Часть 1
27 декабря 2021 г., 09:36
Примечания:
Приятного прочтения <3
***
Наступило то самое время года, когда осень вступила в свои права. Листья кружились, в воздухе витала зимняя прохлада, и для Чимина это означало, что приближается самый напряженный сезон. Будучи студентом, изучающим современные танцы и параллельно тренирующимся как фигурист, он завален работой, готовясь к зимнему шоукейсу и оттачивая своё выступление для регионального чемпионата, который состоится чуть больше чем через месяц. Будучи перфекционистом, он усердно работал над своей программой и катался после работы, вписывая тренировки в свой суматошный график. В последнее время это означало, что он приходил на каток ночью несколько дополнительных дней в неделю, чтобы потренироваться. Этот день, в частности, начался просто кошмарно. Утром он столкнулся с девушкой, выходящей из кафе кампуса, пролил на себя горячий шоколад и был вынужден явиться на первую пару в мокрой, испачканной одежде. Он забыл сдать домашнее задание, за что был отруган преподавателем, и вдобавок ко всему у него разболелась голова. Казалось, что ничего не происходило правильно, и, к сожалению, похоже, что его день не станет лучше. Несмотря на то, что он договорился с владельцем катка, Хосоком, о том, что сегодня вечером он будет там один, к своему разочарованию Чимин обнаружил, что, к его приходу место уже было занято парнем в хоккейной форме. — Извините. Но он не получил ответа. — Эй! Я забронировал это место для себя, и мне нужно потренироваться, — Чимин позвал погромче, чтобы незнакомец его услышал. Всё же обратив на него внимание, парень лениво подъехал к нему на коньках и снял свой громоздкий шлем. — Я тоже забронировал каток на сегодня, — прямо сказал он, явно раздраженный тем, что его прервали. Его глаза, похожие на кошачьи, сузились, вглядываясь в фигуриста. — Но у меня скоро соревнования. Мне действительно нужно тренироваться. — А у меня скоро важная игра, — пожал плечами парень. На лице Чимина отразилось не меньшее раздражение от его тона. Сейчас ему это было совершенно ни к чему. Стоя лицом к лицу, ни один из них не хотел сдвинуться с места или отступить. Он чувствовал, что минуты идут, а время тренировки уходит. — Слушай. Поскольку мы оба явно нуждаемся в этом, как насчет того, чтобы разделить лёд? Я тренируюсь на этой половине, а ты — на той, — хоккеист жестом указал на другую сторону катка. Хотя это и не было идеальным вариантом, по крайней мере, это было лучше, чем ничего. Хотя Чимин предпочёл бы занять всё пространство, он был не настолько мелочен, чтобы поднимать шум, да и сил на споры у него не было, так что они решили поделить помещение. Он поговорит с Хосоком об этом позже. Неловкость первой встречи скоро прошла, и час пролетел незаметно. Чимин даже не взглянул на парня на другой стороне катка. Каждый из них занимался своим видом спорта, не произнося больше ни слова. Пока они не столкнулись. Чимин не заметил хоккеиста, который катился прямо к нему за быстрой шайбой, и, конечно, не успел опомниться, как оказался на льду — незнакомец полностью вывел его из мыслей. Он был настолько погружен в свою рутину, что даже не услышал предупреждающего крика и не заметил, что пересёк линию половины катка, пока не стало слишком поздно. — Ой! Что за хрень? — сначала был шок, а затем боль, когда он приземлился на груду конечностей. Чимин как раз собирался сделать тройной лутц — прыжок, который он пытался отточить несколько недель, — когда его буквально сбили с ног, причём не в романтическом смысле. — Какого чёрта? Я же говорил тебе быть осторожным! Почему ты не можешь оставаться на своей стороне? — нахмурившись, проворчал хоккеист, поднимаясь со льда. — Извини, но мне трудно тренироваться только на половине катка! Поэтому я и забронировал весь, — Чимин остался сидеть, надувшись на свой зад, который теперь неприятно болел от сильного удара об лёд. Он с досадой заметил, что ледяная влага начала просачиваться сквозь его одежду. Незнакомец уставился на него, приподняв бровь на его надутое выражение лица. — Каток скоро закроется. Завтра он мне снова понадобится, так что, надеюсь, ты сможешь найти другое время… Чимин вскочил на ноги так быстро, что хоккеист удивился, как он снова не упал на задницу. — Нет! Ни за что. Мне тоже нужно быть здесь завтра, и это единственное время, когда я могу потренироваться! И без обид, но я бы предпочел побыть один, — нахмурился Чимин, пытаясь устоять на ногах. Несмотря на то, что он выглядел так же угрожающе, как цыплёнок. Хоккеист вздохнул, развернулся и уехал на коньках. — Ничего не поделаешь, принцесса, тогда увидимся завтра, — крикнул он, не оглядываясь, забрал свои коньки и щитки и покинул каток, а Чимин остался стоять, потеряв дар речи. — Ух, этот парень приводит в бешенство, — ему хотелось кричать. — Ну и заноза в заднице. На следующее утро Чимин позвонил владельцу катка, Хосоку, в надежде прояснить ситуацию. Он молился, чтобы вчерашняя ночь была путаницей. К сожалению, удача, похоже, была не на его стороне. — Ты не можешь записать его на другое время? Серьезно, хён? Ты знаешь, как мне это нужно. — Боюсь, что нет. Знаешь, если бы я мог что-то сделать, я бы сделал, но каток полностью занят в этом сезоне. Если тебе действительно нужно полное пространство, вы могли бы разделить время и взять по полчаса на каждого, — предложил старший сочувственным тоном. — Ни за что! Мне нужен целый час, чтобы я смог отработать эту программу для соревнования, — расстроено ныл Чимин, проводя рукой по волосам. Он ходил взад и вперед по своей крошечной квартирке, почти проделывая дыру в полу. Почему это должно было случиться с ним? — Извини, Чимин, но только так я смогу записать тебя и хёна отдельно. Я знаю, что вчера тебе было немного неудобно, потому что ты рассчитывал на весь лёд, но ты же знаешь, что обычно мы разрешаем посещать каток до пяти человек в час. Вам повезло, что вас только двое. Чимин разочарованно пробормотал «спасибо» и со вздохом положил трубку, понимая, что больше ничего не может с этим поделать. «Похоже, мне придётся иметь дело с этим шайбоголовым.» В тот вечер Чимин шёл на каток с малейшей надеждой, что хоккеист не появится, но не стоит принимать желаемое за действительное. К сожалению, когда он вошёл в здание, тот сидел на одной из скамеек и переодевался, к разочарованию Чимина. — Ты вернулся, — с сарказмом произнёс парень, заставив Чимина закатить глаза. — Слушай, нам обоим нужно место для тренировок, и как бы ни было хреново, нам придётся пока смириться с этим, так что обещаю, что я останусь на своей стороне, если ты останешься на своей. Договорились? Светловолосый молча кивнул, наблюдая, как Чимин зашнуровывает коньки и разминается, прежде чем выйти на лёд. Используя свою блютуз-колонку, он установил трек для своего выступления и быстро приступил к тренировке. Фигурист катался всего десять минут, когда голос громко оборвал музыку, заставив его растеряться на время. Он остановился и повернулся лицом к обладателю голоса. — Не мог бы ты сделать потише? — крикнул хоккеист, выходя на лёд в своей громоздкой форме. Чимин видел только глаза парня через