А ведь все могло закончиться и вот так...

Кульминация битвы при Винтерфелле. Защитники почти сломлены. Король Ночи готов убить Брана, Джон пытается пробиться на его защиту. Не успевает. И вот уже занесен меч над головой нового Трехглазого ворона, когда на помощь приходит… Мелисандра Асшайская собственной персоной. Пламя, наконец, встречается со Льдом лицом к лицу и так далее и тому подобное. А пока КН рубит Огненную жрицу, из темноты наскакивает Арья и тычет его ножиком в спину. Вот так все просто (и нечего копировать сцены из третьего «Фаркрая» — ну, ту, где Джейсон, вроде как уронив нож, ловит его и тычет в живот Ваасу). Королю резко плохеет, но мрет он не сразу (это тоже, ИМХО, был бы слив), он еще какое-то время дергается, машет мечом и Мелисандра, тоже сильно побитая, успевает наговорить много загадочных и многообещающих слов о Владыке света, о том, что все было предсказано заранее и бла-бла-бла. Общая идея: Джон Сноу — Принц-что-был-обещан, Арья — Огненный клинок (не, ну а что, кто сказал, что «клинок» это в буквальном смысле железка в чьей-то руке, а в крови наша ассасинка закалилась еще в Коргавани, когда ее отцу срубили голову его же мечом прямо у нее на глазах). Ну а потом, когда КН возвращается в естественное состояние (то есть, умирает), а следом за ним в то же состояние приходит и его армия зомби, Мелисандра валится на землю от полученных ран, говорит, что Великий Враг побежден, Владыка Света одержал победу, ее миссия выполнена и она уходит к Нему, чтобы искупить все то, что совершила в этой жизни. После чего срывает с себя ожерелье — прямо у всех на виду. И тоже возвращается в свое естественное состояние (то есть превращается в древнюю старуху) и умирает. (где-то за кадром хватается за голову Джендри: «Я же видел ее без этой штуки! И… гхм… не только видел… И она была нормальной!» Режиссер велит ему заткнуться. Все равно ту серию с пиявками снимал не он). Несколько недель после битвы чудом уцелевшие северяне хоронят умерших (с обеих сторон), восстанавливают замок, собираются с силами — нет, ну с какой стати им сразу переть на КГ? Этого времени Дейнерис хватает на то, чтобы понять, что их бурная любовь с Джоном не прошла бесследно… Нет, я серьезно. Почему сценаристы этого не написали? Это ж, блин, очевидный ход! Тем более, еще перед началом сезона в Сеть утекли фрагменты, где был явный намек на то, что Мирри Маз Дуур, еще в первом сезоне предрекшая, что Дени навсегда останется бесплодной, соврала? Тем не менее, Дени в это пророчество серьезно верила (особенно после того, как некоторые его детали сбылись). Поэтому внезапно наступившая беременность не на шутку ее обескуражила. И Джораха тоже (да, он выжил — сценаристы грохнули его, я считаю, лишь за тем, что сами не знали, как развязать его сюжетку. Ну и надо же кого-то убивать время от времени, это ж ИП, е-мое). В общем, Дени узнает, что ждет ребенка — и сразу загорается идеей, что истинным королем Вестероса должен стать именно он. И что она сделает все, чтобы Железный трон достался именно ему. Вот только Джон, которого эта новость тоже слегка выбила из колеи, не очень уверен в том, что так будет лучше. А уж после того, как Бран рассказал всем правду о его происхождении… Нет, сначала наш провидец на коляске рассказывает все только ему одному, а потом решает посвятить в этот секрет еще и Сансу. И от нее в считанные дни Великую тайну о родителях Джона Сноу узнают едва ли не все сюжетные персонажи. И на ближайшем королевском совете выдают эту правду Бурерожденной прямо в лоб. Услышав о том, что тут, оказывается, есть более законный наследник трона, чем она, Дени приходит в ярость. Но Варис (да, да, он тоже выжил!) вместе с Тирионом предлагают