Последняя шиноби Водоворота

— Это надежная информация? — Серьезно спросил Сарутоби Хирузен, третий Хокаге деревни скрытой в Листве, смотря на принесшего новость бойца АНБУ. — Да, Хокаге-сама. — Кратко и четко ответил ему обладатель маски журавля. — Данные подтверждены одним из наших шпионов в столице. — Понятно… — Многозначительно хмыкнул старик, начав раскуривать свою любимую трубку. — Вызови ко мне старейшин, это дело не терпит отлагательств. — Хай! — Громко гаркнул тот и исчез в шуншине, оставив главу деревни думать о последних новостях в одиночестве. Караул АНБУ на потолке не в счет. «Неожиданно, очень неожиданно. Асума конечно писал о крупных разборках банд столицы с участием шиноби и подозрительной активностью Синего дракона, но… Биджу! Я никак не ожидал, что эти слухи о куноичи Узумаки окажутся правдой! Еще и сами слухи до меня дошли слишком поздно…» — Распекал себя в мыслях старик за то, что не придал особого значения слухам с самого начала. Ведь действительно, мало ли слухов об Узумаки гуляет по миру. — «Так нет, старый дурак, зашевелился только когда та попала в книгу Бинго! И за что? Столкновение с Камнем и Облаком, которые однозначно пытались провести силовой захват!» Набив трубку новой порцией табака тот снова начал раскуривать ее с новой силой. Все помещение заволокла легкая дымка от сожженного особого табака, пропитанного чакрой. Вообще это была одна из особенностей клана Сарутоби — Дымовые техники, что привело к их хроническому курению. Если бы он пропитал чакрой дым выдул его побольше, то вполне мог вывести из строя сильного чунина или средненького джоунина. «Однако главный вопрос сейчас в другом — Кто она? О принадлежности к клану Узумаки можно не задумываться, боевое фуиндзюцу на таком уровне не мог использовать ни один другой клан. Да и к тому же еще и характерная клановая внешность. Проклятие! У Кушины и Мито-сан была пара свитков с родовым деревом главной ветви, но кто бы мог подумать, что они сгорят во время нападения девятихвостого» — От последней мысли Хирузен погрустнел, вспоминая не столь давно прошедшие события нападения хвостатого. В ту злополучную ночь Коноха потеряла много храбрых защитников и простых гражданских. Погиб четвертый Хокаге и его жена, последняя чистокровная Узумаки. Хотя, учитывая вновь открывшиеся обстоятельства, Хирузен начал сомневаться в том, что последняя. И это не учитывая весь материальный урон самой деревне… От мыслей о Кушине, за которой тот присматривал по завету Мито-сан, как за родной дочкой, у старика сжалось сердце. Особенно когда перед его глазами предстала картина, что еще долго мучила его во снах. Умирающая Кушина, протягивая сверток со своим новорожденным сыном, просит позаботиться о нем. Он не смог отказать, не мог этого сделать… Вот только не мог он и выполнить своего слова. Ведь ее сын, Наруто, не просто ребенок и даже не просто последний ребенок главной ветви Узумаки, он джинчурики девятихвостого. Сразу же после того, как он занял пост Хокаге, на него насели все кто мог, с требованием передать «Оружие деревни» на правильное воспитание. Большего всего наседал его старый друг Данзо, требуя отдать малыша в Корень. Последнего Хирузен откровенно боялся и не мог допустить. Он прекрасно знал, что там делают с людьми и какими методами готовят. Это не место для детей. Сам факт существования Корня был ему противен, однако тот был слишком полезен для деревни, что заставляло Хокаге закрыть глаза на все зверства внутри его подземелий. Но отдать туда сына Кушины… Нет, даже если бы это в конечном итоге принесло благо всей деревне, он не мог этого позволить. В итоге, все, что ему удалось сделать, это спрятать мальчика у Учих. Как бы на них ни наседали и ни пытались выставить виновниками в нападении (Хотя тут спорно, шаринган в глазах лиса видели все), они все еще были кланом-основателем и сильнейшим боевым кланом Конохи. Главными аргументами были близость Микото, жены главы клана, с Кушиной и защищенность кланового квартала Учиха. После квартала Узумаки они были вторые по уровню защищенности. Спасибо все той же Кушине. Подобным