шлем, но решил, что его лицо нахмурилось, как обычно. — Мне нужно слышать музыку, чтобы я мог правильно рассчитать время! — он поставил песню на паузу, расстроившись. — Неужели ты не мог выбрать более оптимистичный трек? Может быть, что-то не такое… эксцентричное? Этот парень начал действовать Чимину на нервы, и он внутренне застонал при мысли о том, что ему придётся тренироваться с ним по крайней мере в течение следующего месяца. Что он сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить это? — Слушай, я сделаю потише. Теперь ты можешь оставить меня в покое? — Ладно, — решительно сказал хоккеист, выходя на лёд и тут же забивая шайбу в ворота с силой, возможно, чуть большей, чем нужно. Чимин только покачал головой, отворачиваясь и закатывая глаза. — Даже не знаю, зачем тебе нужно тренироваться одному, хоккей — это так просто, — с горечью пробормотал он себе под нос. — Я всё слышал, — парень обернулся, снова обратив внимание на фигуриста. Его взгляд был пронзительно устремлен на Чимина. — Я бы хотел посмотреть, как ты попробуешь, принцесса. Если ты думаешь, что это так легко. Я бы сказал, что в настоящей игре ты бы продержался на льду около трёх секунд. Если ты будешь так парить, тебя уберут ещё до того, как ты коснёшься шайбы, — его лица всё ещё не было видно, но Чимин мог сказать, что он ухмыляется. — Да? Готов поспорить, ты и на коньках не умеешь кататься. По крайней мере, мой вид спорта элегантен. Он требует грации, точности и, конечно, таланта. Не то, чего я ожидал бы от такого шайбоголового, как ты, — ответил Чимин с самодовольным блеском в глазах. — Ладно, давай я попробую. Я сотру эту ухмылку с твоего лица, — хоккеист снял шлем и с решительным видом тряхнул светлыми волосами. — Что? — он выглядел озадаченным. Это был не тот ответ, которого ожидал фигурист, когда окликнул его. Чимин покачал головой, не веря, что тот действительно зайдёт так далеко, чтобы доказать свою точку зрения, но, очевидно, он недооценил упрямство парня. — Ты не можешь… — Научи меня каким-нибудь приёмчикам, — старший серьёзно прервал его, переместившись на скамейку, чтобы снять своё снаряжение. Фигурист неподвижно смотрел ему вслед, всё ещё немного шокированный таким поворотом событий. Внезапно он почувствовал, как его наполняет чувство решимости. Он не хотел, чтобы хоккеист его обошёл. — Хорошо. Но только потому, что это поможет мне тренироваться. Чимин с нетерпением ждал, когда он вернётся на лёд. Впервые увидев парня без защитной экипировки, он отметил, что тот на самом деле удивительно худой. Если бы он нарастил немного мышц, то по его небольшому телосложению можно было бы сойти за фигуриста, если бы только его осанка не была такой ужасной. Осознав, что открыто пялился на тело блондина, он вдруг почувствовал себя немного смущённым. Чимин снова включил музыку, чтобы продемонстрировать номер. Возможно, он немного хотел выпендриться, показав пару хитрых приёмов, чтобы запугать хоккеиста. Ему также просто нравилось, когда на него смотрят. Он знал, что красив, и всегда радовался вниманию, когда люди наблюдали, как он катается. Лёгкое покраснение ушей хоккеиста было единственным признаком того, что блондин был тронут прокатом Чимина, но всё же это вызвало тёплое чувство гордости у фигуриста, когда он остановился перед парнем. Он решил обучать только первой части, начав с самого начала. Зная, что некоторые движения будут не под силу новичку, он немного упростил их по ходу дела. Надо отдать должное парню, он оказался не так плох, как ожидал Чимин. Иногда он смеялся, когда хоккеист падал или ошибался, но парень всегда вставал на ноги и продолжал пытаться. Фигурист должен был по крайней мере похвалить его за это. Примерно через тридцать минут они наконец остановились, чтобы сделать перерыв, и перетащили свои уставшие конечности на скамейку у катка. Блондин вопросительно посмотрел на него, когда они сели рядом друг с другом. — Как тебя зовут, принцесса? Кажется, я этого так и не узнал. Чимин обиделся на прозвище, щёки слегка потеплели, но он всё равно ответил. — Чимин. А ты? Ты тоже не сказал мне своего имени. — Юнги. На этот раз его улыбка была более искренняя, и фигурист улыбался в ответ. Его взгляд был теплее, чем раньше. — Ну, Чимин, как насчёт того, чтобы поменяться? Ты, вроде бы, похожего со мной размера, — заметил блондин, оглядев его, прежде чем бросить фигуристу щитки и шлем. — Экипируйся, — ухмыльнулся он. Улыбка мгновенно исчезла. Когда слова Юнги дошли до него, он вдруг пожалел, что вообще стал подкалывать его. Он не создан для такого вида спорта. — Что-что? — начал заикаться Чимин, держа в руках экипировку, но не делая никаких движений, чтобы надеть её. Он не помнил, чтобы это было частью сделки. — Ты учишь меня фигурному катанию, я учу тебя хоккею. Это ведь справедливо? — Юнги видел, что фигурист не в восторге от этой идеи, но он отказывался так просто сдаваться. — Если мы не можем работать на катке по отдельности, мы можем работать вместе, — добавил он. — К тому же, будет полезно иметь кого-то, кто будет играть на воротах. Никто из моих товарищей по команде сейчас не свободен. С надеждой глядя на лицо хоккеиста, Чимин неохотно согласился. Кто-нибудь, помолитесь за него. Он надел экипировку и медленно покатился на коньках, чтобы встать перед воротами. Признаться, он был немного напуган после того, как увидел, с какой скоростью Юнги забрасывал шайбу, и знал, что в любой момент она может быть запущена прямо в него. — Ты готов? — он слышал, как крикнул старший, и поднял дрожащий большой палец вверх, стараясь не показать, как он нервничает. Он смотрел, как Юнги кружил вокруг него и вот он уже готов нанести удар, но как только шайба полетела к нему, Чимин не так элегантно отпрыгнул в сторону, оставляя ворота полностью открытыми. — Ну же! Ты что, испугался? Я думал, хоккей — это просто? — поддразнил Юнги, не пытаясь скрыть своего веселья. Ему было забавно наблюдать за тем, как корчился фигурист. Чимин, из гордости, попытался ещё несколько раз поймать шайбу, прежде чем хоккеист наконец сжалился над ним, хотя его явно всё ещё забавляла его реакция. — Ладно, может, вратарь — это не твоё? — немного посмеялся он над облегчённым выражением лица Чимина. — Может, просто попробуем пасовать туда-сюда? После этого остаток тренировки прошёл довольно гладко, и Чимин обнаружил, что ему очень нравится. Он немного расслабился, когда понял, что хоккеист на самом деле не такой ворчливый, каким хочет казаться. Они начали медленно передавать шайбу друг другу. Время от времени они останавливались, чтобы дать Юнги потренироваться в точности бросков. Несмотря на первое впечатление, хоккеист не был плохим парнем, он, вероятно, был так же расстроен, как и Чимин, и, возможно, их первая встреча была не самой лучшей. Фигурист подумал, что, скорее всего, они смогут поладить друг с другом в течение следующих нескольких недель. Юнги прервал молчание. — Знаешь, над моей подачей нужно было немного поработать, поэтому я благодарен тебе за помощь, — впервые за этот вечер Чимин поблагодарил громоздкий шлем, скрывающий его лицо, так как почувствовал, как горят его щёки от