in aeternum.

Хаджиме и Сейшу сидели завернувшись в клетчатый плед, наблюдая за развязкой какой-то мелодрамы, что попалась им на глаза совершенно случайно. Но её сюжет казался таким интригующим, что они который час не могли от неё оторваться. Какао, что было приготовлено заранее, стояло нетронутым и совершенно точно давно остыло. В воздухе витал запах попкорна и пастилы, которые своей сладостью, так напоминали о незабываемых детских вечерах дома у Коко. Улица за окном была окутана мраком и туманом, точно пуховым одеялом, в холодный зимний вечер. На краях окон виднелась беловатая изморозь, что служила напоминанием о скором наступлении холодов Но было в картине этого дня что-то особенное, совсем невинное и обаятельное. И это был совсем не монящий вид многоэтажек за окном или абсурная мелодрама на экране телевизора. Взгляд Хаджиме на Сейшу. Он был пропитан любовью и такой непреодолимой нежностью, что явно согревал Инуи лучше пледа и камина. Когда Коко впервые узнал, что так смотрит на парня, его обуял страх. Ведь нельзя привязываться к людям всем сердцем, это непостоянное и до ужаса сомнительное счастье. Все может развалиться в один момент, как карточный домик, под дуновением небольшого ветра. В их взаимоотношениях все было сложно. слишком сложно, чтобы Хаджиме оставил все как есть. Ему бы хотелось ничего не чувствовать к Сейшу. Вот только с каждым проведенным вместе днем, Хаджи понимал, что обратно дороги никогда и не было. Пусть лучше он и принял самое паршивое решение в своей жизни. Пусть отдал одному-единственному человеку своё никчемное, потасканное сердце. Может быть у него ничего и не останется, если вдруг Сейшу уйдет, но ведь он никогда не говорил, что просто отпустит его. - Коко, - прошептал Инуи, не отрываясь от экрана, - почему ты так смотришь? - Просто ты, такой домашний сводишь меня с ума. Сейшу опешил, будто его напрочь оглушило или быть может окатило холодной водой. Он медленно повернулся в сторону Коконоя, словно пытаясь осознать смысл сказанных слов. - Сейшу, почему.. - Коконой прерывается, стараясь найти подходящие слова, и через мгновение продолжает: - почему ты все время бежал от меня? Они смотрят друг на друга в поисках ответа на свои вопросы, что никак не могли решиться произнести в слух долгие годы. Они так увязли в этой трагедии, что перестали замечать, какую боль причиняют друг другу, играя в эти бесконечные "кошки-мышки". - Я боялся, - ответил, пожав плечами блондин. - Боялся, что я не значу для тебя ничего, когда ты значишь для меня слишком многое. Я чертовски боялся, что ты видишь во мне, лишь отражение Акане. Инуи стыдливо прячет глаза за ладонями, он надеялся, что этот разговор никогда не состоится, он никогда не был и не будет готов к нему. Ему совсем не хотелось знать больше, его устраивало то, что было сейчас. Сейшу наслаждался тем временем, что подарила ему судьба рядом с Хаджиме, даже, если этому суждено однажды закончится. - Ты всегда значил для меня больше, чем ты только мог представить. Я люблю тебя по той причине, что ты - это ты. Коконой протянул руку, очертив пальцами силуэт лица Инуи и бережно поднял его подбородок, желая заглянуть в глаза. - Я люблю тебя, когда ты уходишь, когда ты рядом, когда между нами километры. Я люблю не Акане в твоем лице, я люблю именно тебя. Он наклоняется к его губам, выдыхая теплый воздух прямо в них. И в эту самую секунду каждый вздох они делят поровну, снося этот чертов карточный домик до основания. Их губы соприкасаются, и есть в этом обжигающем прикосновении что-то неповторимое и важное. Что-то, что они никогда не смогут почувствовать с кем-то другим. Поцелуй такой мягкий и глубокий, что никому из них не хочется отрываться. Хочется только продлить это мгновение, всего на секунду, чтобы поверить в реальность происходящего. «Быть может Хаджиме Коконой ты есть мой Тесей, а я твоя Арианда. Быть может у меня нет брата Минотавра, а ты никогда не бродил по лабиринту. Но я точно уверен, что сам того не осозновая, вручил тебе нить, что всегда вела тебя ко мне.» И позже, когда ночное небо будет усеяно конфетти, а запах ночного города будет врываться через створку окна. Коконой произнесет нечто несуразное, что заставит Сейшу хихикать в подушку от абсурда. Быть может их связала не лучшая история, быть может у них много рубцов на душе. Но сейчас, когда Сейшу тает от поцелуев Хаджиме. Он точно знает, что они части единого целого.