решением были многие недовольны, однако авторитет Хокаге и сила Учиха удерживали чаши весов в равновесии. Однако это долго продолжаться не может. Хирузена все чаще заставляют уступать, да и Учих давят всеми силами, чтобы не позволить иметь на своей стороне носителя хвостатого. Все же что бы про них не думали, но они очень важные политические фигуры, от верности которых зависит многое. Итогом всего этого стало решение о том, что джинчурики должен быть верен лично Хокаге и деревне. Для этого его, по достижению годовалого возраста, заберут у семьи главы клана Учиха и отдадут в приют. Там уже только сам Хирузен имеет право навещать и влиять на него. От подобного решения третьему было мерзко, но это лучший выход. Для поддержания секретности и блага мальчика он получил фамилию матери, а большинству жителей и нижних чинов поправили память относительно беременности Кушины. — Что случилось, что мы так срочно понадобились? — Кряхтящим недовольным голосом произнесла старейшина Кохару, заходя с двумя другими старейшинами в кабинет Хокаге. — Если ты опять по поводу оружия деревни, то мы уже все решили… — Нет, повод для собрания другой. — Сарутоби покоробило отношение к сыну Кушины как к вещи, но тот не показал и доли эмоций. Сейчас не время для этого, слишком неоднозначной была ситуация. Когда все трое пришедших заняли свои места и прониклись серьезностью Хокаге, тот продолжил. — В Синем драконе начали появляться печати и изделия из фуиндзюцу… Производства Узумаки. Последние слова мгновенно заткнули хотевших высказаться старейшин, из которых только Данзо оставался непрошибаемым. Старый друг Хирузена не позволял ни единой эмоции просочится за пределы его разума. Чего не скажешь о двух других старейшинах, которые размякли и заплыли жиром за последнее время. — Что это значит? — Наконец высказался Хомура, снимая и протирая свои очки. — Они нашли тайник Узумаки или обучили кого-то из полукровок, чтобы тот работал на них? — Нет, печати, которые начали продавать на аукционе и магазинах Синего дракона слишком высокого качества, для простого полукровки. Версия с тайником тоже отпадает, они новые. — Осмотрев серьезным взглядом всю тройку старых знакомых, Хирузен тяжело вздохнул. Все тут присутствующие сейчас раздумывали каждый о своем. Однако молчание долго не продлилось, и его прервал сам Сарутоби. — Это может значить только одно… — Узумаки Акане. — Кратко и сухо произнес Данзо, ответив на невысказанный вопрос остальных старейшин. Те были серьезно удивлены подобным, поскольку особо не интересовались этими «Бредовыми сплетнями». — Верно. Тебе и твоим людям удалось что-нибудь узнать о ней? — Немного. — Тяжело вздохнул тот, на мгновение прикрыв единственный целый глаз, перебирая в мыслях, какую информацию лучше всего сообщить. — Впервые открыто начала действовать в стране Лапши как свободный шиноби. Незаконных заказов не принимала. Отбила две попытки захвата со стороны Ивы и Кумо. После последней покинула страну Лапши и сейчас, предположительно, обосновалась в центральной части страны Огня. Имеет контакты и деловые отношения с Синим драконом. Пока это все, что мне удалось на нее найти. — Что по поводу того, что про нее написано в книге Бинго? — Спросила Кохару, начавшая быстро перебирать все плюсы и минусы для Конохи и нее лично от того, что нашлась еще одна куноичи Узумаки. Перспективы открывались огромные. — Сколько там правды? — Точно сказать нельзя, но способности и внешность соответствуют. Относительно родословной… Не могу сказать точно, но она чистокровная Узумаки, которую обучали еще в Водовороте. Причем очень хорошо и продолжительное время. Вероятнее всего она старше, чем выглядит. По-другому объяснить ее силу и знания в столь юном возрасте невозможно, даже талант имеет свои пределы. — То есть она действительно из главной ветви клана? — Уточнил Хирузен, в очередной раз проклиная тот факт, что свиток с родословной Кушины был потерян во время атаки кьюби. Благо хоть часть кланового архива уцелела и была перенесена в хранилища Хокаге. Хотя большая часть все равно была недоступна из-за барьера над