улыбки блондина, явно направленной на него. Когда их час наконец закончился, они вместе ушли со льда, рухнув на ближайшую скамейку и сняв с себя тяжёлые щитки. Они оба изрядно попотели, конечности отяжелели и болели от напряжения. — Эй, ты голоден? Хоккеист повернулся и посмотрел на Чимина. Мозг фигуриста на мгновение отключился, но всё же он понимал, что ему задали вопрос. — Да, я очень голоден. У меня не было времени поесть перед тренировкой, — Юнги слегка нахмурился. Младший знал, что не должен пропускать приёмы пищи, но иногда он просто забывал. — Тогда мы можем пойти поесть рамёна или чего-нибудь ещё… если хочешь? Нехорошо так много тренироваться на голодный желудок. Старший говорил о том, что фигуристу нужно хорошо питаться и больше следить за собой, пока собирал свои вещи в спортивную сумку. Чимин задался вопросом, не нервный ли это бред, но по какой-то причине его радовало, что Юнги, похоже, заботился о его благополучии. — С удовольствием, — улыбнулся Чимин, подхватывая свою сумку, когда они собирались уходить. — У меня есть друг, который владеет небольшой кафешкой недалеко отсюда. Он даст нам скидку. Чимин вышел вслед за Юнги с катка, они прошли по улице несколько кварталов, пока не остановились у кафе под названием «JIN'S». Название было написано большими светящимися розовыми буквами, и Чимину оно уже начало нравится. Через несколько секунд после того, как они вошли внутрь, Юнги встретил красивый парень с розовыми волосами. Он предположил, что это владелец кафе, судя по тому, как крепко обнял его хоккеист. Молодой человек смотрел на них двоих. — Как обычно? — спросил он, улыбаясь Юнги, который кивнул в ответ. — А ты что будешь, милый? — он переключил внимание на Чимина, который покраснел от такого обращения. — Эм, я буду то же самое, пожалуйста. Он кивнул, дразняще улыбнувшись блондину, прежде чем исчезнуть. — Это лучший рамён, который ты когда-либо пробовал, поверь мне, — усмехнулся Юнги, когда они сели за столик. Через несколько минут владелец кафе вернулся и поставил перед ними две дымящиеся миски. — Кстати, я Сокджин. Поскольку Юнги не представил нас друг другу. Но зови меня просто хён. Друг Юнги — мой друг, — он стоял у стола и улыбался им. — Чимин. Я Чимин, — неловко поклонился он со своего места, а тот начал ворковать, рассказывая Юнги о том, как мил его новый друг. Не очень уловимый взгляд блондина заставил хихикающего Джина убежать обратно на кухню. Еда выглядела потрясающе. Урчание желудка Чимина нарушило тишину, и Юнги улыбнулся. — Голоден? Фигурист застенчиво кивнул и начал есть. Глаза Чимина расширились от вкуса, наполняющего его чувства, и он посмотрел на Юнги, который наблюдал за ним с улыбкой, говорящей «я же говорил». Как раз в тот момент, когда они принялись за еду, Сокджин вернулся со своей миской и, придвинув стул, присел рядом с ними. Старший радостно воскликнул. — Почему мой Юнги никогда не знакомил нас раньше? Не могу поверить, что он мог скрывать от меня такую драгоценную кроху, как ты. — Ах, хён! Перестань вести себя как моя мать. Ты ставишь его в неловкое положение. Чимин смотрел на красивого парня, широко раскрыв глаза, рот был набит едой, румяные щеки выглядели особенно мило. — Мм… мы… на самом деле не так давно знакомы, — пробормотал хоккеист, проглатывая лапшу и облизывая губы. — Приятно познакомиться. Кстати, очень вкусно. Юнги-хён был прав. Не могу поверить, что я никогда не знал об этом месте. При слове «хён» глаза Юнги вспыхнули, и он с любопытством посмотрел на Чимина, который быстро отвёл взгляд, осознав свои слова. Старший смотрел на этих двоих, пытаясь сдержать ухмылку. Ему нравилось видеть, как Юнги смущается. — Так как вы познакомились? Юнги нечасто приводит ко мне людей. Обычно он не особо общительный, — поддразнил Джин, ощущая на себе ещё один взгляд. Чимин бросил короткий взгляд на светловолосого. — Ну, последние пару ночей мы вместе ходили на каток. Мы с Юнги-хёном забронировали лёд для тренировок в одно и то же время, так что до конца сезона мы будем тренироваться вместе. — Ты тоже занимаешься хоккеем? — спросил Джин, не скрывая удивления. Чимин определенно не был похож на хоккеиста, но он не хотел просто предполагать. — Нет, определенно нет. Я занимаюсь фигурным катанием, но я не могу заниматься в другое время, а так как каток полностью забронирован, нам придётся какое-то время тренироваться вместе, — мило хихикнул Чимин над предположением старшего. — У меня скоро большие соревнования, поэтому мне нужно как можно больше времени на катке, а хён сказал, что ему нужно готовиться к финалу, поэтому мы пришли к компромиссу — по половине катка каждому. Не то чтобы он всегда придерживается своей стороны. Чимин всего лишь дразнил, но старший от возмущения чуть ли не давился своим рамёном. — Прости, принцесса, но это ты всегда крутишься вокруг, занимая весь каток. Я ничего не смогу сделать, если шайба влетит в тебя. Джин просто сиял, явно находясь в своей стихии. Мило. — Ааа, ну теперь всё понятно, ты слишком очарователен, чтобы быть одним из этих шайбоголовых, — сказал старший, заставляя Чимина смеяться ещё больше. Он высунул язык, как ребёнок, в сторону Юнги. — Мой парень тоже занимается фигурным катанием. Может, ты знаешь Ким Намджуна? Высокий парень, немного неуклюжий, с милейшими ямочками? — Ким Намджун?! Ты встречаешься с Ким Намджуном?! — он почти начал заикаться от удивления. Чимин не ожидал такого. Он был удивлён, что никогда не видел Джина на соревнованиях, но, опять же, другой фигурист был закрытым человеком. Они немного подружились, катаясь вместе на соревнованиях в течение многих лет, но Чимин понятия не имел, что он с кем-то встречается, и как у него вообще хватает на это времени, зная, насколько суматошными были их графики. Не секрет, что Ким Намджун был гением кампуса. Намджун изучал физику, а также работал в качестве ассистента в университете и параллельно занимался фигурным катанием. Он признается, что Намджун является одним из его самых больших конкурентов. Чимин боготворил его ещё с первого курса, их места на соревнованиях всегда очень близки, но ему ещё предстоит победить его. Розововолосый рассмеялся, глядя на широко раскрытые глаза Чимина. — О, так это из-за тебя мой Джуни в последнее время так волнуется! Я его почти не вижу, так как последние несколько недель он практически живёт на катке. Он всё время говорит мне, что ему нужно больше тренироваться, чтобы не отставать от Чима, который, как я теперь догадываюсь — ты, верно? — спросил он, улыбаясь. — Да. Он действительно отличный фигурист, — радостно сказал Чимин. — Но я собираюсь победить его в этот раз! — добавил он, заставляя Джина слегка приподнять брови. — Какой самоуверенный, мне это нравится. Неудивительно, что Джун беспокоится. Поболтав ещё немного и потеряв счёт времени, Юнги заметил, что Чимин уже не может удерживаться от зевоты, а глаза начали устало опускаться. Он принёс извинения от них обоих и практически оттащил старшего от фигуриста, говоря Чимину, что им пора идти, если он хочет как следует отдохнуть перед утренней тренировкой. — Приходи в любое время, Чимин-а, — крикнул розововолосый, когда