компромисс: поженить обоих претендентов, чтобы они правили вместе. Дени успокаивается, но Джон резко возражает — ему Железный трон нафиг не сдался, а жениться на кровной родственнице для него вообще нечто запредельное. Чуть позже Тирион, поймав бывшего дозорника в коридоре, напоминает его слова в одной из первых серий: «слышь, бастард, ты ж вроде клялся, что не станешь отцом бастарда, помнишь? Ну так действуй, у тебя еще месяцев шесть-семь есть на то, чтобы он успел родиться НЕ бастардом!» Джон скрипит зубами, сжимает побелевшими пальцами рукоять меча с волчьей головой… Но возразить ему нечего. В Винтерфелле готовится королевская свадьба и поход на КГ опять откладывается. За это время Варис, успев узнать Джона поближе, разуверивается в том, что свадьба решит все проблемы. Если раньше он надеялся на то, что Джон Рейгарович сможет хоть как-то сдерживать буйную жену-пироманку, то теперь видит, что надеяться на этого тюфяка, у которого каждая вторая фраза — это «ты моя королева» и «я весь твой» — дохлый номер. И еще Тирион, который после встречи с дочерью Эйриса как-то внезапно посерьезнел, завязал с выпивкой и постоянно твердит о том, что престол по праву принадлежит Таргариенам, а эти двое — последние выжившие Таргариены (где-то рядом согласно кивает Сэм Тарли, не так давно похоронивший предпоследнего), так что ничего не попишешь. И тут внезапно лысый евнух меняется в лице и отчего-то становится похож на одного зеленого чебурашку в болоте, так похож, что у зрителя сами всплывают в голове слова: «Еще один Таргариен есть, ммм?». Нечто похожее Варис, кстати, и произносит. Погода постепенно улучшается — ну правильно, КН ведь уже все. Санса вместе с Арьей, сделав вброс про то, что «а наш Джон-то тоже Таргариен, круто, да?» уезжают на юг, к Арренам (вот что, спрашивается, вассалы Орлиного гнезда делали, пока убивали Бейлиша? И что они делали потом?), мотивировать местную аристократию на войну с Ланнистерами и заодно вправить мозги Робину/Роберту — ИМХО, надо под это дело выделить хотя бы половину серии, чтобы Аррен-младший не выпрыгивал аки черт из табакерки в самом конце. Джон, оправившись от шока, постепенно входит во вкус и готовится к войне с Югом. Дени тоже. Она, как ни странно, быстро смирилась с тем, что власть таки придется поделить. Конечно, в ее положении настроение и так меняется, как погода в Питере… К тому же она своего неожиданного родственника просто любит. Действительно любит. В этой суете все забыли о том, что в Винтерфелле, помимо Королевы Драконов, Короля Севера и «короля френдзоны», есть еще и «король фриланса», который все за всех делает и которого все после этого кидают. Мы говорим, конечно же, о Бронне, о котором все давно забыли. А зря. Мы помним, что Серсея приказала наемнику убить Тириона, но тот, как всегда, пообещал ему заплатить больше и Бронн, немного поразмыслив, согласился. Однако в нашей сюжетной линейке у него за эти месяцы было время подумать. И он все-таки решает выполнить тот квест, что взял раньше. И вот он нападает на карлика, но рядом оказывается Джейме и тут же кидается на помощь брату. Дальше следует эпичный файт ученика и учителя (символично, согласитесь), где ученик побеждает благодаря своему увечью — отбивает очередной удар железной рукой, где меч Бронна застревает на пару секунд и Джейме за это время успевает его заколоть. Пока Бронн умирает, Тирион подходит к нему, спрашивает: «Почему, дружище? За что ты меня так?» И Бронн отвечает, что да, когда-то они были друзьями, но он по жизни такой, он продает свои услуги и свой меч тем, кто заплатит, короче, ничего личного, чисто бизнес. И ваще не я такой, жизнь такая. Тирион молчит, потом закрывает наемнику