В объятиях мести

Каэдэхара Казуха шёл по ночной тропе, освещённой убывающей луной. Синие блики спускались вниз по траве, а кроны деревьев томно шуршали от дуновений морского бриза. Молодой ронин никуда не спешил, ведь в тот день возвращаться было некуда. Дом, который он обрёл благодаря молодой майко, пугал его, ведь только сумасшедший может полюбить насильника. Он старался тщательно продумать как именно он сможет пробраться в покои Электро Архонта, а мысль о свершении мести грела его сердце. Вокруг было безлюдно, что позволяло Казухе не сдерживать свои эмоции в монологе, звучащем в его голове. В какой-то момент они настолько захлестнули его, что он, сам того не заметив, вскрикнул: — Да только самоубийце под силу оказаться подле Райден! Внезапно рукав его одеяний за что-то зацепился. От неожиданности Казуха обнажил свой меч и в ту же секунду клинок оказался около горла незнакомца. Молодой, худощавого телосложения, низкорослый парень с сине-фиолетовыми волосами смотрел на ронина. В глазах незнакомца не было страха, более того, они выглядели так, словно перед ним стояла кукла. — Я убью тебя раньше, чем твоя катана коснется моей шеи, самурай, — улыбнулся парень. — Какой самодовольный глупец! — горделиво произнес Казуха, — и как же тебя зовут, смельчак? — Разве спрашивают имя у того, кого собираются убить? — ухмыльнулся незнакомец, — Скарамучча, шестой Предвестник Фатуи, — синеволосый парень вежливо снял шляпу и поклонился Казухе. — Теперь у меня стало только больше поводов убить тебя, ведь это из-за вас моего друга убила Сёгун! — Каэдэхара еле сдерживал свои эмоции. — Я не виноват в том, что ты дружишь с такими глупцами, — засмеялся Скара, — но я услышал, что ты планируешь подобраться к Электро Архонту так близко, как это только возможно. Тебе стоит следить тщательнее за собой, такое поведение не достойно самурая. — То, что ты до сих пор дышишь — заслуга моей выдержки воина, но если ты продолжишь вести себя столь же вызывающе, я точно перестану себя сдерживать. Давай ближе к делу. — Так совпало, что я тоже хочу добраться до Сёгун, правда мне она нужна живой, так что если ты согласишься работать со мной вместе, то я позволю тебе сделать с ней всё, что пожелаешь, но только после моей встречи с ней, — продолжал Предвестник. — И как же ты мне поможешь? Лично проведёшь в её покои? — Ухмылку на лице Казухи было уже невозможно скрыть. — Её покои охраняются огромным количеством воинов Сёгуната. Даже если я помогу тебе с ними биться, мы вряд ли успеем всех одолеть до того, как она снова сбежит в свою Эвтюмию. — Эвтюмию? — О, так ты даже этого не знал? Может уже уберёшь свою детскую игрушку от моей шеи? Нам предстоит долгий разговор, так что позволь угостить тебя чашечкой чая за то, что я тебя побеспокоил этой одинокой ночью. По лицу Скарамуччи растеклась зловещая улыбка, от которой Казухе стало не по себе, но он не подал виду. Теперь у него появилась возможность отомстить, и даже маленькая нить такого шанса перевешивала все возможные негативные последствия. Убрав меч в ножны он молча направился за своим новым знакомым.