они начали уходить. Чимин пообещал, что придёт, и помахал рукой, прежде чем уйти. Они вдвоем пошли по улице в сторону катка. — Где ты живешь? Хён проводит тебя до дома. Юнги самодовольно сделал акцент на «хён», за что получил шлепок по руке от Чимина. Фигурист уставился на землю, немного обидевшись на поддразнивание Юнги. Это было неуместно, но, несмотря на то, что он не так давно знаком со старшим, ему показалось естественным называть его так. Он, похоже, тоже не возражал, не поправляя его. — Хорошо, — в конце концов выдавил из себя Чимин. Он сделал вид, что напряженно обдумывает свой ответ, но втайне был рад, что старший предложил прогуляться с ним. — Но только потому, что уже темно, и мне не нравится ходить домой так поздно одному, — быстро добавил он. Блондин лишь ухмыльнулся, позволяя Чимину вести его к дому, который, как оказалось, находился не так уж далеко от катка. Прогулка заняла совсем немного времени, минут пятнадцать или около того. Юнги почему-то был немного разочарован этим. Ему было удивительно приятно разговаривать с младшим. Когда они дошли до входа в здание, Чимин остановился и повернулся к нему лицом. — Спасибо за сегодняшний вечер и за то, что… проводил меня. Было очень приятно. Мне было весело, — Чимин проговорил робко, чувствуя себя странно нервным, когда их игривые препирательства прекратились. — Не беспокойся. Было приятно провести время с кем-то, кроме Джин-хёна… Не то чтобы он был плохой компанией, но, честно говоря, я не могу выдержать то, как он говорит о том, какой Намджун замечательный. Они засмеялись, и это вызвало улыбку у младшего. Юнги не мог удержаться от желания ущипнуть эти румяные щёчки, которые так мило раздувались, но он сдержал себя. — Тогда, наверное, увидимся завтра? — неуверенно спросил Чимин, переминаясь с ноги на ногу. — Да, я приду раньше с командой, но потом вернусь на тренировку, так что… мне пора идти. Какое-то время они просто стояли и смотрели друг на друга, как будто хотели сказать что-то ещё, пока Юнги не разорвал напряжение. — Приятных снов, Чимин-а, — тихо сказал он, подарил фигуристу небольшую улыбку и повернулся, чтобы уйти. — Подожди! Ты так и не сказал, сколько я должен тебе за рамён? — спросил Чимин, вспомнив, что так и не отдал деньги старшему. — Не волнуйся об этом, принцесса, это за счет хёна, — крикнул хоккеист через плечо, не потрудившись обернуться, чтобы у фигуриста даже не было шанса возразить. Чимин представил себе ухмылку на лице старшего и не знал, ненавидеть или любить то, что его ответ заставил его покраснеть. — Спи спокойно, хён, — прошептал он в основном самому себе, не зная, что Юнги его слышал. Как только старший скрылся из виду, он направился внутрь здания, в свою маленькую квартирку.***
Ранним утром следующего дня Юнги пришёл на каток немного раньше, чем была запланирована тренировка с командой. Его лучший друг по команде, Чонгук, уже был там и готов потренироваться. Он никогда не встречал никого, кто был бы так энергичен с утра. Парень был на несколько лет младше него, но они стали близки после того, как объединились в университетский проект, оба были на музыкальном факультете. Когда первокурсник признался, что не может найти друзей, Юнги предложил ему попробовать себя в команде, и парень быстро стал одним из лучших игроков. Они вместе начали разминку, беззаботно болтая о том, как прошла их неделя. — Я тут несколько ночей тренировался допоздна. Юнги даже не заметил, что немного поднял уголки губ, но это заметил Чонгук, он всегда был наблюдателен. — Что это за улыбка, а? — поддразнил он, на что-то намекая. — Не знаю, о чём ты. Я не… ничего такого, — попытался оправдаться старший, но никого не убедил розовый оттенок его щёк. Чёрт бы побрал его бледный цвет лица. Глаза Чонгука скептически сузились, когда он смотрел на него. Это всегда заставляло его хёна говорить правду. Он всегда был ужасным лжецом. Он пытался избегать взгляда младшего, но это было бесполезно. — Хорошо, — вздохнул он. — В итоге я забронировал одно и то же место для тренировок с этим фигуристом, Чимином, и, возможно, он на самом деле довольно крут. Мы будем делить место на катке до конца месяца, пока не закончится сезон соревнований. — На самом деле довольно крут, — повторил Чонгук. — Вот уж чего я не ожидал от тебя услышать о фигуристе. Где настоящий Мин Юнги и что ты с ним сделал? Юнги закатил глаза в притворном раздражении. — Заткнись, сопляк. Когда тренировка закончилась, Юнги заметил на трибунах знакомую фигуру, но не просто фигуру. Это фигурист. — Чимин? — Привет, Юнги, — радостно махал рукой парень, спустившись по лестнице со своего места. Хоккеист подошёл к нему, всё ещё одетый в защитную экипировку. — У меня сейчас будет тренировка. Я не знал, что у тебя лёд раньше меня. Мин не успел ответить, Чонгук с ухмылкой скользнул в его сторону и наклонился, чтобы негромко шепнуть ему на ухо. — Эй, это тот самый фигурист… — Юнги быстро оборвал его ударом под рёбра. — Ах, Чимин, это Чонгук, мой товарищ по команде, — он неловко провёл рукой по своим светлым волосам, распушив пряди. Чонгук протянул руку через барьер, чтобы поздороваться с Чимином. — Привет! Я лучший друг Юнги, хён рассказал мне о тебе… — Окей! Нам, наверное, пора идти, да, Гук? Нам нужно успеть на командный обед, и ты знаешь, что если мы опоздаем, то еды не останется, — вклинился Юнги в отчаянной попытке заставить Чонгука замолчать. Глаза парня загорелись при упоминании еды, хотя это было лишь кратковременное отвлечение внимания от Чимина, но это дало время Юнги положить руку ему на спину и вытолкнуть с катка, прекратив их разговор до того, как младший смог окончательно поставить его в неловкое положение. — Увидимся, Чимин! — крикнул он через плечо Юнги, когда его стали уводить. Светловолосый слегка кивнул, прежде чем исчезнуть, и Чимин не мог не улыбнуться, глядя вслед уходящему хоккеисту. — Эй, Чимин! — сзади донёсся знакомый голос, который вывел его из размышлений. — Тэ?! Парень, управляющий машиной для чистки льда, пробрался к его стороне катка, широко ухмыляясь. Увидев, что Чимин удивленно машет ему в ответ. — Как так получилось, что ты здесь?! Ты не говорил мне, что работаешь на катке! Он не видел Тэхёна уже несколько месяцев. Они познакомились ещё на первом курсе и почти сразу подружились, но Чимин начал уделять всё больше и больше времени фигурному катанию, в последнее время ему было трудно поддерживать связь с другом. Чимину не хватало его присутствия рядом. Машина остановилась рядом с бортиком, где стоял Чимин. Тэхён широко ухмылялся. — Я хотел сделать сюрприз, но не знал, в какие дни ты тренируешься. Хосок-и-хён дал мне работу здесь, потому что ему надоело слушать, как я ною, что не вижу тебя, — надулся он. — На самом деле это довольно весело. Я просто вожу эту штуку между сессиями, — он жестом указал на ледовый комбайн. — Ты никогда не был хорош на льду, — рассмеялся Чимин, вспомнив, как пытался научить Тэхёна кататься на коньках. Это было катастрофой. — Но я рад тебя видеть. — В этом и прелесть моей работы. Талант катания на коньках не нужен! И теперь мы будем чаще видеть друг друга, — засиял он. — Дай мне знать, когда закончишь, я буду ждать тебя. Мне нужно очистить вторую половину, — подмигнул Тэхён Чимину, прежде чем запустить машину, чтобы очистить оставшуюся половину катка. Он помахал фигуристу рукой и уехал, оставив его тренироваться. На протяжении всей тренировки Чимин никак не мог заставить себя не думать о Юнги. Хоккеист вторгался в каждую его мысль, отвлекая от дела. Тренер уже несколько раз обращал внимание на его состояние, отчитывая, из-за чего фигурист начал расстраиваться. У самого Юнги дела обстояли не лучше. Во время обеда и до конца дня он считал часы до тренировки с Чимином. Сегодня блондин не хотел слушать болтовню своих товарищей по команде. Он знал Чимина всего несколько дней, но уже не мог выбросить из головы симпатичного фигуриста.***