глаза, уходит к себе и впервые за долгое время напивается. Еще одна трагедия. Но это ж ИП, не забывайте. Зато в одном кадре с Серсеей он уже не появится. Это тоже плюс. А Джейме понимает, что его сестра все равно не успокоится. Если этим не займется он сам. Зайдя напоследок к пьяному вусмерть Тириону, он рассказывает ему о том, что Серсея ждет ребенка и что он должен спасти ее от самой себя… Или умереть, пытаясь сделать это. Бриенна, которая случайно (или нет) услышала его слова, тут же пытается Джейме отговорить. Тот утверждает, что это единственный способ избежать кровопролития. И что она мать его ребенка. И что она, Бриенна, заслуживает титул рыцаря Королевской гвардии больше, чем он и все остальные (кажется, он и в сериале такое говорил, но не суть). Переспят они или нет — решайте сами. Так или иначе, Джейме уезжает. Таймскип. Проходит какое-то время, зима окончательно отступает, войско Севера, Речных земель, Арренов, Одичалых и всех остальных «хороших» подходит к Королевской гавани. У Дейнерис уже ощутимо выпирает живот. Но за это время Серсея тоже хорошо подготовилась. И как только Дени решает устроить «психическую атаку» на драконах (Джон убедил — чтобы враги испугались, сдались и все закончилось без крови), их встречает шквальный огонь со стен. Утыканный стрелами Рейгаль с Джоном летит вниз и разбивается насмерть. Раненый Дрогон успевает улететь достаточно далеко и делает мягкую посадку. Теперь у «освободителей» авиации нет. А на земле на них уже наступают Золотые мечи. Со слонами. Во время битвы Джейме тайком пробирается в КГ. Тем временем слегка контуженная от падения Дейнерис окончательно сходит с ума и готова жечь все и всех («Моя дочка!» — довольно улыбается на том свете Безумный король). Собственноручно вытаскивает из Дрогона стрелы и баллистические снаряды, прижигает ему раны (дракон ревет, Дени тоже), забирается на него, взлетает и летит жечь. Джейме умудряется пробраться по воюющему городу незамеченным и проникает в Красный замок. Там он узнает, что сестра практически сразу после его побега на север выхлестала полную чашу лунного чая (как не раз уже делала с Робертом), поскольку не хотела рожать от «предателя» — и теперь уже сам готов убить ее. Но нет, Дважды Цареубийцей он так и не успевает стать, в последний момент одумывается, просит Серсею сдаться, говоря, что из Ланнистеров остались только они и в одиночку им не выстоять против всех. Серсея тут же бросает его в темницу и приказывает стоять насмерть. Тем более, что им это вроде бы и удается. А зря. Пока наемное войско теснит врага в поле, а свое обороняет стены, она совсем забыла о тылах. Например, о гавани. Куда уже высаживает десант Железный флот под командой Теона Грейджоя (да, он тоже выжил — его вообще в Винтерфелле не было). Эурон, хоть шоураннеры и пытались сделать из него безмозглого отморозка, все же такое предусматривал — и выделил хоть сколько-то людей на охрану порта. Но их мало. Пираты легко их сминают и начинают грабить город, но основная их часть во главе с самим Теоном идет на Красный замок. Яру вытаскивают из казематов — небольшая отсылочка к третьему сезону со сменой ролей — и тащат к гавани. В соседней камере тихо воет полумертвая Эллария Сэнд, прикованная рядом с разлагающимся трупом дочери. В другой еле слышно стонет септа Юнелла — она все-таки пережила встречу с зомби-Клиганом. Но на них уже всем пофиг. Джейме до темницы так и не доводят — пираты добираются до казематов раньше королевских стражников. Файт все же не случается — Джейме уговаривает своих конвоиров сдаться и бежит обратно к сестре. Пираты с ним. Уже наверху их встречает Эурон с отрядом головорезов. Эпичный файт на крепостной стене, в котором Теон