, у тебя три секунды". -- Помоги мне завоевать твою сестру. Омега скривился на эти слова. И обездвижил Асташе, вернув себе возможность покинуть помещение. Бета не удивился и прождал, пока паралич не исчезнет. А потом вскочил и побежал за Фортуной через половину крыла дворца, вновь преграждая тому путь. -- Да ты издеваешься!! -- Фортуна уже хотел прикончить Асташе, наплевав на его отношения с Раншарру. -- Я же тебе сказал, что не дам тебе и шанса мучить дальше Ашени! Убирайся прочь, мудила!! Выслушав оскорбления в свой адрес, Асташе продолжал молчать. Но, спустя примерно полминуты, бета всё же решился сказать то, что собирался сказать с самого начала: -- Я понимаю, в чём виноват перед ней. Но я... Я обещаю, что в будущем не причиню ей вреда и буду защищать. -- Да ты от себя её защити, пожалуйста! -- Фортуна грубо перебил его монолог. -- Арбузер долбанный, иди напейся и отстань от Ашени. Всё, поздно, мосты сожжены. Тебе нечего воскресать - у неё нет к тебе чувств, ты сам её покалечил! Асташе молчал. А потом закрыл глаза, под которыми были синяки, и открыл их снова. Наклонился вниз, присел на колени и поклонился в ноги Фортуне, не заботясь о своей дорогой одежде. -- Я прошу у тебя прощения за всё, что сделал в прошлом и прошу - помоги мне. Всё это время я жил среди простолюдин, работал слугой и пытался понять, какой жизнью жила Ашени. Я узнавал, что ей нравится делать, кушать, надевать. Я обещаю не причинять ей вреда. Фортуна закатил глаза, беззвучно матерясь на свою мягкосердечность, на то, что мысль помочь ублюдку-Асташе больше не претила, как нечто противоестественное. Он цыкал и нервно топал ногой, поскольку ненавидел, когда кто-то кланяется ему в ноги. За углом стоял Раншарру и молча наблюдал за этой сценой. Асташе не мог видеть брата, ведь находился к нему спиной, зато Раншарру имел возможность полного наблюдения за всем происходящим. В том числе -выражением лица Фортуны, которому оставалось всего несколько метров до кабинета мужа, в котором он мог скрыться от преследования героя-любовника Асташе. Раншарру пожал плечами - он тоже был намерен уговаривать Фортуну на помощь и дальше. Фортуна, бурча под нос отборную нецензурщину, провёл рукой по волосам. -- И в каком же ты отчаянии, раз обратился ко мне, Господи... Учти, я тебе расскажу лишь то, что она в действительности любит и не любит, как её бывший партнёр. Но дальше сам - никаких ситуаций подстраивать не буду. Я дал ей слова и его не нарушу, даже не пытайся просить. Асташе воодушевлённо встал и поклонился Фортуне в пояс ещё раз - по имперскому этикету это значило демонстрацию благодарности. -- Боже, оставь эти тривиальные жесты... Бете на секунду показалось, что омега смутился от неожиданного выпада Асташе. И ему это показалось даже милым. И тем не менее, оглядев Асташе ещё раз более внимательно, Фортуна одобрительно хмыкнул - по всей видимости, полуживое существо решило подкачаться ради бывшей жены.