В тот день Чимин пришёл на каток рано утром после долгого общения с Тэхёном. Он сидел у бортика, наблюдая за тренировкой младшей хоккейной команды и вспоминая школьные годы, когда кто-то опустился рядом с ним на скамейку. — Хён, — улыбнулся он, увидев старшего. — Почему ты здесь так рано? — Чимин поднял бровь на его вопрос. — Я мог бы спросить тебя о том же. Почему ты пришёл так рано? Юнги почувствовал, что его лицо потеплело. Он неловко потёр рукой затылок, не желая говорить Чимину, что пришёл рано, потому что не мог дождаться новой встречи с ним. Было просто смешно, как быстро он привязался к фигуристу. К счастью, Чимин не стал дожидаться ответа и продолжил разговор, избавив его от неловкости. — Ты пришёл посмотреть на тренировку юниоров? Юнги моргнул, глядя на лёд. — Да, это напоминает мне о детстве, — он улыбнулся, когда команда в синей форме начала праздновать гол. — Мне тоже нравится наблюдать за занятиями детей фигурным катанием. Кажется, что им весело, — Чимин тяжело вздохнул. — Я скучаю по тому времени, когда всё было так легко. — Тебе не нравится кататься? — Юнги повернул голову и с беспокойством посмотрел на Чимина. — Нравится… просто в наши дни больше внимания уделяется соревнованиям и завоеванию мест. Всё может зависеть от одного проката. Тем более что я строю карьеру, это уже не просто хобби. Я должен продолжать побеждать, чтобы сохранить спонсоров, и несколько неудачных прокатов могут всё испортить. Это просто стресс, я думаю. Я должен быть идеальным, понимаешь? Чимин наконец-то поднял взгляд с колен и увидел глубокий взгляд Юнги, который с сочувствием встретился с его собственным. — Я знаю, каково это. Давление от необходимости соответствовать ожиданиям других людей и добиваться хороших результатов может быть очень сильным, — он грустно улыбнулся. — Но мне было весело заниматься с тобой. «Чёрт, — подумал он, — я не должен был говорить это вслух». — Мне тоже. Услышав хихиканье фигуриста, Юнги вдруг перестал жалеть о своих словах. Они оба вернули взгляд на лёд и смотрели, как команда заканчивает тренировку и покидает каток.***
Следующие несколько недель прошли в том же духе. Они привыкли тренироваться друг с другом четыре вечера в неделю и встречаться мимолетно, когда тренировки команды Юнги совпадали с занятиями Чимина. Иногда они даже оставались посмотреть на тренировку юниоров, и всегда после этого оказывались на тренировке Чимина, что доставляло ему огромное удовольствие. Осознанно или нет, но они оба приходили раньше всех, чтобы провести несколько лишних минут вместе, как будто они и так не видели друг друга. Их дружба завязалась быстро, и, возможно, просто возможно, зарождались чувства, в которых никто из них пока не осмеливался признаться. Каждый раз, когда им приходилось расставаться, было всё труднее не желать большего. Каждый раз, когда фигурист смеялся так свободно и красиво, блондин не мог отвести взгляд. Каждый раз, когда Чимин ловил на себе взгляд Юнги с такими нежными тёмными глазами, полными обожания, у него замирало сердце. У Юнги никогда не было проблем с одиночеством. Будучи интровертом, он даже получал от этого удовольствие, но компания фигуриста была для него как наркотик. Чимин не раз подумывал пригласить Юнги в дом, чтобы выпить, когда старший провожал его домой, но страх испортить то, что у них было, останавливал его. Если бы Юнги не чувствовал того же самого, это сделало бы совместное посещение катка чертовски неловким. Не говоря уже о том, что он мог потерять его как друга.***
— Итак… хоккей или фигурное катание на этот раз? — с улыбкой спросил Чимин, вставая, как только лёд опустел. Они сидели и ждали, пока Тэ закончит чистить каток, чтобы начать тренировку. — О, ты снова хочешь это сделать? — Юнги почувствовал, как его желудок сделал небольшое сальто. Он не ожидал, что Чимин захочет заниматься с ним хоккеем сегодня вечером, но не собирался жаловаться. — Да, я имел в виду именно это, когда сказал тебе, что в прошлый раз мне было весело… если только ты будешь просить меня снова встать в ворота, — мило надулся он. — Ты сказал, что с другим человеком легче тренироваться, так что я не против. Иногда Чонгук присоединялся к Юнги, чтобы помочь немного потренироваться, но у него была работа в библиотеке кампуса в те вечера, когда старший был занят на катке, поэтому обычно ему приходилось заниматься одному. — Хорошо, тогда как насчёт хоккея на этот раз, раз уж в прошлый первым было фигурное катание? — сказал он, распаковывая своё снаряжение и пытаясь скрыть, как он счастлив. — Звучит неплохо, — Чимин взял запасные щитки и шлем, протянутые ему. Они снова начали с простых пасов, а затем провели некоторое время, обводя конусы, которые хоккеисты расставили вокруг катка, по очереди, пытаясь перехватить шайбу друг у друга. — Хочешь попробовать на этот раз выстрелить? — спросил Юнги после того, как ему удалось догнать Чимина и отобрать шайбу. Фигурист остановился, чтобы перевести дух. Ему немного не хочется, поскольку это не то, что он когда-либо пробовал, но Чимин согласился, принимая вызов. Он надеялся, что не слишком опозорится. Юнги, видимо, почувствовал его беспокойство и ободряюще улыбнулся. — Ты сможешь. Я знаю, что ты сможешь, — начал подбадривать он его. — Только сначала посмотри на меня. Хоккеист быстро продемонстрировал ему, начал учить, как правильно подставлять шайбу и целиться, и с первого раза с лёгкостью забросил её в сетку. Когда наступила его очередь, Чимин скользнул на коньках, вернулся к воротам и постарался выполнить бросок так, как показал ему Юнги. Для первой попытки его прицел был не так уж плох, но он не смог применить достаточную силу, и шайба жалко скользнула и остановилась совсем рядом с воротами. Юнги увидел, как плечи фигуриста опустились, и быстро подобрал шайбу, подкатившись к нему. Ему было немного неловко, ведь хоккеист сделал всё так просто. Особенно после того, как он заявил, что этот вид спорта не требует таланта, когда они спорили в первую встречу. Он застонал, спрятав лицо рукой. — Всё в порядке, у тебя неплохо получилось. Тебе просто нужно набрать побольше сил. Это труднее, чем кажется, — посмеялся он. Юнги на секунду замешкался, но потом обогнул младшего и поднял руки, чтобы помочь Чимину лучше держать клюшку сзади. — Попробуй держать её вот так, — проинструктировал он, поправляя руки, разводя