погибает от руки дяди, Яра легко ранена, Джейме не очень легко — но они побеждают. Тяжело раненый Эурон падает в море, его бойцы, увидев смерть главаря, поднимают руки (почти как с КН на севере). В этот момент в зону боевых действий возвращается Дени — и ЖЖЕТ. Сначала жжет артиллеристов и лучников на стенах, просто чтоб не мешались. Затем офигевших от такого сюрприза Золотых мечей и солдат Ланнистеров, бьющихся в поле. Достается и своим — тем, кто находился в близком контакте с врагом. Варис, сидя в тылу, все это видит — и очень сильно сомневается в том, правильную ли сторону он выбрал. Тирион пытается его успокоить, говоря, что война есть война, а Таргариены всегда остаются Таргариенами и любят жечь. «Не все…» — многозначительно поправляет евнух. И он говорит сейчас не о Джоне. Да, еще одна тайна этой вселенной раскрывается под самый конец. Старая, очень популярная и очень правдоподобная теория, на которую делаются очень откровенные намеки в книгах — да и в сериале тоже — оказывается верной. Настоящий отец Тириона — Эйрис Таргариен, затащивший в постель фрейлину своей жены. Естественно, мастер над шептунами знал это с самого начала. И естественно, всегда его поддерживал и потихоньку подталкивал к Дени. Чтобы уцелевшие Таргариены держались вместе. Потому что все они — либо гении, либо сумасшедшие, а Тирион явно не сумасшедший. Конечно, королем он стать не может, ибо бастард. Но он, увы, единственный, кто может вытащить страну из задницы, в которой она оказалась. Джон, кстати, выживает — и видит, как Дени жжет. Серсея, забравшаяся на башню Красного замка, тоже это видит. Она стоит наверху с Квиберном, Григором-зомби — и плененной Миссандеей. Убедившись, что Дейнерис это видит, перерезает девушке горло и бросает ее вниз. Это последняя капля. Только сейчас Дени понимает, что такое «разбудить дракона». Дальше она просто летит к Красному замку и ЖЖЕТ. Безупречные, во главе с Серым червем, словно почувствовав ту же дикую ярость, что и Разрушительница цепей, моментально дорезают оставшихся Золотых мечей — в том числе и тех, кто пытается сдаться — и рвутся к городу. Остальные идут за ними. Серсея, глядя, как дракон сжигает КГ, немного приходит в себя и понимает, что все, конец. И пророчество было правдой: она успела родить лишь троих детей, прежде чем явилась новая королева, моложе и прекраснее нее. И что валонкар — неважно даже, кто именно — заставил ее почувствовать вкус пепла во рту. Все. Конец. Никого не осталось. Только она одна. Или нет? Джейме, зажимая рукой рану, поднимается наверх и говорит, что поможет ей бежать. потому что они, что бы ни случилось, всегда будут вместе. Внизу их встречает Сандор Клиган. И Арья. Но с ними есть кому разобраться. «Сколько осталось имен в твоем списке?» — спрашивает Пес у Арьи. — «Сейчас на одного меньше станет». И неважно даже, кто победит — в списке они оба. Здесь все как по сюжету — поединок двух братьев, рушащийся замок, огонь, смерть. Минус два имени в списке Арьи. Джейме с Серсеей спускаются в те самые ведущие к морю катакомбы, через которые Джейме проник в город. И там их уже ждет Эурон — а что, вы думали, он так просто убился? Король пиратов достает два топора и говорит, что это он — король по праву, что трон и Серсея принадлежат ему и что если он умрет, то заберет с собой и всех остальных. В этот момент он действительно выглядит безмозглым психопатом. Джейме кричит Серсее бежать, а сам начинает файт. Эурон ранен сильнее, но у Джейме всего одна рука и Грейджой побеждает. Он смеется, говоря, что Цареубийца уже не тот и он, Эурон, забрал себе все, что у него было. За Железную цену, как полагается. Джейме в последний момент бьет его в живот кинжалом Тириона и