in aeternum.

Порой Инуи казалось, что его жизнь - артхаусное кино. Но она будто записана на старую потертую пленку, где раньше был советский фильм ужасов. И теперь, вместо яркого мира вокруг, где все жаждет объяснения и осмысления, его окружает лишь крик боли и запах разочарования. Порой казалось, что судьба решила сыграть с ним в игру, не объявляя начала и не объясняя правил самой игры. Сначала он, как последний идиот влюбляется в парня, что влюблен в его сестру. А после тот, спутав их, вытаскивает его из огня. Чем больше Инуи думал об этом, тем больше это походило на безумие. На созданный по заказу, лишь для него одного, Ад. Что чувствует твоя душа, когда ты неумолимо твердишь ей: «я должен был умереть.» Быть может сейчас он сидит в этой маленькой кухне, но на самом деле, он умер в тот день. Умер под взглядом Коко после осознания: «Я не Акане.» «Лучше бы я тогда умер, чем увидел в его глазах разрушенный, в одно мгновение, великолепный дворец из хрусталя, что был с таким упорством возведен во имя любви к его сестре.» И все, что он помнит после это то как он бежал. Бежал со всех ног, не осмотриваясь по сторонам, от себя, от памяти о прошлом. От Хаджиме. В чьих глазах он был, как ему казалось, вечным напоминанием о Акане. «Я не хочу, чтобы во мне он видел лишь её отражение.» И эта горечь осознания была такой терпкой, что заставляла морщится, как от первого в жизни глотка эспрессо. И если все в этом мире было мимолетным, то лишь чувства, что так берег Сейшу, были глубокими, в точности как Байкал. Эта любовь всю его жизнь была ядом, ибо не имела и шанса для своего существования. Она травила его сердце, вынуждая разбиваться на тысячи мелких осколков, которые он, не жалея рук, бережно собирал в калейдоскоп. Коконой видел все это, страдая каждый раз, будто в первый. Несомненно, однажды он готов был отдать свое сердце Акане Инуи. Но сейчас, вот именно сейчас, когда полуденное солнце искрится в шелковых волосах Сейшу, что сидит на его кухне, в его рубашке. Он осознает, что вряд-ли любил кого-то так же сильно и безнадёжно. Он не видел в нём его сестру. Коконой видел лишь парня, чей спокойный голос может вознести его до самых небес. Чей взгляд является настоящим благословением небес. Лишь того, кого он мечтает защитить от страхов и ужасов всего мира, закрыв собой, как зонтом, в дождливый день. «Сейшу Инуи - моя точка невозврата.»