их дальше друг от друга и располагая более удобно. До сих пор он не замечал, насколько они крошечные и драгоценные по сравнению с его собственными. Лицо старшего стало горячее от их близости, и он знал, что его щёки покраснели под шлемом, и снова обрадовался, что Чимин не видит. В голове фигуриста пронеслись самые разные мысли, но он старался сосредоточиться на том, чтобы забить шайбу в ворота, чтобы Юнги был доволен им. Возможно, он старался изо всех сил, потому что ему нравится похвала, но никто не может его винить. Он сконцентрировался и применил всю силу, на которую только способен с этой тяжёлой экипировкой, и на этот раз забросил шайбу точно туда, куда он хотел. Идеально. — Хён! Я сделал это! — завизжал Чимин от восторга, как ребёнок. Он снял свой шлем. Юнги не смог сдержать улыбку, растянувшуюся на его лице, когда он снимал свой шлем. — Я же говорил, что ты сможешь это сделать. Ты быстро станешь профессионалом, — посмеялся он, похлопывая фигуриста по плечу. Чимин на мгновение застыл от улыбки Юнги. Это было несправедливо, что он может быть таким милым. После ещё нескольких бросков, они решили, что пора меняться. Сначала они остановились передохнуть, сбросили хоккейную экипировку и выпили по бутылке воды. Когда они были вместе, казалось, что время пролетает очень быстро. Когда они вернулись на лёд, Чимин почувствовал себя намного комфортнее без тяжёлых хоккейных щитков. Он почувствовал себя легко и свободно. Теперь всё перевернулось, и Юнги вдруг начал нервничать из-за того, что же фигурист может заставить его сделать на этот раз. Несмотря на это, светловолосый не мог не восхищаться тем, как грациозен был Чимин и как легко он катался на коньках. Младший учил его некоторым основным элементам, из которых состоит его программа. Юнги прекрасно помнил, чему его учили в прошлый раз, поэтому ему не потребовалось много времени на повторение. Чимин удовлетворенно хмыкнул, наблюдая за хоккеистом. — Из тебя получился бы неплохой фигурист, если бы мы немного исправили твою осанку, — поддразнил он, смеясь ещё больше, когда Юнги не мог сделать ответный ход, зная, что он прав. Блондин только фальшиво посмеялся, высунув язык в сторону фигуриста. Несмотря на то, что это было сказано в шутку, Чимин заметил, как Юнги действительно начал держаться прямее, старался поднять подбородок и отвести плечи назад. Он действительно был неплохим фигуристом, несмотря на то, что не привык носить фигурные коньки вместо хоккейных. Юнги действительно мог быть довольно грациозным, когда старался, не говоря уже о том, что он отлично выглядел без хоккейной экипировки. «Симпатичный», — подумал Чимин. Он оторвался от своего бесстыдного разглядывания, когда блондин проехал перед ним, немного запыхавшись. Прежде чем он успел полностью остановиться, он спотыкнулся зубчиками о лёд и выругался, падая вперед. Инстинктивно он начал цепляться за фигуриста, крепко обхватывая его, чтобы восстановить равновесие. Чимин рефлекторно схватил парня за талию, чтобы вернуть его в вертикальное положение. — Прости! — он быстро убрал свои руки от плеч юноши. Затем пробормотал проклятия в адрес коньков. — Я не представляю, как вы катаетесь с этими штуками спереди, — он ударил зубцами по льду, чтобы подчеркнуть своё негодование. — А я не знаю, как вы катаетесь без них. У вас гораздо меньше контроля! — стал защищаться младший, хотя Юнги смотрел на него скептически. — По крайней мере, в хоккейных коньках я не спотыкаюсь о собственные ноги. Клянусь, в этих я точно что-нибудь сломаю. Скорее всего, лицо об лёд. — Хён хочет, чтобы я держал его за руку, чтобы он не упал? — хихикнул Чимин, запрокидывая голову назад от смеха и игнорируя полусерьёзный взгляд, направленный в его сторону. Смех Чимина быстро прекратился, когда Юнги действительно схватил его за руки, начал кататься на коньках в обратную сторону и потянул его за собой. — О, так у нас теперь парное катание, да? Ты же знаешь, что это не то, чем я занимаюсь? — фигурист смотрел на Юнги, приподняв бровь, но улыбка на его лице не исчезла. Блондин просто пожал плечами. — Ну, тогда это впервые для нас обоих. К тому же, если я упаду, то ты упадешь следом за мной, — ухмыльнулся он, самодовольно размахивая их переплетёнными руками. — Ха! Я так не думаю! — Чимин вырвался из рук Юнги и унёсся прочь, бросив через плечо игривую улыбку. «Хорошая попытка», — подумал старший. Если в чём хоккеисты и были хороши, так это в преследовании. Он устремился за младшим, петляя по катку в попытке догнать удивительно быстрого фигуриста. Он немного схитрил, срезав через центр, и сумел его поймать, обхватив сзади за тонкую талию. Чимин истерически хихикнул от того, что его поймали, и Юнги чувствовал это своей грудью. Когда они остановились, то оказались прижаты друг к другу. Тяжело дыша, фигурист откинул голову на плечо блондина, на его лице появилась самая милая улыбка, которую старший когда-либо видел. Боже, помоги ему. — Хорошо, хорошо! Ты поймал меня, я буду кататься с тобой, — смеясь, он пытался отдышаться. — Держи меня за талию вот так… — он перевёл правую руку Юнги в положение ниже. — А другая твоя рука держит мою вот так, — сказал он, когда старший обхватил маленькие пальчики Чимина, которые намного меньше его. Хоккеист, хотя и не хотел признаваться себе в этом, покраснел, как помидор, но всё равно крепче прижался к фигуристу. — Теперь ты должен скользить в такт со мной, иначе мы оба упадём. Младший начал отсчитывать ритм в тот момент, когда они оттолкнулись ото льда, чтобы не споткнуться о ноги друг друга. По крайней мере, пока они не смогут выработать правильный ритм. — В детстве я пробовал кататься в паре, — начал Чимин, когда они привыкли двигаться вместе. — Но я перестал, когда понял, что все эти красивые подъёмы делают только девочки, — мило засмеялся он, заставляя сердце Юнги сжиматься при мысли о маленьком Чимине, который дуется, потому что хочет, чтобы его тоже катали по льду. «Ты бы выглядел красивее, чем все эти девушки», — думал старший, прикусывая язык. Прежде чем он успел подумать о том, что говорит, Юнги уже произнёс слова. — Я подниму тебя. Наступила пауза полной тишины, а затем по катку разнёсся звонкий смех Чимина. Он чуть не споткнулся, очевидно, решив, что хоккеист пошутил. — Я не уверен, что хочу ломать кости прямо сейчас, спасибо, у меня скоро соревнования, не забывай. Для этого мне вроде как нужно быть целым и невредимым, — шутил он, но по какой-то причине это только ещё больше подстегнуло старшего. — Эй! Давай! Я сильнее, чем кажусь, ты знаешь. Поверь мне, — Чимин с улыбкой покачал головой, но не отказался. Несмотря на то, что логическая часть его мозга кричала не рисковать, он раздумывал. Даже если это может быть ужасной идеей. — Давай. Ты же хочешь. Хотя бы раз. Живи мечтой. Сделай это для маленького Чимина, — Юнги игриво прошептал ему на ухо, пытаясь сломить решимость фигуриста. — Я не позволю тебе пораниться, обещаю. Ощущение этих слов, распространяющихся по нему, в сочетании с тёплым дыханием на его шее заставили Чимина приятно дрожать. Юнги медленно опустил руку, которая всё ещё держала руку фигуриста, на его талию, чтобы