поместьем четвертого. — Это может многое поменять. — Я не могу точно утверждать, но аналитики сходятся во мнении, что это имеет высокую вероятность. — Все также спокойно и сухо ответил Данзо, потирая свой шрам на подбородке. — Точнее можно сказать только при анализе ДНК и его сравнении с оными у Кушины. Она тоже из главной ветви и родство должно быть относительно большим, в случае если Акане из главной ветви, конечно. — В таком случае нам необходимо захватить эту куноичи. Если она и правда носительница генома главной ветви, то это значительно усилит Коноху. — От этих слов Кохару Хирузен чуть не подавился дымом собственной трубки. А после кивков от двух остальных старейшин вообще выпал в осадок. — Вы хоть понимаете, что говорите?!!! — Выкрикнул тот, непроизвольно придавив двух старейшин своим яки, что заставило тех передернуться всем телом. В отличии от Данзо и Хирузена эти двое уже давно не исполняли своего долга шиноби. — Вы хотите объявить войну Узумаки?! Мы должны заручиться ее поддержкой и доверием, сделав шиноби Конохи, но никак не захватывать! Или вы уже забыли, на что способна военная элита Узушио?! И не надо мне говорить про то, что она еще девчонка, две вырезанные группы захвата явное доказательство того, что она заслуживает свой ранг А+ в книге Бинго! И при этом она еще и кандидат на S ранг! — В таком случае, что нам делать с джинчурики? — Единственный оставшийся полностью спокойный старейшина произнес это с ничего не выражающим лицом. — Узумаки очень привязаны к своей крови, даже если он всего лишь на половину Узумаки, он все равно ее родственник. И не мне тебе рассказывать, что за молодняк Узумаки готовы прыгнуть в пасть к биджу. Оружие деревни нельзя доверять ненадежным элементам. После этих слов в спор вступили и отошедшие от жажды крови Хокаге старейшины, начав наседать на того. Никто не хотел нарушать очень хрупкий баланс сил в деревне. Конечно, каждому бы хотелось самолично вырастить верного СЕБЕ джинчурики, ведь это так удобно за счет его возраста и никакие закладки не нужны. Но и сам многоуважаемый третий Хокаге был не лыком шит, чтобы так просто все пустить на самотек. Все эти споры длились да поздней ночи, но как таковых результатов так и не принесли. Никто так и не добился своего, а расстались на решении собрать больше информации о новой Узумаки. Вследствие этого Хатаке Какаши, которому ранее был отдан приказ разобраться с неизвестной куноичи с внешностью Учихи, поручили также собрать всю возможную информацию по Узумаки Акане. А сам Хирузен отправился перерывать архивы клана Узумаки в надежде найти хоть какую-нибудь информацию по возмутительнице спокойствия.

* * *

— И что, больше ничего о ней не слышали? — Вопросительно посмотрел на одного из осведомителей Какаши, который вот уже несколько дней ищет информацию по таинственной Учихе. Информация о ней, когда попала в деревню, вызвала серьезные последствия. Клан Учиха опроверг то, что это была их куноичи, бывшая за пределами Конохи по делам клана. К тому же, после более тщательной проверки была найдена похожая девушка в ранге чунина, но та не покидала пределов клана во время обнаружения неизвестной куноичи, в которой была сильна кровь клана Учиха. У означенной девушки-чунина не было родителей, оба погибли в последней войне. Это давало вероятность того, что ее отец мог по неосторожности или глупости оставить после себя еще одну дочь. Причем вторая явно унаследовала от отца внешность. Да и ее потенциал как шиноби был минимум на уровне сильного чунина. И что самое главное — Потенциал к пробуждению шарингана. Подобное Учихи и Коноха в целом упустить уже не могли. Именно поэтому туда был направлен человек Хокаге, чтобы выяснить все возможные подробности про эту девушку. Этим человеком и был Хатаке Какаши, один из самых молодых джоунинов и ветеран последней мировой войны шиноби. Да и тот факт, что у него был шаринган, тоже сыграл свою роль. — Нет, ничего. — Отрицательно покачал головой мужчина и пожал плечами. Такой ответ Хатаке не понравился, но что есть, то есть. — Она время от времени приходит в этот маленький