Больничный случай

            Оказавшись в детском доме Кэйа Альберих не сразу понял, что произошло. Он был слишком мал для этого. Ведь недавно всё было хорошо. Счастливая семья: мама, папа и сын. По выходным часто ездили то на дачу, к друзьям родителей — семье Рагвиндеров, то к бабушке. Что может случиться? Сначала родители не могли объяснить маленькому Кэйе, почему мы перестали ездить на выходных к бабушке. Так и не рассказали. Она скончалась от рака, когда ему было всего десять лет, но узнал он об этом только в двенадцать, когда попал в детский дом после смерти родителей. Мама и папа ехали с работы домой, но так и не приехали. По встречке ехал пьяный в стельку водитель, гнавший на полной скорости, который погиб моментально, и сбил родителей Альбериха. Как потом стало известно, их можно было спасти, но врачи ничего не предприняли, подумав, что здесь уже не помочь. Это он уже узнал в более зрелом возрасте. Дома их ждал маленький Кэйа. Поздно вечером он начал звонить им, но трубку не брали. Уже утром за ним пришла служба опеки и забрала. Он был спокоен и не понимал, что происходит, где мама с папой, почему его увозят. В первое время, после того, как он узнал о смерти своих родителей, от Кэйи нельзя было услышать и слова. Он как будто не мог этого осознать. Если его звали есть, то он шёл, но большее время он просто ковырялся вилкой в еде и съедал максимум пару ложек. Он просто хотел опять маминой еды — вкусного ужина, пряного пирога, или даже ту самую кашу с комочками на завтрак. С ним работали психологи и воспитатели, но единственное что они смогли сделать это то, что он начал хотя бы нормально есть.       Единственный, кто смог сблизится с Кэйей — это Венти. Практически схожие проблемы — нет родителей. Точнее у Кэйи они погибли, а у родителе Венти забрали родительские права из-за постоянных пьянок и долгов. Барбатос мог всегда поддержать Альбериха в трудных ситуациях, либо когда синеволосому снится очередной кошмар. А воспитатели были спокойны за Кэйю, что у него появился друг и он теперь не закрывается в себе. Но стало хуже, когда ему рассказали подробности о смерти своих родителей. У Альбериха началась самая настоящая истерика, за три года прибывания в приюте его никогда не видели в такой ярости. Из его голубых глаз рекой лились слёзы, он долго и буквально крича, проклинал тех врачей, которые не захотели тогда спасать его родителей. Ему хотелось крушить всё что стоит в комнате, но сохраняя ещё хоть какой-то рассудок он со всей дури в бетонную, покрытую бледно-зелёной краской, стену. Костяшки разбились, а из них пошла кровь. Но Альбериху было не до этого. Он выбежал из кабинета, громко хлопнув дверью, и побежал к выходу, проходя мимо Венти. — Кэйа! Ты куда?! Венти нашёл его только ближе к ночи на площадке в соседнем районе, на которой они постоянно проводят время. Он тихо подошёл к нему, чтобы не напугать и положил руку на плечо. — Кэйа, всё хорошо? — Нет, не всё хорошо, — парень повернулся к Венти и то увидел заплаканного Кэйю. У него дрожали руки то ли после истерики, то ли из-за холода, ведь в конце сентября вечером уже прохладно. Барбатос присел к синеволосому, — Будешь? — в руке он держал бутылку дешёвого красного вина, на которое хватило денег. Альберих согласился и взяв предложенное пойло из рук Венти, сделал несколько глотков из горла. Они и так выпивали иногда, когда кому-то или обоим было плохо, но в небольших количествах. После выпитой бутылки они пошли тратить уже наличные Кэйи в ближайший круглосуточный ларёк и купили ещё две бутылки. Кассирше вообще было наплевать кому и что продавать, поэтому не обратила внимание, что к ней в двенадцать ночи пришли два четырнадцатилетних подростка. Тем временем они пошли на набережную и сели на траву у реки, дальше распивать спиртные напитки. Сидели они так до рассвета, пьяные и в обнимку. Но им было хорошо, казалось что проблемы покинули их, поддувает лёгкий ветерок, а алкогольное опьянение валит их с ног — чудеса алкоголя. Добрались до детского дома они только утром и сразу улеглись спать, и то в одну кровать, подозревая, что утром им дадут «пиздюлей» за их выходку.       После это они часто выпивали, Кэйа начал курить, чтобы подобные срывы не случались. Он нашёл своё успокоение в алкоголе и сигаретах, школа ушла на второй план — оценки ухудшились. Он думал всё катится по наклонной. Снова.