зеркально отразить его другую руку, ожидая ответа. Младший повернул голову, чтобы посмотреть на него. Его взгляд был немного неуверенный, он нервно покусывал губу, но было видно, что фигурист искушён. Повернувшись обратно, он положил свою правую руку на руку Юнги и слегка сжал её. — Хорошо. Только один раз, — тихо пробормотал он. — Клянусь, если что-то пойдёт не так, я убью тебя. Хоккеист понял, что он, скорее всего, не шутит, но отогнал эту мысль. — Хорошо, когда я скажу «прыгай», оттолкнись ото льда, — сказал Юнги, беря себя в руки, хотя он ничего не знал ни о парном катании, ни о том, как поднять человека… кроме того, что он видел на соревнованиях по фигурному катанию по телевизору. С какой стати он решил, что это хорошая идея? Теперь уже было слишком поздно поворачивать назад. Чимин кивнул, когда они немного набрали скорость, и сжал руки старшего в знак готовности. — Я начинаю отсчёт, хорошо? Три… два… один… Прыгай! Чимин оттолкнулся как раз в тот момент, когда Юнги обхватил его покрепче, поднимая в воздух с удивительной лёгкостью. Он слегка взвизгнул, когда посмотрел вниз, видя, как высоко он находится Он привык совершать бесчисленные прыжки и вращения в воздухе в рамках своих тренировок, но в отличие от них он едва ли надолго отрывался ото льда, чтобы заметить высоту. Юнги ухмылялся ему, как будто тот мог его видеть. — Видишь, весело, да? — он смеялся, заставляя фигуриста хихикать, даже если тот был всё ещё немного напуган. Чимин принял более изящную позу, вытягивая ноги, как он видел на тренировках фигуристок. Широкая улыбка растянулась на его лице, пока они скользили по льду. Через мгновение Юнги без предупреждения решил подбросить его… совсем немного. Он повернулся и поймал его так, что они оказались лицом к лицу, и осторожно опустил младшего обратно на лёд. Чимин никак не был готов к этому и вскрикнул от шока, пока его дыхание не перехватило в горле, когда его развернуло в воздухе. Его сердце чуть не вылетело из груди от мысли, что хоккеист вот-вот уронит его. Он успокоился только тогда, когда сильные руки обхватили его за талию, притягивая к твёрдому телу, а коньки снова коснулись льда. Несмотря на холод в помещении, от ощущения такой близости стало тепло. Пара постепенно начала останавливаться. Чимин всё ещё прижимался к груди Юнги, пока тот переводил дыхание и приходил в себя после выброса адреналина. Он не был уверен, что когда-либо чувствовал себя таким живым. Юнги буквально чувствовал, как сердце фигуриста колотится о его рубашку. — О боже, ты чуть не довёл меня до сердечного приступа! Не пугай меня так! — Чимин шлёпнул Юнги по руке, когда почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы отпустить старшего. — Прости. На секунду он подумал, что фигурист действительно может быть расстроен, пока Чимин не прижался к нему, хрипло смеясь. Его лоб упирался в шею Юнги, а его маленькое тело дрожало. Мягкие волосы щекотали кожу, но он не возражал. Это всё, что нужно было, чтобы привести в восторг хоккеиста, и теперь они оба смеялись посреди катка. — Это было потрясающе, — выдохнул Чимин, когда они начали успокаиваться. Он отстранился от светловолосого, чьи руки всё ещё оставались сомкнутыми вокруг его миниатюрной талии. — Видишь, и я тебя не убил, — с ухмылкой добавил Юнги. — Ты в порядке… Буквально в тот момент, когда слова покинули его рот, хоккеист невероятным образом умудрился потерять опору и в мгновение ока оказался на льду, плашмя на спине. Сверху на него плюхнулся взволнованный Чимин, которого он потащил за собой. Хоккеист издал болезненный стон, уставившись в потолок. Стыд от падения был больше, чем что-либо другое, и единственное, что сейчас серьезно пострадало — это его гордость. — Хён! Ты в порядке?! — Чимин задыхался, быстро слезая со старшего и бросаясь на колени над ним. — Всё хорошо. Я в порядке. Я… ушибся, — засмеялся Юнги. — Но я не причинил тебе вреда, верно? — он шутил, получая ещё одну полусерьезную пощечину от Чимина. — Нет, идиот, я в порядке. Ты был хорошей подушкой. Юнги заметил румянец, что красиво растекался по лицу парня. Настолько красиво, что он жалел, что у него нет камеры, чтобы запечатлеть это. В течение долгого времени они просто смотрели друг на друга, Чимин всё ещё нависал над светловолосым. Его глаза мягко скользили по чертам лица Юнги, как будто засекая время, чтобы запомнить каждый изгиб и веснушку. Юнги казалось, что фигурист вот-вот наклонится к нему. Он чувствовал тёплое дыхание Чимина на своей щеке. Они были так близко, что он не смел пошевелиться, боясь нарушить момент. Но, конечно же, как только он осмелился подумать, что это может произойти, громкий звук ледового комбайна разорвал атмосферу, указывая на то, что их тренировка окончена. В этот момент Юнги как никогда возненавидел Тэхёна, а ведь он виделся с ним всего несколько раз. Он разочарованно вздохнул, внутренне проклиная неудачное время. — Пойдём. Он моргнул, когда Чимин протянул руку, чтобы помочь подняться со льда. Фигурист слегка вздрогнул, когда хоккеист взялся за локоть, который принял на себя большую часть силы удара о лёд, когда они падали. Его брови мило нахмурились, когда он с беспокойством посмотрел на старшего. Он будет чувствовать себя виноватым, если Юнги пострадал из-за него. — Эй, дай мне посмотреть, — мягко попросил Чимин, когда они уходили со льда. Осторожно взявшись за рукав хоккеиста, он бережно закатил его, чтобы посмотреть на ледяной ожог и тёмно-фиолетовые синяки, которые уже начали расцветать вокруг него. — Всё в порядке, принцесса. Бывало и хуже, — старший попытался успокоить Чимина, который осматривал повреждение и слегка хмурился. Фигурист нежно провёл подушечками пальцев по травмированному участку, а затем ни с того ни с сего наклонился и быстро поцеловал повреждённое место. — Что ты делаешь? — Юнги удивленно посмотрел на него. — Целую, чтобы не болело. Чимин так мило надулся, как будто это была самая очевидная вещь в мире. Он засмеялся над пустым выражением лица Юнги, его глаза стали похожими на щёлочки, а затем он отвернулся, чтобы снять коньки, оставляя хоккеиста безмолвно смотреть на него. Именно в этот момент Юнги понял, что этот парень станет его смертью, причём в буквальном смысле. Как только они собрались и были готовы уходить, Чимин остановился с сумкой, висевшей на одном плече. — Пойдем, хён, рамён на этот раз за мой счёт, раз уж ты пострадал. Он вышел за дверь прежде, чем Юнги успел возразить. Не обсуждая, где поесть, они направились прямо в кафе Джина, где их быстро встретили. Он ждал их, как обычно. — Чимин-и! Рад снова тебя видеть, — он притянул младшего к себе в медвежьи объятия и выдвинул для него стул за их привычным столиком. — Юнги-я, — ласково погладил он волосы хоккеиста, не обращая внимания на его ворчание. — Вижу, оба снова усердно тренировались? — в его глазах почему-то появился озорной блеск, словно он знал что-то, чего не знают они, и улыбнулся им обоим. — Да, этот парень просто пытается меня убить, — Юнги жестом показал на юношу напротив себя, который сидел, надув губы. — Это ты предложил парное катание! — возразил Чимин, защищаясь. Его глаза