говорит, как сильно тот облажался: и Морской трон потерял, и Железный не получил, и ребенок Серсеи вовсе не от него (как он думал). Эурон умирает, Джейме обессиленно валится рядом. Серсея бежит по подземельям совершенно одна, Квиберн где-то потерялся. Натыкается на свежий завал — пути дальше нет. Поворачивает назад — видит идущего к ней Джейме. Бросается к нему, говорит, что выхода нет, что они пришли в этот мир вместе и вместе же его покинут. Брат отвечает, что она последняя. Серсея не очень понимает. Джейме зачем-то добавляет «Валар моргулис». Серсея отшатывается назад — с ножом в груди. Потом падает. «Джейме», глядя на нее, повторяет: «Последняя». Затем «снимает» лицо и поднимается обратно, в догорающий город. Настоящий Джейме лежит рядом с трупом врага, глядя в никуда. Битва окончена. Небольшой таймскип. Дейнерис восседает в кресле на площади перед разрушенным Красным замком. Перед ней проходят уцелевшие лорды Семи королевств, один за другим. Преклоняют колена, приносят клятвы и, отходя, бросают ей под ноги мечи. Как перед Эйгоном триста лет назад. Джон сидит рядом. Варис уже давно капает ему на мозги, убеждая в том, что Дени, мягко говоря, не лучший претендент на ЖТ, напоминая, чья она дочь и предупреждая, что она уже вошла во вкус — познав силу огня, она уже не прекратит ЖЕЧЬ. Параллельно он распространяет среди лордов сведения о том, чей на самом деле сын Джон Сноу. Один из этих лордов рассказывает все Королеве драконов. В тот же день Серый червь с Безупречными арестовывают евнуха и притаскивают под светлы очи Дейнерис. «Есть что сказать перед смертью?» — интересуется она. «Все, что я делал… Я делал только ради страны», — спокойно отвечает Варис. Он уже смирился с тем, что все, его сюжетка закончилась. Дени жжет Вариса прямо в тронном зале, а затем приказывает ЖЕЧЬ всех, с кем евнух общался тет-а-тет последние недели. В том числе и того лорда, который на него донес. «Это все ради страны», — повторяет Дейнерис Джону, который пытается ее разубедить. Тирион тоже пытается, но в конце концов не выдерживает, срывает с себя знак Десницы и швыряет под ноги королеве. Его тут же арестовывают и тащат в темницу. Джон снова пытается ее успокоить, но в этот раз королева сама злобно его одергивает, говоря, что тот, кто не с ней, тот против нее. Через некоторое время в полуразрушенном крыле Красного замка, где раньше располагались покои мейстера, стражники находят истощенного и оборванного старика. Это Квиберн, который каким-то чудом уцелел. Пару дней спустя, когда он немного пришел в себя, его приводят к Дени, которая предлагает ему стать ее личным мейстером. Да, своих врагов и их вассалов она жгла без жалости, но мейстеры в ее глазах — скорее живые инструменты, чем люди, они служат тому, в чьей руке находятся. Кто станет винить молоток или топор? Раз уж он выжил, пусть и дальше служит своей королеве. Квиберн, выслушав ее предложение, говорит, что он всегда служил своей королеве. Единственной истинной королеве. Серсее Ланнистер. И с этими словами бросает в Дени какой-то стеклянный пузырек. Он разбивается у самых ее ног и через секунду Дейнерис, хватаясь руками за горло, падает на пол. Еще через секунду на пол падает и Квиберн, которого пронзает мечом Джорах Мормонт. Еще через секунду он кидается на помощь своей кхалиси, торопливо заматывая лицо первой попавшейся под руку тряпкой. Дейнерис несут в полуразрушенные покои Великого мейстера. Сэм (ну а кто еще, спрашивается) говорит, что может спасти королеву, но это вызовет преждевременные роды. Джорах поначалу не соглашается (он помнит, что случилось в прошлый раз), но Дени приходит в себя и говорит, что не позволит огню внутри себя погаснуть. Даже ценой собственной