городок и закупает продукты. Деньги настоящие, продукты простые, никакого оружия или чего-то из арсенала шиноби. Скорее всего простая гражданская. — Понятно, можете идти. Если узнаете еще какие-то подробности, сообщите. — Коротко бросил раздосадованный мальчик, которому пришлось очень рано становиться мужчиной, поскольку это был уже четвертый осведомитель. «Неужели действительно гражданская, а не какая-нибудь ловушка или провокация?» — Задумчиво протянул пепельноволосый, в мыслях прикидывая варианты и шансы того, что это просто совпадение. Он не верил, что все это случайность, но чем больше тот узнавал, тем большие сомнения его начинали обуревать. С одной стороны ничего не было, причем вообще. Ни в поведении, ни в действиях. Просто молодая девушка раз в какое-то время приходила за покупками в город. Только вот не могло все быть так просто, нутро просто кричало ему об этом! Да и потенциал… У полукровки просто не может быть такого потенциала, какой не всегда есть у чистокровных шиноби. Но, тем не менее, и исключения тоже есть, и никто не может дать гарантии, что она не может быть этим самым исключением. Самым лучшим вариантом для него было самостоятельно ее проверить, вот только, как назло, та не появлялась в городе последнее время. А проследить за ней, чтобы найти ее предполагаемое место жительства… До этого в подобном не видели надобности, все же приходит не первый раз и ни разу не дала повода в себе усомниться. Да и у шиноби и без того хватает забот, чтобы тратить их на, пусть и перспективную, но простую девчонку. Тем более что она уже вышла из возраста, когда тренировки приносят наибольшую продуктивность. Но, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами и тем фактом, что она может быть Учихой с сильной кровью, заставили Коноху и сам клан Учиха зашевелиться. Никто из них не мог позволить, чтобы геном древнего клана Учиха покинул пределы Конохи. Особенно учитывая то, что она может оказаться не ограненным алмазом, который вполне способен пробудить додзюцу вне стен клана. А подобное грозило большими проблемами всем заинтересованным лицам, начиная с опасности клановых секретов Учиха и заканчивая здоровьем самой девушки. Послали же именно его на эту миссию потому, что он был компромиссной фигурой. Руководство Конохи не хотело пускать дело на самотек и, что уж таить, хотело получить в свое распоряжение глупую Учиху без кланового воспитания и образования. Из такой можно было бы легко вырастить то, что нужно. Было бы идеально, будь она ребенком, но что есть, то есть. Сам Какаши был АНБУ и подчинялся только Хокаге, однако при этом был в большом долгу у клана Учиха. И именно в момент, когда молодой пепельноволосый шиноби в очередной раз прокручивал все известные ему факты и вероятности, к нему на плечо сел ястреб, которых в Конохе используют для быстрой связи и передачи сообщений на дальние расстояния. «Хмм. Странно, для доклада еще рано. Что-то случилось, или, вероятнее, изменилось, в моей миссии» — Слегка напряженно подумал тот, расправляя небольшой сверток с приказом Хокаге. «Временно прервать выполнение текущей миссии. Прислать последний отчет и приступить к выполнению миссии особой важности А ранга. Цель: Собрать максимальную возможную информацию по куноичи А+ ранга Узумаки Акане, по прозвищу «Богиня грома». В открытое противостояние не вступать и не драться, в случае необходимости исключительно самооборона. По возможности провести переговоры и пригласить в скрытый Лист для дальнейшего обсуждения Подпись Хокаге: Сарутоби Хирухен» — М-ма…? — Только и смог выдавить из себя Какаши, который даже шаринганом просветил полученный приказ из Конохи. Этот приказ вскрыл только-только начавшие заживать раны. После того, как оба его товарища и отец погибли, именно Минато и Кушина стали его самыми близкими людьми. Однако и они не прожили долго, как втайне надеялся сам юный шиноби. И, несмотря на всю силу и умения, которые тот получил во время войны, он ничего не смог сделать в ту роковую ночь. Даже больше, он тогда командовал отрядом АНБУ второй линии, которые не участвовали в бою, а должны