***

      Венти сам по себе всегда на позитиве, всегда радостный. Даже когда у его родителей забрали родительские права он быстро освоился в приюте, ведь те постоянно бухали, иногда даже употребляли, сразу как появлялись деньги, они их тратили на спиртное. Когда уходили в запои, их не было дома, и Венти был один дома, игрался плюшевым мишкой, которого когда-то подарил дедушка, он иногда заходил к Венти, чтобы приготовить поесть внуку и поиграть, это был единственный человек, который его любил и заботился. Но потом родителям это надоело и они отправили его в дом престарелых. Он даже не знал, где его можно найти. Теперь он точно один. Из-за постоянных пьянок родителей нечем было платить за коммунальные услуги, а потом об этом узнали органы опеки и забрали мальчика.       По родителям Венти не скучал, откровенно он не мог сказать что он их любил, как Кэйа, тот обожал их. А Барбатос их не любил и не ненавидел — относился нейтрально, есть и есть. «Скорее всего так и пропивают все деньги, если ещё окончательно не спились или не сторчались» — думал про себя Венти при любых вопросах о своих родителях.       Но когда сообщили о том, что они умерли ему стало не по себе, он конечно ожидал что с их образом жизни такое может случится, но к этому не был готов. Кэйа его всячески поддерживал и ему становилось легче, но на похороны идти придётся. Альберих пошёл с ним по его просьбе, мало ли как он себя поведёт увидев их спустя семь лет не видясь, ещё и мёртвыми, но к счастью или сожалению, он не пустил ни одной слезы. Эти люди никак не могли вызвать у него симпатии. Из-за них у него не было детства, они отобрали самого его близкого человека, а взрослые внушали, что это его родители, их нельзя ненавидеть, ведь они тебя родили, если бы не они — то тебя не было. Поэтому Венти и не мог их не любить, но сейчас он понял — они расплатились за все свои грехи, и когда все гости пошли прощаться с покойниками, он просто ушёл.       На поминках все говорили какими они были хорошими людьми — ведь плохого о покойниках не говорят. Гости и родственники, которые пришли на похороны даже не подозревали, что сейчас рядом с ними сидит сын этих некудышных родителей — «самых лучших людей на свете», по словам друзей и родственников. Они забыли про него, постоянно бухали и уходили в запои, он сидел один дома, иногда без еды. Дома ни еды, ни воды — ничего. А на тот свет они ушли чуть ли не святыми. Венти этого не выдержал. Прихватив пару бутылок вина, он взял Кэйю под руку и увёл его в их облюбленное место у реки на набережной, где они первый раз напились в стельку, а потом получили пизды за это. Сейчас он просто хотел уйти от проблем, как тогда со своим лучшим другом… Спустя пару дней к нему пришли следователи по делу убийства его родителей. Его спрашивали может ли он знать, кто их убил. Но Барбатос даже не подозревал, кто это может быть. Он не виделся с ними много лет, да и когда жил с родителями, он ними не разговаривал, так как боялся, что пьяные, они на него опять наорут или того хуже — ударят или отлупят, и оставят его и так голодного без еды.

***

      Скоро выпускной. Каждый день Кэйа с Венти занимаются, чтобы хорошо сдать экзамены, (иногда конечно не очень получается) ведь решили вместе поступать в медицинский. Кэйа на врача терапевта, а Венти на детского. Альбериха скорее всего подтолкнуло это решение из-за ситуации с гибелью родителей и невнимательными докторами. Да и ещё его мама работала медсестрой. А Венти просто любил детей, а дети любили его. Он всегда с ними нянчился и играл в детском доме. Постоянно помогал нянькам и воспитателям с ясельными группами, за это его очень благодарили. Они оба начали реже пить, Кэйа почти бросил курить. Поэтому оба глубоко ушли в учёбу.       Поступив в медицинский Кэйа познакомился с Тартальей, они сразу подружились, так как юмор и характер у них был идентичный. Аякс и Альберих часто прогуливали пары за парой сигарет в курилке за универом, а потом просили старосту их группы — Джинн — не ставить пропуск, на что она конечно же соглашалась, ведь она добрая как ангел — так говорили парни. Дилюк, который вместе с отцом уехал заграницу десять лет назад, на удивление решил вернуться обратно в город и поступил на хирурга в тот же университет. Радости Кэйи не было предела. Сначала он был в шоке и не поверил глазам, а Рагвиндр очень долго извинялся перед ним, что бросил его одного с ужасными проблемами в этом чёртовом детском доме. Но Кэйа справился и лежит на груди в тёплых объятиях Дилюка Рагвиндера. Им предстоит ещё о многом поговорить, ведь за десять лет разлуки накопилось многое — начиная с различных историй, до чувств к друг другу.