жизни. Все кончается хорошо (это же Сэм, он вообще все может): Дени спасена, ребенок тоже. Все счастливы. Дени, оправившись после родов, говорит, что ее сын (я не знаю, пусть будет Рейго-второй) — это Принц-который-был-обещан, Жеребец-который-покроет-весь-мир и Примарх-Второго-легиона-которого-так-и-не-нашли в одном лице. Джону немного не по себе от таких слов, но он тоже очень рад, что ребенок жив-здоров. Едва поднявшись на ноги, Дейнерис решает представить своего сына и наследника всей своей армии. Она говорит, что сегодня зажглось новое солнце, которое встанет на Западе и сядет на Востоке, который воссоздаст величие древней Валирии — уже не фригольда, а Империи, которая объединит все человечество, где не будет ни рабов, ни их хозяев. И что встреча с Квиберном показала ей, что некоторые люди предпочитают умереть, но не отказаться от старого образа жизни, где есть угнетатели и угнетенные. И если они желают смерти, она им ее принесет. И что огонь смывает все грехи и пороки. Безупречных и уцелевших дотракийцев ее речь приводит в восторг. Вестеросцев — скорее пугает. Они, наконец, осознают, ЧЬЮ дочь привели к власти. Первым из тех, кому предстоит сгореть во имя светлого будущего, королева выбирает Тириона. И просит Джона привести его в тронный зал, где она сама исполнит приговор. Джон ведет старого друга по пустым коридорам Красного замка. Он уже и сам не знает, что ему делать и куда стремиться. Тирион, заросший и оборванный, пытается его убедить, что Дени сошла с ума, что она не остановится и будет сжигать всех на своем пути: виновных и невиновных, мужчин, женщин и детей… Они приходят в разрушенный зал, где стоит Железный трон — точно такой же, как Дени видела в Кварте, в Доме Бессмертных. Дейнерис прикасается к одному из лезвий, торчашему из Трона и говорит, что она и не думала, что творить добро, сжигая злых людей, может быть так приятно… и легко. Джон идет к ней и пытается сказать, что Тирион — тоже ее родственник и нельзя его убивать. Дени, не оборачиваясь, бросает, что бастардам в ее семье места нет. Нашла кому сказать такое… Джон все равно пытается ее отговорить. Война окончена, говорит он. Она победила, говорит он. Не нужно больше смертей, говорит он. Нет, отвечает она. Война никогда не закончится. И просит Джона отойти в сторону, потому что сейчас полыхнет. Да, Дрогон уже здесь и ждет команды. Джон понимает, что иного выхода нет. Он подходит к Дени, обнимает ее за плечи и говорит: «Ты всегда будешь моей королевой… моей единственной… Но все зло в мире нельзя убить… даже тебе…» «Я твоя королева… А ты мой король…» — отвечает Дейнерис. — «Одна я не смогу, но нас двое… Вдвоем мы можем все». «Ты права… зло должно уйти, кем бы оно ни было», — обреченно соглашается Джон. Он целует Дени в губы и втыкает ей в грудь нож. «…Мне очень жаль», — договаривает он. Джорах просто столбенеет — такого не ожидал даже он. Дрогон в бешенстве, он мечется, ревет, а потом сжигает Железный трон, к которому его матерь так стремилась… Который забрал ее жизнь. В зал врываются Безупречные, среди них СЧ. Видят на полу тело Бурерожденной и в ярости хотят убить всех присутствующих. «Стой», — говорит Мормонт. — «Это сделал я. Они не успели мне помешать». Офигевшие Джон и Тирион молча слушают. Червь ждет секунду-другую — и опускает копье. Как и его соратники. Потом просит Джона заточить сира Джораха в темницу. Или убить прямо здесь. Или дать убить им. «Я сам», — говорит Джорах. Джон велит Безупречным уйти. «Почему?» — спрашивает он, как только дверь за ними закрывается. И Джорах отвечает, что он много лет заботился о своей кхалиси и не позволит, чтобы ее сын вырос без обоих родителей. А если Джон умрет — начнется новая война и