***

Молодой ронин отстраненно смотрел вдаль, слушая монолог Скарамуччи. Предвестник оказался весьма разговорчивым, что очень сильно утомляло Казуху, но выбора не было, новый знакомый рассказывал то, о чём не знали даже самые приближённые воины Сёгуна. — Пресвятые Архонты, ты просто невыносим! — Каэдэхара не выдержал и остановил поток мыслей Скары. — Снова поведение, недостойное самурая, — ухмыльнулся предвестник. — Ещё слово про моё поведение и я обезглавлю тебя. Подле тебя нет ни одного агента Фатуи, ты либо глуп, либо слишком самонадеян! — Разозлился Казуха. — Зачем мне агенты, если я могу буквально за 80 секунд положить тебя на лопатки лично? — Рассмеялся Скара, — неужто решил проверить мою силу? Сам-то не боишься умереть? Каэдэхара бросил руку на рукоять катаны, обхватив её со всей силы, резким движением руки, словно порывом ветра, вытащил клинок из ножен. Лезвие смотрело в сторону Скарамуччи. Предвестник взялся за острый край катаны двумя пальцами, отчего на одном из них проступила капля крови. — Если я выиграю, то ты поклянёшься выслушать меня, согласен? — Улыбнулся Скара. — Ты не выиграешь, — губы Казухи состроили самодовольную ухмылку. Скарамучча отпустил клинок ронина и медленно слизал каплю крови со своего пальца, не отрывая взгляда от своего оппонента. — Шестьдесят секунд, мне хватит минуты… — Ответив шёпотом, Скара обнажил свой клинок. На балконе, где находились молодые воины, раздался лязг мечей. Казуха обращался с катаной словно воин, повидавший тысячи сражений. Он был быстр как ветер, что позволяло ему не только атаковать противника, но и успешно уклоняться от его атак. Несколько ударов и Каэдэхара стоял лицом к лицу со Скарамуччей, скрестив мечи. — Десять секунд, поспеешь ли ты за мной? — Ухмылка не пропадала с лица Скарамуччи. В воздухе запахло, словно надвигалась гроза. Казуха на мгновение перестал слышать шум ветра, как перед бурей. В ту же секунду фиолетовое свечение будто поглотило ронина, дезориентировав его. Казуха лежал на полу, а сверху на нём сидел Скарамучча и держал свой меч у горла самурая. — Кажется ты просто не самурай, слишком слаб, — засмеялся предвестник. — Так убей меня, в чём проблема? Ты же из Фатуи, вам не привыкать просто так убивать людей, — улыбнулся Казуха. — И это мне говорит наёмный убийца, насилующий женщин по ночам? — Засмеялся Скарамучча. — Я убью тебя! — Вскрикнул от злости Каэдэхара. — Ахахах, ты до сих пор думаешь, что у тебя получится это сделать? — Скара не сдерживал своего смеха. Голос Скарамуччи был достаточно высоким, словно парень лишь недавно начал взрослеть, отчего смех его звучал одновременно по-детски и при этом угрожающе. Казуха молча смотрел в синие пустые глаза, в которых даже в такой момент не было ни радости, ни печали, будто перед ним сидит не человек, а бездушная кукла. — Будешь слушать меня в таком положении или, наконец, заткнёшься и молча продолжишь пить свой чай? — Пусть в глазах Скары и была пустота, но его улыбка не скрывала наслаждения победы. Скарамучча убрал клинок с горла Казухи, помог ему подняться, и они продолжили уже за столом. — Так вот, как я уже говорил ранее, сама Сёгун Райден — это не живой человек, а кукла со своим собственным сознанием. Однако все её действия известны Эи — непосредственно Электро Архонту. Также над этой куклой сама Эи может устанавливать контроль когда ей захочется. Происходит это следующим образом: сознание куклы достаточно нестабильно и может быть нарушено вмешательством извне. Однако у этого механизма сильнейшая защита, которую никто не в силах разрушить. При этом для перемещения своего сознания в куклу и обратно Эи должна находится в состоянии полного умиротворения и спокойствия, иначе тонкая грань может обломиться и тогда сознание будет заперто в кукле навсегда, что нарушит её мечты о стремлении к вечности. — Голос Скарамуччи был достаточно спокоен, даже несмотря на только что проведённый поединок. — И как ты предлагаешь выманить это её сознание в куклу? — спросил Казуха. — Помнишь, в момент нашего знакомства я пообещал тебе, что дам сделать с Райден всё, что пожелаешь, но после моей встречи с ней. Она поместит сознание в куклу чтобы встретиться со мной. Твоя задача — несмотря ни на что, не дать ей вернуться в Эвтюмию, для этого достаточно вывести её на сильные эмоции, в чём я также помогу тебе. Видишь ли, для меня она словно мать, а родитель никогда не сможет спокойно смотреть на ребёнка, не испытывая никаких чувств. Так что тебе всего лишь нужно не дать ей успокоиться, когда она будет рядом со мной. Перед тем, как мы направимся туда, я расскажу тебе в какой момент ты сможешь вступить в дело. — Я так понимаю, нет смысла спрашивать каким образом она считает тебя своим ребёнком? — Возможно расскажу тебе когда-нибудь, когда захочу, или если победишь меня в дуэли, — улыбнулся Скарамучча и допил свой чай, — Ты можешь остаться у меня, дом большой, мне не жалко. Думаю, если ты не доверял мне, то сейчас уже понял, что я мог убить тебя при нашей встрече. Мои намерения чисты и нас объединяет одна цель, которая, прошу заметить, никак не связана с моей миссией в Фатуи. — Допустим ты не хочешь меня убить, но где гарантия, что я завтра не проснусь в темнице Сёгуната? — Гарантий нет, но если это хоть как-то успокоит тебя, я могу пообещать защищать тебя от Сёгуната и Фатуи, — рассмеялся Скара, — как маленького ребёнка. — Спасибо, не надо, я сам в состоянии себя защитить. И свершить месть я тоже могу сам, — в голосе Казухи слышались нотки грусти и сожаления. Молодой ронин встал из-за стола и направился в сторону двери. — Спасибо за чай и безумно скучный монолог, а также за предложение помощи, но я пожалуй откажусь, — Каэдэхара махнул рукой и закрыл за собой дверь. Скарамучча лишь с ухмылкой наблюдал за попытками самурая не растерять честь, он знал, что уже через несколько дней они вместе будут стоять на пике Амакумо в ожидании исполнения своих желаний.

***

«Ночь завораживает своим безмолвием» — Казуха лежал на траве и смотрел на звёзды в раздумьях. «Может всё-таки стоило довериться этому странному незнакомцу?» — вопрошал он сам к себе. «Я всего лишь хочу, чтобы она ответила за твою смерть, дорогой друг. Это мой путь и только после свершения мести он закончится. Возможно стоит разок поступиться своими принципами ради высшей цели. В любом случае утро вечера мудренее, сначала необходимо всё обдумать как следует», — Казуха закрыл глаза и погрузился в объятья Морфея.