расширились, когда он обвиняюще направил палец на старшего. — Кроме того, ты сам упал и потянул меня вниз. Я не имею к этому никакого отношения. — Я… Это, кажется, заставило Юнги замолчать, так как он открыл рот и беззвучно захлопнул его. Он не мог отрицать, что это была его идея или что это его вина в том, что он упал. Чёрт бы побрал. — Парное катание? — Джин вопросительно поднял бровь. — Я не знал, ты ещё парным фигурным катанием занимаешься? — Нет, — покраснел Чимин, быстро поправляя старшего. — Мы просто немного отвлеклись. — Мило! Ну разве вы двое не прелесть? — обрадовался Джин. Юнги знал, какие мысли сейчас проносились в голове розововолосого, и бросил на него свой самый угрожающий взгляд, чтобы тот оставил их при себе. Он не мог сегодня больше терпеть поддразнивания, а у Джина была ужасная привычка пытаться играть в сватовство. Даже если Чимин и нравился ему хоть немного… ну, или чертовски много, сейчас не время вмешиваться. Поймав не очень тонкий намёк хоккеиста, он поменял тему, и плечи Юнги опустились в облегчении, хотя он знал, что старший наверняка будет донимать его вопросами в другой раз. — В любом случае, что будете заказывать? Как всегда? — спросил Джин, вставая, чтобы принять их заказ. Оба парня только кивнули в ответ. Когда он вскоре вернулся с едой, они сразу же стали накладывать себе по порции, не понимая, насколько были голодны, пока аппетитный запах, исходящий от рамёна, не заставил их желудки нетерпеливо заурчать. — Только будьте осторожны, он очень го… Джин уже на полпути предупредил их, когда Чимин выронил палочки для еды, а его рука поднялась, чтобы закрыть лицо, и он болезненно застонал, так как рамён обжёг ему рот. Слишком поздно. Сокджин вздохнул. — Я принесу вам запить. Он махал руками вверх-вниз, вдыхая и выдыхая, пытаясь остудить еду и свой бедный рот, не то чтобы это помогало. Юнги пытался сдержать самодовольную улыбку, дуя на свой рамён, чтобы остудить его, и отчаянно пытался не рассмеяться. Если бы взглядом можно было убивать, Юнги был бы покойником под взглядом фигуриста. Он высунул язык и пробормотал, что тот онемел. Старший фыркнул. — Ты такой злой, — надулся Чимин, когда Джин вернулся с водой со льдом. Остаток ужина они провели, болтая ни о чём и обо всём, немного препираясь, как старая супружеская пара, и слушая Джина, который, как всегда, восторгался Намджуном. Юнги постоянно отвлекался от их разговора и украдкой поглядывал на Чимина при каждом удобном случае. Его мысли не могли не вернуться к тому моменту, который произошёл ранее. Он задавался вопросом, что бы произошло, если бы Тэхён не пришёл безвременно и так грубо не прервал их. Поцеловались бы они? Взглянув на часы, показывающие десять вечера, парни неохотно двинулись к выходу, понимая, что снова задержались допоздна. Они попрощались с Джином и ушли, оставляя его закрывать кафе на ночь. Юнги и Чимин прошли большую часть обратного пути в комфортном молчании. Ночь холодная, зима уже близко. От морозного холода носы у обоих слегка порозовели, и они подсознательно прижались друг к другу, чтобы согреться. К этому времени они уже полностью освоились в обществе друг друга. Всё казалось естественным. Тишину нарушало только то, что Чимин жаловался на онемевший рот и ныл на отсутствие сочувствия со стороны Юнги. Их руки коснулись друг друга, когда они шли, и старшему так и хотелось просто протянуть руку и сократить расстояние, чтобы взять руку фигуриста в свою, но он этого не сделал. Он даже не осознавал, что они уже дошли до дома Чимина, пока не оказались возле него. Он был погружён в свои мысли, слишком отвлёкся, думая о фигуристе. — Ну… тогда, наверное, увидимся через пару дней? — спросил Чимин, поскольку сейчас выходные и ни у кого из них не была запланирована тренировка. Юнги думал, что видел грусть на лице младшего. Он не мог отрицать, что у него в груди такое же чувство. — Я с нетерпением буду ждать встречи, — мягко улыбнулся он. — И спасибо за рамён. Чимин только кивнул. Наступила пауза, когда их взгляды встретились, как будто они оба ждали, что скажет другой, и та напряженная атмосфера, которая была раньше, внезапно возвратилась снова в полную силу. Они словно два магнита, притянутые друг к другу какой-то невидимой силой. — …Спокойной ночи. Чимин первым прервал молчание, быстро опустив глаза к земле. Он так хотел что-то сказать, признаться, но небольшие сомнения в том, что его чувства не будут взаимны, заставили его повернуться и пойти домой. Увидев, что юноша отвернулся, Юнги на секунду запаниковал. — Чимин, подожди! Вынырнув из этого состояния, он пробежал небольшое расстояние до того места, где стоял фигурист, держась одной рукой за дверь и собираясь войти внутрь. Он выглядел растерянным, но лишь на мгновение, потому что потом губы Юнги оказались на его губах. Он поцеловал его. Юнги прижался к нему, сначала мягко, а потом всё настойчивее, когда понял, что Чимин не оттолкнул его. Он целовал его так, как мечтал весь день, притягивая к себе за тонкую талию. Чимину нравилось чувствовать, как большие руки обхватывают его, крепко прижимая к себе, словно никогда не хотели отпускать. Он со вздохом прижался к старшему, как только они оказались ещё ближе. Это ощущение вызывало привыкание каждый раз, когда их губы встречались. Маленькие пальчики играли с мягкими волосами у основания шеи Юнги, руки обхватили его голову. Хоккеист отстранился, напоследок чмокнув губы Чимина, которые теперь так красиво припухли и покраснели. Они были всё ещё так близко, что Чимину пришлось пару раз моргнуть, чтобы сфокусироваться на лице напротив. Он почувствовал знакомый запах кофе, который витал вокруг старшего, а также что-то чистое, свежее и так неявно напоминающее Юнги, что у него голова пошла кругом. Он мог бы окутывать себя этим запахом весь день. Он кричал о безопасности и комфорте. — Я… что это было? — младший почти шептал в своей дымке, вызванной поцелуем. Юнги просто смотрел на него с глупой улыбкой. — Поцеловал, чтобы не болело, — он невинно наклонил голову, подражая предыдущему комментарию Чимина. Фигурист не смог сдержать смех, который вырывался у него из-за нелепости этого человека, и прикрыл своё раскрасневшееся лицо. Тем временем Юнги таял от того, насколько мил этот парень. Он провёл большим пальцем по нижней губе Чимина, не в силах отвести взгляд. От этого действия фигурист покраснел с головы до ног, наблюдая за тем, как пристально смотрел на него старший. Юнги улыбнулся, впитывая каждую деталь лица юноши, стоящего перед ним. Вблизи он был ещё красивее. — Я лучше пойду. Уже поздно, — неохотно пробормотал он. — Всё ещё больно, — надулся Чимин. — Может, нужен ещё один поцелуй, чтобы убедиться, что стало лучше? — в его глазах появился озорной блеск. Он знал, что ведёт себя мило, и старший рассмеялся, совсем ослабев перед ним. Юнги нежно приподнял подбородок Чимина, не в силах удержаться от последнего поцелуя. Он отстранился, пытаясь поймать мягкие губы своими. — Спокойной ночи, Чимин-и, — тихо прошептал хоккеист ему в губы, прежде чем отойти, оставив ошеломлённого младшего в дверях, пытающегося осознать, что, чёрт возьми, только что произошло.