все, ради чего она страдала и заставляла страдать других, пойдет прахом. Да, она лишилась души и разума ради Железного трона, но он верил в ее мечту о мире, где нет ни рабов, ни господ. И до сих пор в нее верит. И готов умереть за нее. Тем временем возвращается СЧ — и с ним представители дотракийцев, железнорожденных, северян и другие, желающие исполнить приговор. «Не надо, я сам», — снова говорит сир Джорах. Он подходит к Дени, опускается на колени, берет ее на руки, выпрямляется и смотрит в глаза Дрогона. Тот уже немного успокоился и переводит взгляд с Джона на Джораха, не зная, что ему делать. Джорах смотрит ему в глаза, устало улыбается и произносит всего одно слово: «Дракарис». Все молча смотрят, как Мормонт сгорает заживо, держа на руках тело женщины, которую любил. Когда от обоих остается один пепел, Дрогон взмахивает крыльями, разнося его во все стороны, и улетает. Серый червь провожает его взглядом, впервые в жизни не зная, что ему теперь делать. Он готов был идти куда угодно за Серебряной королевой, но теперь ее нет. Он смотрит на Джона — но у того тоже нет ответа. Они есть у Тириона: он говорит, что Дени всегда хотела, чтобы они стали свободными. И все. «Иди и живи как хочешь». Предводители дотракийцев говорят, что хотят вернуться в Великое травяное море и ждать, пока Жеребец-который-покроет-весь-мир повзрослеет. И их отправляют обратно в Эссос. А тем, кто остался, Санса и Тирион объявляют имя нового короля Вестероса. Эйгон из дома Таргариенов, именуемый Шестым, ранее известный под именем «Джон Сноу». Таймскип. Страна потихоньку восстанавливается после войны и долгой зимы, пока однажды ночью один из стражников замечает Джона/Эйгона идущим пешком (почему-то) в сторону городских ворот. У ворот его уже встречает целая делегация: Санса, Арья, Бран, Тирион и Давос Сиворт. Какого, собственно, хрена? — спрашивают они. — Куда намылился, друже? Ты король или где? У тебя, если что, сын маленький растет… «Именно поэтому я и ухожу», — отвечает Джон. — «Я не могу по-другому. Я убил Дени. Сир Джорах взял вину на себя, но правда рано или поздно выплывет наружу… И тогда начнется новая война, которой не будет конца и края. Поэтому я ухожу. А королем пусть будет Рейго-второй. А вы уж постарайтесь, чтобы он стал хорошим королем и хорошим человеком. Чтобы сохранил в себе и мечты матери, и надежду отца. Только такой король нужен сегодня Семи Королевствам». «Даже если это и так», — говорит Давос. — «Почему ты ушел так рано? Не лучше ли было подождать, пока твой сын хоть немного возмужает? Кто, кроме тебя…» «Он прав», — вклинивается Бран, глядя в одну точку. — «Если даже вожак умрет, стая может выжить… Если она действительно близка… Так было и будет всегда». «Тогда мой последний приказ, как короля», — говорит Джон. — «Назначить Тириона Ланнистера регентом Семи королевств. — И добавляет после короткой паузы. — Потому что он единственный из всех, кого я знаю… Кто не попытается узурпировать власть для себя». Он проходит через ворота — и прямо перед ним приземляется огромный черный дракон. И грозно смотрит на него сверху вниз. Все отступают назад — кроме Джона. Давос говорит королю (бывшему королю) отойти — ведь Дрогон помнит, кто именно убил Дени. Где-то рядом испуганно ахает Санса — только сейчас она понимает, КАК Джон хотел «уйти». И бывший король, он же бывший лорд-командующий ныне погибшего Ночного дозора, говорит, что он должен принять последствия того, что совершил в этой жизни. И тот, кого он всю жизнь считал своим отцом, это бы одобрил. В виде кучки пепла он уже никому не будет угрожать… И тут снова вмешивается Бран. Он говорит, что Джон прав, говоря о том, что должен уйти из Игры престолов. Но для этого