были прикрывать Коноху. Единственным что от них осталось, это ребенок. Наруто — Их величайшее сокровище и наследие, за которое те отдали свои жизни. В ту треклятую ночь он ничем не смог помочь. Даже больше, он ничего не сделал для их сына, когда тот больше всего нуждался в помощи, доверив это дело третьему Хокаге. Какаши было слишком больно смотреть на живое воспоминание и напоминание о том, сколько ошибок тот совершил. Однако молодой одноглазый джоунин только повертел головой, прогоняя из нее все лишние на миссии мысли. Важность новой миссии он понял прекрасно. И дело было даже не столько, что нужно найти и по возможности мирно привести в деревню куноичи А+ ранга, но и в самом ее положении. Как в мире, так и в Конохе в частности. Особенно в Конохе. Быстро еще раз пробежавшись глазами по приказу и запоминая его дословно, сразу же сжигая после этого, отправился в гостиницу. По дороге обдумывая детали того, что он успел собрать по предыдущей миссии, уже накидывая предварительный отчет. Полноценный тот в любом случае сдаст лично Хокаге и, возможно, Фугаку, так что лишнего времени терять не хотелось. Он бы вообще забил на отчет, если бы не факт важности миссии для Конохи и одного из кланов-основателей. Уже спустя полчаса, пополнив припасы и отослав с призывом предварительный отчет, Какаши отправился в сторону столицы, чтобы там получить нужную информацию. Все же в столице значительно больше людей, торгующих информацией и всяких слухов. А если учитывать, что нужная куноичи, предположительно, сотрудничает с Синим Драконом, то там точно должно что-то найтись. Возможно не она сама, но точно что-то стоящее внимания. Уже во второй половине того же дня он находился относительно недалеко от столицы. Однако то, что случилось дальше, седоволосый шиноби никак не ожидал. На него было совершено покушение и открытая попытка захвата. Такое для него было не впервой, все же его глаз, единственное не защищенное додзюцу Учих, хотели многие. В том числе и отдельные представители собственной деревне. Однако сейчас атаковали не представители деревень, что понятно (никому не нужен конфликт на пустом месте из-за жадности), а нукенины. Их конечно могло нанять какое-нибудь великое или не очень селение, но это уже другой, и откровенно говоря малодоказуемый, факт. Но вот тот факт, что облаву организовал кто-то серьезный последний Хатаке понял сразу. Двенадцать не самых слабых шиноби. В ранг минимум — Сильные чунины или слабенькие джоунины. Трое вообще уверенный уровень хорошего джоунина, явно командиры. Скверно. Даже не смотря на то, что сам Какаши был способен расправиться с превосходящими силам, но не в текущих реалиях. Его втянули в бой на истощение. Быстрые атаки и замены на отдышавшихся и частично восстановившихся шиноби. Величайшая сила седоволосого была одновременна и его слабостью. Шаринган — Легендарное додзюцу древнего клана Учиха. Он дает возможность считывать мельчайшие движения и с огромной скоростью их анализировать. Но у него есть и обратная сторона — Нагрузка на мозг от огромного количества поступающей информации и очень большая затрата чакры на поддержания шарингана. А у самого Какаши он был на предпоследней стадии развития — Три томоэ. У него уже заканчивалась чакра, а призванный пес уже не мог ему помочь. У самого почти не осталось чакры. Однако и для нападавших бой не был легкой прогулкой. Почти две трети были выведены из строя, остальные ранены, но все еще стояли на ногах. Это плохо, очень плохо. Даже если сам Какаши покончит с собой, он не сможет уничтожить своего тела. И именно это является оправданием в подобной ситуации — Шиноби Конохи повержен, но все что осталось врагам это раны и погибшие товарищи. Внезапно, в угасающем сознании молодого джоунина Конохи, раздались раскаты грома. Даже сквозь уже закрывающиеся глаза он увидел вспышку белого света. Он не знал, пришли ли за ним товарищи, или его просто решили отбить другие нукенины или шиноби деревень, но кое-что он заметил. Заметил то, что посчитал предсмертным бредом и прошептал сиплым голосом одно единственное слово… — Ку…шина…сан…