вовсе не нужно умирать… «Ты это дракону объясни…» — перебивает его Давос. «Сейчас объясню», — все тем же мертвенно-спокойным тоном отвечает Бран. — «Думаете, я позволю умереть тому, кто предотвратил возвращение Долгой ночи? Зачем я, спрашивается, проделал весь этот путь?» «Хочешь остановить дракона? Смелые слова для того, кто не может даже ходить!» — Тирион от страха решает вспомнить навыки тонкого, как ему казалось, троллинга. «Не могу, — соглашается Бран. — Но я могу летать…» И его глаза резко белеют. И у Дрогона тоже. А потом Бран перестает дышать. Джон, мигом утратив все самообладание, бросается к тому, кто столько лет был его младшим братом. Несколько секунд трясет безжизненное тело. Затем медленно поворачивается к так же внезапно успокоившемуся Дрогону. Он все понял… И радостно улыбающийся Тирион тоже понял. После того, как Бран стал Трехглазым вороном, Памятью мира… Разве можно запереть ТАКУЮ память в теле мальчика-калеки? Нет, для этого нужно совсем другое тело, сильное, могучее… долго живущее. Способное прийти тогда, когда в нем действительно нуждаются. Санса все еще не поняла, что случилось и плачет над телом Брана в инвалидном кресле. Арья пытается ее успокоить, говорит, что если бы Многоликий бог призвал к себе душу Брана, она бы это почувствовала. Но он жив, пусть и не дышит. Многоликий еще не закрыл его глаза… И вряд ли закроет. «Не волнуйтесь за меня», — говорит Джон. — «Куда бы я ни ушел, я буду не один. Бран будет со мной. И если я снова вам понадоблюсь, Бран мне об этом скажет». И тебе тоже, если ты обманешь мои ожидания, — мысленно договаривает про себя Тирион. И согласно кивает бывшему королю на его невысказанные слова. В конце концов, он тоже Таргариен и тоже понимает силу драконов. Бран с Джоном на спине взлетают в ночное небо и исчезают. На следующий день Тирион собирает совет и первым делом интересуется, готовы ли они признать его регентом. Санса немного растеряна: ОН СПРАШИВАЕТ ИХ СОГЛАСИЯ? Почему бы просто не поставить их перед фактом, ведь они ниже его и должны подчиняться? Тирион объясняет свой бывшей (?) супруге, что не собирается цепляться за власть посиневшими пальцами, но если лорды не захотят его, пусть выберут другого регента сами. Не выбрали. После недолгих дебатов карлика утверждают регентом. Санса становится правительницей Севера (как части Семи королевств, а не независимого государства) и вскоре уезжает обратно. На прощание Тирион говорит, что в следующий раз они нескоро увидятся, Санса в ответ улыбается и говорит, что Север всегда рад принять у себя короля и его регента… так часто, как им этого захочется… Если, конечно, они будут относиться к северянам с должным уважением и не заставлять их преклонять колени. «Лучше я сам повыше вставать буду», — смеется в ответ Тирион и по лицу Сансы видно, что она совсем не против того, чтобы их новая встреча случилась поскорее… Сэм Тарли уходит из Цитадели и становится лордом Рогова Холма. Он женился на Джилли и сейчас у них уже трое детей. В новый Малый совет входят сам Тирион (регент), сир Давос Сиворт (Десница, как и при Станнисе), Яра Грейджой — мастер над кораблями, Бриенна Тарт — леди-командующая Королевской гвардии, и другие. На должность мастера над шептунами Тирион хотел назначить Арью, но та покинула КГ вскоре после Джона и сейчас плывет по морю на запад от того, что называется Западом. Что она там найдет — х.з. А далеко-далеко на севере Джон, сидя на куче снега рядом со спящим драконом, смотрит сначала на обвалившуюся Стену и опустевший замок Дозора, а затем на проталину в снегу, где уже начинает распускаться цветок. Впервые за много веков. Он устало улыбается и смотрит в небо, где виднеется красная комета. Конец